Об усилении США защитных мер на Ближнем Востоке и роли НАТО в них

НАТО изучает возможность расширения своей роли на Ближнем Востоке, но не намерена разворачивать там боевые миссии. Об этом заявил генсек НАТО Йенс Столтенберг во вторник 21 января на совместном заседании Комитета Европейского парламента по иностранным делам и Подкомитета по обороне и безопасности. «Мы изучаем, что мы можем сделать, но мы не рассматриваем сейчас развертывание боевых миссий», — заявил он, отвечая на вопросы евродепутатов, как НАТО ответит на призыв США играть большую роль на Ближнем Востоке. «Скорее наоборот, мы изучаем, что мы можем сделать, чтобы не оказаться вынужденными размещать в регионе свои боевые миссии. Мы должны создавать новые военные возможности в регионе, мы должны тренировать местные войска, развивать военные институты, укреплять структуры командования и контроля. Глядя на то, что происходит сейчас в Ираке, мы понимаем, что иначе мы вскоре можем оказаться вынуждены вернуться в Ирак с боевой миссией, поскольку иначе в эту страну придет террористическая организация «Исламское государство» (ИГ, запрещена в России)», — заявил он. «Я пока не могу точно сказать, какие действия мы предпримем, поскольку мы пока не приняли никаких конкретных решений», — признал он. Столтенберг также напомнил, что в период вторжения США в Ирак в 2003 году, он в качестве датского политика выступал против этого вторжения и повторил, что предпочел бы воздержаться от этого и сейчас. Он подчеркнул, что любые миссии по подготовке иракских сил НАТО может предпринять исключительно по приглашению властей Ирака, с которыми альянс находится в постоянном контакте.  В настоящее время работа миссии НАТО в Ираке по подготовке офицеров иракской армии остается заморожена по требованию Багдада. Это произошло после убийства 3 января иранского генерала Касема Сулеймани в результате авиаудара США близ аэропорта Багдада. Сразу после этого работа миссии была приостановлена по соображениям безопасности, а часть государств альянса поспешили эвакуировать своих инструкторов в соседние страны. Министерство обороны США решает, следует ли перебрасывать на Ближний Восток дополнительные американские войска, в том числе подразделения противоракетной обороны, в связи с сохранением напряженности в отношениях между Вашингтоном и Тегераном. Об этом сообщил в среду 16 января на встрече с небольшой группой журналистов, среди которых был корр. ТАСС, министр Армии (Сухопутных войск) США Райан Маккарти. «Мы рассматриваем дополнительный потенциал, который, возможно, перебросим в регион (на Ближний Восток — прим. ТАСС). В конечном счете решение о том, посылать или нет [туда] больше сил, подпишет или не подпишет министр [обороны Марк] Эспер», — заявил Маккарти, комментируя резкое обострение американо-иранских отношений после убийства Вооруженными силами США генерал-майора Касема Сулеймани. По словам Маккарти, «речь может идти о различных вспомогательных [подразделениях], таких как отвечающие за противоракетную оборону и другие». «Мы это изучаем», — отметил министр.  При этом он достаточно высоко оценил военный потенциал Ирана. «Они являются очень боеспособным противником. У них имеется потенциал, позволяющий наносить удары по американцам», — сказал министр Армии США. Занимающее этот пост гражданское лицо не является членом президентского кабинета и подчиняется главе Пентагона.

В этой связи обратим внимание на то,  как отреагировал Госдепартамент на защиту своего зарубежного персонала и пункты дислокации на Ближнем Востоке и в других местах от возможного иранского возмездия? Это примечательно, особенно с учетом печального опыта американцев в Ливии. Госсекретарь Помпео сказал в этой связи, что после убийства Сулеймани остается «огромный набор рисков в регионе» и что Соединенные Штаты «готовятся к каждому из них». Помпео также отметил, что Соединенные Штаты обеспечат свои зарубежные дипломатические объекты достаточным уровнем защиты «насколько это возможно», чтобы защититься от возможных ответных действий Ирана. Сразу же после блокады посольства США в Багдаде 31 декабря 100 морских пехотинцев были направлены в Ирак. Одновременно морская воздушно-наземная оперативная группа специального назначения, кризисное реагирование-Центральное командование (SPMAGTF-CR-CC) были развернуты по просьбе Государственного департамента для усиления посольства. Аналитики отмечают, что это оперативная группа, которая была создана после нападения 2012 года на американское консульство  США в Бенгази, и она способна обеспечить комплексную оборону за счет использования авиации, наземных сил, а когда это необходимо, десантные операции. Эти дополнительные силы включают в себя и отряд усиления и морскую охрану в рамках специального отряда (MSG).  Это подразделение  более 60 лет сотрудничает  с Госдепартаментом по защите и охране зарубежных посольств США. При этом ни Госдепартамент, ни Министерство обороны не раскрывают количество сотрудников этой  службы в каждом посольстве. В этой связи куратор этой группы со стороны Пентагона  генерал Милли выразил уверенность способности обеспечить надежную защиту относительно посольства США в  Багдаде, заявив, что «оно вряд ли будет захвачено» и предупредил, что воздушные и наземные возможности там означают, что любой, кто попытается это сделать, «наткнется на бензопилу». При этом  Государственный департамент должен смягчать риски для безопасности американского персонала не только на Ближнем Востоке, но и во всем мире. Правила  Государственного департамента позволяют главному должностному лицу на каждом зарубежном объекте (в посольстве это посол), офицер региональной безопасности (или RSO, старший специальный сотрудник Службы дипломатической безопасности в посольстве), и Комитет чрезвычайных действий объекта, при поддержке Бюро дипломатического персонала службы безопасности в Вашингтоне самостоятельно оценивать угрозы, разрабатывать и реализовывать политику и программы безопасности. В этой связи аналитики в качестве возможных ответных мер Ирана называют организацию похищения людей или нападений, направленных на так называемые «мягкие цели», к которым относятся такие здания, как школы, рестораны или другие общественные места, которые часто посещают дипломаты, их семьи  или их коллеги. Госдепартамент также может принять решение о закрытии или изменении статуса зарубежной собственности США в качестве реагирования на меняющиеся оценки угроз. Это произошло ранее в Ираке, когда в сентябре 2018 года Госдепартамент объявил, что Генконсульство США в Басре будет  эвакуировано.

Какова позиция Вооруженных сил США в регионе?

С мая 2019 года Соединенные Штаты серьезно нарастили  силы и свой военный потенциал в регионе, начиная с ускоренного развертывания американского эсминца «Авраам Линкольн» (который был выведен  в декабре 2019 года из авианосной ударной группы USS Harry S. Truman). Дополнительные развертывания: по состоянию на октябрь 2019 года было добавлено около десяти тысяч военнослужащих США к базовому уровню между 60 000-80 000 американских войск в Персидском заливе и вокруг него, которые включают в себя дислоцированные на военных объектах в арабских государствах  ССАГПЗ: Саудовская Аравия, Кувейт, ОАЭ, Катар, Оман и Бахрейн, а также в Ираке и Афганистане. Пентагон указывал, что дополнительные развертывания являются разумными оборонительными мерами, позволяющими США реагировать на агрессию, если это необходимо.

— 31 декабря 2019 года Министерство обороны объявило о развертывании в Кувейте пехотного подразделения. Он включает  батальон сил немедленного реагирования (IRF) 82-й воздушно-десантной дивизии, с 750 солдатами для немедленного развертывания и дополнительными силами из IRF (около 3000 военнослужащих) для последующего развертывания. Небольшой (вероятно, взводный) элемент 173-й бригады также развертывается в этом районе, возможно, в Ливане.

— 5 января 2020 года официальные лица Министерства обороны объявили, что специальная оперативная группа США, включая рейнджеров, были развернуты на Ближнем Востоке.

— 6 января 2020 года 26-й Морской экспедиционный корпус был направлен в Средиземное море.

— 6 января 2020 года стало известно, что Пентагон  направил шесть Б-52 «Стратофортресс» на базу в Диего-Гарсия в Индийском океане, которые могут использоваться в случае необходимости для бомбардировки целей в Иране.

Как недавние региональные развертывания согласуются с более широкой стратегией США?

Согласно ключевым документам администрации Д.Трампа, в том числе в 2017 и 2018 годах, Национальная безопасность и стратегия национальной обороны 2018 года, предусматривает эффективную конкуренцию (экономически, дипломатически,  и в военном отношении) с Китаем и Россией, что является   ключевым приоритетом национальной безопасности. Соответственно, деятельность, которая может поддержать Соединенные Штаты в рамках этой конкуренции, по крайней мере теоретически, являются приоритетными по сравнению с другими стратегическими задачами, которые включают противодействие воинствующим экстремистским группировкам, а это давняя и важнейшая задача  CENTCOM в зоне его ответственности. В этой связи национальная оборонная стратегия (NDS) с 2018 года предусматривает планомерное сокращение количества Вооруженных сил США в Центральной Азии с переориентацией этих ресурсов на цели с более высоким приоритетом. Этот сдвиг в стратегии отвлекает ресурсы из-под командования  CENTCOM и представляет собой вызов его способности обеспечить сдерживание иранской угрозы с помощью передовой группы войск. С целью минимизации этого негативного эффекта  CENTCOM разрабатывает новые концепции и укрепляет свои отношения с региональными партнерами и союзниками. Кроме того, сокращение военного присутствия США дает возможность для  конкурентов в лице РФ и КНР  потенциально увеличивать свое влияние на  американских  партнеров с точки зрения ВТС. Как говорилось ранее, это создает повышенный риск того, что  CENTCOM также потеряет финансирование, которое, вероятно, будет изъято прежде всего  из бюджета программы взаимодействия и сотрудничества в области безопасности стран региона. Собственно в рамках купирования этих бюджетных и количественных разрывов Вашингтон и прибегает к регулярному прессингу своих партнеров по НАТО с целью заставить их увеличить свое финансовое и техническое участие в тренировочных миссиях в регионе Ближнего Востока, что пока не встречает, как следует из вышеприведенного релиза командования НАТО, большого положительного отклика. При этом попытки заместить американские силы в том же Ираке  ресурсами малых стран альянса типа Латвии, Чехии, или в рамках партнерства, Грузии, по оценке аналитиков Пентагона, не могут   компенсировать сокращение американских сил. Несмотря на эту предполагаемую стратегическую переориентацию, Иран продолжает рассматривается как центральная проблема для Соединенных Штатов и их союзников и главная тема деятельности  CENTCOM AOR.  Глава этого командования   генерал Маккензи это подтвердил: «в долгосрочной перспективе именно с этого направления сохраняется самая значительная угроза для США», что «потребует от CENTCOM AOR  принять инновационные новые методы, чтобы сохранить сдерживание против Ирана». Эти оценки  заставили некоторых американских конгрессменов  усомниться в том, что предложенная президентом стратегическое изменение приоритетов угроз, включая перенаправление активов и возможностей за пределы CENTCOM AOR, оправданно. Часть экспертов в этой связи  утверждают, что, несмотря на недавние события с Ираном, регион все еще должен фигурировать в качестве менее важного стратегического приоритета США, учитывая масштаб вызовов, которые в настоящее время представляют Китай и Россия. так, в частности,  Ирак планирует направить делегации в Россию, Китай и Украину для обсуждения вопроса закупки современных систем для защиты воздушного пространства страны от любой возможной агрессии или нарушения суверенитета. Об этом, как сообщает в понедельник 20 января иракская газета «Ас-Сабах», заявил член парламентского комитета по безопасности и обороне республики Бадр аз-Зияди. «Делегации намерены посетить такие страны, как Россия, Китай и Украина, чтобы договориться с ними о поставках современных систем для защиты воздушного пространства Ирака, — сказал он. — Сейчас парламент находится в процессе формирования совместной делегации законодательной и исполнительной власти для визитов в развитые государства с целью заключения контракта на закупку усовершенствованного оружия». Как отметил аз-Зияди, парламентарии рассматривают идею приобретения вооружений за счет поставок иракских нефтепродуктов по примеру заключенного недавно с Китаем соглашения «нефть в обмен на реконструкцию». «Многие страны заявили о своей готовности оснастить Ирак современным оружием в обмен на нефть, — отметил законодатель. — Это лучший способ обеспечить поставку хорошего оружия в Ирак без коррупции или взяточничества». Ранее в январе газета «Уолл-стрит джорнэл» со ссылкой на иракских законодателей сообщила о том, что власти Ирака рассматривают возможность приобретения у России зенитных ракетных систем (ЗРС) С-400 и проводят соответствующие консультации с Москвой. По словам законодателей, Багдад решил активизировать консультации в связи с возможностью вывода американских войск из страны. По версии источников издания, российские официальные лица ранее предлагали Ираку купить указанные комплексы. 14 января заместитель помощника госсекретаря США по делам Ближнего Востока Джоуи Худ не исключил, что Соединенные Штаты могут ввести санкции в отношении Ирака в случае приобретения им российских комплексов.

Другие эксперты утверждают, что концепция планирования сил, такие как динамическая занятость сил, то есть быстрая и  предсказуемая переброска ключевых военных активов США из одного театра в другой, может смягчить некоторые риски, связанные с отвлечением ресурсов из-под командования CENTCOM AOR.

Каково потенциальное влияние недавних развертываний дополнительных сил в регионе Ближнего Востока на военную готовность США на глобальной основе?

В то время как развертывание дополнительных американских войск в регионе были относительно скромными с мая 2019 года, новые угрозы и непредвиденные обстоятельства могут создать спрос на дислокацию дополнительных сил США, которых пока в регионе по большому счету нет. В настоящее время прогнозируется и то, что может создать такое давление на американских военных. Экспедиционные операции США осуществляются с помощью сети американских баз и объектов, которые расположены  в других странах-союзниках. Тем не менее базирование американских войск на чужой территории является чувствительным вопросом для принимающих стран, что связано с тем, что подобные развертывания американских вооруженных сил  подпадают под правовую юрисдикцию США, а не принимающей страны. То есть, по своей сути нарушают суверенитет той или иной страны. В результате военно-политическая динамика взаимоотношений со странами, которые принимают войска США, требуют тщательного управления. Недавние события, включая убийство  Сулеймани и иранские контрудары, могут осложнить двусторонние переговоры по передовым базам США, как в Ираке, а также в других частях региона.

Достаточно ли подготовлено американское правительство к гибридной и иррегулярной войне?

В то время как последствия иранских ракетных контрударов 8 января 2020 года все еще развиваются, многие практики и эксперты отмечают, что в последние десятилетия Соединенные Штаты время от времени втягиваются в  гибридный, нерегулярный конфликт с Ираном (американо-иранские военно-морские столкновения в 1980-1988 гг. являются исключением). Гибридные и иррегулярные войны обычно понимаются как случаи, когда воюющие стороны в той или иной степени сотрудничают с своими прокси-группами  (включая, но не ограничиваясь, ополченцами, другими странами, криминальными сетями, корпорациями и хакерами) и намеренно смешивают между собой  «гражданскую» или «военную»  деятельность, чтобы в нужный момент дистанцироваться от того или иного действия. Некоторые эксперты утверждают, что Иран сильно полагается на прокси-силы для достижения своих целей, и такая сеть  является краеугольным камнем иранской стратегии национальной безопасности. Во многом ровно по этой причине   Соединенные Штаты считают Иран угрозой национальной безопасности и дестабилизирующей силой в регионе. Иранская сеть негосударственных организаций позволяет стране проецировать власть и увеличивать свое влияние за ее пределами, одновременно противостоя Соединенным Штатам и их региональным партнерам. В этой связи многие наблюдатели ожидают, что американо-иранский конфликт вернется в состояние преимущественно иррегулярного / гибридного алгоритма  ведения войны. Однако, наличие  общей стратегической линии  администрации Д.Трампа по приоритизации противостоянию с РФ и КНР создает риски того,  что недостаточное внимание и ресурсы  для  подготовки американских войск к ведению нерегулярной / гибридной войны может  стать устойчивой негативной чертой стратегической динамики, как в Персидском заливе, так и в других частях мира.

55.85MB | MySQL:105 | 0,472sec