О некоторых моментах, связанных с задержанием Ираном танкера «Месдар»

Инцидент с танкером «Месдар» алжирской государственной нефтегазовой компании Sonatrach, произошедший в минувшую пятницу в Ормузском проливе, никоим образом не отразился на коммерческой деятельности корпорации. Об этом, как передает информационное агентство Альжери Пресс Сервис, заявил в понедельник 22 июля в городе Шлеф министр энергетики Алжира Мухаммед Аркаб. По его словам, «танкер был осмотрен береговой охраной Ирана, но это никоим образом не отразилось на коммерческой деятельности компании «Сонатрак», имеющей международные контракты в области транспортировки нефтепродуктов». «Речь идет не более чем о рядовой процедуре сил береговой охраной Ирана для проверки содержимого танкера, — отметил Аркаб. — Министерство энергетики и МИД Алжира незамедлительно вмешались, после чего судно продолжило свой путь в Саудовскую Аравию». Ранее представители Sonatrach сообщили, что 19 июля танкер «Месдар» «во время следования по Ормузскому проливу, был вынужден изменить свой первоначальный курс и направиться в иранские территориальные воды». Согласно заявлению алжирской компании, судно направлялось для загрузки нефтью в порт Рас-Таннура, находящейся на территории Саудовской Аравии. Затем танкер должен был взять курс на Китай. «Месдар» был приостановлен в пятницу в 19.30 военно-морским флотом Ирана и освобожден в 20.45 сразу после того, как алжирские власти связались со своими иранскими коллегами. Sonatrach является одним из крупнейших экспортеров углеводородов в Африке и арабском мире. В этой связи уточним, что быстрое освобождение танкера, которое алжирские власти обозначили, как просто рутинную проверку береговой службы КСИР, стало возможным только после того, как в эту историю очень оперативно вмешались китайцы.

Сама история эта очень интересна и показательна с точки зрения уточнения приоритетов Тегерана в рамках его нынешнего противостояния с Вашингтоном и Лондоном. Начнем с того, что иранские патрульные катера, приписанные к КСИР, задержали  танкер «Месдар» вполне сознательно, а не по ошибке, как это позже было объявлено. И это была не рутинная проверка, а реальная попытка ареста судна.  И это было ответной мерой на перехват иранского танкера Grace 1 у берегов Гибралтара 4 июля британскими ВМС, которые обвинили судно в нарушении европейских санкций против Сирии. Также любопытно, что иранцы очень четко рассчитали момент задержания танкера, поскольку в это время фактический диктатор Алжира, начальник Генерального штаба Вооруженных сил АНДР Ахмед Гаид Салах находился явно не в рабочей обстановке в Египте. Он болел в это время  за футбольную команду Алжира, которая пробилась в финал Кубка Африки.  И не воспользоваться такой ситуацией для того, чтобы улучшить свой имидж в глаза алжирского населения, которое продолжает регулярно протестовать и требовать отставки нынешнего политического и военного руководства страны, генерал просто не мог. Он не только сам полетел в Каир, но и еще снарядил в Египет девять транспортных самолетов ВВС Алжира, которые под завязку были забиты болельщиками. Такой вот подарок алжирским фанатам, а с учетом культа футбола в Алжире ход беспроигрышный, хотя и очень ограниченный по продолжительности произведенного положительного эффекта. Излишне говорить, что все коридоры власти в Алжире в этот вечер опустели, как собственно и  в   отделе торговли и судоходства Sonatrach, который недавно стал объектом нескольких антикорупционных расследований. Все новостные каналы скоро объявят об аресте танкера «Месдар» и Stena Impero, еще одного судна, арестованного иранцами. Однако никто не упоминает владельца  «Месдара», который зарегистрирован в Либерии, управляется британской компанией Norbulk Shipping. Другое судно, Stena Impero ходит под британским флагом. Таким образом, зафиксируем первый момент — аресты танкеров не были спонтанными проверками судов в Ормузском проливе, а носили четкий антибританский подтекст.

В Алжире эта новость имела эффект взрыва не только в самой  Sonatrach, но и во всей правительственной машине. Это не удивительно.   Sonatrach — крупнейшая алжирская компания и один из главных игроков на рынке углеводородов на африканском континенте и в регионе Средиземного моря, концерн основан в 1963 году. Корпорация занимается разведкой и транспортировкой нефти и природного газа. Ее выручка от продажи энергоносителей дает более 90% поступлений в бюджет Алжира. По оценке ряда французских экспертов, это обстоятельство определяет важность этой компании не только с точки зрения чисто ее технологичной деятельности, но и с учетом проводимых сейчас маневров высшего командования армии Алжира в рамках обеспечения необходимой экономической «подушки» для успокоения страстей     после ухода президента А.Бутефлики.  Такая ситуация  наряду с постоянной зоной нестабильности и террористической активности в зоне Сахеля и соседней Ливией вынуждает высшие чины армии все больше внимания уделять созданию устойчивой гарантии безопасности для функционирования всей инфраструктуры государственной нефтяной компании. И в рамках этого соответственно обострилась борьба между различными фракциями алжирской элиты за серьезные финансовые ресурсы в этой области. Если смотреть на этот процесс более пристально, то легко сделать вывод, что за  всеми событиями, которые связаны с вроде бы чисто техническими моментами обеспечения надежного уровня безопасности инфраструктуры  Sonatrach, возникают вопросы чисто внутриполитической борьбы в рамках партии ФНО и армии. И при этом речь идет именно о попытках ряда серьезных функционеров партии и военных через вопросы безопасности в значительной степени подмять под себя и этот основной источник поступления валюты в бюджет Алжира.   В этой связи эксперты отмечают, что в этой внутренней борьбе явно выделяется триумвират высших руководителей ФНО, которые с опорой на свои связи в политическом руководстве и деловой элите страны, старается  замкнуть на себя сейчас основную часть бизнеса этой компании в области безопасности. В этой связи этот триумвират в составе сенаторов Халеда Буджабера, Мухаммеда Мадани Муиссе, и бывшего губернатора провинции Аннабе Багдади Лаалуне на сегодня сумел сосредоточить в своих руках практически все контракты компании в области безопасности. 29 мая прошлого года принадлежащая сенатору Буджаберу охранная компания «Эль-Амин Гард» выиграла контракт  дочерней компании  Sonatrach ENGTP (Entreprise Nationale de Grands Travaux Petroliers) в рамках охраны и обеспечения всего комплекса безопасности этой структуры в провинции Аменас. Напомним, что в 2013 году именно в Аменасе, который расположен недалеко от ливийской границы, произошло нападение одной из групп, которая ассоциировала себя с «Аль-Каидой Исламского Магриба» (АКИМ), на объект нефтяной инфраструктуры, в результате которого погибло 40 человек. Этот контракт на 931 млн алжирских динаров был предметом острой конкуренции. Первоначально победителем контакта была объявлена Secur Group, принадлежащая ведущему члену клана Бутефлика Редхе Кунинефу, за 816 млн динаров. Однако несколько недель спустя контракт был расторгнут на том основании, что он так и не был подписан группой Secur Group. Это оставило «Эль Амин Гарда» в положении безальтернативного победителя.  И это не единичный пример входа на этот рынок людей, которые представляют альтернативные от клана Бутефлики течения в ФНО и армии уже тогда и которые сейчас в основном замыкаются на Ахмеда Гаида Салаха. Отметим, что таким образом начальник генштаба ВС АНДР покупает лояльность бизнес-элиты в очень непростых условиях для своего политического выживания. В этой связи важно, что все эти вышеперечисленные  контракты серьезных людей в региональных бизнес-элитах страны  остались сейчас в силе и действуют. В марте с.г. нефтяная группа  Sonatrach заключила контракт на охранные услуги  компрессорной станции GR5 газопровода в Хасси Хмель с  компанией  Leader AMNE, которая принадлежит сенатору ФНО от провинции Уаргла Мухаммеду Мадани Муиссе. Экс-губернатор провинции Аннаба Багдади Лаалуна, который возглавляет охранную компанию Securit Gardiennage, также не остался с пустыми руками. В мае его компания выиграла контракт на предоставление охранных услуг на нефтедобывающем объекте «Зарзайтин», которым управляют  Sonatrach и китайская группа Sinopec.  Продолжаются переговоры армейского командования Алжира с  американским «Локхид Мартин»  о заказе пяти аэростатов наблюдения. Переговоры ведутся с 2015 года, но сейчас они упираются только в вопрос о цене контракта, которая оценивается в 375 млн долларов, и  которую американская группа хочет пересмотреть в сторону повышения. Такие же системы защиты сейчас сами американцы используют для мониторинга периметров американских баз в Афганистане и на границе между США и Мексикой. Привязанные на большой высоте и оснащенные радар-детекторами и камерами сверхвысокого разрешения, каждый из этих «воздушных шаров» может держать под наблюдением тысячи квадратных километров территории и несколько сотен километров границы.  Эта сверхсекретная программа закупки оборудования, осуществляемая армией, финансируется непосредственно компанией   Sonatrach, и в данном случае военные стараются серьезно расширить под этой эгидой свое влияние в принципе.  Смена руководства компании, которую очень быстро провел Ахмед Гаид Салах в апреле с.г., поставив на пост директора своего человека, не только не изменила систему контрактов в области безопасности с сильными фигурами из числа клановой элиты. Она в принципе никак не затронула и систему переговрщиков с зарубежными  бизнес-партнерами компании.  Новый глава Sonatrach Рашид Хашиши считает, что оптимальным было  сохранить команду по  продажам своего предшественника Абдельмумена Ульд Каддура в рамках  успокоения европейских клиентов. Переговоры с западными партнерами по-прежнему контролируются прежней командой во главе с вице-президентом по маркетингу Ахмедом Магизи и группой из финансового департамента под руководством Фарида Гезали. Гезали, вице-президент по стратегии, планированию и экономике Sonatrach, был в вое время правой рукой Каддура. Этот подход призван сохранить не только нынешний уровень экспорта углеводородов, но и реанимировать ситуацию с падением уровня загрузки газопровода  Transmed  из Алжира в Италию через Тунис. На сегодня трубопровод  достиг только половины проектной мощности. По информации ряда экспертов, Sonatrach готовится возобновить свой контакт по продаже газа с итальянской компанией  Edison до конца года. Этот контракт будет охватывать объем в 1 млрд кубометров в год. В мае и июне государство подписало три соглашения, по одному с итальянскими концернами ENI и Enel, соответственно на 9 и 3 млрд куб. м в год на 10-летний период вместо 25 лет, и одно с португальской компанией Galp на 2,5 млрд куб. футов в год. Продление контракта с Edison — еще один признак того, что уход Каддура 23 апреля мало повлиял на переговоры, уже начатые с европейскими партнерами Sonatrach.

Но вернемся к истории с танкером.  Хотя танкер был зарегистрирован в Либерии и контролируется через сложную структуру собственности на Британских Виргинских островах, «Месдар» является ведущим судном в алжирском танкерном флоте. Купленный в 2007 году тогдашним председателем Sonatrach и главным исполнительным директором Шокибом Хелилем, этот танкер был первым очень крупным перевозчиком сырой нефти (VLCC), который был приобретен национальной нефтяной группой. Операция, проведенная иранским КСИР, в этой связи на первый взгляд кажется нелогичной, учитывая очень ровные  отношения Алжира с Ираном. Но в данном случае речь идет не о выпаде в сторону Алжира, а о сигнале всем странам-производителям нефти с точки зрения необходимости учитывать «британский фактор» в рамках планирования своих операций по логистике. Если еще грубее, то в общем-то проамериканская позиция Лондона (а если вернее — уходящей Т.Мэй) преподнесла очень серьезный негативный сюрприз британским нефтяникам, причем на ровном месте, за что они безусловно ей очень «благодарны».

Теперь о роли Пекина во всей этой истории, в силу чего собственно иранцы очень быстро отпустили танкер «Месдар» и купировали ситуацию. В отсутствие  Ахмеда Гаида Салаха премьер-министр Нуреддин Бедуи взял на себя всю ответственность за кризис, ему помогали новый глава Sonatrach  Рашид Хашиши и вице-президент нефтяной группы по маркетингу Ахмед Магизи. По нашей информации, именно Sonatrach, а не МИД, предупредил о произошедшем свои контакты в Иране, в частности в Национальной иранской нефтяной компании (NIOC). Консультации начались практически сразу после захвата, и после энергичного обмена мнениями  «Meсдар» был освобожден через три часа после его задержания. Он вернулся в море и взял курс на пункт назначения — нефтяной терминал Саудовской Аравии в Джуайме, к северу от Бахрейна. Но это было не просто вмешательство правительства и нефтяников Алжира, которые  разрешали этот кризис в одиночку. Именно Китай, главный сторонник Ирана и практически единственный покупатель его сырой нефти, предотвратил обострение ситуации. Джумайма была лишь первым портом захода на пути танкера. С грузом алжирской сырой нефти судно фактически направлялось в китайский порт Ханчжоу в интересах китайской государственной торговой группы Unipec. Груз, который был на короткое время задержан КСИР в Ормузском проливе, на самом деле принадлежал Китаю, который  не был заинтересован в том, чтобы участвовать в качестве заложника в ирано-британском споре. Как полагают, осведомленные источники, именно звонки из Пекина в Тегеран, а совсем  не усилия исключительно алжирского МИДа, ситуацию с захватом танкера превратили очень быстро просто в рутинный случай проверки груза. Тегеран, быстро прояснив для себя ситуацию с конечным владельцем перевозимой нефти, быстро отступил назад. И не случайно. Пекин полагается в Тегеране ключевым союзником не только с точки зрения дипломатической поддержки против американских санкций, но и как один из основных потенциальных покупателей иранской нефти.  Иран рассчитывает, что Китай и другие дружественные государства будут активнее закупать иранскую нефть. Об этом заявил в понедельник 29 июля вице-президент Ирана Эсхак Джахангири на встрече с высокопоставленными представителями Коммунистической партии Китая. «Мы ожидаем, что Китай и другие дружественные страны, несмотря на внешние ограничения, будут закупать больше иранской нефти и газа, так как Тегеран обладает крупнейшими в мире запасами этих важнейших видов сырья», — цитирует Джахангири агентство Шана. Он также добавил, что Иран готов продавать в КНР природный газ по транзитному трубопроводу через Пакистан.   «США считают возможным свести иранскую торговлю нефтью к нулю, однако мы видим, что через год после наложения американского эмбарго экономическая ситуация в стране остается приемлемой», — заключил вице-президент. Он указал на острую необходимость «создания финансового механизма для торговых расчетов» между Тегераном и Пекином. Для этого в Китай, по его словам, в скором времени направится иранская делегация. Эта крайняя заинтересованность Ирана в поддержке КНР, объясняет, почему он так быстро сдал назад в истории с танкером.  В переговорах, которые Иран ведет с начала июля с Великобританией в рамках освобождении Grace 1, Тегеран, в частности, предложил доставить 2,1 млн баррелей нефти, которые находятся на этом танкере, в Алжир, а не в  первоначальное место назначения в Сирии. Алжирские порты находятся менее чем в 300 морских милях от Гибралтара, и операция может быть проведена под контролем алжирских ВМС, что позволит Ирану избежать унижения при опорожнении резервуаров судна под наблюдением членов Специальной лодочной службы Великобритании. До сих пор Лондон не принял это предложение, и суд в Гибралтаре разрешил Королевскому флоту держать «Грейс-1» под арестом до 15 августа. И после этого сразу же последовали операции иранцев против британских танкеров, что надо рассматривать как предупредительный сигнал Лондону в рамках усиления иранских переговорных козырей. Британцы пока не уступают и даже объявили о направлении в Персидский залив еще одного своего боевого корабля.  Великобритания направит в район Персидского залива фрегат HMS Kent («Кент») и вспомогательное судно ВМС  танкер RFA Wave Knight («Уэйв найт»). Как говорится в распространенном во вторник вечером 17 июля сообщении британского Министерства обороны, это давно запланированный шаг, не связанный напрямую с обострением отношений между Соединенным Королевством и Ираном.    RFA Wave Knight прибудет в район Персидского залива уже в августе и будет выполнять задачи по обеспечению других британских кораблей и судов топливом, водой, продовольствием и другими необходимыми грузами. HMS Kent должен будет заступить на дежурство позднее, ориентировочно в сентябре, и сменит эсминец HMS Duncan («Данкан»).  В министерстве указывают, что в настоящий момент в регионе Персидского залива находятся 7 кораблей и вспомогательных судов ВМС Великобритании. Это HMS Duncan и фрегат HMS Montrose («Монтроуз»), десантное судно RFA Cardigan Bay («Кардиган бэй»), а также 4 корабля противоминной обороны: HMS Ledbury («Ледбери»), HMS Blyth («Блайт»), HMS Brocklesby («Броклсби») и HMS Shoerham («Шорем»). Они участвуют в долгосрочной британской операции KIPION, задачей которой являются «обеспечение мира, стабильности и безопасности в регионе», поддержание свободной торговли, борьба с пиратством и контрабандой наркотиков. В ней участвуют около 1,2 тыс. британских военных, включая подразделение морской пехоты. Таким образом, стороны пока играют мускулами, что говорит только о том, что их переговоры по вопросу освобождения Grace 1 буксуют. С другой стороны, возможное освобождение иранцами британского танкера будет надежным индикатором прогресса в этих консультациях.

52.55MB | MySQL:103 | 0,749sec