Об отношении США к военной операции Турции против сирийских курдов на фоне интересов России в Сирии

Власти США обеспокоены высказываниями турецкой стороны по поводу возможного начала операции против курдских формирований в Сирии. Об этом говорится в опубликованной в субботу 15 декабря статье газеты «Вашингтон пост», которая ссылается на свой источник высокого ранга в вашингтонской администрации. Ситуация «все еще напряженная, и турецкая риторика вызывает беспокойство», отметил он. Представитель американский исполнительной власти «выразил некоторый оптимизм» в связи с тем, что в пятницу президенты Турции и США Тайип Эрдоган и Дональд Трамп обсудили последние события в Сирии во время телефонных переговоров, отмечает издание. В администрации также считают, что продолжающиеся усилия США и НАТО по решению проблем Анкары стабилизируют ситуацию. Президенты США и Турции в пятницу договорились о более тесном сотрудничестве в Сирии. В субботу 15 декабря представитель Эрдогана Ибрагим Калын заявил, что турецкие военные будут координировать операцию на северо-востоке этой арабской республики с США.  «Мы определенно будем координировать [операцию]. Мы ясно дали понять, что не можем позволить существовать любой террористической организации у наших границ. Мы не можем позволить, чтобы северо-восток Сирии стал территорией Рабочей партии Курдистана (РПК, признана Анкарой террористической — прим. ТАСС)», — сказал он, отвечая на вопрос корр. ТАСС о предстоящей операции ВС Турции в Сирии.  Также представитель турецкого лидера положительно ответил на вопрос, обсуждалась ли военная кампания в разговоре президентов США и Турции Дональда Трампа и Тайипа Эрдогана. «Наш президент заявил о его опасениях относительно усиления военного присутствия [сирийских курдов] при поддержке американцев. Наши военные были проинструктированы для координации их усилий на местности, чтобы не допустить террористической активности вдоль сирийской границы», — добавил Калын. Собственно именно этот вопрос в первую очередь и обсуждался во время упомянутых телефонных переговоров на высшем уровне. И разговор там шел «не о координации»,  как это дипломатично обозначил представитель турецкого президента, а о предупреждении с стороны Вашингтона Анкаре в рамках недопустимости совершения ею необдуманных действий. По ряду данных, турецкой стороне было очень ясно дано понять, что любая военная активность турок на севере Сирии  будет расцениваться как попытка сорвать планомерное наступление сил СДС в Хаджине, чему в Пентагоне уделяют сейчас приоритетное значение применительно ко всему сирийскому досье.  Запрещенная в России террористическая группировка «Исламское государство» (ИГ) все еще представляет угрозу в Сирии, но ее конец близок. Об этом в субботу 15 декабря сообщил корр. ТАСС официальный представитель штаба операции «Непоколебимая решимость», которую проводит в Ираке и Сирии группа стран во главе с США, полковник американских Сухопутных войск Шон Райан, комментируя ситуацию вокруг борьбы с террористами. «ИГ все еще представляет угрозу и производит перегруппировку своих сил для проведения контрнаступления против СДС (Формирования вооруженной коалиции «Силы демократической Сирии» — прим. ТАСС), устанавливает самодельные взрывные устройства с целью замедлить продвижение [СДС]. Последние дни присутствие ИГ в центре долины реки Евфрат становится все ощутимее, однако у него все еще есть потенциал для скоординированных атак, и борьба не закончена», — отметил полковник. Он рассказал, что антитеррористические операции в долине Евфрата «идут очень хорошо», и СДС «продолжает продвигаться к центру города Хаджин и его окраинам». В пятницу новостной портал «Ан-Нашра» сообщил, что СДС установили контроль над городом Хаджин на восточном берегу Евфрата. По его информации, террористы полностью вытеснены из города отрядами СДС, которым оказывает поддержку западная коалиция во главе с США. В этой связи отметим, что не все так гладко, как об этом говорят американцы. Об этом свидетельствует статистика. По данным Сирийского центра мониторинга за соблюдением прав человека, в результате боевых операций и ударов ВВС западной коалиции было уничтожено порядка 800 террористов. Потери курдов составили 500 бойцов. И это при условии того, что продвижение курдов обеспечивается массированными воздушными налетами ВВС США, которые  уже не особенно обращают внимание на мирный или нет характер целей. И вот такое смешение целей свидетельствует о том, что пресловутые «сторонники ИГ» пользуются полной поддержкой местного арабского суннитского населения. Напомним, что курдские бойцы, составляющие костяк СДС, начали 10 сентября операцию против банд ИГ на востоке Сирии. К штурму Хаджина, расположенному в 30 км от границы с Ираком, они приступили 10 ноября. При этом один раз оно уже было сорвано, в том числе и помимо песчаной бури и вооруженной провокации турок на границе с курдским анклавом Кобани, что вызвало закономерный отток из-под Хаджина курдских формирований на защиту своих территорий.  Что-то подобное Анкара пытается сделать и сейчас, но рискнем предположить, что американцы по разным каналам уже дали понять, что оставаться сторонними наблюдателями в данном случае они не будут. Как в случае с попытками турок продвинуться вглубь Кобани, так и, тем более, — в Манбидже.   В пятницу 14 декабря президент Турции, выступая на конференции высших судебных инстанций стран Организации исламского сотрудничества в Стамбуле, заявил о намерениях Турции войти в сирийский Манбидж, если американская сторона не выведет оттуда курдские формирования. Он отметил, что «США стараются отвлечь внимание Турции путем затягивания реализации дорожной карты по Манбиджу». В среду 12 декабря президент Турции сообщил о намерениях Анкары начать в ближайшие дни операцию на восточном берегу Евфрата против курдских формирований в Сирии. Турция провела на территории Сирии уже две военные операции — «Щит Евфрата» и «Оливковая ветвь». В результате была создана буферная зона безопасности между пограничными городами Аазаз и Джараблус, а также оккупирован населенный курдами регион Африн.  То есть, риторика Анкары в отношении возможностей операции накаляется, но вот весь ее смысл видимо состоит в том, чтобы постараться вынудить американцев приступить к  практической реализации плана по созданию санитарного буфера по всей протяженности сирийско-турецкой границы.  Источники в сирийской оппозиции сообщили «Аль-Ватан», что Анкара планирует приступить к военным действиям в начале 2019 года, чтобы установить контроль над пограничной полосой, идущей от города Кобани в провинции Алеппо до Эль-Маликии в провинции Хасеке.  Вот именно о подвижке США к реализации такого плана видимо и надо вести речь. Ряд обозревателей в этой связи говорят о том, что во время последнего по времени  телефонного разговора стороны договорились отсрочить такую военную операцию Турции  на начало следующего года. То есть до того момента, когда сопротивление суннитов в районе Хаджина будет окончательно сломлено. Сомневаемся в этом. Разговор о рисках для нынешней наступательной операции в Хаджине безусловно состоялся, но не в таком контексте.  Главной причиной для такого вывода по прежнему остается самая главная: отсутствие у Пентагона реальной альтернативы курдам в рамках своей опоры на севере Сирии. И турки в качестве такой альтернативы точно не рассматриваются. В этой связи турецкий министр иностранных дел пустился во все тяжкие и начал выдавать желаемое за действительное.  Министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил, что США рассматривают возможность вывода войск из Сирии. Об этом сообщила в воскресенье 15 декабря газета «Тюркие». «Президент США [Дональд] Трамп рассказал президенту [Тайипу] Эрдогану о том, что он планирует выводить [войска] из Сирии», — цитирует главу МИД издание. Более детальной информации по этой теме газета не приводит. Спецпредставитель госсекретаря США по Сирии Джеймс Джеффри 29 ноября заявил, что вывод американских войск с территории Сирии стал бы преждевременным, способствовал бы возвращению террористической группировки «Исламское государство», а также поставил под угрозу безопасность Израиля, Иордании и Турции. Специально для министра иностранных дел Турции заметим, что верить всему, что говорит или пишет в своем твиттере Трамп, не стоит в принципе. И тем более транслировать это в публичной сфере, поскольку есть риск прослыть пустозвоном. Гораздо важнее, что по этому поводу говорят те же Дж.Болтон или Дж.Мэттис. А они полагают сохранение американских сил  в Сирии одним из важнейших условий по сдерживанию российско-иранской экспансии в регионе. И нынешняя военная активность американцев по Евфрату это воочию демонстрирует.

Все эти откровения  (а еще министр иностранных дел Турции почему-то решил, что США хотят экстрадировать Ф.Гюлена) прозвучали на XVIII Дохийском форуме. Он войдет видимо в историю по числу смелых и ничем не обоснованных высказываний присутствующих на нем лиц.  То есть, налицо некие фантазийные истории. Вот еще один пример.  Россия может рассмотреть вопрос вывода войск из Сирии после того, как правительство в Дамаске восстановит контроль над всей территорией, завершится реконструкция и беженцы вернутся в свои дома. Такое мнение выразил в воскресенье научный директор Института востоковедения РАН Виталий Наумкин, выступая на панельной сессии «»Растущая роль России в мире», организованной дискуссионным клубом «Валдай» на XVIII Дохийском форуме. По мнению эксперта, у Москвы в Сирии есть три основные задачи, которые реализуются в данный момент. «Первая цель — помощь в восстановлении контроля законного правительства на всей территории Сирии, вторая — реконструкция Сирии, третья — возвращение беженцев», — считает Наумкин. «После достижения целей Россия рассмотрит стратегию по выходу из Сирии, однако две российские базы в соответствии с долгосрочным соглашением между Россией и Сирией останутся»», — считает он (останутся, если у власти в стране останется Б.Асад или равнозначная ему по лояльности российским интересам фигура, а не некий суннитский лидер в результате проведения новых выборов — авт.). Как полагает эксперт, на данный момент главными препятствиями для стабилизации в Сирии остаются курдский вопрос, «для решения которого нет четкой стратегии ни у США, ни у России», а также ситуация на восточном берегу Евфрата. Насчет курдов поговорим ниже, а пока о выводе российских войск. Начнем с того, что значительные силы российской группировки уже выведены, а те, что остались (советники при штабах, группировка ПВО и ВВС, и соответственно группы спецназа для обеспечения эффективности работы последних являются необходимым минимумом. К тому же на существующих базах должно что-то дислоцироваться, иначе они просто не нужны. При этом рискнем предположить, что значительное военное российское присутствие останется в Сирии до тех пор, пока там присутствуют американцы и существуют оплоты радикальной оппозиции. И не только: присутствие советнического корпуса во всех звеньях сирийской армии обеспечивает необходимый уровень влияния на командование сирийской армии и политическое руководство страны. В противовес тому же иранскому влиянию, например. Но главное — это американцы, что делает невозможным по определению решение первой обозначенной российским экспертом задачи — восстановление контроля Дамаска над всей территорией страны. Таким образом для решения такой задачи надо, чтобы США и Россия стали бы стратегическими союзниками, что относится к области научной фантастики.  В этой связи говорить  о каком-то восстановлении территориальной целостности Сирии на среднесрочную перспективу можно только в глубокой теории, а значит и нецелесообразно выдвигать этот тезис, как первоочередной.  Воевать с американцами за целостность Сирии Москва не станет. Это в свою очередь делает практически бесполезной разработку какой-то конституции и проведение выборов, поскольку они точно будут не всеобщими, а значит и сомнительными с точки зрения их международной легитимности.

Вторая задача Москвы по Наумкину — это реконструкция. Видимо имеется ввиду экономическое восстановление Сирии. Но при чем здесь российские военные? Или предполагается, что и восстанавливать страну будут военные? Это не так.  Россия и Сирия выделили 30 проектов, которые войдут в дорожные карты по сотрудничеству двух стран. Об этом сообщил в пятницу 14 декабря журналистам заместитель главы Минпромторга РФ Георгий Каламанов. «Мы в течение года с сирийскими коллегами обсуждали различные проекты, которые войдут в дорожные карты, порядка 60 проектов. Сейчас в итоге включено 30 проектов, которые полностью устраивают и российскую, и сирийскую стороны», — сказал Каламанов. По его словам, основными направлениями проектов являются цементная промышленность, химическая промышленность, в том числе минеральные удобрения. В рамках сотрудничества по текстильной промышленности предусмотрены модернизация и возможность строительства нескольких фабрик на территории Сирии. Кроме того, в новых проектах фигурирует завод по производству автомобильных шин.  «Одним из важных направлений сотрудничества является сфера поставок лекарственных препаратов, медицинских изделий и медицинской техники», — уточнил Каламанов. Россия и Сирия заключили ряд коммерческих соглашений в сфере разведки и добычи углеводородов. Об этом сообщили в пятницу журналистам в секретариате российской стороны российско-сирийской Межправкомиссии.  « В ходе заседания комиссии подписан ряд межведомственных и коммерческих документов. Подписан ряд коммерческих соглашений, в том числе в сфере разведки и добычи углеводородов», — сказали в секретариате. Таким образом, российский бизнес полноправно и видимо во многом монопольно входит в ряд ключевых секторов сирийской экономики. Что закономерно, поскольку практика оказания военной и иной помощи ради обещаний строить социализм закончилась. Но самое главное  здесь иное — сирийцы сами очень быстро восстановят основные сектора (это прежде всего сельское хозяйство, торговля, легкая промышленность и строительство). В данном случае надо иметь ввиду огромные средства сирийской диаспоры за рубежом и менталитет сирийцев. В данном случае роль Москвы — обеспечить полнокровный режим локальных перемирий на контролируемой Дамаском территории, что даст мощный толчок этому процессу. Наверное, упомянутый эксперт имел ввиду силовое обеспечение такой реконструкции. Но в данном случае, такое силовое обеспечение должно включать в себя безусловную ликвидацию оплота непримиримой оппозиции в Идлибе с установлением над ним контроля Дамаска. Обратим внимание, что речь идет об Идлибе,  а не о всей Сирии: ставить надо реально выполнимые задачи. Только в случае зачистки Идлиба с установлением над ним контроля и запуском там процессов локальных перемирий возможно полноценное решение третьей обозначенной Наумкиным задачи: возвращение значительной части беженцев в Сирию. Пока есть альтернативный Дамаску и Москве анклав суннитской вольницы, говорить о полноценном мирном урегулировании нельзя. Собственно ровно по этой причине американцы и европейцы так приветствуют сочинские соглашения по Идлибу. Таким образом, по приоритетности все эти перечисленные экспертом задачи надо разместить  в обратной последовательности с ротацией местами второй и третьей задач.

Теперь  о курдах. Для начала вернемся к планируемой турецкой военной операции на севере Сирии. Констатируем, что любая возможная военная активность турок на этом направлении безусловно выгодна Москве и Дамаску. Прежде всего, с точки зрения отвлечения сил курдов от задачи создания санитарного буфера по Евфрату и закономерного осложнения турецко-американских отношений. Если же американцы решат сдать курдов, то это удар по их репутации, как надежного союзника, потеря опоры на севере Сирии и приход курдов «с повинной» в объятия к Дамаску. Если поддержат, это — осложнение отношений с турками.  И курды уже снова начали посылать сигналы Москве и Дамаску. Командир курдских отрядов «Сил народной самообороны» (СНС) Сепан Хамо заявил о готовности к совместным действиям с сирийской армией в случае турецкого вторжения в северо-восточные районы страны. Как сообщила в воскресенье 16 декабря газета «Аль-Ватан», курдский командир указал, что сирийское государство «должно принять меры по защите пограничной с Турцией территори».  «Мы рассчитываем координировать с Дамаском действия по отпору готовящейся турецкой агрессии», — процитировало издание слова Хамо. Отряды СНС составляют костяк арабо-курдских формирований «Сил демократической Сирии» (СДС), которым оказывает поддержку западная коалиции во главе с США. Под контролем СДС находится сейчас примерно 27% территории Сирии, в том числе провинция Хасеке и большая часть провинции Ракка, которые были ранее освобождены курдами от банд террористической группировки «Исламское государство».  В феврале, когда турецкая армия проводила операцию «Оливковая ветвь» против СНС в регионе Африн (65 км от Алеппо), на помощь курдам были направлены отряды сирийских народных ополченцев. Символическая поддержка со стороны Дамаска, однако, не остановила Турцию, которая взяла под контроль Африн, населенный курдами. Если быть точным, то сирийские правительственные  обеспечили переброску  курдам подкреплений и материально—технического снабжения в Африн через свою территорию. И делали бы это и дальше, если бы американцы не решили свернуть эту операцию ради оптимизации сил с средств, и не убедили бы в этой связи курдов прекратить свое сопротивление в Африне.  Так что, не прав Наумкин. Есть у Москвы и Вашингтона своя стратегия по курдскому вопросу: это циничный прагматизм. Когда надо, поддерживаем. Когда невыгодно, сливаем. В данном случае Москве объективно выгодно дистанцироваться от всякой координации с курдами в случае предполагаемой турецкой агрессии. Целесообразно отдать инициативу американцам: им придется делать непростой выбор. Это осложнит им жизнь, пустит трещину либо в их отношения с курдами,  либо с турками. В случае же начала этой военной операции пусть курды сражаются сами, поскольку ни Москве, ни Дамаску сильные курдские проамериканские формирования не нужны. Москве и Дамаску нужны ослабленные и разочарованные в американской силе курды, которые примут выгодные Москве и Дамаску условия своей мирной консолидации в будущую политическую архитектуру Сирии.

52.54MB | MySQL:104 | 0,354sec