Еврейская община в Иране в условиях исламского режима

Еврейская община в Иране остается сегодня крупнейшей на Ближнем Востоке. При том, что еврейские общины этого региона завершают свое существование, будучи в течение веков символом контактов между мусульманами и евреями, еврейское присутствие в Исламской республике Иран отнюдь не иссякает, насчитывая примерно 24 тысячи человек и простираясь в глубь истории примерно на 28 веков. Именно из Ирана еврейские общины распространялись дальше на восток, преимущественно на Кавказ и в Среднюю Азию. Еще перед исламизацией Ближнего  Востока Иран стал одним из важнейших центров еврейской жизни. Общины пользовались правами полнокровной автономии, просуществовавшей значительное время еще и под властью мусульманских халифов. Значительно ухудшение  положения иранских евреев связано с началом правления династии Сефевидов (1502–1736 гг.), когда шиизм в стране был объявлен государственной религией. Тогда стали привычными такие акции как массовое изгнание евреев из своих домов, разрушение их жилищ и синагог, резкое усиление налогового бремени. Невиданные масштабы приняла насильственная исламизация. То же самое происходило и при правлении  Каджаров, правивших в Иране в 1796–1925 гг., где повседневной реальностью стали бесчисленные религиозные и социальные ограничения.

На рубеже 19-20 вв. в Иране жила достаточно укоренившаяся община местных евреев. Главными сферами занятости иранских евреев являлись разные виды мелкой разносной торговли, ремесла. Более зажиточные евреи занимались ростовщичеством, ювелирным делом, табачным промыслом, торговлей коврами и антиквариатом.       Безусловно, самым важным событием ХХ в. для иранских евреев стала революция 1905-1911 гг., реализовавшаяся  под лозунгами ограничения шахской деспотии, учреждения парламента, отмены отсталых феодальных институтов. В стране был установлен конституционный строй,  созван парламент (меджлис), провозглашено равенство представителей всех населяющих страну конфессий, в том числе – евреев. Они получили право на представительство в парламенте, и могли  выбирать депутата от своей общины. Начался выход евреев из гетто, который постепенно распространился по всей стране. На законодательном уровне было прекращено взимание с евреев специального налога джизья. Проводившаяся в 1930 -1970 гг. политика иранского национализма и возвеличивания доисламской истории страны, ее самобытности  была с одобрением воспринята большинством евреев, с новой силой ощутивших себя частью культурного наследия страны и ее древней истории.

В годы «Белой революции» (1963 -1978 г.) гг. еврейская община в Иране, несмотря на ее сокращение в связи с непрекращающейся репатриацией в Израиль, претерпела невиданное развитие и стала реально пользоваться почти абсолютной культурно-религиозной автономией. Для последнего шаха Мохаммада-Резы Пехлеви, декларировавшего себя как преемника легендарного Кира, расцвет еврейской общины страны и высокий уровень отношений с Израилем  реально демонстрировали  его верность национальным ценностям и идеалам отечественной истории и несли  значительную идеологическую нагрузку.

Накануне исламской революции 1979 г. в Иране проживала самая большая на Ближнем Востоке вне Израиля, еврейская община — примерно 80 тыс. человек, что составляло менее 0,25 % населения страны. Однако экономический вес общины, ее профессиональный уровень и культурный потенциал были гораздо выше этого показателя. Еврейское население страны было сосредоточено преимущественно в крупных городах (Тегеран, Исфахан, Шираз). Экономическое положение подавляющего большинства евреев было удовлетворительным, а часть принадлежала к классу крупных промышленников и коммерсантов.

Однако, накануне исламской революции, в жизни общины ощущались и негативные явления, беспокоившие ее руководство, особенно религиозное. Выход евреев из гетто ослабил связи между членами общины, затруднял культурно-религиозную деятельность, проведение традиционных национально-религиозных  праздников. Стал заметным отход значительной части молодежи от религии. В предреволюционный период община столкнулась и с более серьезными вызовами. Они были связаны с подъемом антишахского движения, во главе которого стояло традиционное духовенство, сохранившее в своем большинстве культивировавшуюся веками неприязнь к евреям. В таких условиях руководство еврейской общины посчитало разумным отмежеваться от шаха и проявить в ноябре 1978 г. солидарность с демонстрантами, выступавшими под антигосударственными лозунгами, выразив тем самым безусловную поддержку надвигавшейся исламской революции.  Естественным  продолжением наметившейся тенденции были события 13 февраля 1979 г., через два дня после победы исламской революции, когда руководство еврейской общины организовало демонстрацию в Тегеране под лозунгами поддержки нового режима.

Однако, несмотря на резко проявившийся конформизм основной массы иранских евреев, очень скоро выяснилось, что евреям Ирана будет трудно вписаться в новые условия, которые регламентировались проводимой в стране политикой всесторонней исламизации иранского общества. Исламская революция февраля 1979 г. радикально изменила судьбу местного еврейства. Именно об этом сигнализировало введение исламского судопроизводства,  радикальная перестройка системы образования и просвещения.

Декларативно политика установившегося в стране исламского режима в отношении еврейского религиозного меньшинства состоит в том, что проводится четкая дифференциация между евреями, с одной стороны, и Израилем и сионизмом, – с другой.  Однако несмотря на такое однозначное заявление, из выступлений исламских лидеров страны видно, что они идентифицируют иранских евреев с Израилем и сионизмом, иногда облекая это в изощренные словесные формы, из которых тем не менее выглядывает примитивный антисемитизм.  Значительную  опасность для еврейской общины Ирана представляла немедленно проявившаяся антиизраильская направленность внешней политики режима. Это,  естественно, обуславливалось политической ориентацией Хомейни, занимавшего крайне экстремистские позиции по отношению к еврейскому государству. Вместе с тем, на встрече Хомейни с лидерами иранского еврейства, состоявшейся в мае 1979 г., им было обещана безопасность для евреев при условии «их дистанцирования от сионизма и Израиля». Сам Хомейни, а в дальнейшем – его преемник на посту духовного лидера страны аятолла Али Хаменеи, неоднократно позволяли себе резко враждебные высказывания по отношению к евреям и иудаизму, о том, например, что  «сама суть евреев в том, что они – враги мусульман». Как следствие, исламская революция  положила начало исходу еврейской общины из Ирана. Сильнее всего уменьшились еврейские общины таких традиционных центров их проживания как Тегеран, Шираз, Абадан. К 1999 г., в течение двадцати лет после установления в стране исламского режима, Иран покинуло более 55 тыс. евреев. 35 тыс. уехали в США, 20 тыс. – репатриировались в Израиль.

Гипертрофированно враждебное отношение в сионизму как глобальной угрозе, нагнетавшееся в Иране с начала существования нового режима,  привело к тому, что в стране была развязана кампания террора,  жертвами которой стали десятки евреев. В их числе — глава еврейской общины, лидер ее выборного совета, крупный бизнесмен   Хабиб Элганиан, который  был казнен по обвинению в сионистской деятельности, шпионаже  и связях с Израилем в мае 1979 г. В июне 1980 г. такая же участь постигла другого крупного бизмесмена – Альберта Даниэльпура, затем был казнен владелец сети гостиничного бизнеса Берухим Аврахами. До середины 1983 г. было казнено еще десять руководителей иранского еврейства и конфисковано еврейское имущество, оцениваемое примерно в миллиард долларов.  В последующие годы такие репрессии были продолжены. Государство предпринимало широкомасштабные акции по конфискации принадлежавшей евреям собственности.

На какое-то время после революции еврейская община Ирана погрузилась в сон, но постепенно оправилась и вернулась к прежнему существованию, восстановив все свои духовные, образовательные, культурные и прочие институции. Ее полноправными лидерами являются глава  общинного Совета и депутат Собрания исламского Совета (парламента). В целом еврейские депутаты Собрания исламского совета занимают коллаборационистские позиции, их главная функция – рассказывать  о счастливой жизни еврее в исламском Иране и по команде сверху делать антиизраильские заявления. Так, летом 2014 г. во время проведения Израилем антитеррористической операции в секторе Газа иранские евреи устроили в Тегеране грандиозную демонстрацию протеста. От имени общины  нередко раздаются  обвинения в адрес Израиля как главного врага Ирана и всего исламского мира. Однако депутаты пытаются и реально отстоять права общины.  Так, в октябре 1999 г. тогдашний еврейский депутат  Манучехр Эльяси  выступил за соблюдение прав  группы арестованных евреев-«шпионов». В речи на открытии осенней сессии парламента, М.Эльяси потребовал как можно скорее провести объективный и беспристрастный суд. При этом еврейский депутат мотивировал свою позицию тем, что проведение суда позволит нейтрализовать давление, оказываемое на Иран странами Запада. Властям не всегда нравится такая позиция еврейских депутатов, и депутат Морис Мотамед, чересчур активно отстаивавшийся права своих единоверцев, был досрочно отозван из законодательного органа.

В годы исламского режима не раз регистрировался всплеск антисемитизма на бытовом уровне, увольнения среди местных евреев, занимавших относительно высокие посты или принуждение к переходу в ислам с целью сохранения своего  положения в обществе. Как писал журнал американской общины  иранских евреев «Чешмандаз», такие тенденции обострялись и в кризисные для страны годы, когда на базе экономических трудностей и финансового кризиса возникала необходимость в поиске цементирующего нацию внешнего врага. Это неминуемо приводило к нагнетанию антиамериканской истерии и, естественно, обвинению во всех смертных грехах его союзника Израиля, сионизма, и, как продолжение этой цепочки,  имело следствием репрессии против еврейской общины Ирана, для многих в ИРИ ассоциировавшейся с Израилем и его политикой на Ближнем Востоке

По мнению иранского аналитика Фарйара Никбахта,  антиеврейская, по сути – антисемитская, пропаганда в Иране является не импульсивной, а строго спланированной кампанией,  рассчитанной на конкретные слои иранского общества. Она опирается на определенные регламентации, показывающие противопоставление евреев Ирана мусульманскому населению страны. Это касается вводимых время от времени ограничений на выезд из страны, получения выездных виз, специальных штампов в паспорте о принадлежности к еврейскому религиозному меньшинству. Сюда же можно отнести существовавшие в течение ряда лет требования к владельцам торговых заведений, в основном — продовольственных, помечать на входной двери принадлежность владельца к религиозному меньшинству. Существуют и другие виды откровенной дискриминации, вписывающиеся в понятие «нарушение прав человека». Это – препятствия,  чинимые властями в области трудоустройства, получения высшего образования, судопроизводства, где до сих пор существуют преференции для мусульман и ограничения для религиозных меньшинств, в первую очередь, – евреев. Отмечены многочисленные случаи  дискриминации евреев по месту работы, в сфере народного образования и получения академических степеней. В стране на официальном уровне раздуваются антиеврейские настроения. Не прекращается  антиизраильская кампания в иранских СМИ.

Община последовательно реагирует на все случаи антисемитизма и юдофобии в иранских СМИ, телесериалах, кино и театре. Так, после выхода в свет телесериала «Дьявол в доме», вызвавшего серьезные протесты среди иранских евреев, руководство общины в лице депутата парламента д-ром М.Эльяси и председателя президиума Общины иранских евреев Х.Ишаи потребовало объяснений от тогдашнего председателя иранского Государственного Радио и ТВ, нынешнего спикера парламент Али Лариджани. Было дано обещание вырезать из сериала все компрометирующие евреев моменты.

Различные еврейские культурные, общественные и религиозные организации и учреждения, активно функционировавшие до исламской революции, продолжают свою деятельность и в нынешних условиях, хотя их число резко сократилось. Сейчас в Тегеране работает специальный учебный компьютерный центр для еврейской молодежи, имеется трехъязычный (в том числе – на иврите) интернет-портал местной еврейской общины. Действует Центральная еврейская библиотека. Недавно в Тегеране с большим успехом прошла фотовыставка о культурной жизни общины. В стране действуют четыре еврейских частных образовательных учреждения в формате школ: две для девочек и две для мальчиков, причем все – в столице. Вне Тегерана для еврейских детей функционируют лишь воскресные школы или классы.

Надо отметить, что в Тегеране сейчас сконцентрирована основная часть иранских евреев – около 55%. Им более всех доступны услуги, представляемые общиной, как то: кошерная пища, услуги резников, специальные молодежные клубы, служба знакомств и др. В столице работают и 20 из 40 действующих в Иране синагог. В целом, иранская еврейская община ныне более религиозна, чем в дореволюционный период, а местные синагоги более заполнены, чем тогда.  Так, в Ширазе, который является вторым городом в стране по количеству еврейского населения, до сих пор работают более 10 синагог.

Разумеется, на положении еврейской общины сказывается изменение политической конъюнктуры в стране. По сути, община живет в состоянии хрупкого равновесия, которое в любой момент может нарушиться. Либерализация, наступившая в стране после ирано‑иракской войны, приход к власти президентов либералов М.Хатами в 1997‑2005 гг. и Х.Роухани в 2013 г. благоприятно сказались на положении общины. Так, при М.Хатами были облегчены условия выезда евреев за границу, стало возможным восстановить отношения с родственниками и друзьями, проживающими за границей, в том числе, в Израиле.

Режим Исламской Республики никогда официально не одобрял систематическое преследование своих еврейских граждан, но течение всего послереволюционного времени антисемитские высказывания регулярно озвучивались высшим руководством страны и публиковались консервативной прессой. В то же время, руководство страны регулярно поздравляет своих «еврейских соотечественников» с официальными иудейскими праздниками. Отметим и такой шаг как проведение 15 декабря 2014 г. в столице Ирана церемонии открытия на местном еврейском кладбище памятника десяти еврейским воинам, павшим в ходе ирано‑иракской войны 1980‑1988 гг. Лидер тегеранской еврейской общины Хомаюн Наджафабади сказал, что ее смысл в том, чтобы продемонстрировать всему миру, что исламский Иран является на самом деле мультирелигиозным государством, в котором реализована свобода вероисповедания не только мусульманами, но и адептами других религий, в том числе – иудейской. А в конце 2013 г. в Тегеране состоялось торжественное собрание, почтившее память ученого мирового уровня, легендарного иранского лексикографа из среды местных евреев Солеймана Хаима.   Составленные им более полувека назад персидско‑английские и персидско‑французские словари до сих пор популярны в стране. На собрании состоялась презентация детища всей его жизни – полного персидско-ивритского словаря. Отметим, что словарь представил видный политик, глава Иранской Академии языка и литературы, в прошлом  ‑ спикер парламента страны Голам‑Хоссейн Хаддад‑Адель.

В условиях исламского режима еврейская община Ирана продолжает вести многообразную жизнь, пытаясь сберечь и приумножить свое культурное и материальное наследие.

62.4MB | MySQL:101 | 0,616sec