Социально-экономическая ситуация в Иране: январь 2013 г.

Социально-экономическая ситуация в Иране в январе 2013 г. продолжала оставаться тяжелой. После ее незначительной стабилизации в ноябре – декабре 2012 г., основные макроэкономические и социальные показатели вновь начали демонстрировать тенденции к ухудшению. Так, в январе 2013 г. в стране вновь заговорили о гиперинфляции на уровне более 50% в год. В конце января 2013 г. валютный рынок ИРИ начало лихорадить. Под давлением слухов о скорой отставке главы ЦБ ИРИ М.Бахмани стоимость доллара США по отношению к иранскому риалу совершила очередной скачек на черном рынке, поднявшись с 35000 до 36250 риалов за 1 доллар.

На этом фоне постепенно в Иране набирает обороты гонка за президентское кресло 2013 г. Несмотря на  то, что сами выборы были назначены на 14 июня 2013 г. их приближение ощущалось уже в январе 2013 г. Более того, уже в начале 2013 г. стало очевидно, что именно социально-экономическое положение будет одним из тех основных факторов, которые повлияют на ход избирательной компании и определят ее исход.

 

Экономические реформы

16 января 2013 г. М.Ахмадинежад обратился к Меджлису страны с просьбой разрешить ему приступить к реализации второго этапа экономических реформ, связанных с частичной отменой косвенных субсидий, предоставляемых населению, и их монетизацией. Напомним, что решение о приостановке его реализации было принято парламентариями в ноябре 2012 г. Еще в первом чтении, состоявшемся 7 октября 2012 г., этот шаг поддержали 179 из 242 депутатов иранского Меджлиса. Вице-спикер парламента М.‑Р.Бахонар заявил тогда, что указанное решение было обусловлено необходимостью стабилизировать ситуацию в стране, переживающей нелегкие времена. Указанная программа реформ вызывала нарекания со стороны парламентариев и в прежние времена. Еще до начала ее реализации в декабре 2010 г. депутаты Меджлиса предрекали, что единственным следствием указанных преобразований будет существенный рост темпов инфляции и обесценение национальной валюты страны.

Особо острые дебаты между кабинетом министров и парламентом разгорелись в 2011 г., когда правительство, обсуждая второй этап программы реформ, вместо постепенного урезания косвенных субсидий предложило пойти на резкое их сокращение. Последнее позволило бы существенно увеличить экономию госсредств с 44 до 110 млрд долл. США в год. Социальные последствия такого шага были весьма непредсказуемы. В результате чего парламент оказал яростное сопротивление правительственной инициативе. При этом, М.Ахмадинежад и его сторонники все же имели возможность «продавить» указанное решение, задействовав все имеющиеся в их распоряжении рычаги влияния, если бы  определенные корректировки в ситуацию не внесли санкции 2012 г., нанеся серьезный удар по экономике страны. Как отмечают эксперты, в этих условиях, проведение преобразований, чей исход не прогнозируем, естественным образом оказалось не в интересах всей правящей элиты ИРИ, объединив ее в указанном вопросе перед лицом возможной экономической катастрофы.

Характерно, что решение парламента временно отложить начало реализации второго этапа проведения государственных реформ в октябре – ноябре 2012 г. изначально не вызвало никакой негативной реакции со стороны исполнительной власти. При этом и сами парламентарии отметили, что от экономических реформ никто в Иране отказываться не собирается. Более того, реализация их второго этапа может быть проведена уже в 2013 г. Вместе с тем, М.Ахмадинежад, изначально согласившись с парламентариями, к январю 2012 г. изменил свое мнение. Обращаясь к депутатам он признал, что страна испытывает ряд серьезных проблем, которые вызваны существующим санкционным режимом. При этом президент подчеркнул, что проводимые экономические реформы не только никак не ухудшат существующую ситуацию, но и наоборот, должны способствовать экономическому оздоровлению ИРИ.

Впрочем, выступление М.Ахмадинежада не сильно подействовало на парламентариев. Депутат Меджлиса М.Р.Бахонар и спикер А.Лариджани открыто подвергли его заявления критике. Ими отмечалось, что уже на первом этапе проведения реформ произошло неоправданно высокое повышение цен на энергоносители, что существенным образом ударило по иранскому производителю, привело к остановке ряда производств и, в конечном счете, сказалось на общем уровне занятости. Отдельно парламентарии подвергли критике попытки президента исказить реальную картину дел в экономике ИРИ. Так, М.Ахмадинежад, явно занижая негативные показатели и завышая экономические достижения страны, объявил о том, что в 2012 г. ВВП Ирана вырос на 5%. Подобное заявление возмутило депутатов. Они, в свою очередь, более склонны поддержать оценки МВФ, говорящие о сокращении объемов ВВП ИРИ в 2012 г. практически на 1%. В дополнение ЦБ ИРИ опубликовал отчет, в соответствии с которым уровень инфляции в стране на начало января 2012 г. составлял 27,4% (для сравнения, на начало декабря 2012 г. этот показатель оценивался в 26,1%).

 

Нефтегазовый сектор

В январе 2013 г. власти Индии, КНР и Южной Кореи опубликовали статистические данные о закупках нефти в 2012 г. Они частично подтверждают ранее циркулировавшую информацию о значительном сокращении импорта сырья у Ирана. Вместе с тем, эти отчеты позволяют также судить о том, что снижение импорта углеводородов из ИРИ произошло не только по причине введенных в отношении Тегерана санкций. В частности 21% снижение закупок иранской нефти Китаем по сравнению с 2011 г. (с 557 до 440 тыс. баррелей в сутки) произошло по причине возникшего между Национальной иранской нефтяной компанией (НИНК) и ее китайским партнером Унипек (Unipec) спора о цене на продаваемое ИРИ сырье. Также определенную роль в этом сыграли новые российско-китайские договоренности.

Так, по итогам 2012 г. Иран потерял третье место, занимаемое им после Саудовской Аравии и Анголы в списке основных поставщиков сырой нефти Пекину. Он был оттеснен Россией, которая в 2012 г. на 31% увеличила экспорт сырой нефти в КНР. На этом фоне, 14 января 2013 г. руководство российской компании Роснефть провело встречу с представителями китайской China National Petroleum Corporation. В ходе переговоров стороны подтвердили свое намерение еще больше нарастить объемы экспорта российской нефти в КНР с 300 до 500 тыс. баррелей в сутки. Необходимо отметить, что это далеко не предел российских возможностей. Еще в 2009 г. Россия закончила строительство первой фазы нефтепровода Восточная Сибирь – Тихий океан (ВСТО-1) с пропускной способностью 600 тыс. баррелей в сутки и перспективой ее увеличения до 1,6 млн. баррелей в сутки к 2025 г. К сентябрю 2010 г. от ВСТО-1 было проложено ответвление Сковородино – Дайкинг пропускной способностью 300 тыс. баррелей в сутки с потенциалом ее увеличения до 600 тыс. баррелей в сутки к 2025 г. Наконец, в декабре 2012 г. была завершена вторая фаза ВСТО (ВСТО-2) пропускной способностью 300 тыс. баррелей в сутки с потенциалом ее увеличения до 1 млн. баррелей в сутки к 2025 г. Нефть по ВСТО-2, достигнув побережья Тихого океана, будет дальше танкерами доставляться потребителям в странах региона, включая КНР. В итоге, в России не скрывают того, что с выходом трубопроводов ВСТО-1, ВСТО-2 и Сковородино – Дайкинг на полную мощность доля Москвы на китайском нефтяном рынке еще больше увеличиться, что, в конечном итоге, может серьезно потеснить на нем же Иран.

Не менее утешительно ситуация выглядит в случае с другими иранскими партнерами – Индией и Южной Кореей. В 2012 г. объемы закупок нефти у ИРИ южнокорейцами сократились на 36% (с 239 до 153 тыс. баррелей в сутки), а индийцами на 2,4% (с 372 до 363 тыс. баррелей в сутки).

7 января 2013 г. депутат Меджлиса и официальный представитель парламентского комитета по вопросам планового развития и бюджета, Голамреза Катеб, официально признал факт существенного сокращения объемов экспортируемой Ираном нефти. Более того, по словам парламентария, спад экспорта был более существенным и резким, чем это изначально пытались представить Министерство нефти и СМИ страны. По сути дела, выступление Г.Катеба явилась еще одним эпизодом развязанной в Иране «войны компроматов», т.к. свои заявления он строил непосредственно на докладе о состоянии иранской нефтяной отрасли, который был передан министром нефти Р.Касеми на рассмотрение комитета по вопросам планового развития и не должен был разглашаться. Характерно, что чиновники министерства попытались оспорить заявления депутата, настаивая на том, что односторонние санкции США и ЕС задели энергетический сектор ИРИ «по касательной». В ответ на это Г.Катеб фактически процитировал доклад министерства, в котором прогнозировалось, что в период с конца декабря 2012 г. по конец марта 2013 г. объем экспорта иранской нефти упадет на 40%, при этом доходы от ее продажи, а также продажи нефтепродуктов и конденсатов за рубежом снизятся на 45% по сравнению со схожим периодом годичной давности.

В абсолютных величинах в указанный временной промежуток 2012 – 2013 гг. объем поставок иранской нефти за границу должен составить 1,2 млн баррелей в сутки (для сравнения, в декабре 2011г.  – марте 2012 г. этот показатель составил 2,2 млн баррелей в сутки). Расчеты иранцев близки к прогнозам Международного энергетического агентства, аналитики которого посчитали, что в первом квартале 2013 г. ИРИ сможет продать на внешних рынках не более 1 млн баррелей в сутки. С их точки зрения, ситуацию не смогут исправить даже предполагаемое повышение закупок иранской нефти Турцией и Японией.

Откровения Г.Катеба ярким образом контрастировали с выступлением Р.Касеми, которое состоялось всего за день до этого – 6 января 2013 г. По словам министра, несмотря на санкции Иран поступательно реализует свой план по развитию нефтегазового сектора, планируя выйти к марту 2016 г. на уровень добычи в 5,5 млн баррелей нефти в сутки. Как отмечают эксперты, данная задача считалась практически недостижимой еще до введения европейского эмбарго на поставки нефти. С его же введением в 2012 г. иранское руководство, в принципе, должно попрощаться с любыми идеями о достижении поставленной цели: в 2012 г. речь должна была идти уже не об увеличении объемов добычи, а о сохранении их на прежнем уровне (по оценка экспертов Бритиш Петролеум, добыча нефти в ИРИ в 2012 г. по сравнению с 2011 г. упала на 17%). Это, очевидно, прекрасно понимают и в министерстве нефти ИРИ, однако все еще стараются не подавать признаки существующей паники. Вместе с тем, Р.Касеми все же был вынужден признать, что без инвестиций в объеме 400 млрд долл. США, которые потребуются в течение ближайших четырех лет, увеличить производство нефти в стране не удастся.

К январю 2013 г. руководство ИРИ стало получать существенные жалобы от государственных иранских энергетических компаний, занимающихся созданием нефтедобывающей инфраструктуры, относительно нехватки импортных комплектующих для бурения и обустройства новых нефтяных колодцев. Как отмечают аналитики, в последние годы иранские компании добились существенного прогресса в овладении технологиями бурения и нефтедобычи, однако не смогли обеспечить самодостаточность в производстве необходимых для этого комплектующих. Покупать последние к январю 2013 г. стало весьма затратно и практически невозможно. Изначально, когда Иран оказался отсечен санкциями от европейских поставщиков, его госкорпорации переориентировались на Китай. Однако, к январю 2013 г. и этот источник стал недостижим для иранцев: из-за принятых в отношении ИРИ санкционных мер Тегеран оказался просто не в состоянии оплачивать свои покупки. Не помогло иранцам и активное использование частных компаний, таких как Дана и Таха, которые были тесно связаны с Корпусом стражей исламской революции (КСИР) и действовали в его интересах. Связи указанных частных фирм с госструктурами и КСИРом весьма эффективно просчитывалась европейскими и, прежде всего, американскими спецслужбами.

Уловив потребность иранцев в нефтедобывающем оборудовании рынок немедленно ответил скачком цен на него. В результате, частные иранские компании к январю 2013 г. стали серьезно жаловаться на попытки дубайских контрагентов существенно поднять стоимость продаваемого бурильного оборудования. Особо критичными эти попытки иностранцев заработать на проблемах энергетического сектора ИРИ оказались для проектов, связных с увеличением отдачи старых нефтяных месторождений. В случае последних, бурение новых скважин, как правило, требует весьма специфического и дорогостоящего оборудования (такого как шахтные моторы для наклонно-направленного бурения). Неожиданный же скачок цен на него существенно ударил по иранскому карману. В условиях жесткого финансового дефицита иранские власти вынуждены выбирать между обеспечением оборудованием проектов по вводу в эксплуатацию новых нефтяных полей и поставкой оборудования для поддержания необходимого уровня добычи на старых месторождениях.

К январю 2013 г. Тегеран пока что старался финансировать все существующие проекты как на старых, так и на новых месторождениях. Однако подобный подход явно не оправдывает себя. По оценкам аналитиков, из всех проектов наклонно-направленного бурения на старых месторождениях реализуется не более 20 – 30%. Так, в январе 2013 г. власти ИРИ были вынуждены признать существенное отставание в реализации проектов по поддержанию необходимого уровня нефтедобычи на месторождениях Гачсаран, Парси, Марун и Ахваз. В случае месторождения Ахваз (одного из основных и самых старых разрабатываемых полей) объемы нефтедобычи в течении 2012 г. сократились с 850 до 750 тыс. баррелей в сутки.

В этих условиях иранское руководство было вынуждено активизировать свою работу по увеличению объемов и номенклатуры бурильного оборудования, производимого внутри страны, а так же достижению максимальной самодостаточности в этом вопросе. Определенные успехи уже были достигнуты к январю 2013 г. Так, Национальная иранская бурильная корпорация (НИБК, National Iranian Drilling Company, NIDC) увеличила количество континентальных бурильных установок до 70. В свою очередь, северная бурильная компания (СБК) Ирана, занимающаяся освоением нефтяных ресурсов Каспийского моря, заявила о наличии 15 – 20 сухопутных бурильных установок. Более того, ее флот оффшорных и оншорных бурильных установок вырос с 98 в 2012 г. до 134 к 2013 г. Руководство указанных компаний (и не только) отмечает, что их первичной задачей на 2013 г. является не только поддержание существующего уровня объемов нефтедобычи на старых месторождениях, но и развитие т.н. «совместных» нефтяных полей (таких как Западный Азар, Чанголь, Пайдар-е Гарб), которые Иран делит со своими соседями. Вместе с тем, существенное увеличение бурильного арсенала НИБК и СБК не должно вводить в заблуждение. Нехватка запчастей сводит эти успехи иранцев практически на нет. Отдельную лепту вносит чрезвычайная зависимость корпораций ИРИ от китайских запчастей, чье качество оставляет желать лучшего и периодически приводит к поломкам, в некоторых случаях сопровождающихся человеческими жертвами.

 

Ядерная энергетика

9 января 2013 г. глава Организации атомной энергии Ирана (ОАЭИ) Ф.Аббаси заявил об успешном перезапуске АЭС Бушер и выводе ее на полную производственную мощность. Напомним, что еще в середине ноября 2012 г. из очередного отчета МАГАТЭ стало известно о проблемах, возникших в октябре 2012 г. со строительством атомной электростанции в Бушере. По словам директора Агентства Ю.Амано, в середине октября 2012 г. его организация получила уведомление иранской стороны об остановке работы АЭС и начале выгрузки ядерного топлива из реактора. Позднее, 6 – 7 ноября 2012 г. инспекция МАГАТЭ подтвердила этот факт. Проблемы на первой атомной станции ИРИ немедленно вызвали всплеск дискуссии в западных и иранских СМИ относительно причин произошедшего. Официальный Тегеран в лице своего постпреда при МАГАТЭ А.А.Солтание, а также иранского посла в Москве Р.Саджади попытался сгладить всю остроту вопроса, заверив, что выгрузка ядерного реактора ведется под надзором российской стороны в рамках плановых работ по передаче станции под управление специалистов из ИРИ. «Атомстройэкспорт» проводит-де последние проверки на предмет безопасности эксплуатации АЭС. Однако эти слова не были приняты на веру в США и ЕС. Западные дипломаты и эксперты выразили свою уверенность в том, что проводившиеся в октябре – ноябре 2012 г. работы на атомной станции были далеко не рутинной процедурой. Некоторые американские и европейские аналитики на условиях анонимности даже поспешили назвать ситуацию «тревожным сигналом», поднимающим вопрос относительно безопасности эксплуатации атомной станции построенной российскими специалистами. В качестве подтверждения своих слов о возникновении нештатной ситуации на АЭС они, в том числе, упоминали озвученное «Атомстройэкспортом» решение о переносе передачи управления атомной станцией иранской стороне с декабря 2012 г. на март 2013 г.

К концу ноября 2012 г. российские власти были вынуждены подтвердить информацию о том, что производившиеся работы, хоть и не были «тревожным сигналом» относительно безопасности будущей станции, но также не относились и к разряду плановых работ. Как официально сообщили СМИ представители «Атомстройэкспорта», топливо из реактора АЭС Бушер выгружали из-за неполадки, связанной с фрагментом детали главного циркуляционного насоса. Сообщалось, что при работе энергоблока на 100% мощности штатной системой обнаружения слабо закрепленных предметов были зафиксированы шумы в области между днищем корпуса реактора и нижней образующей шахты. Специалисты, проанализировав ситуацию, пришли к выводу, что возможной причиной появления шумов стало нахождение в данном месте постороннего предмета и приняли решение проверить состояние реактора, выгрузив из него ядерное топливо. После разборки реактора был обнаружен фрагмент детали главного циркуляционного насоса, который находился между корпусом реактора и внутрикорпусной шахтой, которая служит, в том числе, для защиты топливных сборок при возможном попадании посторонних предметов в первый контур. При последующем осмотре корпуса реактора иранскими и российскими специалистами никаких повреждений не было обнаружено. Последнее, по словам экспертов «Атомстройэкспорта», «полностью подтверждает безопасность эксплуатации АЭС и отсутствие угроз для оборудования и ядерного топлива». В подтверждение этих слов, к началу декабря 2012 г. в СМИ появилась информация о том, что ядерное топливо было вновь загружено в реактор АЭС Бушер и станция готовится к дальнейшей работе.

Вывод АЭС Бушер на полную мощность стал для иранских властей очередным поводом, чтобы напомнить о своих намерениях по развертыванию на территории ИРИ полного ядерного топливного цикла (ЯТЦ). Об этом Ф.Аббаси заявил 13 января 2013 г., подчеркнув, что главное внимание иранских ученых нацелено на создание тяжеловодного реактора. В частности в Араке идет строительство некоего тяжеловодного реактора, созданного на основе индивидуальных иранских проектов. Помимо этого, часть разработок в сфере ЯТЦ на данный момент проводится в Тегеране.

 

 Социально экономическая ситуация и выборы президента Ирана

С точки зрения аналитиков, на президентских выборах 2013 г. Верховный лидер Ирана А.Хаменеи предпримет попытку провести собственного кандидата на пост главы исполнительной власти. При этом, речь идет именно о выдвижении полностью собственного кандидата, предельно лояльного Верховному лидеру, а не о выборе среди выдвиженцев от различных политических течений на президентский пост (иными словами, Хаменеи более не намерен играть роль силы, которая только «благословляет» на четырехлетнее президентское «царствие»). Вмешательства в этот процесс от него якобы требует складывающаяся социально-экономическая ситуация в Иране. Растущие цены на потребительские товары, высокие темпы инфляции, падение стоимости иранского риала по отношению к доллару США, сокращение объемов экспорта иранской нефти за рубеж, а также жесткие экономические санкции, введенные США, ЕС и их союзниками в отношении ИРИ, по мнению экспертов, ставят серьезный вопрос относительно политической и экономической эффективности исламской республики как формы правления. По крайней мере, тяжелая социально-экономическая ситуация в стране уже ни для кого не является секретом. По заявлениям Великого аятоллы Н.Макарем-Ширази и его окружения, теологическое сообщество в Куме уже завалено письмами со всех концов страны с жалобами от рядовых иранцев относительно ухудшающихся условий жизни. Характерно, что большинство из жалобщиков все еще верят в идеи исламского правления: на данном этапе они считают, что некие силы держат в неведении правительство о тяжелом положении народа, и просят духовенство довести информацию о реальном положении дел до президента. Это подтверждают и различные социологические исследования, проводимые как госструктурами ИРИ, так и силами зарубежных организаций – от 40 до 60% иранского населения все еще довольны существующей формой правления или не видят ей альтернативы.

Однако сам факт появления таких писем является настораживающим для А.Хаменеи. Последний, как профессиональный революционер, должен знать, что вера в «доброго царя от которого скрывают реальное положение дел» быстро проходит, а экономические требования рано или поздно сменяются политическими. В этих условиях, как считают эксперты, Верховный лидер стремиться полностью взять управление страной на себя приведя на пост президента свою креатуру, т.к. более не доверяет экспериментаторам ни от консервативного, ни от реформаторского лагеря. Вместе с тем, чтобы достигнуть этой цели ему потребуется обеспечить две вещи: единство консерваторов и полностью подконтрольную внутриполитическую среду накануне выборов. Ради достижения указанной цели им уже предпринят ряд шагов, направленных на подготовку политической арены к появлению ставленника А.Хаменеи и нейтрализации его возможных оппонентов.

Во-первых, было объявлено об увеличении количества сил безопасности, призванных контролировать проведение выборов.

Во-вторых, Верховный лидер позволил принять парламенту новый закон, ужесточающий процедуру выдвижения кандидатов в президенты. Указанная законодательная инициатива уже получила среди иранской оппозиции название «очередной шаг от выборного президента к назначаемому».

В-третьих, были усилены гонения на инакомыслящих и оппозицию, а также задействован административный аппарат для оказания давления на возможных оппонентов будущего протеже Верховного Лидера. В частности, арестам подвергся ряд приближенных лиц действующего президента. Еще в сентябре 2012 г. был арестован его советник по СМИ Али Акбар Джаванфекр, а в феврале 2013 г. – бывший прокурор Тегеран Сайед Мортазави.

Вместе с тем, в январе 2013 г. А.Хаменеи не объявил самого главного – имени своей креатуры. Как отмечается экспертами, сделать это будет весьма непросто – слишком много требований предъявляется к будущему кандидату. Помимо того, что он должен быть компромиссной фигурой для всех группировок реформаторского лагеря, сохраняя при этом личную верность только Верховному лидеру, он также должен обладать качествами весьма эффективного экономического менеджера для решения существующих внутренних проблем и навыками искусного дипломата для выстраивания правильного диалога с Западом (прежде всего, США) для решения проблемы существующих экономических санкций. По мнению экспертов, подобной фигуры в окружении А.ХАменеи сейчас нет. Более того, к концу января 2013 г. стало очевидно, что Верховный лидер испытывает серьезные проблемы с контролем даже текущей внутриполитической ситуации.

Как показывают события января – начала февраля 2013 г. объединить консерваторов вряд ли удастся, равно как и заставить их действовать по определенному сценарию. Первый, кто как обычно, выбился из шаблона отведенной ему Верховным лидером роли, был действующий президент М.Ахмадинежад. Вместо того, чтобы тихо готовится к уходу с политической арены он развернул весьма бурную деятельность. В первую очередь, он явно готовиться выставить на участие в президентских выборах своего ставленника. На эту роль претендует  советник и родственник М.Ахмадинежада Э.Р.Машаи. Выбор Э.Р.Машаи в качестве кандидатуры на участие в президентской гонке является отдельным вызовом Верховному лидеру. Для последнего сам допуск Э.Р.Машаи к участию в выборах является «красной линией», о пересечении которой не может быть и речи. Между тем, М.Ахмадинежад все же возможно постарается продвинуть именно указанного человека. Он якобы специально принял решение о снятии Э.Р.Машаи с должности главы президентской администрации и назначении его на весьма аморфный пост президентского советника. Таким образом М.Ахмадинежад якобы дистанцировал своего протеже от деятельности кабинета министров, с тем чтобы формально Э.Р.Машаи мог избежать критики, которой активно подвергается нынешнее правительство.

С этой же целью, по мнению некоторых политологов, М.Ахмадинежад выступил перед парламентом 16 января 2013 г. с признанием относительно существующих экономических проблем в стране, а также неспособности правительства их решить. Таким образом, беря всю вину за происходящие экономические неурядицы на себя, он лишает права своих оппонентов задать схожие вопросы Э.Р.Машаи.

Отмечается, что возможное выдвижение Э.Р.Машаи – не единственный маневр действующего президента. Во-первых, у Э.Р.Машаи якобы существуют дублеры на случай его провала. Во-вторых, М.Ахмадинежад все еще не оставил намерения начать переговоры с США по снятию существующих экономических санкций. Налаживание отношений с Вашингтоном, с точки зрения многих, явилось бы шагом полностью меняющим расклад сил на внутриполитической иранской арене: нынешний президент получил бы от своего населения существенный «кредит доверия», выставив бы А.Хаменеи главным виновником длительной международной изоляции Ирана.

В-третьих, считается, что с целью повлиять на предвыборную ситуацию в стране М.Ахмадинежад может развязать «войну компроматов», последовательно запуская в общественность сведения, порочащие кандидатов своих соперников. Первый тест «компроматного оружия» был проведен 3 февраля 2012 г., когда действующий президент обвинил клан спикера Меджлиса и потенциального кандидата на президентских выборах от лагеря умеренных консерваторов Али Лариджани в злоупотреблении властью. Им перед Меджлисом были продемонстрированы аудиозаписи, якобы подтверждающие попытку братьев А.Лариджани – Садека и Фазеля – подкупить бывшего прокурора Тегерана С.Мортазави. Несмотря на то, что официально принесенные пленки были восприняты как несущественное доказательство в виду низкого качества записи, сам ход принес определенные результаты. По данным социологических опросов, до 80% иранского населения посчитали шаг президента правильным. Характерно, что даже А.Хаменени отказался напрямую высказать свою поддержку А.Лариджани.

Эксперты верят, что информация на братьев Лариджани не единственный компромат, имеющийся у М.Ахмадинежада. Считается, что за последние год – полтора в архивах иранских служб безопасности действующим президентом был собран значительный материал о злоупотреблениях семьями иранской политической элиты своим общественным положением за многие годы. Считается, что один из наиболее внушительных компроматов составлен М.Ахмадинежадом на сына Верховного лидера ИРИ и серого кардинала иранской внутренней политики – Моджтабу Хаменеи. Более того, некоторые эксперты говорят о том, что эти материалы уже сыграли определенную роль: президент якобы уже продемонстрировал их А.Хаменеи и, тем самым, смог обговорить скорейшее освобождение в феврале 2013 г. одного из своих друзей – С.Мортазави, а также заставить Верховного лидера проигнорировать просьбы клана А.Лариджани о помощи в скандале со взятками.

Подобное поведение М.Ахмадинежада послужило примером и для других сил на иранской внутриполитической арене. А.Хаменеи терпит явные неудачи при осуществлении попыток взять под контроль реформаторский лагерь и оппозицию. Обе группы, несмотря на ведущиеся в их отношении гонения, в январе 2013 г. продолжили активно заявлять о своих намерениях все же принять участие в предвыборном процессе и делали особый упор на необходимости корректировки экономического курса властей ИРИ. Так, различными реформаторскими группами в конце 2012 – начале 2013 гг. был проведен ряд встреч с целью выдвижения единого кандидата на пост главы исполнительной власти страны. Это начинание было полностью поддержано двумя опальными, но все еще влиятельными фигурами внутриполитической жизни ИРИ – С.М.Хатами и А.А.Хашеми-Рафсанджани. Последний продолжил делать свои заявления в поддержку реформаторского движения даже после ареста в сентябре 2012 г. своей дочери, Фаезе, и сына, Мехди, обвиненных в антиправительственной деятельности. С.М.Хатами же, в свою очередь, до сих пор сохраняет интригу относительно своего участия в президентской гонке в 2013 г.

В этих условиях растет активность рядовых оппозиционеров, активно обсуждающих действие властей в блогосфере, а также на дому. Во многом они сходятся во мнении, что при проведении репрессий режим явно перегнул палку и совершил ряд непростительных ошибок в экономической сфере. Это мнение постепенно начинает распространяться в иранской среде независимо от ее политической ориентации. Так, заявления Верховного лидера в начале января 2013 г. о необходимости слаженного проведения президентских выборов 2013 г. и недопущения повторения протестных выступлений 2009 г. дали неожиданный эффект. Ряд политиков консервативного толка (включая Х.Асгаровлади и М.Резаи) неожиданно потребовали от режима быть более осторожным в своих методах и отличать верных последователей идей исламской революции – М.Карруби, М.-Х.Мусави и высшее руководство «Зеленого движения» – от некоторых рядовых членов оппозиции, действительно подвергшихся воздействию «вредных западных идей». Еще месяц – полтора назад подобные заявления были невероятны.

В итоге, ситуация в Иране в январе 2013 г. складывалась весьма непросто. Попытка Верховного лидера взять ее под контроль дает обратный результат. Ранее отлаженный административный аппарат проявляет первые признаки системного сбоя. Несмотря на все усилия А.Хаменеи направить ход событий по запланированному сценарию натыкается на серьезное сопротивление со стороны некогда послушных ему сил. Так, консерваторы продолжают вести внутреннюю борьбу между собой, используя в ней компрометирующие материалы (что характерно, связанные с общей тяжелой социально-экономической ситуацией в стране), в целом представляющие исламский режим в негативном свете. Как отмечают иранские аналитики, политическая элита страны в целом действует саморазрушающе, не понимая, что ее неспособность к консенсусу может обратиться падением всего исламского режима. По крайней мере, в Иране уже начинаются высказываться сомнения в том, что аппарат Верховного лидер, в принципе, способен и дальше исполнять роль высшего координирующего центра и стабилизатора общей ситуации в стране.

43.7MB | MySQL:92 | 1,024sec