Участие бундесвера в событиях в Ливии: мнения политиков и экспертов ФРГ

На улицах Триполи идут бои между правительственными войсками и повстанцами, причем и те, и другие наперебой докладывают зарубежным журналистам об очередных военных триумфах, которые на поверку оказываются сомнительными. Столь же ожесточенное сражение наблюдается в политических кругах ФРГ Возмутителем спокойствия стал депутат от зеленых Кристиан Штробеле, который прямо обвиняет правительство Германии в том, что оно, декларируя свою непричастность к действиям НАТО, на самом деле способствует участию ФРГ в боевых действиях.

Федеральное правительство тайно участвует в ливийской войне, подчеркивает К. Штробеле Речь идет о подразделении специалистов высокой квалификации, несущих службу в одном из подразделений НАТО — командном пункте в итальянском Поджо-Ренатико, неприметном городке на севере Италии численностью 10 тыс. жителей. По сообщениям немецких СМИ, еще в середине марта их пригласили в брюссельскую штаб-квартиру альянса и определили боевую задачу: осуществить координацию 9 тыс. воздушных ударов по целям режима Каддафи в Ливии (при том что, по данным НАТО, на 23 августа с.г. произведено уже 7,5 тыс. воздушных ударов).

Большая часть вылетов планировалась и осуществлялась с военно-воздушной базы НАТО в Дечимоманну на юге Сардинии — крупнейшем транспортном узле в Средиземноморье, с 1960 г. ставшем ключевой базой ВВС ФРГ. Площадь 556 га и около 40 первоклассных взлетно-посадочных полос позволяют размещать здесь десятки самолетов различного назначения: от разведчиков и торпедоносцев до истребителей и бомбардировщиков стратегической авиации.

Одиннадцать военных специалистов из ФРГ в Поджо-Ренатико — это, разумеется, не контингент. Однако, возможно, это тот случай, когда один специалист стоит целой дивизии, говорят военные эксперты, хорошо понимающие цену авиадиспетчерам. Об этом заявил, комментируя недоумение К. Штробеле, в интервью ZDF Ульрих Шольц, подполковник в отставке, начинавший пилотом Tornado, бывший летчик-инструктор, затем ведущий координатор воздушных операций НАТО, ныне доцент академии бундесвера.

Одиннадцать немецких специалистов обеспечивали высокую эффективность действий военно-воздушных сил НАТО, занимаясь отбором первостепенно важных целей. Они, по сути, вырабатывали повседневную тактику для ВВС стран, чьи пилоты выполняют конкретные указания из командного пункта в Поджо-Ренатико Немцы отвечали за эффективность воздушных атак на позиции войск, преданных Каддафи.

Таким образом, подводит итог К. Штробеле, получается, что данной миссией 11 специалистов бундесвера ФРГ активно участвуют в операциях НАТО. Это противоречит официальной позиции федерального правительства, озвученной в Совете Безопасности ООН. Данное развертывание бундесвера «специально для военных целей» является конституционно сомнительным, поскольку федеральное правительство не оповестило о нем бундестаг. При этом неважно, использовались немецкие специалисты постоянно или временно, находились они на боевом дежурстве или нет — в любом случае они задействованы в бомбардировках в Ливии.

Примечательно, что федеральное правительство даже не пыталось заручиться «упрощенной процедурой утверждения» немецкого военного участия или иным образом привлечь внимание к проблеме депутатов парламента, что юридически неправомочно, то есть противозаконно. Впрочем, окончательную точку в споре должно поставить Федеральное ведомство по охране конституции, куда депутат направил запрос. Штробеле, адвокат с большим стажем, ждет ответа на простой вопрос: имеет ли право военнослужащий бундесвера участвовать в военных акциях, если на то не получил мандат бундестага. На 50 военнослужащих в Южном Судане получен, на 20 — в Сомали тоже. А разве в Ливии менее опасно?

Разумеется, менее, говорят чиновники из Минобороны, ведь место службы немцев — командный пункт в Поджо-Ренатико в 650 км от Неаполя, где находится штаб-квартира НАТО. До ливийского берега, где происходят бомбардировки, еще дальше Достаточно просто откомандировать военных экспертов на территорию Италии — союзника по НАТО, и ни к чему, дескать, заморачиваться получением разрешения бундестага, немцам же ничего не угрожает, они далеко от района боевых действий.

При том они не единственные, кто планирует операции, поскольку в этом процессе участвуют сотни специалистов (250, по данным немецких СМИ). Однако можно констатировать, что «мы имеем дилемму: с одной стороны, работа немецких штабных офицеров, а с другой стороны, мы голосуем против войны», подчеркивает Ульрих Шольц. Сам он, похоже, тоже недоумевает, почему командный и вспомогательный состав не приравнен к пилотам, ведь и те и другие — равноправные участники боевых действий.

Вот оно, действие формулы: «Мы не стреляем, но мы можем стрелять», согласно которой действуют власти ФРГ, подчеркивает политический обозреватель Эрик Шавистре.

Если это ранее не было секретом, то, во всяком случае, не афишировалось. Как правило, жители Германии узнают о подобных фактах последними. Как в свое время узнали о том, что Герхард Шредер и Йошка Фишер, лидеры красно-зеленой коалиции, в ходе войны с Ираком оставили в Багдаде агентов федеральной службы разведки, которые сообщали важную стратегическую информацию, немедленно переправляемую из Германии Соединенным Штатам Америки, чтобы те знали, по каким объектам вести бомбардировки. Жители Германии узнают, что в районе Африканского Рога немецкие фрегаты, которые только якобы отпугивают сомалийских пиратов, заняты еще одной работой: они сопровождают американские корабли со стратегическими грузами, помогающие НАТО вести войны на Ближнем Востоке. Можно воевать и так, не выкладывая всей правды и не нажимая на спусковой крючок, подчеркивает Э Шавистре.

Надо сказать, что германские лидеры вообще отличаются невнятными формулировками, едва дело касается военного участия бундесвера в акциях различного рода. Мы не стреляем, но мы можем стрелять — устоявшаяся за последние десять лет формула, ставшая отличительной чертой немецкой военной политики.

Актуальная интрига усложняется и в связи с интервью министра обороны ФРГ Томаса де Мезьера, который не исключил возможности участия бундесвера в акции по поддержанию стабильности в Ливии после завершения гражданской войны. «Если к бундесверу обратятся с соответствующей просьбой, мы конструктивно изучим этот запрос — так, как мы это делаем всегда», — передает его слова Rheinische Post от 22 августа с.г. Так он ответил на вопрос, будет ли Германия после победы повстанцев в Ливии участвовать в военной стабилизации обстановки в стране.

Воздушные бомбардировки — только начальная часть стратегии НАТО в Ливии, указывают политологи Германии. Теперь важно развести в стороны противников, победивших и проигравших, обезоружить их, чтобы прекратить войну как таковую. По мнению эксперта партии Союз-90/зеленые по вопросам безопасности Омида Нурипура, задачи, стоящие перед НАТО в Ливии, пока не выполнены. «Однако не следует сразу же размышлять об отправке военнослужащих», — включается в дискуссию эксперт свободных демократов по внешней политике Райнер Стиннер. Политики ФРГ напоминают: главная задача, сформулированная в мандате ООН, — защита мирного населения. Запад несет ответственность за то, чтобы оказавшиеся «не на той стороне» не стали жертвами самосуда.

Между тем Берлин озвучил политические оценки правительства ФРГ. «Исторические уроки для Ливии и мира» — так обозначает актуальную ситуацию в Ливии внешнеполитическое ведомство ФРГ. «То, что происходит в настоящее время в Ливии — победа свободы над деспотом, — не останется без последствий для региона и за его пределами», заявил федеральный министр иностранных дел Гидо Вестервелле 22 августа в Берлине. Время диктатора закончилось. Канцлер ФРГ Ангела Меркель потребовала от Каддафи «как можно быстрее» покинуть свой пост. Тем самым, по ее словам, руководитель ливийской Джамахирии остановил бы кровопролитие в стране. Одновременно глава немецкого правительства пообещала поддержку ливийской оппозиции со стороны Берлина. «Мы всегда выступали за то, чтобы ливийский народ получил свободу», — заявила она 21 августа с.г.

По мнению федерального правительства, М. Каддафи придется нести ответственность за содеянное перед лицом международной юрисдикции, так как он с особой жестокостью вел войну против собственного народа. «Ливийцы боролись за свою свободу, и это — успех ливийского народа», указал Г. Вестервелле, оценивая бои повстанцев с правительственными войсками на улицах Триполи.

В любом случае, в данных оценках явно дежурного характера никакого внятного объяснения политике «цик-цак» (и нашим и вашим) из уст ведущих политических лидеров не последовало. В случае с Ливией эта политика обрела еще более замысловатые формы: как известно, несколько недель назад ФРГ согласилась пополнить арсенал НАТО бомбами с высокоточным наведением, обозначая таким образом свое «снабженческое» участие в натовских атаках с воздуха.

В этой связи ведущие политические обозреватели ФРГ задались различными вопросами. Надолго ли сохранится политика, когда от решительного «нет» Германия переходит к не менее решительному «да»? И если сохранится, то не связано ли это с победой повстанцев, о которой западные аналитики не подозревали еще неделю назад? Возможно, складывается ситуация, когда партнеры по НАТO могут сказать немцам: результат в борьбе с режимом Каддафи, с которым вы сражались лишь на словах, достигнут без прямого германского участия, и какую же цену имеют тогда высокие слова о стратегических обязательствах друг перед другом?..

Заявление Гидо Вестервелле прозвучало в унисон с заявлением НАТО, в котором генсек североатлантического альянса Андерс фог Расмуссен подчеркнул, что «режим Каддафи рушится на глазах» и «чем раньше Каддафи поймет, что он не сможет выиграть войну против собственного народа, тем лучше».

Что это значит — лидеры ФРГ стараются шагать в ногу с державами Запада или все же ждут, чем закончится военное противостояние? Как долго оно может продлиться? Означают ли бои в Триполи завершение гражданской войны или начало новой ее фазы, связанной с племенным противостоянием, которое не устранено в ходе борьбы с ливийским тираном? Каковы ближне- и среднесрочные горизонты нового военного противостояния? Это главные вопросы, на которые пробуют, но пока не в состоянии ответить эксперты ФРГ.

Не существует никакого существенного различия между прямой вооруженной борьбой бундесвера, будь это сухопутные, морские или воздушные подразделения, и так называемым косвенным участием вне зоны военных действий, между действиями в командных центрах по руководству операциями и вылетами самолетов-разведчиков, самолетов-бомбардировщиков, пополнением натовского арсенала немецкими бомбами с высоточным наведением Все это — участие в войне, подчеркивает печать ФРГ.

Она напоминает, что в середине марта федеральное правительство воздержалось при голосования резолюции по Ливии не только от участия немцев в любых военных действиях, но и даже от обеспечения поставок гуманитарных грузов для ливийских беженцев в соседних странах. То есть, что называется, полностью открестилось от натовских программ. «Но на фоне задействования немецких воздушных координаторов на командном пункте в Поджо-Ренатико все предыдущие заявления федерального министра иностранных дел воспринимаются, как фарс», характеризует ситуацию постоянный представитель фракции СДПГ, четыре года занимавший пост госминистра МИДа Гернот Эрлер. Впрочем, озабоченность К. Штробеле конституционной состоятельностью действий кабмина разделяют не все представители в среде тех же социал-демократов. Райнер Арнольд, отвечающий за внешнеполитическую деятельность партии, утверждает, к примеру, что федеральное ведомство по охране конституции не вправе влиять на действия НАТО, способствовать им или блокировать их.

 

Выводы

 

Первый. Завершение фазы военного противостояния между повстанцами и войсками, преданными режиму, означает подведение ее итогов, которые командирование НАТО склонно расценивать как победу альянса, поддержавшего стремление ливийцев к смене режима. В этой связи сложно определить место ФРГ в процессе увенчания лаврами, поскольку налицо ее громогласный отказ от участия в военных операциях НАТО и в то же время фактическое участие, имея в виду задействование подразделения в итальянском командном пункте и снабжение бомбами с высоточным наведением, а, возможно, и иные, еще неизвестные широкой общественности факты «непрямого участия» в ливийских событиях.

Второй. Общественность ФРГ с сомнением относится к высказываниям политических лидеров. Эксперты напоминают: Германия отказалась участвовать в военных акциях против режима Каддафи, из-за чего была подвергнута критике не только союзниками по НАТО, но и всем западным миром. При этом контингентом 5,3 тыс. военнослужащих в максимальном исчислении ФРГ продолжает участвовать в миссии ISAF в Афганистане, а до этого, восемь лет назад, столь же решительно отозвалась о возможности военного участия в Ираке. Спонтанные решения на протяжении последнего десятилетия говорят о многолетней неустойчивости внешнеполитического курса ФРГ, что скорее всего означает отсутствие военной стратегической доктрины страны, подчеркивают эксперты Германии.

 

Использованы данные сайтов бундестага, МИДа ФРГ, taz, Deutsche Welle, ZDF.

62.4MB | MySQL:101 | 0,515sec