О состоянии турецкого экспорта в марте и в первом квартале 2019 года

Турецкие экспортеры в 2019 году, похоже, решили выступить в амплуа Сергея Бубки, ставя из месяца в месяц рекорды по «прыжкам в высоту» — объему своих поставок за рубеж. Таким же образом, прошел и март месяц, отмеченный, после успешных января и февраля, очередным национальным рекордом.

Итак, согласно новой системе расчета объема зарубежных поставок, получившей название «Система общей торговли» или Genel Ticaret Sistemi (учитывается торговля, осуществляемая в зонах свободной торговли, а также на таможенных складах), экспорт в марте месяце вырос, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, на 0,5% и достиг отметки в 16 млрд 334 млн долларов.

Соответственно, объем экспорта, рассчитанный в рамках «Специальной торговой системы» или, по-турецки, Özel Ticaret Sistemi, то есть, очищенный от вышеупомянутых цифр (зон свободной торговли и таможенных складов) составил 15 млрд 488 млн долларов.

С другой стороны, объем турецкого импорта в марте месяце этого года сократился на 17,81% до 18 млрд 299 млн долларов. Разумеется, сокращение дефицита внешней торговли дало основания турецкому руководству и экспортёрам для оптимизма.

Так, в ходе регулярного ежемесячного мероприятия, посвященного оглашению экспортных результатов страны, министр торговли Рухсар Пекджан в присутствии главы самого влиятельного внешнеторгового объединения страны – Меджлиса турецких экспортёров (TIM) – Исмаила Гюлле, заявила следующее. Процитируем министра:

«В течение первых трех месяцев этого года, наш экспорт вырос на 3,34%, наш импорт сократился на 21,46%. Мы достигли самой высокой цифры в истории в 44 млрд 567 млн долларов. Отношение экспорта к импорту уменьшило нашу потребность во внешнем финансировании. В марте 2018 года отношение экспорта к импорту составляло 73%, а марте 2019 года – 89,3%. В первом квартале прошлого года отношение экспорта к импорту составляло 67,1%. В первом квартале этого года, эта цифра составила 88,2%. В прошлом году дефицит внешней торговли (в марте месяце – И.С.) составлял 6 млрд долл., а в этом году – 1 млрд 966 млн долларов. Это означает, что наша потребность во внешнем финансировании сократилась на 4 млрд долларов. В первом квартале этого года, соотношение экспорт – импорт и дефицит внешней торговли уменьшились на 15,2 млрд долларов. Именно на эту цифру уменьшились наши потребности во внешнем финансировании. Это – большой успех нашего семейства экспортёров».

Турецкий министр также отметила те большие усилия, которые прилагаются её ведомством и частным бизнесом к тому, чтобы ценность внешней торговли для страны росла, заявив, что 2019 год станет «годом экспорта». При этом, Р.Пекджан отметила, что её министерство осуществляет мониторинг и оценку экспортных показателей даже не каждый день, а, буквально, каждый час.

Приведем цитату из выступления министра:

«Отношение (объема) глобальной торговли к (объему) глобальной экономики снижается. Протекционистские меры – не только продолжаются, но и нарастают. К сожалению, в последний месяц, те факторы, которые нами оцениваются в качестве факторов неопределенности, так и не претерпели позитивных изменений. На глобальную торговлю продолжают влиять торговые разногласия между США и Китаем, замедляющаяся экономика Европы и неопределенность, (возникающая) в связи с Брекзитом. Если кратко, то ветры глобальной экономики стихли и они так не задувают в паруса экспортёров (как прежде), однако, мы вынуждены продолжать быстро шагать по своему пути и мы идем (вперёд)».

Итак, кто стал главными торговыми партнёрами – потребителями турецкой продукции в марте месяце?

Перечисляем в порядке убывания: Германия (2018 г. – 1,474 млрд долл., 2019 г. – 1,334 млрд долл., изменение – (-)9,5%), Великобритания (2018 г. – 1,029 млрд долл., 2019 г. – 849,1 млн долл., изменение – (-)17,5%), Италия (2018 г. – 954,7 млн долл, 2019 г. – 832,1 млн долл., изменение – (-)12,8%), Испания (2018 г. – 709,2 млн долл., 2019 г. – 763,2 млн долл., изменение – (+)7,6%), Франция (2018 г. – 688,2 млн долл., 2019 г. – 685,0 млн долл., изменение – (-)0,5%), США (2018 г. – 697,9 млн долл., 2019 г. – 668,9 млн долл., изменение – (-)4,2%), Ирак (2018 г. – 637,1 млн долл., 2019 г. – 628,7 млн долл., изменение – (-)1,3%), Израиль (2018 г. – 387,6 млн долл., 2019 г. – 449,3 млн долл., изменение – (+)15,9%), Голландия (2018 г. – 488,9 млн долл., 2019 г. – 403,0 млн долл., изменение – (-)17,6%), Румыния (2018 г. – 357,4 млн долл., 2019 г. – 387,2 млн долл., изменение – (+)8,3%).

Аналогичным образом, перечислим отрасли, внесшие наибольший вклад в турецкие поставки за рубеж в марте этого года:

Перечисляем в порядке убывания: Автомобилестроение (2018 г. – 3,144 млрд долл., 2019 г. – 2,885 млрд долл., изменение – (-)8,2%), Химическая промышленность (2018 г. – 1,560 млрд долл., 2019 г. – 1,830 млрд долл., изменение – (+)17,4%), Текстильная промышленность / готовая одежда (2018 г. – 1,678 млрд долл, 2019 г. – 1,681 млрд долл., изменение – (+)0,2%), Сталь (2018 г. – 1,287 млрд долл., 2019 г. – 1,318 млрд долл., изменение – (+)2,4%), Продукция электротехнической и электронной промышленности (2018 г. – 1,028 млрд долл., 2019 г. – 994,8 млн долл., изменение – (-)3,2%), Ткани и сырье (2018 г. – 791,1 млн долл., 2019 г. – 728,4 млн долл., изменение – (-)7,9%), Черные ц цветные металлы (2018 г. – 752,6 млн долл., 2019 г. – 713,0 млн долл., изменение – (-)5,3%), Машиностроение и запасные части (2018 г. – 635,6 млн долл., 2019 г. – 700,3 млн долл., изменение – (+)10,2%), Злаки и бобы (2018 г. – 599,9 млн долл., 2019 г. – 588,5 млн долл., изменение – (-)1,9%), Продукция мебельной и целлюлозной промышленности (2018 г. – 456,8 млн долл., 2019 г. – 472,7 млн долл., изменение – (+)3,5%).

Приведенные выше цифры позволяют говорить о том, что март месяц был отмечен сокращением турецкой торговли с США и странами Западной Европы и выдвижением новых игроков. Интересным, в определенном смысле, получилось появление Израиля на радарах турецких экспортёров.

Впрочем, мы постоянно говорим о том, что турецко-израильские политические дрязги и громкие заявления лидеров двух сторон мало связаны с торгово-экономическими отношениями между двумя странами, которые характеризуются, как мы можем видеть, столь высокими объемами, что Израиль даже вошел в десятку главных экспортных направлений Турции в марте месяце. Чего, к примеру, нельзя сказать о России, с которой у Турции – уровень политического диалога, несравненно лучший, чем с США и Израилем, даже вместе взятыми. Однако, этот уровень оказывается плохо конвертируем в цифровые показатели взаимной российско-турецкой торговли.

Как известно, именно об этом, в том числе, и говорили на 8-м по счету заседании российско-турецкого Совета сотрудничества высшего уровня (ССВУ), который состоялся 8 апреля с.г. в Москве, президенты РФ В.Путин и Турции Р.Т.Эрдоган. Впрочем, их постоянные, на каждой своей встрече, заявления по поводу четырехкратного роста товарооборота до 100 млрд долларов, в обозримой перспективе, уже начинают смотреться в виде, своего рода, мантры, которая никак не желает конвертироваться в реальные показатели роста. Ситуация, в этом смысле, похоже, складывается далекая от возлагаемых ожиданий.

Процитируем выступление президента РФ В. Путина на ССВУ: «Полагаю, что расширению торговли могла бы способствовать отмена действующих пока ограничений в этой сфере, диверсификация номенклатуры товарных поставок. Дальнейшей активизации инвестиционного сотрудничества будет способствовать и запуск новых совместных проектов в самых разных отраслях экономики: промышленности, металлургии, сельском хозяйстве, секторе высоких технологий».

Однако, в обеих странах ситуация сейчас складывается откровенно неблагоприятная в экономическом смысле. Вряд ли, это сильно повлияет на российских экспортёров энергоносителей в Турцию – скорее, речь идет о том, что наступает весенне-летний сезон и импорт Турцией энергоносителей снизится естественным путем. С другой стороны, покупательная способность российских импортеров, в целом, и турецкой продукции, в частности, также снижается, а рынки сокращаются. И, скажем откровенно, работать туркам в российских реалиях ощутимо менее комфортно, чем, допустим, в той же Европе, о чем и свидетельствуют реальные статистические показатели.

Зная о негативной ситуации на российском рынке, невзирая на внутренние экономические потрясения в Турции, турецкие отельеры пытаются сдерживать рост цен, однако, как уже было заявлено их официальными представителями, стоимость турпакетов в сезоне «лето – 2019», по всей видимости, возрастет на 15-20%. И как это отразится на потоке из России – тоже вопрос.

Говоря о перспективах взаимных инвестиций, тоже следует учитывать, что «стоимость денег» как для российских, так и для турецких предпринимателей, в нынешних условиях, заметно выросла. Соответственно, крупные инвестиции на этом этапе даются трудно. Да и рынки сбыта тоже приходится оценивать по экономическому сценарию той или иной степени негативности или, в лучшем случае, умеренности.

Отдельно стоит отметить политические процессы, происходящие сейчас в Турции в связи с муниципальными выборами. Конечно, для правящей Партии справедливости и развития очень важно отстоять себя в Стамбуле – как даже шутят в Турции, по всей видимости, за взятием Константинополя не было так увлекательно смотреть в 1453 году, как сейчас за тем, как ПСР берет Стамбул. Однако, турецкие руководители не могут не понимать, что чем дольше тянется вся эта ситуация, вне зависимости от того, кто прав или виноват – власть или оппозиция, тем на большие размышления она наводит зарубежных инвесторов. Ситуация вокруг Стамбула складывается крайне взрывоопасная, причем, что характерно, теперь уже, похоже, — вне зависимости от того, чем всё «успокоится». Турция образца весны 2019 года точно не предстает в образе тихой гавани для инвестиций, которой она была в первом десятилетии этого века.

Так что, единственная ставка, которую Россия, в настоящее время, делает в торгово-экономических отношениях с Турцией – это военно-техническое сотрудничество. В том случае, если сделка по С-400 будет, всё-таки, доведена до конца, состоится первый серьезный заход российского ОПК на турецкий оружейный рынок – который, по вполне понятным причинам, в последнюю очередь ощущает на себе экономические трудности и практически в любой экономической ситуации.

43.68MB | MySQL:92 | 0,951sec