Ирак: размышления о западном экспортном маршруте для нефти Киркука

По сообщению американского интернет портала Oil Press, в начале недели, представители Ирака, Сирии и Ливана провели в Багдаде встречу, на которой обсуждалась идея возобновления поставок нефти из иракской провинции Киркук в ливанский прибрежный город Триполи. Данный проект, дойди он до стадии реализации, способен оказать существенное влияние на общую ситуацию в регионе, и на расклад с нефтяной экспортной инфраструктурой.

Все три стороны выглядят очевидными бенефициарами такого предприятия, однако для Ирака этот вариант имеет огромное стратегическое значение. Извечной проблемой этой страны является ее географическое расположение, когда выход к морю, к путям экспорта нефти (да, и просто, к торговым) ограничен как по естественным, так и по субъективным причинам. И без того немногочисленные порты Ирака расположены так, что к ним приходится добираться либо по реке Шатт эль-Араб, либо по узким и извилистым, изобилующим отмелями, лагунам, «хорам», при том что противоположный берег и выходы из них в Персидский залив, контролируются другими государствами. И пускай, сегодня отношения с ними, более-менее, нормализовались, кто знает, как повернется дело в будущем, благо, примеров тому хватает с избытком. Да и общая обстановка в Персидском заливе и в районе Ормуза такова, и недавние события это подтверждают, что этот путь может быть существенно затруднен, или блокирован, на неопределенный строк.

В этой ситуации, Ирак, у которого, примерно половина из разведанных на сегодня, запасов нефти, расположен на севере, в Киркуке, старается максимально возможно диверсифицировать маршруты экспорта своей нефти.

Естественным направлением для экспорта большей части киркуской нефти является западное: там нет гор, как на севере, куда проложены трубопроводы до турецкого порта Джейхан. И действительно, еще в 1930-е годы, во времена британского владычества в Ираке, из Киркука был проложен ряд нефтепроводов, в частности, на Хайфу, в тогдашней британской Палестине и 12-ти дюймовая нитка на ливанский Триполи. Существовала линия на сирийский Банияс. Если трубопровод на Хайфу прекратил прокачку одним из первых, то по другим нефть поступала: в 1950-е годы триполийский трубопровод был модернизирован и в сутки мог прокачивать до 40 тысяч баррелей нефти. Впоследствии, в ходе ирано-иракской войны, Сирия перекрыла ту часть трубы, которая проходила по ее территории: в те годы отношения между ней и Ираком были крайне напряженные, тогдашние лидеры обеих стран соперничали за ведущую роли в партии Арабского социалистического возрождения («Баас»), да и по-человечески терпеть не могли друг друга.

Тем не менее, обстановка с тех пор неоднократно менялась, существенным обстоятельством стало восстановление контроля центральных властей над Киркуком и начало ремонта и модернизации объектов нефтяной инфраструктуры. Потенциально, производство нефти на севере Ирака может вполне сравняться с южным, технически Ирак может нарастить его уже сейчас, процентов на 20-30, а если по той, или иной причине, перестанут действовать соглашения в рамках ОПЕК, и будут закончены ремонт и обслуживание скважин в Киркуке, добыча нефти может быть удвоена. Прокачать это количество нефти не юг, или даже разделить ее объем, отправив часть на Басру, а часть – на Джейхан, невозможно.   Поэтому вполне логично вернуться «к хорошо забытому старому».

Если бы не несколько «но». Во-первых, речь может идти, фактически о прокладке нового трубопровода вдоль линии старого, возможно с включением каких-то его старых элементов, но, все равно, это новая стройка. Десятилетиями старая нитка не работала, территории по которым она проходит, находились под контролем террористов, там велись боевые действия, то есть, все это означат огромные капитальные траты, необходимость вложения больших денег, которых в данный момент нет ни у кого из упоминавшихся стран. Не говоря уже о технических возможностях. И временных рамках: это несколько лет, не менее 5-8.

Во-вторых, при следовании по сирийской территории возникает вопрос: даже если США и их союзники, контролирующие Заевфратье, разрешат вести эти работы, положение дел на остальной части земель, находящихся под условным контролем правительственных войск таково, что осуществление их, практически невозможно.

В-третьих, общее положение дел вокруг этого проекта: кроме его союзников, имеются и весьма серьезные оппоненты, та же Турция, например, вполне способная самостоятельно сорвать работы на сирийской территории. Негативно воспримут эту идею в Саудовской Аравии и в Египте.

И вот здесь, Oil Press упоминает о том, что к проекту имеет отношение компания «Роснефть». То обстоятельство, что она заключила соглашение с правительством Ливана о строительстве складского комплекса для ГСМ в районе Триполи, прямо указывает на возможность скорого начала работ, а сам факт присутствия российской компании повышает его шансы на успех. По нашей оценке, даже если представители «Роснефти» и участвуют в обсуждении проекта, говорить об участии компании в нем, как о деле решенном, еще очень рано.

Компания присутствует в Иракском Курдистане, и пока что, больше ориентирована на курдскую нефть. Ее недавние действия в регионе вызывали даже раздражение в Багдаде. Да и сам Киркук, кроме сложной политической обстановки и технической неготовности для подобного проекта, отдан, как известно в операционное управление British Petroleum. У нее вполне могут быть свои планы на киркукскую нефть. К слову, Министерство нефти Ирака официально никак не прокомментировала сообщение Oil Press.

Тем не менее, дыма без огня не бывает, и факт проведения консультаций насчет западного экспортного коридора для иракской нефти имел место быть. И даже если служи о причастности к этому проекту «Роснефти» преувеличены, сама такая вероятность является как раз той самой категорией, ради которой, по нашему мнению, РФ вообще следовало вмешиваться в сирийские события. Мы не беремся судить об официальных версиях этого решения и утверждаем лишь следующее: обеспечить безопасный коридор для поставки киркуской нефти на контролируемое побережье Сирии – это вполне понятное мероприятие, объясняющее появление и все действия РФ в Сирии, если бы, опять же, не несколько «но».

Для этого пришлось бы проводить операцию совсем другого масштаба, другими силами и, действуя совершенно по- другому. Изначально, все действия РФ в Сирии свидетельствовали, о чем угодно, только не о попытке решения такой задачи. А когда, следуя логике событий, российские военные оказались у Евфрата, было уже поздно. Возможно, соблазны и возник, но попытки закрепиться на его восточном берегу закончились хорошо известным эпизодом. И это обстоятельство, не говоря о десятках других «но», является главным и определяющим. Разрубив Сирию пополам, США перекрыли все пути для любых проектов, между Ираном, Ираком и Сирией. Тоненькая ниточка наземных поставок через Аль-Каим и Абу-Кямаль находится под круглосуточным контролем американских военных, так же, как и почти вся сирийско-иракская граница. США являются полновластными хозяевами обстановки на иракской стороне, они же, и их союзники контролируют Заевфратье. Тот факт, что Дейр эз-Зор и часть территории в направлении Абу-Кямаля контролируются правительственными силами, ничего не меняет.

Конечно, «Роснефть» и British Petroleum, сотрудничают в других проектах и вполне могут договориться о совместных действиях в этом направлении, конечно Ираку очень нужен западный экспортный коридор для нефти, но, повторимся, сегодняшние реалии таковы, что с политической точки зрения этот проект пока не реализуем. Вероятность его начала, даже если, в силу каких-то мотивов, США это разрешат, нивелируется реакцией Турции. Ей не нужен конкурент Джейхана, так же как сам факт подобного предприятия на территориях Сирии и Ливана. Нефть — это всегда деньги и влияние. Турция, стремительно набирающая региональный вес, не собирается ими ни с кем делиться.

В этих условиях Ирак прибегает к ценовому маневру: июньские цены на нефть марки «Басра, легкая» повышены для азиатских клиентов на 0,5 доллара США за баррель, «Басра, тяжелая» подорожала на 0,7 долларов США, что касается цен для потребителей из Европы, то они, соответственно, увеличились на 0,60 доллара США за легкую басрийскую, а вот «Киркук, тяжелая» стоит дороже июньской Brent на 1,10 доллара США.

51.49MB | MySQL:101 | 0,331sec