О политике России в отношении Йемена

На днях в израильском интернет-издании «Захав» появились материалы в отношении российской политики на йеменском направлении. В этой связи отметим пунктирно ряд основных тезисов этой статьи и выводы, которые израильские аналитики сделали из факта назначения нового посла ЙР в Москве. Общий вывод — Москва стремится посредством мудрой дипломатии и настойчивой политики стать игроком, способным повлиять на исход конфликта в Йемене, используя опыт, полученный в Ливии и Сирии, где она уже является ключевой фигурой, способной влиять на будущее этих стран. Свидетельством этому является тот факт, что 13 июля президент Йемена Абд Раббо Мансур Хади назначил посла Йемена в Москве Салема аль-Вахиши впервые после падения режима бывшего президента страны Али Абдаллы Салеха в 2011 году.  По словам российских источников, назначение нового посла даст Москве возможность контролировать процесс политического урегулирования в Йемене. Кроме того, восстановление нормальных дипломатических отношений позволит российским дипломатам более свободно действовать в отношениях с государством после длительного периода путаницы и неопределенности. Как заявляют источники, одобрение российским правительством решения А.М.Хади назначить нового посла Йемена в Москве противоречит предыдущим действиям России, когда она отказалась одобрить кандидатуру йеменского посла в конце 2016 года. Тогда этот шаг негативно повлиял на конфликт в Йемене, на позиции президента А.М.Хади и созданные им региональные союзы. Западные дипломатические источники подтвердили, что согласие России принять посла, назначенного А.М.Хади, указывает на стратегический сдвиг в подходе Москвы к решению йеменского вопроса, а именно переход от критики продолжающегося конфликта к более активному участию в поиске дипломатических путей его урегулирования. Пока остановимся на этом. В общем оптимистично констатируем, что западные  аналитики пока вообще плохо понимают российскую позицию по йеменскому конфликту, что в свою очередь дает Москве свободу маневра на этом направлении. Это прекрасно видно по рассуждениям о назначении нового йеменского посла. Это назначение случилось практически через год долгих дискуссий между российской и йеменской стороной в отношении согласования кандидатуры на эту должность. . Предыдущая кандидатура была заблокирована Москвой в силу его полной ориентированности на саудовское видение йеменской ситуации. Другими словами, если говорить совсем грубо, то предлагаемый посол вывел бы важный инструмент коммуникации между Москвой и хоуситами посредством дипломатических связей через российскую столицу из под контроля этих двух сторон. Ровно по той причине, что практически на протяжении нескольких лет в йеменском посольстве в Москве заправляли представители хоуситов, что позволяло российской стороне чувствовать себя комфортно с точки зрения получения необходимого количества въездных виз для различных категорий российских  граждан. Это мы к тому, что по данным саудовской разведки сейчас в Сане и ее окрестностях на стороне хоуситов активно действуют  несколько десятков сотрудников российских частных военных компаний. Правда, по некоторым данным, два дня назад часть из них столицу Йемена покинула и возвратилась на родину.  А второй, и более важный нюанс состоит в том, что через посольство Йемена в Москве российская сторона поддерживает прямой коммуникационный канал с хоуситами в Йемене.  И эффективность действия такого канала можно оценить хотя бы по «чудесному побегу» А.М.Хади из Саны три года назад, когда хоуситы взяли столицу под свой контроль. Без участия российской дипломатии такого благополучного исхода для «законного президента» могло бы и не случиться.  Назначение нового посла в редакции Эр-Рияда и А.М.Хади такой безусловно позитивной для России практике если бы и не положило конец, то максимально бы ее осложнило. Отсюда отказ российской стороны принимать предложенную А.М.Хади кандидатуру. Переговоры о компромиссе, как мы уже говорили, шли более года. С.аль-Вахиши считается фигурой, который находится в орбите влияния бывшего президента страны А.А.Салеха. Скажем больше, по некоторым данным, его назначение неофициально с бывшим президентом страны было согласовано. А.А.Салех, как известно, сейчас находится в альянсе с хоуситами и противостоит вместе с ними попыткам доминирования в стране просаудовского правительства А.М.Хади. Этот союз конечно временный, и цели уго участники преследуют разные, но сиюминутные задачи у них пока одинаковые, и чем больше силы аравийской коалиции будут присутствовать в стране, тем дольше будет жить этот альянс.   Так что ни о каком  «стратегическом сдвиге» позиции Москвы по отношению к йеменскому конфликту из всего произошедшего говорить не следует. Более того, сама история с назначением посла свидетельствует только о том что основной вектор такой политики остался прежним. Если мы отбросим все условности, то заметим, что та часть российской дипломатии, которая отвечает за йеменское направление, имеет четко настроенный «просалеховский» вектор. Просто карьера этих дипломатов в своем абсолютном большинстве формировалась именно в период нахождения А.А.Салеха у власти, и отношения российских дипломатов с президентом и членами его клана были более чем доверительные и рабочие. Таковыми они собственно и остались.  Отсюда четкое убеждение, которое впрочем не лишено логики и смысла, — будущее Йемена без участия в политической жизни клана Салеха невозможно, и все остальные архитектуры будут нежизнеспособны. Как и без участия хоуситов, чей фактор присутствия в политической жизни страны по значимости сравнился с влиянием  клана бывшего президента. Именно ставка на этот альянс  между А.А.Салехом и хоуситами в рамках сохранения своего влияния на йеменском направлении и является стратегической политикой Москвы. Если же брать еще более приземленно, то активное присутствие хаоуситов и клана Салеха в политической жизни страны является для Москвы безальтернативным способом сохранения своего присутствия в этом регионе. Все остальные силы полагаются в Москве неспособными самостоятельно обеспечить стабильность в Йемене и достигнуть консолидации элит и племен. Даже путь по вопросу диалога к той же исламистской партией «Ислах», которая в значительной степени продолжает оставаться в орбите влияния Дохи, по оценке российской дипломатии вполне реально проложить через того же А.А.Салеха.  К тому же надо учитывать и тот факт, что  за хоуситами стоят иранцы, а значит ставка именно на этот фактор является еще одной «скрепой» в стратегическом партнерстве Москвы и Тегерана на региональном уровне. По нашим данным, российские дипломаты в частных беседах с представителями того же А.М.Хади практически в открытую сомневалась в способности его правительства контролировать ситуацию в Йемене. Грубо говоря, тезис в данном случае следующий — «сначала возьмите столицу, потом посмотрим». То есть докажите свой потенциал для начала, что для А.М.Хади, и для аравийской коалиции пока является задачей невыполнимой.

Вернемся к статье. Согласно ей, «желание России способствовать прекращению огня в Йемене может быть связано со стратегическим видением своего влияния в регионе, а также геостратегическими амбициями Москвы на Ближнем Востоке. Источники также отмечают, что изменение дипломатического подхода России к ситуации в Йемене направлено на обеспечение необходимых условий для обсуждения строительства российской военно-морской базы на йеменских берегах в будущем. Хотя в заявлении МИД России, сделанном в феврале этого года, ничего не было сказано о создании военно-морской базы, этот пункт входит в российскую повестку дня. Так, в 2009 году российские чиновники сообщили местным информационным агентствам, что создание военно-морской базы является стратегической целью России в среднесрочной перспективе. Военные эксперты подтверждают, что проект создания военно-морской базы в Йемене представляет для России стратегическую важность, поскольку откроет ей выход в Красное море и пролив Баб-эль-Мандеб, который связывает Красное море с Аденским заливом. Осведомленные источники в Москве сообщают, что бывший президент Али Абдалла Салех несколько лет назад выразил готовность предоставить России гарантии по строительству военно-морской базы в Йемене. Эта идея может не вызвать возражений со стороны йеменского альянса во главе с законным президентом Йемена Абд Раббо Мансуром Хади, и, возможно, со стороны его региональных союзников, поскольку может стать фактором, препятствующим реализации Ираном своих амбиций в Йемене. Несмотря на то, что Соединенные Штаты всегда стремились обеспечить доступ к проливу Баб-эль-Мандеб и установить над ним контроль, нейтральная позиция Москвы в отношении йеменского кризиса и попытка поддерживать хорошие отношения со всеми сторонами конфликта, может предоставить России некоторые преимущества при реализации собственной стратегии в Йемене. Кроме того, возможно, стороны смогут сосуществовать в этой стране по примеру российско-американского сотрудничества на сирийском направлении». В этой связи отметим следующее. Вопрос о создании базы в Йемене сейчас вообще не стоит на повестке дня. На бывшей советской базе на Сокотре сейчас находятся эмиратовцы, которые, кстати,  планирует организовать там курорт. Но дело не в этом, а в том, что у России было гораздо больше возможностей организовать свою базу в регионе в случае крайней необходимости. Это и предложения президента Судана О.аль-Башира в свое время, и желание руководства того же анклава на территории бывшей Сомали Сомалиленда отдать Москве бывшую советскую базу в Бербере. Все эти варианты серьезно не рассматривались российским руководством в силу сложности геополитической ситуации, финансовых издержек6 юридических рисков и в общем-то отсутствия военной необходимости в этом.  Нынешнее положение дел в Йемене тем более не располагает к практической реализации таких планов. Геополитическое влияние Москвы в ближневосточном регионе надо рассматривать не с точки зрения ввязывания без разбору в различные локальные конфликты или создания там военных баз. Есть реперные точки приложения такого влияния, которые будут оказывать влияние на ситуацию во всем регионе. И пока это только и исключительно Сирия. На все остальные реперные точки Россия в состоянии влиять опосредованно и через позиции того же Ирана. И это пока дает очень важное преимущество Кремлю: пока американцы участвуют первым номером практически во всех локальных конфликтах и все время напарываются на тупиковые варианты решения, Москва стоит над схваткой, предоставляя право инициативы США и тем самым дезавуируя публично их политику без приложения к этому значительных сил и средств. Если хотите, это ассиметричный подход к решению проблем. У Москвы нет никаких иллюзий ни в отношении судьбы юга Йемена, который будет находиться в зоне влияния и под контролем ОАЭ, ни в отношении лояльности правительства А.М.Хади, который целиком и полностью зависит от позиции Эр-Рияда. Отсюда и политика возможного. Вновь процитируем статью: «По данным западных дипломатических источников, Москва стремится убедить конфликтующие стороны в Йемене в том, что является более надежным партнером, чем Соединенные Штаты. С помощью тех или иных инициатив Москва планирует доказать странам Ближнего Востока, что она в состоянии выполнять свою роль в качестве ведущей державы в сотрудничестве с Соединенными Штатам, либо самостоятельно, доказав, что является более успешным игроком, чем Вашингтон. Указывая на свою многолетнюю работу по урегулированию конфликтов в Ливии, Сирии и Афганистане с помощью дипломатии, Москва хочет использовать тот же подход на йеменском направлении.  Эксперты полагают, что текущая задача России состоит в том, чтобы обеспечить свое влияние на баланс сил в Йемене. Они считают, что с этой целью Россия может предоставить Али Абдалле Салеху военную поддержку, тем более что бывший президент обещал возродить российско-йеменские отношения на уровне, на котором они находились во времена Советского Союза. Кроме того, Москва может установить отношения с хоуситами, напрямую или через Иран, что также позволит ей получить признание со стороны участников конфликта в Йемене». Ну такие отношения с хоуситами уже установлены, как мы показали выше и без всякого участия иранцев. При этом Москва не стремится «убедить» основные политические силы в том, что она «надежнее, чем американцы». Это абсолютно бесполезно в отношении того же А.М.Хади или ислаховцев. Москва свои ориентиры на этой площадке уже определила, и в этой связи тех же хоуситов или загнанного в угол А.А.Салеха ни в чем убеждать не надо. Хотя бывший президент страны и может очень быстро перевернуться в другую сторону, если получит от Саудовской Аравии или США гарантии возвращения своего клана во власть. Не допустить этого и есть первая задача российской дипломатии на нынешнем этапе. В этой связи надо указать на главную стратегическую задачу России в Йемене, помимо указанных выше, на которую иностранные аналитики  внимания обратили не в полной мере.  По словам Марка Каца, эксперта в политике России на Ближнем Востоке, «страны региона могут пойти на соглашение с Москвой, в том числе по Йемену и Сирии. В этой связи нужно учесть, что Москва готовится к приему короля Саудовской Аравии Сальмана бен Абдель Азиза. Ожидается, что предметом обсуждения сторон будет конфликт в Йемене. Ситуация в этой стране имеет большое значение для безопасности Саудовской Аравии, особенно с точки зрения противостояния иранскому влиянию, в то время как для Москвы участие в йеменском конфликте даст возможность закрепиться в Красном море». В реальности ни на какие соглашения с Россией по йеменскому конфликту в реально кардинальном плане саудовцы сейчас не пойдут. Ни в среднесрочной перспективе, ни в долгосрочной. Эр-Рияд постарается опираться в этом вопросе исключительно на свои силы при поддержке США. Для Эр-Рияда сейчас основной задачей является сохранение единства в рядах аравийской коалиции с таким расчетом, чтобы в результате компромисса с ОАЭ, достигнуть определяющего учета своих интересов. Это прежде всего нивелирование влияния проиранских хоуситов и обеспечение преемственности со стороны нового руководства Йемена в вопросе окончательной передаче  спорных территорий. Для Москвы же основным мотивом в Йемене, как это ни цинично звучит, является стремление сохранить тему патовой ситуации для Эр-Рияда по выходу из йеменского конфликта как можно дольше. Это отвлекает силы и средства КСА от более важного для Москвы сирийского направления, не говоря уже от российских мусульманских регионов. Что же касается договоренностей между Москвой и Эр-Риядом по вопросу Сирии, то заметим: оно уже в принципе достигнуто. В КСА четко осознали, что свергнуть силовым путем Башара Асада не получится. Отсюда и соглашение о создании зон деэскалации в том же Идлибе как промежуточное решение. Но это максимум уступок Саудовской Аравии по сирийскому конфликту в нынешних реалиях И   никакой визит короля Сальмана в Москву это положение кардинально не изменит.

 

33.65MB | MySQL:69 | 0,931sec