Исламский фактор в политике Турции

Несмотря на заявления ряда официальных лиц, о том, что Турция является светским государством, влияние ислама на ее внутреннюю и внешнюю политику остается достаточно значимым, что отражает социальная действительность турецкого общества. Первый президент Турецкой Республики К. Ататюрк видел в приверженности к исламским догмам один из основных барьеров, стоящих на пути достижения турецким обществом уровня европейских стран. Ориентируясь на западный вектор, он провел ряд реформ призванных максимально уменьшить влияние религии на политическую и социальную жизнь Турецкой Республики. В частности гражданский кодекс заменил шариат, на смену арабскому алфавиту пришла латиница, религиозные школы были упразднены, введена единая система образования, выходной день перенесен с пятницы на воскресенье. Официальной идеологической доктриной Турции стал лаицизм (доктрина провозглашающая светский характер государства и образования), что было зафиксировано в Конституции 1937 г.

Жесткие позиции в отношении религиозных учреждений и запрет на деятельность тарикатов (мусульманских орденов), привели к появлению целого ряда объединений, орденов, сект, обществ, ведущих свою деятельность на нелегальном положении. Как правило, они финансировались за счет состоятельных мусульман. Запрещенные объединения стали пользоваться популярностью среди различных слоев населения и в скором времени привлекли в свои ряды значительное число сторонников. Они объединялись вокруг того или иного шейха, которому безоговорочно подчинялись, как в духовных, так и в социальных вопросах.

После смерти Ататюрка (1938 г.) турецкое общество стало отходить от «крайнего лаицизма». В 1945 г. парламент принял ряд постановлений и поправок, сводящихся к пересмотру отдельных положений основного закона государства. В Турции стали открываться медресе, посещение которых перестало рассматриваться как пережиток прошлого. Турецкие женщины желающие носить чаршафы (платки), уже не испытывали таких гонений как те, кто решался это делать при первом президенте. Общественное мнение по отношению к верующим стало более терпимым. В 1951 г. правительство А. Мендереса официально разрешило открывать Имам Хатип (религиозные школы), что дало возможность подготавливать имамов и проповедников внутри страны. В Турции широко развернулось строительство новых мечетей и медресе. Более того, А Мендерес выступал с предложением о создании ближневосточного военного союза, основанного на исламском подходе.

Вопрос о том, что послужило толчком для перехода Турции от крайнего лаицизма к исламизации общества, остается спорным. С одной стороны, видя растущий интерес к религии, среди населения страны, власти вынуждены были пойти на компромисс, так как в данной ситуации контроль над деятельностью исламских организаций приносил более значимые результаты, нежели открытая конфронтация с ними. С другой стороны, среди самих турецких политиков и общественных деятелей находилось немало не только сторонников, но и членов религиозных объединений. Так экс-президент Т. Озал был последователем ордена «Накшбанди». Занимая пост главы государства, он официально разрешил деятельность некоторых мусульманских орденов, одобрял постройку новых мечетей и открытие религиозных школ. Несмотря на критику со стороны военной элиты, Т. Озал дважды совершал хадж в Мекку.

После распада Советского Союза, турецкое правительство предпринимало определенные шаги, к объединению под покровительством Турции, тюркских республик. Указывая на этническое родство и перспективы взаимовыгодных экономических отношений, Анкара ссылалась и на религиозную идентичность предполагаемых союзников. Турецкие эмиссары развернули широкую деятельность в тюркских республиках. Они оказывали всестороннюю поддержку всевозможным исламских объединениям, среди которых были «Бирлик», «Туркистан», «Алаш», «Желтоксан» и др. В свою очередь, с целью «наибольшей эффективности развития отношений между исламскими партнерами» в Турции была создана организация «Серхат», являющаяся органической частью ордена «Нурджулар». В тот период, деятельность ордена активно поддерживалась как правительством Турции, так и рядом бизнесменов страны, среди которых особо выделялись представители банка «Азия».

Наивысшего апогея исламизация в политике Турции достигла с победой на выборах 1995 г. «Рефах партиси» (Партии благоденствия (ПБ)), во главе с Н. Эрбаканом, мюридом ордена «Накшбанди». В ходе предвыборной компании, он неоднократно заявлял, что ПБ выступает против консолидации Турции с Западом и считает, что ее место в рядах мусульманских стран. К вышеуказанному периоду времени, турецкое общество уже было максимально подготовлено к смене ориентиров. Несмотря на экономические реформы, социальное положение основной массы населения оставалось крайне низким. В стране росла безработица, продолжалась инфляция лиры. В этих условиях, активизировалась деятельность ряда исламских организаций, привлекающих в свои ряды все больше сторонников. Так, если в начале 70-х гг. их поддерживало около 11% населения, то к середине 90-х гг. этот показатель составил 21,5%.

Придя к власти, правительство Н. Эрбакана провело ряд реформ, кардинально перестроивших жизнь внутри турецкого общества. Оно официально разрешило женщинам ходить в чаршафах в государственных и учебных заведениях, прировняло дипломы выпускников исламских институтов к светским, сократило рабочие часы в месяц рамадан и т. д. В стране развернулось строительство новых мечетей, бюджетные ассигнования на постройку которых, в несколько раз превышали средства выделяемые государством для строительства промышленных предприятий. В противовес ЕС, Турция приступила к созданию исламской «большой восьмерки», в которую вошли Иран, Пакистан, Египет, Малайзия, Индонезия и Нигерия.

За относительно короткий срок правления, правительство Н. Эрбакана, ввело страну в еще более глубокий кризис, чем тот, в котором она находилась до победы на выборах ПБ. Исламизация экономического сектора, значительно увеличила общегодовую инфляцию, которая составила 80%. В этих условиях военное руководство страны приняло решение о смещении Н. Эрбакана с поста премьер-министра. В 1997 г. к власти приходит коалиционное правительство, возглавляемое лидером Партии отечества (ПО), М. Йилмазом. Конституционный суд Турции обвинил ПБ в действиях направленных на дестабилизацию светского устройства государства, и в создании в обществе обстановки ведущей к гражданской войне. В связи с чем, ПБ была распущена, а Н. Эрбакану запрещено заниматься политической деятельностью.

Новое правительство приняло решение об усилении ответственности за нарушение «кодекса о ношении светской одежды и участия в происламских митингах». Ряд мусульманских орденов и происламских организаций были распущены. Действия ордена «Нурджулар» прокуратура охарактеризовала, как направленные против Конституции страны, в связи с чем, в 1999 г. вынесла постановление о запрете на его деятельность. В стране резко сократилась численность религиозных учебных заведений, а их преподавательский состав попросту уволен.

В свою очередь в военном руководстве страны, также были проведены кадровые перестановки. Невзирая на ранги и звания из состава вооруженных сил было уволено свыше 170 офицеров. Как правило, им вменялись «связи с исламистами» и «антиконституционные действия». В ряде случаев, причиной для увольнения послужила приверженность к мусульманским традициям членов семьи офицеров, а не их лично. Так из армии было уволено несколько офицеров, чьи жены регулярно посещали мечеть и соблюдали пост.

Оценивая сложившуюся ситуацию, президент С. Демирель отмечал, что «турецкое общество находилось в одном шаге от пропасти, которую в свое время помог ему обойти К. Ататюрк». Он призывал религиозных деятелей «не использовать мечети для политических интриг» и заявлял, что «Турция больше не пойдет на поводу у исламистов и не станет поддерживать их провокационные действия». Под одним из таких действий, президент имел ввиду, ранее произошедший инцидент, когда одна из депутатов ПБ М. Кавакчи появилась в чаршафе в зале заседания Великого Национального Собрания Турции. Поступок М. Кавакчи был расценен как оскорбление правительству и вызвал широкий резонанс в турецком обществе. Депутат лишилась своего мандата, а в дальнейшем и гражданства Турции.

В апреле 2000 г. пост главы государства занял А. Н. Сезер. Он выступил за последовательное проведение Турцией кардинальных демократических реформ и за светскую модель ее общества. Тем не менее, несмотря на жесткие меры, предпринимаемые правительством, процесс исламизации в Турции продолжается. Количество Имам Хатип, неизменно растет. Если при правительстве А. Мендереса их было не более десятка, то при С. Демиреле их стало около 200, а к настоящему периоду времени их численность приближается к тысяче. На территории Турции продолжают вести деятельность «Хезболлах» (официально запрещена в 2000 г.), «Армия исламского спасения», «Фронт сторонников великого исламского Востока», «Исламский джихад», «Организация исламского движения». На их счету, большинство террористических актов, убийств политиков, бизнесменов, общественных деятелей и журналистов, таких как профессор Стамбульского университета О. Тютенгиль, обозреватели газеты «Джумхуриет» У. Кафтанджиглу и У. Мумджу, руководитель «Общества сторонников Ататюрка» М. Аксой, политолог А. Кышлалы и др.

Несмотря на заявления религиозных деятелей, о том, что «в настоящее время мечеть отдалена от политики», анализ деятельности ряда организаций и объединений, говорит обратное. Последователи орденов «Накшбанди», «Нурджулар», «Сулеймание», «Мевлеви», «Бекташи» и др., занимают прочные позиции во всех сферах жизнедеятельности турецкого общества. Так под управлением ордена Накшбанди, основанного А. аль-Севами, находится большинство СМИ Турции. Среди них газеты «Тюркие», «Милли газете» и «Ени шафах». «Тюркие» рассчитана на широкую аудиторию и пользуется большой популярностью в Турции. На ее страницах освещаются политические и светские новости, но в основном она посвящена экономике. «Накшбанди» издает журналы «Ислам», «Кадын ве аиле». Ордену принадлежат телевизионные каналы «ТЖРТ», «Канал йеди», «Ики бине дочру», радиостанции «Икра» и «Худур».

Сегодня одну из основных позиций в Турции продолжает занимать орден «Нурджулар». Несмотря на то, что турецкое руководство, на протяжении всего периода существования ордена неоднократно меняло свою оценку по отношению к его деятельности, «Нурджулар» сумел не только выстоять, но и в значительной степени укрепить свою власть в политических кругах страны. Ордену принадлежат журналы «Сызынты», «Ени эмид», «Аксион», «Кобри» газета «Ени Азья», телевизионный канал «Саман палу», радиостанции «Мурал ФМ» и «Бурж».

В действительности список СМИ, принадлежащих тем или иным орденам гораздо обширнее. Помимо собственно информационных органов, ордена имеют свои банки. Например «Накшбанди» принадлежит банк «Финанс». Последователи орденов являются представителями всевозможных профессий. Среди них немало известных бизнесменов, ученых и общественных деятелей. При такой постановке вопроса, перспективы Турции на сохранение светской модели общества становятся весьма проблематичными.

40.81MB | MySQL:66 | 0,907sec