О реакции Багдада на захват курдскими военизированными формированиями объектов Северной нефтяной компании в Киркуке.

Еще не взята западная часть Мосула, и не объявлено хотя бы о символическом конце «Исламского государства» (ИГ, запрещено в России), а на карте Ирака уже разыгрывается новая, но, на самом деле, «старая новая» курдская карта. 2 марта, в четверг, военизированные формирования Патриотического союза Курдистана (ПСК), одной из двух ведущих политических сил в курдской автономии, взяли под свой контроль штаб-квартиру и насосную станцию Северной нефтяной компании Ирака в городе Киркук.

Асу Маманд, представитель курдских вооруженных формирований заявил, что «эти действия являются предупреждением Багдаду, которому дается неделя(!) для начала реализации проекта по строительству НПЗ в Киркуке. (отметим со своей стороны, что такой проект действительно существует, но он в значительной степени является частным инвестиционным предприятием, и предъявлять претензии на эту тему государственным органам, а тем более захватывать объекты, являющиеся государственной собственностью, по крайней мере, странно).

«Мы не позволим, чтобы нефть, нужная нам самим, региону, направлялась в другие регионы Ирака», — заявил А.Маманд на пресс-конференции, состоявшейся в Киркуке в связи с этими событиями. Он добавил, что в случае задержек Багдадом решения по строительству НПЗ, боевики ПСК возьмут под контроль оставшиеся объекты и сооружения Северной нефтяной компании расположенные в регионе.

Депутат парламентской фракции «Государство закона» Джассем Мухаммед Джаафар рассказал журналистам в Багдаде, что в четверг, 2 марта, утром, прибывшие со стороны Сулеймании отряды курдской пешмерга окружили, а затем захватили офис Северной нефтяной компании, «заявив, что берут под контроль перекачку нефти и общее управление компанией».

Северная нефтяная компания Ирака является структурным подразделением Министерства нефти, включает в себя свыше 50 различных технических объектов и географически расположена на территории провинций Киркук, Найнава (Ниневия), Эрбиль, Дияла, Багдад, части провинций Хила и Кут. Ей принадлежат месторождения «Джамубр», «Хубаз», «Киркук», на которых добывается ежесуточно порядка 175 тысяч баррелей нефти, 100 из которых отправляется в Турцию по нефтепроводу, проходящему по территории Иракского Курдистана. Еще два месторождения: «Бей Хусн» и «Нафана» с добычей порядка 250 тысяч баррелей нефти с июня 2014 года находятся под управлением Министерства природных ресурсов курдской автономии.

Саад аль-Хадиси, спикер канцелярии премьер-министра Ирака выразил крайнюю озабоченность событиями вокруг Северной нефтяной компании, сообщив журналистам, что правительство «изучает все обстоятельства произошедшего и пока что не располагает всеми необходимыми данными для полноты картины».

Зато этими данными, по-видимому, располагает лидер движения «Туркоманский фронт», Аршид ас-Салихи, резко осудивший действия курдов, заявивший, что «туркоманы не приемлют ни в частном, ни в целом виде действия боевиков ПСК и требуют немедленного и полного восстановления правительственного контроля над объектами компании».

По нашей оценке, чтобы ни стояло за действиями курдских военизированных формирований в Киркуке, будь то желание прощупать Багдад «на прочность», либо, по сути, рейдерский захват федеральной собственности, или даже, на худой конец, разборки акционеров будущего НПЗ, — все это лишь подчёркивает всю хрупкость и временность нынешнего устройства Ирака и грядущее неизбежное выяснение отношений между Багдадом и Эрбилем.

Напомним, что под давлением Совета Безопасности ООН и прямым военным нажимом США и Великобритании, воспользовавшихся внутренним конфликтом между центральными властями и курдскими сепаратистами иракское правительство вывело в октябре 1991 года свои военные части и административные учреждения из региона. С этого момента Иракский Курдистан стал практически независим,  и перешёл на самоуправление с двумя партиями —Демократической партией Курдистана и Патриотическим союзом Курдистана неподконтрольными Багдаду, а также приобрёл свой флаг и гимн. Впоследствии, руководство ПСК и ДПК сотрудничали с американскими войсками во время вторжении коалиции стран в Ирак в 2003 году, их боевики (в том числе, и та самая пешмерга) помогали американским ВВС в определении позиций иракских войск, выполняли роль передовых авианаводчиков и участвовали вместе с американскими военными в завоевании большей части северного Ирака, в том числе, городов Киркук и Мосул. Сейчас, разумеется, об этом не охотно вспоминают, списывая все эти события на борьбу с диктатурой С.Хусейна, тем более что первым президентом постсаддамовского Ирака стал пришедший к власти на американских штыках лидер ПСК Джаляль Талабани, факт, воспринятый тогда очень многими в Ираке как национальное оскорбление для страны. На самом деле, разрушительный для территориальной целостности Ирака, импульс курдского сепаратизма, запущенный в начале 1990-х гг. в северной части страны, далеко не исчерпал себя и представляет основную угрозу ее существованию в привычных нам географических границах. Ни положения написанной под американскую диктовку конституции Ирака, ни признание курдского языка вторым официальным, не умаляют действительного положения вещей и напряженного многопланового и принципиального (дело вовсе не в дележе доходов от экспорта нефти и не в квотах из федерального бюджета) кризиса между Эрбилем и Багдадом, шансы на мирное разрешение которого уменьшаются подобно тому, как сокращается территория, контролируемая ИГ. Нынешние события в Киркуке, увы, лишь подтверждают эту реальность.

Надо отдать должное, стороны прекрасно отдают себе в этом отчет и вовсю стараются заручиться поддержкой союзников в будущей схватке. Курды активно ведут переговоры с Анкарой, тогда как Багдаду в последнее время удалось перетянуть на свою сторону часть туркоманских племен и формирований.  Кроме упомянутого демарша А.ас-Салихи, с весьма неожиданного ракурса пришла новость о состоявшихся в Багдаде переговорах между эмиссарами политического бюро ливанской шиитской «Хизбаллы» с руководством «Туркоманского фронта». Представители той самой «Хизбалла», против присутствия бойцов которой на территориях, населенных туркоманами, еще недавно категорически, и даже с некоторыми истерическими нотками, выступали многие защитники прав этнических меньшинств, прежде всего из Турции, которые заявили «о полной поддержке туркоманов, их прав и свобод, о важной роли их совместного сотрудничества в укреплении территориальной целостности и единства Ирака». По всей видимости, в Багдаде решили, что будет лучше отдать меньшую часть туркоманам, чем все – курдам. Впрочем, бойцы шиитских ополчений однажды уже пришли на помощь туркоманским отрядам в 2016 году, когда курды попытались захватить нефтеносные районы в окрестностях города Туз-Хурмату, к югу от Киркука. И если союз между федеральными властями и туркоманами будет скреплен гарантиями для последних, у курдов на севере Ирака появится серьезный противовес, ведь численность этнических туркоманов по некоторым оценкам достигает 3 миллионов человек.

24.46MB | MySQL:59 | 0,493sec