Иран и арабские страны: неполитический аспект

Отношения шиитского Ирана с арабскими странами, в основном суннитскими, определяются не только политическими и экономическими интересами, но и той составляющей, которая именуется исламской духовной традицией. Данная проблема может, с нашей точки зрения, рассматриваться в нескольких плоскостях.

Прежде всего, это исторические истоки взаимоотношений персов и арабов, которые очень важно принимать во внимание, поскольку они наложили отпечаток не только на психологический облик собственно персов, составляющих сегодня, согласно иранским данным, 51% населения Исламской Республики Иран (ИРИ). Развитие отношений с арабами повлияло в целом на формирование иранцев как нации – общности народов, объединенных в рамках единого государства, в котором преобладает вероисповедание ислама шиитского толка. В свою очередь, данное обстоятельство определяет политическое поведение ряда современных иранских лидеров и их оппонентов или в разной степени (в зависимости от ситуации) оказывает на них свое влияние.

Контакты персов с арабами с давних времен носили очень противоречивый характер. Однако наиболее важным, с точки зрения логики данного анализа проблемы, является период завоевания арабами империи Сасанидского Ирана в середине VII века (окончательно — в начале VIII века) и последующего утверждения на его территории ислама вместо господствующей в тот период древней иранской религии — зароастризма (огнепоклонства). Таким образом, с одной стороны, сам факт поражения персов от арабов оставил в их в исторической памяти естественное негативное воспоминание. Битва при Кадисии (в начале 637 г.), ставшая переломной в арабо-иранском военном конфликте в пользу арабов, до сих пор не вполне однозначно воспринимается в исламском Иране.

Иранцы предпочитают говорить о другой стороне своего порабощения арабами: о своей особой роли в развитии арабо-исламской культуры в последующие за этим столетия. Они полагают, что внесли в становление «арабо-мусульманской культуры» не меньший вклад, чем сами арабы. В качестве аргументов приводится пример, что только в первый век правления Аббасидов (750-846 гг.) из 45 наиболее видных представителей арабской науки и литературы 30 человек были персами.

Они признают исторически прогрессивным значение арабских завоеваний того периода на том основании, что Иран оказался включенным в новую цивилизацию — исламскую. Однако более важным для них является период ислама (в данном случае этот термин используется как синоним термина «цивилизация»), связанный с четвертым праведным халифом – Али ибн Аби Талибом, двоюродным братом и зятем пророка Мухаммеда (мужем его любимой дочери Фатимы), который именуется в шиитской традиции первым «имамом» (здесь: глава, лидер уммы) из почитаемых двенадцати. Именно с именем имама Али связано возникновение шиизма как второй влиятельной ветви ислама, ставшей господствующей религией в Иране, а с XVI века – и государственной религией этой страны. Примечательно, что Сасанидская держава персов пала до прихода к власти Али. Однако исламизация Ирана велась и при его правлении.

В Иране ислам, а тем более шиизм получил распространение намного позже гибели Али. Однако, как пишут сегодня иранцы, они «сделали свой исторический выбор: приняли сторону «малого отряда» Хусейна, или «партии Али». Ислам разрушил структурно прежнюю веру коренных жителей Ирана, сохранив ее духовные ценности. Процесс осуществлялся на протяжении многих лет. Он отличался сложностью, противоречивостью. Ломка старой религии, разрушение отживших религиозных стереотипов совершались одновременно с утверждением новой веры, формированием нового религиозного сознания, иной религиозной психологии. Но одновременно шел и другой процесс: зарождение новой цивилизации сопровождалось становлением ислама в качестве господствующей религии. И сам Али, единственный законный наследник пророка Мухаммеда, и все потомки Али — шиитские имамы, окончили свои дни трагически, это и определило трагическое мироощущение шиизма».

Представляется необходимым сказать несколько слов о возникновении шиизма вообще и распространении его в Иране. Не только потому, что с этим вопросом, как правило, бывает путаница, но и потому, что в контексте рассматриваемой проблемы это очень важно для более полного восприятия предлагаемого материала и для понимания вопроса, вынесенного в заголовок статьи.

Шиизм, как известно, возник еще в VII веке в среде арабов (а не персов!) После неожиданной смерти Мухаммеда главой уммы (общины) и арабского государства был избран сподвижник пророка Абу Бакр, хотя уже тогда существовала малочисленная группа авторитетных лиц, поддержавшая Али. Абу Бакра, как позже и его преемников, стали именовать халифами (то есть заместителями или наместниками пророка).

Исламская традиция признает праведными первых четырех халифов: Абу Бакра (632-634), Омара ибн ал-Хаттаба (634-644), Османа ибн Аффана (644-656) и Али ибн Аби Талиба (656-661).

Али стал халифом благодаря возросшей популярности на фоне процесса, характеризуемого сегодня как отход от принципов исламской справедливости, в чем обвинялся правивший в тот период род Омейядов, интересы которого представлял Осман, подпавший под влияние «мекканской аристократической партии». Естественно, что рост социального неравенства вызывал сильное недовольство в умме. Именно в период правления Османа сложилась группировка сторонников Али, которых стали именовать «ши’ат Али», что по-арабски значит «партия Али». Собственно, именно тогда и появилось и понятие «шииты» как последователи Али и его идей. Сторонники Али обличали жадность и роскошь властей и осуждали социальное неравенство, подчеркивая при этом благородные качества зятя пророка. Кстати, позднее возникло предание, что сам Мухаммед у пруда Гадир ал-Хумма объявил Али своим преемником именно за его верность и преданность идеалам исламской справедливости. Али был убит в Куфе в 661 г. его бывшими сторонниками, обвинившими его в… измене идеалам ислама и образовавшими позднее секту «хариджитов». Похоронен Али в иракском городе Неджефе.

С тех давних пор шииты, крайние из которых доходили до обожествления своего кумира, придерживались точки зрения о необходимости и целесообразности сохранения в умме наследственной власти, уходящей корнями к роду Мухаммеда. В этом состоит одно из важнейших доктринальных отличий шиизма от суннизма, которому следует подавляющее большинство арабов. В наше время, однако, эта традиция существенно деформировалась, хотя при определенных обстоятельствах (например, при наличии достаточно популярного родственника иранского лидера) она может быть реанимирована.

Отметим также, что одним из разработчиков (есть точка зрения, что основным) шиитской религиозной доктрины был Абдаллах ибн Саба, живший при халифе Османе. По преданию, он был иудеем из Йемена, любившим богословские споры и принявшим ислам. Именно ему некоторые исследователи приписывают утверждение, что у каждого из великих пророков были свои главные помощники: у Моисея — Аарон, у Иеремии – Барух, у Христа – апостол Петр. У Мухаммеда таковым мог быть никто иной, как Али.

Иудейское происхождение Ибн Сабы до сих пор служит порой основанием для обвинений шиитов со стороны некоторых суннитских богословов и политиков как последователей извращенного иудеями ислама.

Ибн Саба предложил также идею «о возвращении» (радж`а) пророка Мухаммеда. Впервые такие идеи появились в библейском иудаизме (о возвращении Илии, Эноха). Затем они перешли в христианство. В исламе идея о возвращении пророка Мухаммеда у крайних шиитов переросла в учение о возрождении Мухаммеда в Али и в воплощении души Али в последующих имамах. Однако наиболее распространенным шиитским учением «о возвращении» является учение об «исчезнувшем» в IX веке последнем? 12-м имаме, именуемом Махди. С его возвращением шииты связывают свои надежды на торжество на Земле исламской (шиитской) справедливости.

Очень важна личность третьего имама – Хусейна, наиболее почитаемого (после Али) шиитами. Он погиб в 680 г. в неравном бою со своими врагами, предпочтя смерть плену. С тех пор он высоко чтится шиитами, которые до сих пор проводят ежегодную траурную церемонию, известную в России под названием «шахсей-вахсей». Эта церемония сопровождается ритуалом самоистязания (сегодня уже в основном имитацией) в память о том трагическом событии. Поскольку Хусейн пал от рук суннитов, то данная церемония служит ежегодным напоминанием шиитам о виновниках гибели их любимого имама, что явно не способствует сближению между последователями этих двух основных течений ислама.

В завершение темы о шиитских имамах отметим, что все они были арабами, носили арабские имена и все считаются «шахидами» – людьми, погибшими мученической смертью за веру. Поэтому и культ мученичества, жертвенности во имя веры у шиитов развит несравненно выше, чем у суннитов. «В шиитском исламе, — говорят сегодня иранцы, — мученик-шахид — это прежде всего воин, который идет сражаться против даже во много раз превосходящей его силы… Можно говорить, что в Иране сложилась уникальная тысячелетняя традиция мученичества, определяющая менталитет одной из самых древних наций на земле…».

Правда, в современных условиях шахидами называют себя главным образом представители суннитов, выступающие, зачастую не всегда осознанно, в роли смертников, исполняя чужую волю. И потому может показаться, что данная традиция является имманентно присущей именно суннизму. Однако это не так. Дело в том, что у шиитов этот механизм просто остановлен за ненадобностью по окончании войны с Саддамом Хусейном. При необходимости же он может быть снова запущен. А вот как он будет действовать в новых условиях – сказать трудно. Варианты могут быть самые неожиданные и противоречивые.

Другой важной проблемой во взаимоотношениях с арабскими странами является претензия Ирана на особую миссию в мире, которая усилилась после исламской революции. В Иране все громче заговорили о своей богоизбранности. Опять же, чтобы не быть голословным, приведу в качестве примера официальную иранскую позицию. «Надо сказать несколько слов о трактовке идеи о богоизбранности иранской земли ввиду фатального переселения туда прямых потомков Пророка ислама — непорочных имамов, означавшего перемещение центра шиизма, да и духовной авторитетности ислама вообще с арабских земель. В «Завещании» имама Хомейни встречается упоминание об Иране как о «стране Бакиятоллах» (одно из имен двенадцатого имама). Самоотверженно оберегая мусульманские святыни от всяких зловещих посягательств явных и скрытых недругов ислама, иранцы на заре формирования шиизма как нового облика ислама стояли на его страже. Бытует мнение, что шиизм достиг расцвета именно в Иране. Благодаря сокровенным мыслям и идеалам, духовной самозабвенности, высокой образцовой нравственности иранцы заняли достойную нишу в деле совершенства мусульманской теологии. Вобрав многие элементы из духовного наследия богатого прошлого Ирана, мусульманская конфессия достигла в своем развитии апогея. Шиизм стал национально-историческим достоянием иранцев, занимая при этом первое место в перечне их «ценностных приоритетов»»*.

Шиизм, таким образом, интерпретируется как наивысшая стадия развития ислама, а Иран – как современный центр исламской цивилизации (или Ислама).

Такой подход, конечно, малопродуктивен для поддержания равноправных отношений с арабскими странами. Особенно с руководителями Саудовской Аравии, с которыми имам Хомейни не желал иметь никаких отношений как с предателями исламских идеалов и прислужниками США — главного врага ислама, с его точки зрения. Тем не менее после смерти Хомейни президент Ирана А.А. Хашеми-Рафсанджани (который снова баллотируется на этот пост в июне с.г.) сумел восстановить отношения своей страны с Саудовской Аравией, образно назвав эти страны «двумя крылами ислама».

ИРИ пытается, и не без успеха, развивать многосторонние отношения с арабским суннитским миром, используя прежде всего свой мощный экономический потенциал, всячески подчеркивая при этом свою приверженность идее исламского единства во всем его многообразии и разумно затушевывая глубинные межконфессиональные противоречия.

Тема останется незавершенной, если оставить без внимания арабское по преимуществу государство Ирак. Прежде Ираком руководило суннитское меньшинство, на основании чего страна причислялась к суннитскому лагерю. В связи с изменившейся ситуацией статус Ирака с этой точки зрения можно рассматривать как пока неопределенный.

Шиитское большинство страны поддерживается, конечно, со стороны ИРИ. Однако иракские шииты – это арабы, которые все-таки достаточно ревностно относятся к своей (арабской) шиитской традиции и к иранским претензиям на лидерство, а тем более на богоизбранность. К тому же главные святыни шиитов и влиятельнейшие теологические центры расположены на территории Ирака. Тем не менее именно иракские шииты будут продолжать играть роль проводника иранского влияния, отдавая предпочтение не богатым арабским странам, а Ирану как государству шиитскому.

*http://www.iran.ru/rus/religiya.php?PHPSESSID=70a762af3341a39f57e6172a2cb70119

49.99MB | MySQL:110 | 0,845sec