Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (23 — 29 декабря 2019 года)

Обстановка в Ираке остается нестабильной. Властям страны не удается взять ситуацию под контроль, а применение силы при разгоне демонстраций вызывает еще большие волны протестов. В то же время протестное движение так и не сформировало лидеров, готовых вести переговоры «единым голосом». И хотя власти проявляют готовность идти на некоторые уступки, однако «улица» жестко проявляет свою бескомпромиссность. Продолжают иметь место нападения протестующих на объекты инфраструктуры, в том числе на нефтепромыслы. Сохраняется четко выраженная антииранская направленность акций протеста. В частности, активно проводится кампания бойкота иранских товаров в магазинах и на рынках.

В этой обстановке Совет представителей (парламент) Ирака после длительный прений и споров принял 23 декабря новый закон о выборах. Это было одним из главных требований протестующих, которые добиваются роспуска нынешнего состава парламента и проведения досрочных выборов. Новый закон предоставляет возможность выдвиженцам баллотироваться не только по партийным спискам, но и в качестве независимых кандидатов, чего в прежнем законе не было. Кроме того, в новом документе прописано, что каждый избранный депутат парламента может представлять интересы отдельного избирательного округа в противовес старой редакции закона, где группа парламентариев должна представлять всю провинцию.

Президент Ирака Б. Салих 26 декабря подал в парламент прошение об отставке. Это произошло после того, как он отказался поручать формирование нового правительства А. аль-Идани — выдвиженцу от парламентского блока «Аль-Бинаа». Отметим, что А. аль-Идани считается сторонником политических сил, ориентирующихся на Иран. В ответ «Аль-Бинаа» обвинила  Б. Салиха в нарушении конституции, потребовав привлечь его к ответственности.

29 января Соединенные Штаты нанесли удары по пяти объектам проиранской шиитской группировки «Катаиб Хизбалла» в Ираке и Сирии в ответ на приписываемые ей нападения на иракские базы, на которых размещены коалиционные силы во главе с США, заявили в Пентагоне.

На минувшей неделе правительственные войска Сирии при поддержке ВВС САР и авиации российских ВКС продолжали наступательную операцию на юго-востоке провинции Идлиб против боевиков террористических и экстремистских группировок, начатую 19 декабря. 23 декабря сирийская армия с отрядами союзных сил освободили город Джарджаназ на юге Идлиба. Сообщается, что контролирующие город Маарет-Нааман в провинции Идлиб боевики отказались сдать его без боя в ходе переговоров с сирийскими властями. Боевики террористического альянса «Хайат Тахрир аш-Шам» (запрещен в РФ) и протурецкого «Фронта национального освобождения» регулярно, но в целом безуспешно контратакуют правительственные силы. По состоянию на 29 декабря, сирийская армия освободила от противника 46 населенных пунктов на юго-востоке Идлиба и вернула под контроль территорию площадью 320 кв. км.

Официальный представитель президента Турции И. Калын утверждал, что в ходе прошедших 23 декабря в Москве контактов между российскими и турецкими официальными лицами Россия пообещала Турции «остановить нападения в Идлибе, за которыми стоят сирийские войска». И. Калын подчеркнул, что Турция «ожидает незамедлительного прекращения ударов по Идлибу посредством нового режима прекращения огня. Это наше основное ожидание от российской стороны. Тема Идлиба не является ответственностью одной лишь Турции, это касается всего мирового сообщества. На российской стороне лежит еще больше ответственности».

Со своей стороны, в МИД России 26 декабря заявили, что Москва призывает к активизации усилий по выполнению российско-турецкого меморандума по созданию демилитаризованной зоны в провинции Идлиб. Было подчеркнуто, что «нельзя бесконечно долго мириться с террористическим анклавом в Идлибе». В этой связи «Россия выступает за активизацию мер по полному выполнению Сочинского меморандума по Идлибу от 17 сентября 2018 г., прежде всего в части, касающейся демилитаризованной зоны и отмежевания так называемой умеренной оппозиции от террористов».

Президент США Д. Трамп заявил 26 декабря, что считает Россию, Сирию и Иран ответственными за гибель мирных жителей в сирийской провинции Идлиб. При этом он полагает, что Турция пытается предотвратить это.

Министр иностранных дел России С. Лавров 23 декабря провел в Москве переговоры с главой МИД Сирии В. Муаллемом. Стороны обсудили урегулирование в САР, в частности на площадке Конституционного комитета в Женеве, и развитие торгово-экономического взаимодействия Москвы и Дамаска.

23 декабря Израиль нанес ракетные удары по окрестностям Дамаска. Сирийские ПВО поразили одну из ракет. Ракетной атаке подвергся лагерь шиитских бойцов, воюющих на стороне сирийской армии.

По информации американских СМИ, Госдепартамент США в служебной записке американским сенаторам изложил свое несогласие с законопроектом о санкциях в отношении Турции в связи с проведением Анкарой военной операции на северо-востоке Сирии и покупкой в России ЗРС С-400. По мнению американского внешнеполитического ведомства, введение ряда ограничений, изложенных в законопроекте, может привести «к усилению зависимости Турции от России или других противников».

Правительство национального согласия (ПНС) Ливии вынуждено было заключать соглашения с Турцией и просить у нее военной помощи, чтобы не допустить «оккупации» столицы страны Триполи, заявил 23 декабря глава ПНС Ф. Сарадж. По его словам, у возглавляемого им правительства «не было иного выбора, кроме как обратиться за помощью к Турции». При этом Ф. Сарадж отметил, что ПНС заинтересовано в получении от Анкары танков и беспилотников. По информации СМИ, правительство Ф. Сараджа запросило «воздушную, наземную и морскую» военную поддержку Анкары, а также предоставления системы ПВО, чтобы остановить штурм Триполи силами Ливийской национальной армии (ЛНА) под командованием маршала Х. Хафтара.

«Центральное правительство не приемлет иностранных солдат на ливийской земле», — заявил 27 декабря официальный представитель ливийского МИД (ПНС) М. аль-Каблави.

Анкара все еще готова рассмотреть возможность отправки военных в Ливию, если подобный запрос поступит от ПНС, заявил 25 декабря президент Турции Р. Т. Эрдоган. Вместе с тем, как полагают эксперты, прямое масштабное военное вмешательство Турции в ливийский конфликт маловероятно. Анкара вряд ли «потянет» такую дорогостоящую и сложную операцию. По мнению премьер-министра Италии Д. Конте, военная поддержка Турцией правительства Ф. Сараджа «привела бы к усугублению ситуации, новым жертвам среди гражданского населения». «Победу так не одержит никто», — считает Д. Конти.

Тем временем сообщается, что силы ЛНА на прошедшей неделе установили контроль «над обширными территориями на южных окраинах Триполи», в том числе заняли давно не функционирующий международный аэропорт столицы, и развивает наступление к центру города.

Тунисское руководство заявило о своем намерении придерживаться нейтральной позиции по ситуации в Ливии. Президент Туниса К. Саид 28 декабря опроверг слухи о предоставлении военной помощи ПНС Ливии.

Президенты Египта и США А. Ф. ас-Сиси и Д. Трамп в ходе состоявшегося 26 декабря телефонного разговора согласились с тем, что стороны конфликта в Ливии должны срочно принять меры для его разрешения. Ас-Сиси подтвердил, что Египет поддерживает усилия ЛНА в борьбе с террористами и призывает не допустить незаконного иностранного вмешательства в ливийские дела.

Активизацию усилий по урегулированию кризиса в Ливии обсудили 27 декабря в телефонном разговоре президенты Египта и России А. Ф. ас-Сиси и В. Путин. «Во время беседы стороны обсудили ситуацию в Ливии, достигнув договоренности о важности активизации совместных усилий двух стран с целью урегулирования ливийского кризиса, борьбы с вооруженными милициями и террористическими группировками, а также прекращения незаконного иностранного вмешательства в ливийские дела». Стороны также подтвердили настрой на координацию действий для стабилизации обстановки Ливии. Кроме того, А. Ф. ас-Сиси подтвердил стремление Каира «углублять египетско-российские отношения во всех сферах».

23 декабря от сердечного приступа в возрасте 79 лет скончался заместитель министра обороны Алжира, начальник штаба Национальной народной армии (ННА) АНДР генерал А. Г. Салах. В этой связи президент страны А. Теббун объявил общенациональный трехдневный траур. Генерала А. Г. Салаха местные наблюдатели называли одним из самых влиятельных людей Алжира последних лет. Политологи считают, что именно он обеспечил проведение выборов 12 декабря, на которых одержал победу А. Теббун. Кончина А. Г. Салаха, «который собственно и был основным скрепляющим звеном переживающей серьезной кризис политической системы Алжира, осложнила политическую ситуацию» в стране.

Исполняющим обязанности начальника штаба ННА президент республики назначил 74-летнего генерала С. Шангриху, который до этого занимал пост командующего Сухопутными войсками Вооруженных сил Алжира.

24 декабря в столице Алжира, несмотря на объявленный траур, вновь прошли антиправительственные демонстрации.

27 декабря столице и ряде других крупных городов АНДР прошли манифестации противников существующего в стране режима, участники которых потребовали установления демократического государства и освобождения политических заключенных из числа активистов протестного движения «Хирак». Вместе с тем, ряд наблюдателей отмечает, что манифестации 27 декабря «были чуть менее массовыми, чем прежде». Это, по их мнению, может быть связано с позицией части общества, готовой вступить в диалог с новым президентом Алжира А. Теббуном.

Президент АНДР А. Теббун назначил 28 декабря премьер-министром страны 65-летнего А. Джерада. Джераду поручено сформировать новое правительство Алжира.

Запасы обогащенного урана у Ирана достигли 800 кг, заявил 23 декабря глава Организации по атомной энергии ИРИ А. А. Салехи. По его словам, ежемесячно Иран производит 200 кг урана. Напомним, что предельно допустимой нормой для Тегерана, по условиям Совместного всеобъемлющего плана действий, было 300 кг обогащенного фторида урана. А. А. Салехи отметил, что «рано говорить о новом шаге Ирана [по сокращению своих обязательств в рамках ядерной сделки]», а новые переговоры по иранской ядерной сделке не имеют смысла до тех пор, пока не будут сняты санкции с Тегерана.

Совместные военно-морские учения Ирана, России и Китая под названием «Пояс морской безопасности» начались 27 декабря в Индийском океане и Оманском заливе. Они продлятся до 30 декабря. В ходе учений их участники отрабатывают эпизоды по досмотру и освобождению захваченного «пиратами» судна, совместному маневрированию, оказанию помощи терпящему бедствие судну, а также проведут тренировки по антитеррористической защите кораблей и судов на незащищенном рейде.

Окончательное мирное соглашение было подписано 23 декабря в столице Южного Судана Джубе представителями правительства Судана и противостоящего ему Революционного фронта Судана. Переговоры затрагивали урегулирование по так называемому центральному направлению, включающему в себя конфликтные регионы Голубой Нил и Дарфур. При этом, как было объявлено, переговоры по «восточному направлению», связанному, в частности, с конфликтом в Южном Кордофане, отложены на три недели «для решения всех возникших разногласий». Окончательное мирное соглашение призвано положить конец многолетним конфликтам в Дарфуре, Южном Кордофане, регионе Голубой Нил и других районах страны.

 

 

Приложение

 

 

О проблеме водных ресурсов на Ближнем Востоке и в Северной Африке

(часть II)

 

 

Наиболее значительные гидроресурсы Ближнего Востока находятся на востоке и юго-востоке Турции, в северных районах Ирака и Ирана. Они «транспортируются» в зоны дефицита воды посредством системы рек и подземных источников. Основу этой системы составляют бассейны рек Тигр и Евфрат, которые в значительной степени обеспечивает водой Турцию, Сирию и Ирак. Причем «контрольный пакет» находится в руках Турции, на территории которой две реки берут свое начало. В Анкаре считают воды Тигра и Евфрата «своими природными ресурсами». С 1980-х гг. Турция осуществляет грандиозный проект «Юго-Восточная Анатолия», включающий 22 плотины, 19 электростанций и другие сооружения. Реализация проекта позволит увеличить площадь орошаемых земель на 1,7 млн га. В то же время почти наполовину уменьшится объем воды, поступающий в Сирию и Ирак. Очень велико и политическое значение проекта. В Анкаре контроль над водными потоками в соседние страны рассматривают как ключевой элемент «будущей мощи» турецкого государства и «регулятор» политики соседей. Подобная политика Анкары вызывает недовольство в Дамаске и Багдаде, так как угрожает национальным интересам и безопасности Сирии и Ирака. Как полагают эксперты, три страны сами вряд ли смогут договориться между собой и пойти на взаимные уступки в силу того, что каждая из них преследует собственные интересы. Кроме того, распределение вод реки Оронт (на турецкой территории ее называют Аси) является предметом спора между Сирией и Турцией.

Инфраструктура водного хозяйства Ирака за годы многолетней войны пришла в катастрофическое состояние. Система мелиорации из-за боевых действий и бесхозяйственности находится в плачевном состоянии. Это ведет к деградации почвы и сокращению сельскохозяйственных земель, что чревато возрастанием зависимости Ирака от импорта продовольствия. К тому же бассейн Тигра и Евфрата очень быстро теряет воду. В Междуречье, традиционно считающемся житницей Ирака, почва из-за уменьшения объемов поступающей воды становится все более соленой, не приспособленной к выращиванию сельскохозяйственных культур.

В Сирии в ходе начавшегося в 2011 г. вооруженного конфликта проблема водообеспечения резко обострилась, значительно сократились площади обрабатываемых сельскохозяйственных земель. По данным ООН, порядка 15 млн граждан Сирии не имеют в данный момент доступа к воде. Вода стала источников поборов с местного населения для боевиков ИГ (запрещено в РФ). Воду как оружие использовали террористы против населения Алеппо. Ухудшение доступа к услугам водоснабжения и санитарии привело к увеличению заболеваемости в стране болезнями, передающимися через воду.

Не урегулирован и вопрос о распределении вод Тигра и Евфрата между Сирией и Ираком. В настоящее время этот вопрос серьезно не обсуждается между Дамаском и Багдадом, но в перспективе он, несомненно, обострится.

Водная проблема по праву считается одной из главных составляющих арабо-израильского конфликта. Речь, в первую очередь, идет о распределении вод бассейна реки Иордан и ряда других водных источников, находящихся в Израиле, Иордании, Ливане, на Палестинских территориях и в Сирии. Наиболее остро водная проблема стоит в Иордании и Израиле. Если нынешние темпы роста их населения и экономики сохранятся, то через 20-30 лет вся пресная вода Израиля и Иордании будет использоваться только как питьевая. По мирному договору между двумя странами (1994 г.) Израиль ежегодно выделяет Иордании 50 млн куб. м воды с последующим увеличением до 100 млн куб. м. Однако между сторонами остались нерешенные вопросы по распределению вод рек Иордан и Ярмук. Одной из причин нежелания Израиля возвращать Сирии оккупированные в 1967 г. Голанские высоты является то, что данный район богат водными ресурсами, которыми пользуется не только Израиль, но и Ливан, палестинцы, Иордания, Сирия. Ливан и Израиль спорят о распределении вод ливанской реки Литани. Израильтяне считают, что Ливан хорошо обеспечен пресной водой и поэтому часть вод Литании можно использовать для нужд северных районов Израиля, с чем Бейрут не согласен. В Израиле также имеют виды на воды рек Ваззани и Хасбани, берущих начало в Ливане. Водная проблема остро стоит между Израилем и палестинцами. Нерешен ряд вопросов по распределению вод приграничных рек между Сирией и Иорданией. Есть все основания полагать, что Израиль вряд ли в состоянии самостоятельно договориться со своими арабскими соседями по совместному использованию водных ресурсов.

С серьезной нехваткой воды сталкивается Иордания. Страна потребляет больше воды, чем доступно из возобновляемых источников. Одним из крупнейших потребителей воды является сельское хозяйство (до 50%), дающее всего лишь 3% ВВП. Текущее водоснабжение на душу населения составляет 150–200 куб. м в год. Еще до наплыва в страну сирийских беженцев прогнозировался рост численности населения Иордании с 6 до 9 млн к 2025 г., что приведет к резкому снижению водоснабжения на душу населения – до 91 куб. м. Одной из причин этого может стать изношенность сетей водоснабжения. В целом по стране 40–50% воды, добытой из водоносного горизонта, теряется из-за протечек в трубопроводах. На севере Иордании до — 70%. Количество ежегодно теряемой воды могло бы удовлетворить основные потребности не менее 2,6 млн человек. Иордания и Саудовская Аравия участвуют в негласной гонке по выкачиванию водоносного горизонта Диси, который Амман делит с Эр-Риядом. Распределение вод одного из притоков Иордана, реки Ярмук, вносит напряжение в отношения с Сирией.

Трудная ситуация с обеспечением водой складывается в секторе Газа, где нет рек. Питание водой осуществляется за счет прибрежного водоносного горизонта, в который просачивается соленая вода из Средиземного моря, а также неочищенные сточные воды, впадающие в море из Газы, что, в свою очередь, может спровоцировать пандемические болезни, такие как холера и брюшной тиф. Большие потери воды в Газе связаны с плохой системой водопроводных труб. В настоящее время, по оценкам ООН, более чем 80% из 1,8 млн жителей палестинского анклава вынуждены покупать импортную бутилированную питьевую воду.

Проблема «таяния» водных ресурсов на фоне не снижающегося роста населения по праву считается важнейшей проблемой Египта, а обеспечение страны в достаточном количестве водами Нила относится к высшей сфере национальной безопасности АРЕ. Здесь во главе угла стоит вопрос о распределении нильских вод. В этом деле Каир всегда занимал и занимает жесткую позицию отстаивания своих интересов. Между тем, Египет находится в нижнем течении Нила, а потому зависит от стран, расположенных в верхнем течении реки. На сегодняшний день наибольшую угрозу для Египта представляет возведение Эфиопией плотины «Возрождение» на Голубом Ниле. По оценке специалистов, это резко изменит ситуацию с водосбросом в сам Нил, самым негативным образом повлияет на процесс ирригации в египетском сельском хозяйстве и обострит проблему продовольственной безопасности АРЕ в уже краткосрочной перспективе. В то же время плотина имеет жизненно важное значение для экономического и социального развития Эфиопии. Каир пытается воздействовать на этот процесс в нужном для себя ключе, используя комбинацию из методов подрывной войны и дипломатического давления. В последнее время АРЕ, Эфиопия и Судан при посредничестве США ведут переговоры с целью достижения соглашения по распределению вод Нила, которые в целом проходят достаточно трудно.

Одной из стран, наименее обеспеченных водой, является Йемен, где нет рек, и страна полностью зависит от подземных водоносных горизонтов и дождевой воды. Борьба племен за водные ресурсы стала давно повседневной обыденностью для Йемена. До 80% конфликтов в сельской местности касаются воды. Количество воды, приходящееся в Йемене на одного человека в год, не превышает 120–140 куб. м. По экспертным оценкам, подземные источники страны могут быть истощены в ближайшие годы. Вооруженное противостояние в Йемене и гуманитарная катастрофа еще больше обострили дефицит водных ресурсов. Три четверти из 20-миллионного населения Йемена лишены доступа к чистой питьевой воде или надлежащей санитарии, что является главной причиной недоедания, заболеваемости и смертности, особенно в сельских районах.

Аравийские монархии, за исключением Омана, характеризуются абсолютным дефицитом водных ресурсов. Недостаток возобновляемых водных ресурсов в этом регионе сопровождается засушливым климатом, малым количеством осадков, высоким уровнем испарений, наличием в основном невозобновляемых подземных вод. Имея достаточные финансовые возможности, страны-члены ССАГПЗ решают проблему водообеспечения главным образом путем строительства опреснительных станций.

41.84MB | MySQL:92 | 0,975sec