Примирение России и Турции: взгляд из Израиля

9 августа 2016 г. в Санкт-Петербурге состоялась встреча президентов России В.В.Путина и Турции Р.Т.Эрдогана, которая во многом рассматривалась как знаковый этап процесса восстановления двусторонних отношений. С самого начала, как СМИ, так и представители мирового экспертного сообщества искали в предстоящем мероприятии символы, способные продемонстрировать направление развития будущих контактов. В их числе то обстоятельство, что поездка в Россию, стала первым официальным визитом турецкого лидера после попытки государственного переворота. С другой стороны, особым сигналом было сочтено, что президент Турции был приглашен именно на родину главы российского государства. По мнению российских обозревателей, сближение двух стран позволит им и дальше пойти по пути снижения зависимости от Запада, не просто минимизировав давление извне на себя, но и создавая своим партнерством угрозу их планам.

Разумеется, в стороне от указанных событий не мог остаться Израиль. Причин тому может быть названо несколько. С одной стороны, после долгих согласований государство само пошло на нормализацию сотрудничества с Турецкой Республикой. С другой стороны, принимая во внимание особое влияние российской позиции на ближневосточную повестку дня, израильские власти и общество не могут игнорировать изменения в двусторонних отношениях государств. Более того, в экспертном сообществе высказывались различные мнения, относительно того, что российско-турецкое сближение может принести Израилю. Согласно одной из точек зрения, государство, раньше российской стороны заявившее о готовности преодолеть разногласия с Турецкой республикой, рассматривалось как возможный посредник в переговорах Москвы и Анкары. По мнению других, налаживание отношений между странами наоборот будет содействовать отказу от ряда намеченных турецко-израильских планов, поскольку во многом интерес Р.Т.Эрдогана к ближневосточному партнеру связывался с его желанием найти альтернативу России, прежде всего, в своей стратегии на газовом рынке.

После состоявшихся в Санкт-Петербурге переговоров основным индикатором израильской позиции по данному вопросу стали местные СМИ. При этом они предприняли попытку оценить весь спектр влияния российско-турецкого сближения на мировые процессы. К примеру, в поле зрения журналистов попали даже перспективы контактов с НАТО. После получения приглашения открыть представительство Израиля при штаб-квартире организации в Брюсселе, государство стало придавать особое значение отношениям с Североатлантическим альянсом, опасаясь, что какие-либо факторы могут стать препятствиям на  этом пути. В этой связи в прессе, было подчеркнуто, что возобновление отношений с Россией не отразиться на контактах Турции с НАТО, как следствие и для израильской стороны сотрудничество с альянсом существенным образом не изменится. Издание Jerusalem Post со ссылкой на мнение экс-посла в Анкаре П.Авиви сосредоточилось на прямом влиянии сближения на российско-израильские отношения, которые, по мнению газеты, не должны пострадать, несмотря на значительное внимание к сфере энергоносителей[i].

В отличие от России, поприветствовавшей устранение турецко-израильских разногласий, реакция властей Израиля на аналогичный шаг Анкары и Москвы оказалась более сдержанной. При этом по-прежнему наибольшее внимание они продолжили уделять собственным отношениям с республикой, а не последствиям ее сближения с Россией. По этому пути, к примеру, пошли депутаты от Объединенного арабского списка. Х.Зоаби, выступая в Кнессете в начале августа, потребовала принести извинения парламентариям, которые ранее настаивали на том, что действия Израиля в отношении судна «Мави Мармара» были ошибочными. Также пока не последовало реакции со стороны главы оборонного ведомства А.Либермана, который в силу своего происхождения рассматривается как представитель властных кругов, неизменно выступающий по проблематике России и СНГ. В период, предшествовавший турецко-израильскому сближению, он входил в число противников данного соглашения. Также его считали сторонником сотрудничества России и Израиля в энергетической сфере, обсуждение перспектив которого приобрело особую актуальность после охлаждения отношений Анкары и Москвы. Однако официального заявления по российско-турецкому сотрудничеству от него также не последовало. Во многом это объясняется тем, что недавно министерство обороны под его руководством выступило с весьма резким комментарием относительно соглашения по иранской ядерной программе. В результате чего А.Либерман сейчас, вероятно, воздерживается от заявлений, которые могут пойти вразрез с правительственной линией.

Свою точку зрения по вопросу российско-турецких отношений высказали и представители израильского экспертного сообщества. В этой связи интересно исследование, опубликованное Центром стратегических исследований Бегин-Садат. Его автор Я.Амидор полагает, что одним из основных мотивов Р.Т.Эрдогана пойти на сближение с Москвой сейчас являются выборы президента США. Давая Вашингтону понять, что государство может потерять такого партнера как Турция, Анкара рассчитывает на лояльность новой американской администрации. Кроме того, по мнению эксперта, сближаясь, государства пытаются повлиять на решение сирийского вопроса, рассчитывая, что за счет преимуществ на двустороннем треке можно будет сгладить имеющиеся противоречия[ii].

Таким образом, сегодня Израиль, пытающийся выстраивать свою собственную линию взаимодействия как с ключевыми партнерами в лице России и США, так и с государствами Ближнего Востока, зачастую вынужден наблюдать за тем, как создаются новые региональные и внерегиональные союзы, нередко способные составить конкуренцию собственным планам страны. Аналогичная дилемма для государства возникла и в связи с российско-турецким сближением. С одной стороны, как это часто случается, стороны действительно выступают с конкурирующими проектами, как следствие от восстановления связей с одним государством нередко проигрывает другое. Развитие этого сценария для Израиля в нынешней ситуации полностью исключить нельзя, несмотря на присутствующие позитивные оценки экспертов. С другой стороны, как сближение России с Турцией, так и турецко-израильская нормализация не столь безоблачны, как это может казаться по итогам переговоров. В отношениях с Анкарой сторонам по-прежнему не удается преодолеть принципиальных позиций по вопросу Сирии и Газы, как следствие, высказанные планы  еще не раз могут быть скорректированы в случае нового несогласия государств по указанным проблемам. Более того, учитывая, что конкуренция может возникнуть в обеих парах (Турция-Израиль и Турция-Россия) пока нельзя с полной уверенностью говорить, что одна из стран сделала уверенный шаг в каком-либо направлении, закрыв для себя обходные пути.

[i] Подробнее см.: Ben Solomon A. “Turkey-Israel rapprochement did not affect Israeli-Russian relations” // Jerusalem Post [on-line] 09.08.2016. URL: M.JPOST.COM/Israel-News/Politics-And-Diplomacy/Turkey-Israel—rapprochement-did-not-affect-Israeli-Russian-relations-469600#article=6017OTU2MjE3MTg5OUI2NUMwNzYwNklxRjlxQUE1OTFGODk=

[ii] Amidor Y. Erdogan’s Turkey Takes a Fork in the Road.  // Besa Center Perspective Papers № 351. 29.07.2016. URL: besacenter.org/perspectives-papers/erdogans-turkey-takes-fork-road/

44.72MB | MySQL:115 | 1,348sec