А.Либерман, иерусалимская декларация Д.Трампа и израильские арабы

Среди многочисленных аспектов ситуации, связанной с декларацией Президента США Дональда Трампа, признающая Иерусалим столицей Израиля, была и тема реакции арабского мира, в том числе – палестинских арабов на этот демарш.

Идеология и практика

Вопреки опасениям, реакция арабских стран была сравнительно минорной. «Разогреть» палестинскую арабскую улицу, несмотря на призывы ХАМАСа к интифаде», и «осторожное подстрекательство» ПНА, разрывавшейся между желанием возглавить «сопротивление» и боязнью потерять контроль над ситуацией, также не получилось. Несмотря на грозную риторику тех или иных публичных фигур из ПНА/ООП и ХАМАСа, демонстрации протеста палестинских арабов нигде даже не приблизились к размеру демонстраций, имевших место в годы первой и второй индифады (волн антиизраильского террора). В общей сложности в протестных акциях в Газе и Иудее и Самарии (на Западном берегу реки Иордан) на этот раз приняли участие лишь несколько тысяч человек.

По мнению израильских экспертов в сфере безопасности и военных аналитиков, столкновения, последовавшие за иерусалимской декларацией Д.Трампа, были не столько результатом «спонтанной реакции масс», сколько плодом почти беспрецедентных пропагандистских усилий лидеров ПНА. Притом, что когда дело доходило до практических шагов, и они старались действовать так, чтобы не выпустить из рук контроль над ситуацией.[1] Надежды палестинских арабских исламистов на их креатуру в среде израильских арабов, прежде всего, жителей Восточного Иерусалима и Галилеи, а также традиционное «палестинское лобби» в лице депутатов Кнессета от Объединенного арабского списка – силы, которые не так давно проявили себя в кризисе вокруг Храмовой горы – на этот раз также оправдались лишь частично.

Вместе с тем, в отдельных точках ситуация была достаточно напряженной. Одним из таких мест был район на севере страны, Вади-Ара, плотно заселенный арабами-мусульманами, многие из которых находятся под влиянием «северного» (экстремистского) крыла «Исламского движения», фактически являющегося филиалом ХАМАСа внутри «Зеленой черты».  Это крыло было объявлено вне закона в начале ноябре 2015 года и с тех пор его ячейки действовали подпольно; они,  в том числе несут ответственность за попытку проведения серии терактов, предотвращенных Общей службой безопасности (ШАБАК) и полицией в мае этого года.

Активисты этого крыла, судя по всему, и были организаторами шумных и насильственных демонстраций протеста, состоявшихся в Вади-Ара 10 декабря по инициативе и при участии арабских депутатов. Демонстранты, по сообщениям СМИ, перекрыли важную транспортную артерию между городом Афула (административным и культурным центром Изреельской долины) и Тель-Авивом, и забрасывали камнями еврейские машины и автобусы, и едва не линчевали фиксировавшего события на месте фотокорреспондента одной из ведущих израильских газет «Едиот ахронот»(«Последние известия»).

Эти события стали поводом для весьма резкого заявления министра обороны Израиля Авигдора Либермана, который призвав израильтян, в ответ на насильственные действия арабов Вади-Ара, «бойкотировать их магазины, рестораны и услуги», поставил эту ситуацию в более широкий контекст. По мнению А.Либермана, эта группа населения «еще раз показала себя силой, пытающейся подорвать Израиль изнутри», и доказала, что они «никак не причастны к Израилю». И потому, вместо того, чтобы пользоваться правами и преимуществами израильского гражданства, те, кто, как он выразился, «устраивает беспорядки, выступая под флагами «Хизбаллы» и ХАМАСа»,  должны удовлетворять свои националистические амбиции в качестве «граждан Палестинской автономии, предоставив ее администрации обеспечивать их социальные и бытовые потребности».

К этой теме А.Либерман обращается не в первый раз. Борьба с враждебным отношением к еврейскому государству арабских граждан Израиля еще почти десятилетие назад стала одним из элементов платформы возглавляемой А.Либерманом партии «Наш дом – Израиль» (НДИ). На выборы в Кнессет 2006 и 2009 гг. НДИ шла, среди прочего, под лозунгом реализации выдвинутого ее лидером плана обмена еврейских поселенческих блоков Иудеи и Самарии на плотно населённые израильскими арабами-мусульманами города и районы внутри «Зеленой черты» (так называемый «план Киссинджера-Либермана»), собрав под него немалое число голосов.

А.Либерман и его сторонники практически стали первыми, кто смог «поймать волну» так называемых «новых правых» настроений в израильском обществе. То есть, растущее раздражение ростом нелояльности «палестинцев 1948 года» (как предпочитают именовать себя многие арабы в Израиле), поведением их лидеров, которых многие израильтяне, чем дальше, тем больше рассматривали в качестве «пятой колонны» враждебных Израилю сил, и «специфически арабскими» формами криминала, прежде всего наркоторговлей и незаконным захватом государственных земель. В итоге либермановская концепция «обмена территорией и населением», ранее считавшаяся «ультраправой», в какой-то момент стала восприниматься еврейским большинством израильтян, если не на уровне практики, то на уровне символа, чуть ли не как часть «центристского мэйнстрима».

Понятно, что у этой идеи были и активные критики. Причем, как среди израильских «левых либералов», особенно той их части, которые выступали за отказ Израилем от своего еврейского характера и превращение в «государство всех граждан». Так на наиболее правом фланге местного политического спектра, где неприемлемой считается сама идея присутствия, помимо израильского, какого-либо иного, пусть и ограниченного,  суверенитета над любой территорией между Средиземным морем и рекой Иордан. Естественно, что новое появление, в связи с событиями в Вади-Ара, этой темы в общенациональной повестке дня, спровоцировало очередной виток общественной и политической полемики по поводу «плана Либермана».

Критических высказываний хватало и на этот раз. Так, министр внутренней безопасности Гилад Эрдан (в сфере ответственности которого находился и сюжет в Вади-Ара), заявивший, что он «не менее правый политик, чем Либерман», в интервью правому поселенческому порталу «Аруц 7», объяснил, что не считает продуктивным «отказаться от каждого места, где есть арабское большинство». Однако основная критика заявления министра обороны, хотя, понятно, и по совсем иным мотивам, раздавалась из кругов левой оппозиции. Громче всех демаршем А.Либермана возмутились лидеры леворадикальной партии МЕРЕЦ, не пожалевших эпитетов в стиле «расизм» и «фашизм», и обвинивших во всем происшедшем само израильское правительство и «пироманию» команды Дональда Трампа. И примерно в том же духе ожидаемо отреагировали депутаты от Объединенного арабского списка. Чуть более сдержанной была реакция сопредседателя оппозиционного блока «Сионистский лагерь» и лидер партии «Тнуа» Ципи Ливни, которая осудив  беспорядки, имевшие место в Вади-Ара как «недопустимые и неприемлемые», одновременно заявила, что «высказывания министра обороны лишь напрасно разжигают страсти».

Настроения избирателей

Нельзя в то же время не заметить почти полное отсутствие сюжета, которым в прежние времена идеологические противники и политические соперники А.Либермана нередко не стеснялись воспользоваться. Речь идет об основном корпусе избирателей и активистов НДИ, сформированным, в большинстве своем, репатриантами из бывшего СССР, Которые, согласно многократно опровергнутому непредвзятыми исследователями, но, несмотря на это, устоявшемуся в традиционном политическом и, особенно,  информационном истеблишменте Израиля предрассудкам, изображаются носителями «советской тоталитарной идеологии» и тем самым в «корне отличаются от демократической культуры» коренных израильтян ашкеназского происхождения.  Из этой заявки «логично» следовали намеки разной степени прозрачности, что лидер НДИ – сам, как репатриант 70-х гг. прошлого века из тогдашней советской республики Молдавия (Молдова), носитель такой идеологии – стремится соответствовать ксенофобским стереотипам своей «целевой группы» избирателей.

Разумеется, имеется существенный вопрос, в какой степени политик, в условиях парламентской демократии, обязан соответствовать вкусам и запросам делегировавших его во власть. Или же в течение своей каденции в Кнессете и правительстве, может действовать, не особенно сообразуясь со своей электоральной платформой. Но все же в данном случае он менее важен, чем попытка понять реальные культурно-политические характеристики сообщества «русскоязычных израильтян». Развернутый анализ позитивных и негативных, реальных или надуманных клише, бытующих в отношении этой группы в политических, информационных и академических кругах, чаще пребывающих в латентном состоянии, но выходящих на поверхность в период резонансных общественных событий, был подробно нами представлен в предыдущих публикациях, в том числе в изданиях ИБВ.[2]

Потому здесь коротко суммируем, что в выкладках такого рода присутствует смешение двух различных понятий – отношение русскоязычных израильтян к арабам как личностям и членам этнокультурной группы, и к ним же – как стороне арабо-израильского конфликта, что, разумеется, совсем не одно и то же. Приехавшие в Израиль в 90-х годах прошлого века репатрианты действительно имели какой-то «культурный багаж» межэтнических представлений, сформировавшийся в бывшем СССР. Сегодня этого багажа уже нет – большинство представителей этой группы, проживших в Израиле более двух десятков  лет, уже являются продуктами израильского опыта в намного большей степени, чем носителями «советского наследия». Отношение репатриантов к арабам, в большинстве своем, мало чем отличается от отношения к арабоязычным израильтянам уроженцев страны. И тем более непродуктивно искать корни этих настроений у людей, имеющих уже 15-25-летний постсоветский опыт.

Взаимопонимание между «русскими» израильтянами и израильскими арабами не было изначально невозможным, и не было достигнуто не из-за «генетического расизма», а благодаря опыту арабо-израильского конфликта и борьбы Израиля с террором. Все это, на наш взгляд, требует однозначно развести такие параметры как «толерантность и ксенофобия», с одной стороны, и «патриотизм и гражданская лояльность». Так, более половины русскоязычных израильтян в большинстве известных автору опросов (инициаторы которых взяли на себя труд не смешивать вышеуказанные понятия), стабильно выступают за предоставление равных прав всем гражданам страны вне зависимости от национальности и вероисповедания. И подчеркивают важность для них таких ценностей, как свобода слова в демократическом обществе. Но лишь абсолютное меньшинство из них считает, что израильское законодательство должно всегда защищать права граждан, что бы они ни делали и как бы этими правами ни пользовались.

Этот факт вновь подтвердило масштабное репрезентативное исследование общины выходцев из бывшего СССР, проведенное Институтом PORI по инициативе информационного портала NewsRu по программе, предложенной автором этих строк.[3] Так, более 40% респондентов были полностью согласны с утверждением, что человек, агрессивно нелояльный стране, и подтверждающий эту нелояльность противоправными действиями, может быть лишен израильского гражданства, и еще примерно столько же были согласны с таким утверждением с оговорками. (Соответственно, пятая часть респондентов были в целом или совершенно не согласны с таким мнением, или затруднились ответить на данный вопрос). Существенной возрастной разницы в этом смысле не наблюдалось, разве что молодые люди 18-24 лет и представители поколения 65+ несколько чаще остальных «полностью поддерживали» идею лишения израильского гражданства нелояльных Израилю лиц, а представители средних возрастных когорт выбирали более мягкие суждения.

Интереснее, что исследование совершенно не подтвердило распространенное мнение, что этническая и религиозная толерантность есть удел образованной части общества, а ксенофобия (понятно, и то и другое — в понятиях, принятых в леволиберальных кругах) чаще распространена среди лиц, имеющих узкий культурный кругозор и низкий образовательный уровень. Напротив, жесткость походов к лицам, активно-нелояльным Израилю, в этом опросе оказалась прямо пропорциональна уровню образования респондентов.  И не менее интересно, что не готовность мириться с нелояльностью Израилю его граждан была прямо пропорционально времени, прошедшему после репатриации в страну.

Все это еще раз заставляет предположить, что отношение выходцев из бывшего СССР к указанным явлениям есть преимущественно продукт израильского опыта, а понятия «толерантности» и «нетерпимости к проявлениям нелояльности стране» в сознании русскоязычных израильтян являются, как минимум, не взаимоисключающими понятиями

Переходя от абстрактных ценностных сюжетов к их конкретному применению в отношении арабов-граждан Израиля, лишь немногим более 7% участников опроса согласились с суждением, что абсолютное большинство израильских арабов лояльны государству, и в этом смысле ничем не отличаются от остальных граждан. Характерно, что такую точку зрения потенциальные русскоязычные избиратели блока «Сионистский лагерь» разделяли почти вшестеро (!) чаще, чем в среднем по выборке, и менее чем в среднем – сторонники правых коалиционных партий – НДИ, Ликуд и «Еврейский дом».

В свою очередь, около четверти респондентов, признавая наличие проблемы,  предпочли возложить вину за ее возникновение не на самих израильских арабов, большинство из которых, по мнению этих респондентов, все же «лояльны государству, в котором живут». А на «арабских лидеров, которые солидаризируются с врагами Израиля», и «подстрекателей из-за «Зеленой черты»». Такой точки зрения чаще придерживались потенциальные русскоязычные избиратели центристских партий – коалиционной «Кулану» министра финансов Моше Кахлона и оппозиционной «Еш атид» Яира Лапида. Последний, в свете опросов последних месяцев, готов на следующих выборах соревноваться с Биньямином Нетаньяху за пост премьер-министра, в силу чего он благоразумно предпочел никак не комментировать демарш А.Либермана. Поэтому ему вполне «в тему» может оказаться тот факт, что потенциальных избирателей его партии (как, впрочем, и партии «Кулану») было  в полтора раза больше, чем в среднем по выборке среди тех опрошенных, кто также решили снять с самих арабов ответственность за нелояльность части из них, но по другой причине. С точки зрения этих респондентов, проблема лежит даже не в руководстве арабского сектора Израиля, а в неверной политике по отношению к ним со стороны правительства страны.

И все же наиболее популярным суждением было такое: «большинство израильских арабов нелояльно Израилю, что бы правительство и общество для них ни делало». Так полагают более 70% потенциальных избирателей блока «Еврейский дом», порядка половины русскоязычных избирателей НДИ и Ликуда, около трети – «Кулану», и четверть потенциальных избирателей списка «Еш Атид». В этом смысле, А.Либерман, сделав свое заявление по поводу событий в Вади-Ара, судя по этим данным, выразил солидарное мнение «»широкого правого лагеря», к которому, судя по этому, и иным опросам, относят себя более половины выходцев из бывшего СССР в Израиле.

Отметим еще один нетривиальный момент: подобным же, резко критичным по отношению к «палестинцам 1948 года» подходом отличались и от половины до более 60% респондентов, которые на момент опроса не определились с выбором партии, или вообще были не намерены голосовать на выборах в Кнессет. Нетрудно предположить, что за этих избирателей, определившихся со своей позицией, но пока не уверенных, какая из партий (надо полагать, правого лагеря) сможет наилучшим образом реализовать ее в политической сфере, накануне выборов и развернется нешуточная борьба. Так или иначе, уже сейчас понятно одно: «русские»достаточно хорошо разбираются в обстановке, чтобы составлять свое мнение на основании фактов, а не стереотипов. Возможно, они глядят на вещи чуть рациональнее некоторых других общественных сегментов, и реже дают увлечь себя проектами решения всех проблем региона «здесь и сейчас», что далеко не всегда есть признак «тоталитаризма политического сознания».

[1] «Palestinians keep protests within bounds» (Editorial article), Globes (Israel), 10 Dec 2017

[2] См., например, Владимир (Зеэв) Ханин, ««Русские расисты» и «толерантные аборигены» в       Израиле: мифы и реальность», Ближний Восток и современность, Т. 48, 2014, С. 304 – 319

[3] Автор выражает свою признательность главному редактору NewsRu за   его   разрешение    воспользоваться данными этого исследования в настоящем тексте.

 

33.85MB | MySQL:69 | 0,824sec