О политическом подтексте визита лидера ПДН С.Демирташа в Москву

23 декабря с.г. министр иностранных дел России С.Лавров встретился с сопредседателем прокурдской Партии демократии народов (ПДН) С.Демирташем. Понятно, что отдельная встреча министра с лидером не самой первой партии в любой стране имеет свой политический подтекст. В данном случае эта встреча символизирует со стороны России ясный сигнал  Р.Т.Эрдогану о его «нерукопожатности» в принципе, независимо от срока его пребывания в качестве президента Турции. Турецкий лидер успел испортить отношения практически со всеми лидерами из соседних стран, что можно расценивать как стремление продемонстрировать «суверенитет», а можно — как несгибаемую тупость, которая, конечно, полностью противопоказана политикам в принципе. Для С.Демирташа визит в Москву — это четкое артикулирование своей позиции по вопросу сбитого российского самолета и вообще политики Р.Т.Эрдогана. То есть лидер ПДН играет на том электоральном поле, который не только не приемлет Р.Т.Эрдогана в принципе, но и в настоящее время серьезно страдает от осложнения российско-турецких экономических связей. И С.Демирташ в этой связи свою позицию формирует, как политический деятель Турции, которого принимают в Москве на высоком уровне, и который способен быть тем самым каналом неформальной дипломатии между нашими странами, в том числе и в формате восстановления экономических отношений. С этой же целью до приезда в Москву лидер ПДН анонсировал в объятом беспорядками Диярбакыре на юго-западе Турции, что он собирается открыть офис своей партии  в Москве. Ну и, конечно, помимо декларации о том, что он может делать то, что турецкий президент уже никогда не сделает, он также поднимает на приличную высоту собственно и политическое представительство курдов в России. В столице были до этого некие офисы различных курдских партий и группировок из Иракского Курдистана, но они носят характер каких-то полуформальных объединений, которые можно использовать как политического представительства только с большой долей условности в формате неформальной дипломатии. В этой связи открытие официального представительства ПДН – это, безусловно, важный шаг к официальной легитимизации прокурдских партий Турции, что является для Анкары жестким и неприятным действием. Еще в октябре с.г. российские власти предложили сирийской курдской Партии демократического союзу (ПДС) открыть свое представительство в российской столице и выступили за безусловное участие курдов в переговорах о будущем статусе Сирии и выходе из гражданской войны. Пока сирийские курды молчат, хотя на прошлой неделе в Москве побывали представители руководителя ПДС С.Муслима. Причина в данном случае очень прозаична. Курды в Сирии хотят получать помощь отовсюду, без явных перекосов в сторону одного и другого внешнеполитического спонсора. Это дает им возможность маневрировать и шантажировать в случае крайней необходимости и тех, и других. Вот и сейчас утечка в СМИ о поездке посланцев ПДС имела двоякую цель — это прекрасный способ позлить американцев, которые вроде бы договорились с сирийскими курдами и определились, что именно ПДС будет той самой силой, на которую США планируют делать ставку в рамках своей борьбы с «Исламским государством» (ИГ). Должны разочаровать американских аналитиков, курды будут сотрудничать с ними только до той поры, пока им будут предоставлять оружие, оказывать воздушную поддержку и гарантировать предоставление автономии. Американцы не могут делать это слишком открыто, без явного риска полностью испортить свои отношения с Анкарой. Хотя после ссоры с Москвой, пытаться пикироваться с Вашингтоном «по серьезному» будет означать очень быстрое политическое фиаско Р.Эрдогана. Но, вообще, это было бы оригинально — поссориться с двумя самыми весомыми членами Совета Безопасности ООН. Такого еще в истории политических отношений не было. Так что рассорившись с Москвой, Р.Эрдоган фактически лишил себя возможности политического маневра.

Над Москвой, в отличие от Вашингтона, не довлеет бремя риска разрыва или осложнения отношений с Анкарой. Россия теперь в состоянии разыгрывать все карты, и нажимать на все «болевые точки» для турецкой стороны, не особо стараясь оглядываться. Глупость, которую допускают некоторые отечественные аналитики, говоря о возможности закрытия проливов Босфор и Дарданеллы турками в случае осложнения отношений до крайности, мы рассматривать не будем. Ограничимся лишь тем фактом, что в таком случае Анкара выходит за рамки международного правового поля, что тут же спровоцирует обструкцию в ООН. Причем не только со стороны Москвы. Позорный лично для Р.Эрдогана вывод 23 декабря с.г. 135 турецких военных вместе со всеми танками и бронетранспортерами из Северного Ирака воочию показывает, что международный прессинг для турецкого руководства совсем не пустой звук. Особенно, когда к нему присоединяются американцы и россияне одним фронтом. Но самый главный аргумент- это российский газ, который составляет 55 % от всего объема потребления Турции. Его перекрытие означает коллапс экономики и массовый народный взрыв. Так что Россия мало что теряет от разрыва с Анкарой и может действовать на грани фола по принципу «Эрдоган должен уйти, а Карфаген разрушен». Заигрывания с сирийскими курдами из ПДС — это как раз тот самый фол. Окажись лидер Рабочей партии Курдистана (РПК) Оджалан волею случая в Москве сейчас, а не десять с лишним лет назад, и о его выдаче не шло бы речи в принципе. А ПДС — это филиал РПК. Образование на севере Сирии курдской автономии является для Анкары кошмаром. То есть на границе будет существовать тыловая база РПК со всеми негативными последствиями в виде проникновения на турецкую территорию курдских партизан. Избежать такой перспективы турки могут только пойдя на открытую военную интервенцию с однозначными потерями. Или же делая все возможное для усиления боевого потенциала исламистских группировок среди сирийской оппозиции с целью использовать их против курдов. И первый, и второй вариант чреват огромными репутационными и политическими рисками. Что же касается позиции Москвы на курдском направлении, то ее возможности также в принципе лимитированы. СССР в свое время пытался использовать курдский фактор в своих геополитических интересах. Отец нынешнего президента Иракского Курдистана Мустафа Барзани даже носил форму советского генерала, а курдские отряды готовились на базах в Средней Азии. Но главный итог этой политики — курды, независимо от своей политической окраски, всегда и везде были очень благожелательно настроены к русским, но никогда они не демонстрировали стопроцентной лояльности и управляемости. И дело не в России, дело в принципах курдской политики и их менталитете. Американцам предстоит еще воочию столкнуться с этим феноменом. Так что, нынешние заигрывания с курдами следует рассматривать, безусловно, как временную тактику, нацеленную на максимальное раздражение и ущерб для национальных интересов Анкары времен правления Р.Эрдогана «со товарищи». Здесь в средствах стесняться не надо, поскольку все на Востоке должны понимать, что ссориться с Москвой нет никакого смысла. Как это, видимо, уже поняли члены катарской правящей семьи, захваченные во время соколиной охоты в Ираке неизвестными террористами. Кстати, интересно, но катарские посредники в Бейруте пока не получили от «Хизбаллы» подтверждения о том, что это сделали шиитские формирования. В руководстве партии это категорически отрицают. Так что возможны разные варианты. Курдский фактор — это средство для временного давления на турецкую верхушку. Курдов необходимо рассматривать, прежде всего, как «попутчиков», особо не увлекаясь идеями поддержки создания «Великого Курдистана». Слишком тесный альянс с курдами мало перспективен, исходя из выстраивания отношений и другими странами Среднего и Ближнего Востока. Интересно, но те же сирийские оппозиционеры из Сирийской свободной армии (ССА) в один голос утверждают, что следующая война будет не с исламистами, а с курдами. Так что этот момент тоже стоит учитывать.

 

42.33MB | MySQL:87 | 0,687sec