К развитию ситуации в Ливане

Ситуация в Ливане сохраняет напряженный характер. При этом в стране не просматривается перспектива урегулирования масштабного политического кризиса. Два с половиной месяца народных протестов и полтора месяца безвластия, в течение которых Ливан живет без правительства, серьезно угрожают стабильности и безопасности этого ближневосточного государства. Кроме того, отсутствие кабинета министров не позволяет принять программу по борьбе с тяжелым экономическим кризисом. Экономическое положение Ливана продолжает неуклонно ухудшаться. Напомним, что толчком к началу социальных протестов послужило падение курса национальной валюты по отношению к доллару с 1500 до 1600 лир. В конце ноября в обменных пунктах Бейрута за доллар давали уже 1900 лир, а в десятых числах декабря уже 2100 лир. Этот процесс сопровождается инфляцией, ростом цен на продукты питания и нефтепродукты. Экономический кризис сопровождается сокращением количества рабочих мест и ростом безработицы. Экономическая катастрофа стала настолько явственной, что  исполняющий обязанности премьер-министра Ливана Саад Харири обратился к дружественным государствам с просьбой об открытии кредитной линии для импорта товаров первой необходимости.

После отставки 29 октября кабинета Саада Харири в стране продолжаются интенсивные политические консультации по формированию нового правительства. 8 ноября состоялись напряженные консультации между представителями движений «Хизбалла» и «Амаль», а также СПД, на которых была номинирована кандидатура возможного премьера. Им был назван Мухаммед Сафади. Этот 75-летний долларовый миллиардер является одним из наиболее влиятельных бизнесменов Ливана. Он родился в 1944 году в суннитской семье в Триполи, закончил престижный Американский университет в Бейруте. В 1976 году, во время гражданской войны в Ливане переехал в Саудовскую Аравию, где приумножил свой капитал. В течение долгого времени был советником саудовского принца Турки бен Насера в Лондоне. В 2011-2014 годах Мухаммед Сафади занимал пост министра финансов в правительстве Наджиба Микати. Является сторонником Микати и представляемого им клана Триполи, однако поддерживает хорошие отношения с Саадом Харири. Жена М.Сафади Виолетта Сафади была министром по делам женщин и молодежи в последнем правительстве Харири. Однако номинация этого ливанского олигарха вызвала крайне негативную реакцию со стороны протестующих. Около дома Сафади круглосуточно проводились митинги под лозунгом «Не хотим больше миллиардеров в правительстве». В результате сам Сафади 16 ноября объявил о своем отказе возглавить новое правительство Ливана.

Следующим компромиссным кандидатом стал президент крупной строительной компании, 72-летний Самир Хатыб, выбранный на этот пост самим Харири. Продолжающиеся протесты и отсутствие политического опыта побудили его добровольно отказаться от поста премьера. 8 декабря он заявил о том, что снимает свою кандидатуру на пост главы правительства, а также о том, что сунниты Ливана вновь хотят видеть на посту премьер-министра Саада Харири. Одновременно увеличилась уверенность в себе Саада Харири. В настоящее время он позиционирует себя в качестве единственно возможного кандидата на пост главы правительства. По сведениям ливанских источников, значительную роль в этом вызвала его поддержка со стороны высшего суннитского духовенства (Дар аль-Фатва), а также бывших премьеров Наджиба Микати, Фуада Синьоры и Таммама Салама.

Между тем, нарастает беспокойство движения «Хизбалла» в связи с продолжающимся политическим кризисом в Ливане. На начальном этапе руководство «Хизбаллы» называло требования манифестантов легитимными и предлагало себя в качестве посредника между ними и правительством. Однако затем руководители «Хизбаллы» все чаще стали подозревать в подпитке протестов США и Израиль. О глубоком беспокойстве «Хизбаллы» нынешним положением дел говорит фраза, сказанная руководителем фракции этого движения в ливанском парламенте Мухаммедом Раадом. Раад отметил, что «Дни, в которые мы сейчас живем, столь же тяжелы, как и война 2006 года». По мнению ливанской журналистки Скарлетт Хаддад, эта фраза говорит о том, что движение рассматривает нынешнюю протестную волну как направленную против него войну, только ведущуюся «бархатными» способами. В закрытых кругах «Хизбаллы» идут дебаты по поводу реакции на нынешнее протестное движение. Одни партийные активисты считают его спонтанным народным движением с законными требованиями, другие считают его частью заговора против Ирана, указывая на одновременность манифестаций в Ливане, Ираке и самом Иране.

В доказательство эти сторонники «Хизбаллы» задают ряд вопросов. Если протесты начались спонтанно, то почему сразу же после начала протестов их участники  от Аккара на севере до Машта Хасан на крайнем юге использовали одну и ту же терминологию и лозунги и сразу же объявили себя «революционерами»? Почему участник протестов с самого начала выказали крайнюю враждебность по отношению к союзникам «Хизбаллы» — президенту Мишелю Ауну и министру иностранных дел Джебрану Басилю, но не избрали своими мишенями коррумпированных суннитских политиков и Самира Джаджаа, являющихся врагами «Хизбаллы»? Почему ливанские и зарубежные СМИ уделяют повышенное внимание протестам в районах традиционного влияния «Хизбаллы»: Сайде, Набатии, долине Бекаа? Почему делались неоднократные попытки перекрыть стратегически важную для «Партии Бога» дорогу из Бейрута на юг Ливана?  Лидеры «Хизбаллы» опасаются, что создание правительств технократов приведет к изоляции этого исламистского движения от власти, аннулирования положительных результатов парламентских выборов 2018 года, а затем и постановке по американскому заказу вопроса о роспуске вооруженных отрядов «сопротивления».

Болезненным для «Хизбаллы» является и вопрос о присутствии в будущем правительстве ее основного христианского союзника – Свободного патриотического движения (СПД). 12 декабря его лидер Джебран Басиль заявил: «Если господин Харири будет и впредь следовать правилу «Я и никто другой» и если «Хизбалла» и движение «Амаль» заинтересованы в формировании техно-политического кабинета во главе с Харири, то мы не заинтересованы входить в такое правительство». Касаясь поведения Саада Харири, Басиль добавил: «Господин Харири пытается установить новый баланс, ликвидируя своих противников. Мы не признаем того, кто занимается серфингом на волне протестов. Он пытается доказать, что все партии виновны в сложившемся кризисе кроме него самого». Джебрана Басиля поспешил успокоить спикер ливанского парламента и лидер движения «Амаль» Набих Берри, встретившийся с ним 13 декабря. Ливанские журналисты характеризуют атмосферу этой встречи как позитивную, несмотря на предыдущие конфликты между политиками. Берри поспешил заверить Басиля в том, что «Хизбалла» и «Амаль» также не будут входить в правительство, если там не окажется представителей СПД.

Говоря о техно-политическом правительстве, Джебран Басиль подразумевает договоренности, появившиеся в ливанских политических кругах, в начале декабря.  При этом была выработана компромиссная формула. Согласно ней в правительство войдут четыре политика, четыре представителя  от протестного движения и 16 технократов, рекомендуемых различными политическими партиями (СПД, ПСП, «Хизбаллой», «Амаль», «Мустакбаль» и так далее). Членов «Хизбаллы» не будет в новом правительстве. На этом фоне неприятной сенсацией для ливанцев стала новость о том, что 16 декабря Саад Харири отложил формирование кабинета министров. Многие ливанские эксперты полагают, что он сделал это под давлением американцев. В последнее время Бейрут часто посещает представитель Госдепартамента США Дэвид Шенкер, убеждающий Саада Харири не пускать членов «Хизбаллы» в правительство и поставить вопрос о разоружении ее отрядов. Однако вряд ли это политическое движение Ливана без боя сдаст свои позиции.

55.86MB | MySQL:106 | 0,737sec