Израильские социал-демократы на пути самоликвидации: к избранию нового председателя Партии Труда

Утверждение 23 января 2011 года 74-летнего уроженца Тимишоары Михи Хариша на пост временного председателя Партии Труда повергло израильскую политическую систему в шоковое состояние. Неприметный и ничем не запомнившийся функционер, еще пятнадцать лет назад покинувший парламент и правительство и не занимавший с тех пор никакого сколько-нибудь значимого поста, был избран временным председателем партии, лидеры которой возглавляли израильские кабинеты министров на протяжении большей части истории страны (в 1948–1977, 1984–1986, 1992–1996 и 1999–2001 гг.). Такого в истории израильской политики не было никогда.

После того, как Эхуд Барак, прихватив четырех условных «соратников», ушел из партии, которую дважды возглавлял, перед социал-демократами открылись четыре альтернативы.

Во-первых, среди оставшихся восьми депутатов двое (Биньямин Бен-Элиэзер и Амир Перец) возглавляли партию в прошлом, и именно они могли составить временный руководящий дуумвират. Проблемой здесь является то, что Амир Перец претендует на лидерство вновь, и остальные кандидаты (а их – больше половины членов оставшейся фракции) не в восторге от идеи, что у их конкурента на внутрипартийных выборах будет в распоряжении административный ресурс временного сопредседателя. В этой связи депутат кнессета и недавний министр (он уволился из правительства 17 января с.г.) профессор Авишай Браверман предложил избрать временным председателем партии 74-летнего Биньямина Бен-Элиэзер, который на новый срок не претендует, но эту идею никто больше не поддержал; видимо, в отсутствие претензий на первенство человека, прошедшего пять войн, а затем занимавшего министерские посты в семи правительствах Израиля, в том числе и пост министра обороны в кабинете Ариэля Шарона в дни операции «Защитная стена», никто поверить не смог.

Второй возможностью было избрать согласованного временного председателя, исходя из данных опросов общественного мнения. Совершенно очевидно, что Партии Труда, чтобы чего-то добиться, нужно стараться переманить к себе часть левоцентристски ориентированных сторонников партии «Кадима», которые в первой половине 2000-х годов, в большинстве своем, голосовали за секуляристский список «Шинуй»: рассчитывать на отток голосов сторонников леворадикального блока МЕРЕЦ не приходится, ибо за этот блок и так почти никто уже не голосует (на выборах 2009 года ему досталось лишь три мандата), а голосующие за правые или религиозные партии едва ли когда-нибудь поддержат социал-демократов, тем более, что их собственный уходящий председатель обвинил их в крайней «левизне» и «пост-сионизме». За «Кадиму» голосовали, в частности, многие успешно работающие городские женщины — представительницы свободных профессий, которых привлекает личность, взгляды и культурный мир лидера партии Ципи Ливни. Во фракции Партии Труда есть женщина, которая вполне способна привлечь немалую часть того электората, к которому обращается Ципи Ливни – известная в прошлом теле- и радиожурналистка 50-летняя Шели Яхимович. По данным опроса, проведенного компанией «Диалог» под руководством профессора Камиля Фукса по заказу газеты «Ха’арец» 18 января, под руководством Шели Яхимович список Партии Труда может рассчитывать на большее число голосов, чем при любом другом первом номере, причем в случае, если список возглавит профессор Авишай Браверман, разница составляет два к одному. Однако никто из конкурентов-мужчин – ни Амир Перец, ни Ицхак Герцог, ни Авишай Браверманн – предложение об избрании Шели Яхимович даже не внес.

Третьим вариантом было обратиться к кому-то извне политической системы – известному писателю, ученому, общественному деятелю, пользующемуся авторитетом в обществе. Так, в марте 1973 года Партия Труда выбрала своим кандидатом на пост президента Израиля (тогда кандидаты, выдвинутые этой партией, далее избирались в кнессете почти автоматически) крупного ученого-химика Эфраима Кацира, никогда не занимавшего никаких постов ни в правительстве, ни в Кнессете, родной брат которого был убит за год до этого в ходе крупнейшего в истории террористического акта в аэропорту им. Бен-Гуриона. И сейчас Партия Труда могла обратиться, например, к крупному писателю Давиду Гроссману, сын которого погиб во Вторую Ливанскую войну в августе 2006 года, профессору-историку Зеэву Штернхеллю или известному адвокату Амнону Зихрони – людям широко известным в стране, «левые» взгляды которых ни для кого не являются секретом и которые при этом никогда не были частью каких-либо органов власти и управления в стране. Но и этот вариант даже не рассматривался.

Четвертый вариант был наименее осмысленным: обратиться к кому-то из тех, кто когда-то занимал тот или иной значимый пост в партийной иерархии, с просьбой взять в свои руки «бразды правления». Партия Труда много лет уже не была у власти, и недавно ушедших в отставку харизматичных политиков в ее рядах нет, к тому же часть ее бывших лидеров (как Шимон Перес, Хаим Рамон и Далия Ицик) ушла в «Кадиму», а часть (как Йосси Бейлин и Яэль Даян) – в МЕРЕЦ. В результате непонятных переговоров и консультаций именно этот вариант и был принят, причем временным председателем в сравнительно недавнем прошлом крупнейшей партии страны был избран человек, никогда не считавшейся «звездой» местного политического небосклона. Ни разу не будучи избранным на прямых выборах не только главой правительства, но даже и мэром города, Миха Хариш, впервые попавший в кнессет в 1974 году и заседавший там шесть каденций подряд, в конце 1980-х стал генеральным секретарем партии, благодаря чему перед выборами 1992 года для него было забронировано седьмое место в партийном списке. Эти выборы Партия Труда во главе с Ицхаком Рабиным выиграла, после чего Миха Хариш впервые был назначен министром. До этого он был лишь председателем Общества поддержки солдат в городке Гиватайм, членом центрального совета спортобщества «Апоэль», председателем парламентской комиссии по вопросом сооружения канала между Средиземным, Мертвым и Красным морями (никакие каналы прорыты не были ни тогда, ни потом), председателем парламентской комиссии по поддержке экспорта (зачем экспорту парламентская комиссия, ясно так и не стало), председателем парламентской комиссии по оплате труда кадровых военнослужащих, а также некоторое время в кнессете двенадцатого созыва – председателем финансовой комиссии… Четырехлетняя каденция М. Хариша на посту министра промышленности и торговли в 1992–1996 гг. также не запомнилась ничем примечательным. С тех пор на этом посту сменилось семь человек, и никакой особой памяти о себе М. Хариш не оставил. Какой-либо привлекающей внимание информации о нем с тех пор в прессе не появлялось.

Трудно поверить, что именно этому человеку поручено «поднимать из руин» Партию Труда, однако его избрание было единогласно утверждено т.н. «девяткой» – новым руководящим органом, включающим всех восьмерых оставшихся в партии парламентариев и ее нынешнего генерального секретаря Иехиэля Бара. Кажется, что главное, к чему стремились участники заседания – это подыскать человека, который ни с какой стороны не сможет стать угрозой политическому статусу никого из них, именно вследствие собственного практически нулевого общественного рейтинга. Проблема, однако, состоит в том, что, сколько времени продлится «временное» правление Михи Хариша, и что произойдет за это время, знать не может никто. Ицхак Херцог хочет, чтобы выборы председателя партии состоялись уже через два–три месяца, в то время как Авишай Браверман и чуть было не ушедший в «Кадиму» со всеми своими сторонниками Амир Перец настаивают на том, что уход Э.Барака был столь стремительным, что им нужно время сорганизоваться и подготовиться к новым выборам, после которых глава партии сменится девятый (!) раз за шестнадцать, прошедших после убийства И. Рабина, лет. Вместо того, чтобы спасать то немногое, что у них осталось, израильские социал-демократы продолжают борьбу на уничтожение друг с другом. К ужасному концу Партия Труда идет через ужас без конца…

49.63MB | MySQL:112 | 0,932sec