О нефтяной отрасли Ливии

Ливия является важной страной для мирового нефтегазового комплекса. Она в ходит в первую десятку стран по объемам доказанных запасов (48 млрд. барр.), при этом на большей территории страны разведку еще не проводили.

Ливийская нефть отличается высоким качеством — она легкая с низким содержанием серы.

До начала внутреннего конфликта в стране производили 1,6 млн. барр. в день. Порядка 84% экспорта направлялось в страны Европы, крупнейшими покупателями были Италия, Германия и Франция.

         Объемы добычи нефти в Ливии

По данным агентства Bloomberg со ссылкой на представителя Национальной нефтяной компании Ливии Мустафу Саналла, в апреле в Ливии добывали 361 тыс. барр. нефти в день. В целом, за последний год добыча, по данным разных источников, находилась в коридоре 200-450 тыс. барр. в день.

Стоит отметить, что добыча нефти в первые годы гражданской войны, хотя и резко упала в первые месяцы 2011 г., крайне быстро восстановилась практически до докризисных уровней. Однако за реабилитацией 2012 г. последовал новый спад добычи и экспорта, связанный с началом забастовок рабочих разных нефтяных объектов на востоке и западе страны.

По этой причине к середине 2013 г. в Ливии, по оценке американского агентства EIA, добывали чуть более 200 тыс. барр. нефти в день.

К середине 2014 г. некоторые важные объекты отрасли вновь заработали, что позволило временно нарастить добычу (по информации EIA, до более чем 900 тыс. барр. в день). Однако затем показатель вновь пошел вниз.

С тех пор добыча не выходила за рамки 200 — 450 тыс. барр./день.

image001

Многие месторождения Ливии функционируют не на полную мощность или не работают вовсе. Более или менее точная информация есть о месторождениях «Бэйда» и «Нафура» на востоке и «Аль-Филь» на юго-западе — они не функционируют уже как минимум год. О ситуации на других объектах говорить сложно.

         Экспортная инфраструктура

Нефтедобыча в Ливии сосредоточена в нефтеносном районе бассейна Сирт на востоке и в нескольких районах на западе государства.

Бассейн Сирта является наиболее важным с точки зрения нефтегазовой инфраструктуры (его также называют «Нефтяной полумесяц»), именно там залегает 80% доказанных запасов нефти страны, оттуда же добывают большую часть углеводородов. Наиболее крупным месторождением на юго-западе страны является «Аль-Филь».

Экспорт нефти Ливия традиционно осуществляла танкерами. Страна не связана трубопроводами с соседними государствами. Нефте- и газопроводы обеспечивают поступления сырья с месторождений в морские порты на севере (с востока на запад): Тобрук, эз-Зувейтина, аль-Бурайка (ранее — Марса эль-Брега), Рас-Лануф, ас-Сидра, эз-Завия, Мелита.

Нефтегазовая инфраструктура Ливии

image002

Порт эз-Зувейтина не функционировал на протяжении пяти месяцев 2015 г., однако возобновил работу в сентябре. С тех пор порт работает с перебоями. До войны он обеспечивал порядка 20% всего ливийского экспорта. В эз-Зувейтине расположены крупные нефтехранилища вместимостью 6,5 млн барр.

Порты ас-Сидра и Рас-Лануф способны экспортировать порядка 600 тыс. барр./день. При этом оба порта не функционируют с декабря 2014 г. По данным источника NOC, цитируемого агентством Reuters, из 32 нефтехранилищ двух портов функционируют лишь 12.

Порт ас-Сидра не функционирует с декабря 2014 г. В январе 2016 г. в районе ас-Сидра и Рас-Лануф прошли столкновения, сообщалось, что на объекты напали боевики, присягнувшие запрещенной в РФ группировке «Исламское государство».

В порту ас-Сидра были подожжены нефтехранилища, инфраструктура серьезно пострадала. Исламисты тогда выложили на своих порталах предупреждения о том, что следующими целями станут порты аль-Бурайка, Тобрук и ас-Сарар.

Нефтегазовая инфраструктура Ливии после 2011 г. пострадала не так значительно, как того можно было ожидать. В отличие от ситуации, например, в Сирии и Ираке, здесь не приходится (по крайней мере до начала 2016 г.) говорить о значительном физическом ущербе объектам добычи, хранения транспортировки, переработки нефти и газа.

Источник Reuters в руководстве старой ННК считает, что разрушение инфраструктуры в Ливии за время конфликта сократило мощность ливийской нефтяной индустрии на 200 тыс. барр./день. Эти 200 тыс. барр., по словам того же источника, можно будет вернуть к концу 2017 — началу 2018 г.

Базирующаяся на западе страны ННК предложила план восстановления нефтяного комплекса. Первый этап плана продолжительностью три месяца предполагает наращивание добычи на 430 тыс. барр./день за счет восстановления добычи на месторождениях «аш-Шарара» и «аль-Филь».

Восстановление производства на месторождениях в рамках второго этапа займет от шести до восьми месяцев. На четвертом этапе будут восстанавливать особо сложные объекты, работы на которых продлятся от восьми месяцев до нескольких лет.

За довольно короткие сроки правительственная компания, по заявлению ее представителей, способна увеличить добычу в Ливии до 700 тыс. барр./день, что в два раза больше сегодняшних показателей.

При этом успех планов ННК зависит от ситуации в сфере безопасности. Это признают сами руководители NOC. Таким образом, пока реализация обозначенных выше планов кажется маловероятной.

         Проблемы управления и борьба за контроль над отраслью

Проблемы с управлением нефтяной отраслью (или точнее — контролем над нефтедобычей, транспортировкой и доходами от экспорта) можно разделить на три «уровня»:

  • общегосударственная политическая неопределенность; причина —  существование трех (или скорее двух с половиной) правительств: ранее признанное на Западе правительство в Тобруке, военное правительство в Триполи и продвигаемое ООН правительство национального единства;

2) борьба организаций, непосредственно контролирующих нефтяную отрасль: две «Национальные нефтяные компании»: ННК в Триполи и ННК в Тобруке, а также возглавляемая Ибрагимом Джадраном Petroleum Facilities Guard;

3) борьба местных племен за «свои права» и долю от нефтяного бизнеса, находящегося на их территориях.

Во-первых, в стране до сих пор сохраняется неопределенность с государственной властью и правительством. В конце марта были проведены попытки направить в Тобрук правительство национального единства, которое должно прекратить существующее «двоевластие» в стране (речь идет о «правительствах» в Триполи и Тобруке, не включая огромное количество других действующих сил и группировок).

Очевидно, что пока позиции нового правительства остаются слабыми. По сообщению ООН, Ливийское мирное соглашение поддержали не все вооруженные группы, нестабильность сохраняется на западе страны, постоянные столкновения происходят на востоке, где особенно активно борются представители самых разных военизированных группировок, в т.ч. группы, подконтрольные генералу Халифа Хафтару, Революционный совет Шуры в Бенгази, Революционный совет Шуры в Аджабиии, которому подконтрольна группа «Ансар аш-Шариа», ИГ.

На юге также продолжаются столкновения, там борьба происходит между местными племенами и общинами.

Более того, в последние месяцы укрепляет свои позиции в Ливии запрещенная в РФ группировка «Исламское государство».

В конце февраля был опубликован Доклад генерального секретаря о миссии ООН по поддержке Ливии. В документе обращают внимание на активизацию деятельности ИГ на западе и в центре страны, и последовавшее за этим повышение уровня преступности.

По данным ООН, ливийский порт Сирт стал базой ИГ в регионе. В целом, под данным ООН, боевики контролируют 250-километровую линию вдоль ливийского берега. Судя по всему, эти 250 км стоит отсчитывать от г. Бен-Джавад, который является самым восточным пунктом этой «полосы».

Кстати, г. Бен-Джавад расположен лишь в 30 км к западу от порта ас-Сидра — важного нефтяного терминала, т.е. боевики расположились в непосредственной близости от важного нефтяного района Ливии.

Такое стратегически удобное расположение сделало возможным нападения на нефтяные объекты к востоку. В том числе, были совершены атаки на нефтяные терминалы портов Сидра и Рас-Лануф (на 30 км восточнее Сидра).

По информации ООН, в этих атаках погибло не меньше 30 боевиков ИГ и 10 охранников объектов. Боевики подожгли нефтецистерны.

Также подверглось атаке месторождение «Марада» (15 км к юго-востоку от Рас-Лануф).

На западе страны исламисты ИГ в январе напали на нефтегазовый комплекс компании «Мелита» в Зуваре (100 км западнее Триполи).

В начале апреля работники трех месторождений востока Ливии были эвакуированы в связи с опасениями по поводу атак ИГ. Сообщалось, что исламисты планируют захватить расположенное к югу от Сирта месторождение «Мабрук».

По мнению Генсека ООН, на данный момент в районе Сирта нет сил, способных оказать сопротивление ИГ. Однако другие источники говорят о том, что в скором времени можно ожидать наступления на ИГ в Сирте сил ген. Халифы Хафтара. По данным арабской прессы, во время январских нападений на ас-Сидру и Рас-Лануф сопротивление боевикам оказали силы И.Джадрана и бойцы из Мисураты.

Стоит отметить, что не все эксперты согласны с заявлениями о том, что ИГ полностью контролирует г. Сирт. По мнению эксперта «Института Ближнего Востока» Быстрова А.А., сообщения о полном контроле исламистов за городом преувеличены, в том числе потому, что Запад рассматривает использование угрозы ИГ и борьбу с ней как фактор для объединения других сил в Ливии и поддержки правительства национального единства.

Говоря о непосредственным контролем за функционированием нефтяного комплекса, стоит отметить, что в охваченной войной Ливии долго сохранялась «старая», оставшаяся от М.Каддафи, система управления.

До свержения М.Каддафи управление комплексом почти полностью осуществляла ливийская Национальная нефтяная компания (NOC). Она исполняла роль министерства нефти, регулирующего органа и национальной компании. ННК получала средства от работающих в нефтяной отрасли страны компаний и переводила их на счет Центрального банка. Важно учитывать эту связь между ННК и ЦБ Ливии.

Такое «разделение труда» в управлении отраслью держалось на удивление долго, учитывая уровень клановой борьбы в Ливии с 2011 г. Даже после того, как на востоке и западе страны обозначились два правительства, такая схема продолжала существовать.

Более того, ННК так и базируется на западе Ливии в Триполи, где расположилось правительство, непризнанное большинством мирового сообщества. Из-за этого доходы от продажи нефти шли мимо поддерживаемого западом правительства в Бенгази. Старая схема работала и в какой-то мере работает до сих пор.

Поддерживаемое западными странами правительство на востоке страны лишь в 2015 г. попыталось переломить ситуацию, создав свою «Национальную нефтяную компанию». Однако новую восточную ННК ждал провал — крупные иностранные игроки отказались с ней сотрудничать.

Очевидно, что иностранные компании не считают новую ННК достаточно профессиональной организацией, достойной доверия, в ней не хватает профессиональных кадров, ее структура не ясна.

Кроме всего прочего, она должна работать в связке с новым, созданным тем же правительством на востоке, Центральным банком Ливии, который также не имеет международной поддержки.

Нежелание запада поддержать новую компанию признанного им правительства можно объяснить неуверенностью в самом этом правительстве и том, куда оно направит получаемые нефтедоллары.

Дополнительным фактором является и то, что именно ближе к востоку страны активную деятельность ведут исламистские боевики. Опасения иностранных компаний связаны и с тем, что восточное правительство и восточная ННК не смогут удержать натиск боевиков.

В конце января новая ННК наконец осуществила свою первую независимую продажу нефти. О том, кто стал покупателем нефти, точной информации нет. Танкер, получивший ливийскую нефть, шел под флагом Индии. Представители новой ННК заявили, что на танкер было загружено 650 тыс. барр. нефти. Пока это единственный успех восточной NOC, и перспективы этой компании не очевидны.

Однако слабость новой ННК не означает сохранение старой ННК контроля над своими нефтяными объектами.

Еще в середине 2013 г. на востоке страны позиции ННК сильно пошатнулись из-за усиления организации Petroleum Facilities Guard (Гвардии защиты нефтяных объектов). Эта организация была создана для охраны нефтегазовой инфраструктуры на востоке страны, однако со временем превратилась в практически самостоятельную силу.

Руководителем Гвардии является Ибрагим Джадран (иногда ее называют «Нефтяная гвардия Джадрана»). Именно под его контролем находится большинство нефтяных месторождений и инфраструктура Ливии, причем как на востоке, так и на западе.

Сообщалось, что ранее И.Джадран сотрудничал с ген. Х.Хафтаром, однако из-за намерения последнего получить контроль над Сиртом, и, соответственно, возможности захвата важных нефтегазовых месторождений по пути к Сирту, это сотрудничество прекратилось.

По сообщению американской The Washington Post, И.Джадран согласился поддержать новое правительство национального единства в Ливии, однако в связи в этим в его рядках произошел раскол, и определенная группа перешла из под его управления к ген. Х.Хафтару.

Силы И.Даждрана контролируют в том числе три основных экспортных порта Ливии — ас-Сидра, Рас-Лануф и аз-Зувейтина. Функционирование всех трех портов до сих пор приостановлено по инициативе И.Джадрана. ННК неоднократно требовала возобновить работу портов, однако до последнего времени генерал сопротивлялся. Лишь в середине апреля он заявил о готовности открыть порты.

И.Джадрана можно считать одной из наиболее важных фигур в сегодняшней нефтяной отрасли Ливии, однако контроль над ресурсами с ним разделяют многие другие группы.

На востоке часть месторождений и инфраструктуры управляется группировками, лояльными ген. Х.Хафтару. Кроме того, за власть, в том числе над нефтью, борются такие силы как «Рассвет Ливии», оряды из Мисурата, «Ансар аш-Шариа» и др.

Наконец, необходимо еще раз напомнить о важности племен в Ливии. В связи с этим, например, любой из указанных выше групп, контролирующих крупные инфраструктурные объекты или большие территории, приходится иметь дело с местными племенами и кланами, которые хотят получать свою выгоду от расположенных на их территории нефтяных объектов.

Например, один трубопровода на всем его протяжении могут контролировать разные племена.  В связи с этим и без того многослойная картина управления нефтяной отраслью страны становится еще более запутанной.

         Выводы

За период гражданской войны главной проблемой для функционирования нефтяного комплекса Ливии стала борьба разных племен и группировок за власть в стране в общем и за контроль над нефтедобычей и нефтяными доходами в частности. В первые годы конфликта снижение объемов добычи было в первую очередь связано с забастовками рабочих и переделом сфер влияния племенами.

Несмотря на старания восточного правительства Ливии, до сих пор экспорт нефти в основном осуществляет базирующаяся на западе NOC. Судя по апрельским и майским сообщениям информагентств, ситуация немного улучшается для восточной NOC, однако о перспективах компании обойти по экспорту западную ННК и заключить контракты с наиболее крупными международными трейдерами еще говорить рано.

В период с 2011 по 2015 гг. серьезный физический ущерб инфраструктуре не наносили. Ситуация начала меняться зимой 2015-2016 гг., когда активизировались террористические группировки, связанные с «Исламским государством».

Судя по всему, ИГ в Ливии ставит задачей не столько контроль над ресурсами страны (очевидно, у группировки пока не достаточно для этого сил и влияния), сколько уничтожение ее инфраструктуры, в первую очередь экспортной.

44.12MB | MySQL:94 | 1,422sec