К вопросу о политике Турецкой Республики в отношении Азиатско-Тихоокеанского региона. Часть 3

Мировой центр тяжести, как экономический, так и политический, постепенно смещается в сторону Востока и Азии. Не может оставаться в стороне от этих трендов и Турция. Продолжаем разбор политики Турецкой Республики на азиатско-тихоокеанском направлении на основе Альманаха «Внешняя политика Турции в 2017 году», подготовленного анкарским Фондом политических, экономических и социологических исследований (в турецкой аббревиатуре SETAV – В.К.). Продолжаем разбор отношений Турции с  Китаем.

От соглашения в сфере интернет-торговли переходим к сотрудничеству Турции и Китая в сфере туризма.

Но прежде, чем передать слово авторам Альманаха, заметим одну важную особенность жителей АТР (в частности, Китая и Японии) – их интерес не к морскому – пляжному, а ко внутреннему – культурному туризму. Что делает их важными клиентами, диверсифицирующими туристический профиль любой страны их прибытия, вне зависимости от страны (к примеру, России). Конкретно, в данном случае – речь о Турции, собирающей подавляющую долю своих европейских посетителей на пляжах страны и в Стамбуле.

Как указывают авторы Альманаха, в 2017 году отношения Китая и Турции в сфере туризма подробным образом рассматривались на уровне министров иностранных дел двух стран. Результатом стало объявление Китаем 2018 года Годом туризма в Турцию. 9 сентября 2017 года министр культуры и туризма Н.Куртулмуш посетил с официальным визитом Китай.

Мы не раз на страницах ИБВ говорили о проявляемой со стороны Турции настойчивости в том, чтобы занять подобающее место в реализуемом Китаем мегапроекте строительства так называемого «Нового Шелкового пути» – в качестве участка центрального транспортного коридора. В этом смысле, турецкая сторона оценивает, в качестве важного, подписание Турцией и Китаем Соглашения в сфере сухопутных грузоперевозок, содержащее в себе технические аспекты сотрудничества в этой сфере.

Авторы Альманаха говорят о переходе Турции к «неолиберальной экономике» и возникшей, в этой связи, особой важности привлечения прямых иностранных инвестиций. В рамках этого процесса Турция ускорила процесс принятия законодательных поправок и различных программ и льгот, поощряющих иностранных инвесторов, заходящих в страну. 2017 год, как указывается в документе, стал годом, когда Турецкое агентство по привлечению инвестиций и продвижению (в турецкой аббревиатуре TYDTA) сконцентрировалась именно на азиатском направлении. В то время, как глобальный капитал сфокусировался на инвестициях в азиатские страны, Турция «в значительной мере» подготовилась к тому, чтобы стать базой для китайских инвесторов, идущих в Европу, Ближний Восток и на Кавказ. В частности, 20 октября 2017 года Турецкое агентство по привлечению инвестиций сделало презентацию турецкого финансового рынка в Шанхае.

От экономических – к политическим отношениям между Турцией и Китаем. Как пишут авторы Альманаха, вплоть до настоящего времени двум странам не удалось обсудить «отдельные проблемы». По этой причине, турецко-китайские отношения «достигнув определенной точки, застопорились». В их числе, разумеется, авторами называется уйгурская проблема (которую, заметим, Турция воспринимает не менее остро, чем, к примеру, палестинский вопрос и Крым – В.К.). В частности, по этому поводу, в марте 2017 года министр иностранных дел М.Чавушоглу встречался со своим китайским коллегой – Ваном И.  На состоявшейся по итогам встречи пресс-конференции с участием двух министров, было заявлено о том, что «борьба с терроризмом и территориальная целостность имеют жизненное значение». Как фиксируется авторами, после сделанного сторонами заявления, отношения между Турцией и Китаем стали буквально на глазах улучшаться. В частности, получили развитие планы среднесрочного и долгосрочного сотрудничества.

В русле продолжения двустороннего диалога следует оценивать заявления министра иностранных дел Турции в ходе его визита в Китай и «историю» с выдачей Анкарой Пекину китайских граждан уйгурского происхождения. Эти шаги двух сторон оценены авторами материала в качестве важного шага по обеспечению безопасности Ближнего Востока, что, в свою очередь, позволит обеспечить реализацию проекта нового Шелкового пути. Таким образом, возврат Турцией Китаю его граждан, сбежавших из страны и присоединившихся к «Исламскому государству» (ИГ, запрещенная в России террористическая организация – В.К.), как пишут авторы, имеет большое значение для «благосостояния региона и отношений двух стран». Здесь издание ссылается на слова министра иностранных дел Вана И, который в своем выступлении 14 ноября 2017 года высоко оценил шаги Турции в рамках борьбы с терроризмом и назвал Турцию другом Китая и в «черные дни».

Важным пунктом турецко-китайских отношений является возможность членства Турции в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Результатом усилий турецкой стороны стало принятие Турции в 2012 году в число стран – партнёров по диалогу ШОС. При этом, декларация Турции о признании страной своего статуса «партнера по диалогу» в ШОС была принята решением Совета министров страны 1 мая 2017 года и вступила в законную силу после своей публикации в «Официальной газете» №30075 24 мая 2017 года.

42.95MB | MySQL:92 | 1,125sec