Стратегия Турции в Восточном Средиземноморье (по материалам журнала ОПК «M5»). Часть 3

27 ноября 2018 г. мы опубликовали обзор ноябрьского номера нового турецкого журнала ОПК «М5». Продолжаем разбираться с одним из наиболее острых вопросов для современной турецкой внешней политики – Восточным Средиземноморьем на базе статьи доктора наук Айдына Четинера «Стратегия Турции в Восточном Средиземноморье».

Напомним, что мы остановились на мысли А.Четинера о «возрожденной» Российской Федерации, которая начала проводить «доктрину ближнего зарубежья», в частности, через войну с Грузией, обновление военного соглашения с Арменией и через оккупацию Крыма. Как справедливо замечает А.Четинер, та страна, которая контролирует Крым, контролирует все Черное море.

Развивая свою мысль, он говорит о том, что, исходя из тех же самых принципов, Россия, через повышение своего военного присутствия, хочет быть влиятельной и в Восточном Средиземноморье. И продолжает, утверждая, что «русские нашли эту возможность через вмешательство в гражданскую войну в Сирии» (строго говоря, возможностями так не пользуются: война началась в 2011 году, а Россия вошла в конфликт лишь в конце сентября 2015 года, это можно характеризовать, если стоять на позиции автора, как непростительную задержку Я.К.).

Россия, по словам автора, имела близкие отношения с  покойным президентом Хафезом Асадом. Вмешавшись в сирийский кризис, Россия воспрепятствовала свержению «режима Асада» (ненависть турецкого руководства к его сыну  Башару Асаду, иногда, носит буквально иррациональный характер – Я.К.). Взамен, Россия получила военно-морскую базу в Восточном Средиземноморье – в сирийском Тартусе.

Итогом же стало то, что «оккупировавшие Крым русские», исповедуя доктрину «близкого зарубежья» и продемонстрировав с использованием современных технологий рост своих «глобальных возможностей по доступу», посчитали, что обеспечение своих интересов в Крыму и в Черном море проходит через наращивание своего стратегического преимущества в Восточном Средиземноморье.

Результатом для России стало обеспечение себе военно-морской базы в Тартусе, военно-воздушной базы в Хмеймиме, то есть укрепление стратегического присутствия в Восточном Средиземноморье. Через это, как автор уже отметил, обеспечивается и стратегическое присутствие России в Крыму и на Черном море.

Итак: Россия, по словам А.Четинера, «зацепилась» за Восточное Средиземноморье в рамках своей многолетней доктрины по «выходу к теплым морям» и с целью защиты своих позиций в Черном море.

В отношении деятельности США и Израиля в Восточном Средиземноморье автор делает следующие заключения.

Как указывает А.Четинер, США реализует свое господство в Средиземном море через свои «хорошие отношения» с союзниками и, в особенности, с Турцией (до сих пор это было так, однако, нынешний уровень отношений между США и Турцией способен поставить под сомнение эту «схему работы» — Я.К.).

В 1990-е годы Турция, Израиль и Иордания с участием своих флотов проводили регулярные учения под кодовым названием «Русалка». Невзирая на том, что Израиль не является членом НАТО (для страны используется термин «Основной союзник вне НАТО» — Я.К.), США хотели его укрепления в Восточном Средиземноморье.

Автор обращает внимание на то, что в последние годы израильский флот растет стремительно – он вышел за рамки силы, обеспечивающей безопасность Государства Израиль и превратился в силу, которая позволяет обеспечивать контроль в Восточном Средиземноморье.

А.Четинер особо обращает внимание на израильские корветы SAAR 5 и подводные силы страны, превратившие Израиль «в серьезную силу». В частности, он упоминает о «практически бесплатных» поставках Израилю со стороны Германии подводных лодок класса DOLPHIN. Более того, как он пишет, Израиль внес в упомянутые подводные лодки определенные модификации, которые дали возможность с них осуществлять пуск ракет с ядерными боеголовками. Как отмечает автор, «Германия это встретила беззвучно».

А.Четинер подчеркивает, что Германия через эту и прочие схожие виды помощи Израилю стала «соучастником преступления», дав израильтянам возможность «сжечь» все Восточное Средиземноморье и довести мир до «ядерной катастрофы» (нынешняя ненависть турецкого руководства к Государству Израиль, как и в случае с Сирией, носит местами иррациональный характер, хотя и более объяснима с точки зрения попытки мобилизации исламского мира на борьбу с «мировым сионизмом» — Я.К.).

Стратегической же целью Израиля, как пишет А. Четинер, является привлечь на свою сторону Республику Кипр и Грецию, через остров Кипр и «материковую» Грецию окружить Турцию и лишить её влияния в Восточном Средиземноморье.

Другой целью Израиля, по словам автора, является продажа в Европу природного газа, добываемого с месторождений «Тамар» и «Лефиафан», через Кипр и Грецию. Обеспечив контроль над поставками энергоносителей, Израиль стремится изолировать Турцию от региона, а также, таким путем, создать препятствия для главного газового поставщика в Европу – России (это довольно интересный поворот сюжета, в том смысле, что, вряд ли, самоцелью Израиля является вытеснение России с европейского газового рынка; хотя интересанты у этого процесса, в лице тех же США, вполне могут быть – Я.К.).

42.74MB | MySQL:92 | 1,022sec