Столкновение между пуштунами северо-западной пограничной провинции Пакистана и узбекскими боевиками

Начиная с февраля с.г. с пакистанского участка афгано-пакистанской границы стали приходить любопытные новости. Местные пуштунские ополчения напали на боевиков узбекской национальности, предположительно членов разгромленной в Узбекистане экстремистской партии «Хезб-ут-Тахрир», участвовавшей в кровавых беспорядках в Андижане. После их подавления и изгнания из Узбекистана наиболее последовательные фанатики перебрались во всемирный тренировочный лагерь террористов – на афгано-пакистанскую границу, в район Южного Вазиристана – на территорию, расположенную вблизи не только афганской границы, но и столицы самого Пакистана. В своей стране эти боевики являлись филиалом «Аль-Каиды», в Пакистане же они фактически напрямую влились в ее ряды.

Очевидно, что с некоторых пор Исламабад стал опасаться такого соседства, и именно с его санкции местные племена атаковали узбекских боевиков. Согласно официальным данным, в ходе длившихся примерно месяц боестолкновений были убиты около 300 тахрировцев. Президент Пакистана Первез Мушарраф признался, что официальный Исламабад оказывал помощь местным пуштунским племенам в Южном Вазиристане, однако опроверг информацию о прямом участии пакистанских правительственных сил в боях. Можно также отметить совпадение начала этой военной кампании с визитом премьер-министра Пакистана Шавката Азиза в Узбекистан.

В этой истории можно выделить несколько примечательных моментов. Во-первых, ни у кого не должно остаться сомнений в том, что время от времени Исламабад дирижирует своими пуштунскими племенными ополчениями. И хотя он никогда не мог их полностью контролировать, при возникновении обоюдной заинтересованности пакистанское правительство и ополчения выступали совместным фронтом.

Во-вторых, пуштунские племена, оказывается, не выносят вооруженного присутствия не только европейских стран и США на тех землях, которые они считают своими, то есть на юге Афганистана, но и вообще любого вооруженного присутствия иностранцев, даже если это братья по вере. Исконный пуштунский национализм, граничащий с полным неприятием иностранцев, не только не исчез, но и практически остался в неизменном виде с девятнадцатого века.

В-третьих, еще раз был подтвержден боевой потенциал пуштунских племенных ополчений, которые отвергают дисциплину и западные стандарты военного строительства, но при этом умудряются наносить поражения любым иностранным армиям, в том числе и самым могущественным.

По всей видимости, Исламабад не делает различий между формированиями талибов, хотя они уже давно не представляют собой централизованной структуры. Существует мнение, что они разделены на три группы – первая якобы близка к пакистанской межведомственной разведке (ISI), вторая – к «Аль-Каиде», а третья имеет существенные расхождения и с первыми, и со вторыми. Скорее всего, однако, отсутствие единой структуры командования талибами объясняется не столько формальными различиями, сколько тем, что «талибов» как таковых уже давно не существует. А это устрашающее название по привычке носят традиционные пуштунские племенные ополчения, с которыми и имеют дело, иногда тайно, иногда явно, пакистанские власти.

У Исламабада просто нет иного выхода, как сотрудничать с так называемыми талибами, иными словами, с боевиками-пуштунами, так как в самом Пакистане проживают 15-20 миллионов пуштунов – больше, чем в Афганистане. Это большая и воинственная группа населения, которая в основном настроена весьма лояльно к официальным властям. При этом пуштуны фактически независимы не только во внутренних административных вопросах, но и в сношениях со своими собратьями в Афганистане.

Очевидно, Пакистан не может пренебрегать такой внушительной политической и военной силой, расположенной у его северных границ. Заставить его прекратить помогать пуштунам не могут ни Соединенные Штаты, ни НАТО. Совершенно другое дело – иностранные боевики-наемники, узбекские либо любые другие. Как только они перестали находить общий язык с местным населением, официальный Исламабад санкционировал нападение на них. Не помогли ни общая вера, ни многолетняя совместная борьба против враждебных сил в Афганистане и Центральной Азии.

Ошибкой боевиков из «Хезб-ут-Тахрир» стало непонимание правил игры – в Пакистане они были гостями и не пользовались широкой поддержкой местного населения, так как были иностранцами, к тому же представителями другой этнической группы – тюркской, не имеющей общих корней с местным населением. Узбеки и пуштуны традиционно были врагами на афганском театре военных действий. В какой-то момент они стали вести себя слишком независимо либо разошлись с «талибами» по какому-то ключевому вопросу, что и послужило причиной длившегося почти месяц противостояния, закончившегося их полным уничтожением.

44.07MB | MySQL:92 | 1,126sec