Американские эксперты о конфронтации между США и Ираном на территории Ирака

Вооруженные силы Ирака по распоряжению правительства страны сводят к минимуму помощь со стороны возглавляемой США международной антитеррористической коалиции. Причиной является убийство американцами командующего спецподразделением «Аль-Кудс» Корпуса стражей исламской революции (КСИР, элитные части ВС Ирана) Касема Сулеймани, сообщило в среду агентство Ассошиэйтед Пресс (АП) со ссылкой на два источника в иракской армии. По их данным, Ирак 30 января лишь формально объявил о возобновлении операций против террористической группировки «Исламское государство» (ИГ, запрещена в РФ) совместно с возглавляемой США коалицией. В реальности Багдад минимизирует участие данной коалиции в подобных операциях. «Иракское правительство после убийства Сулеймани решило официально проинформировать нас о том, чтобы мы не сотрудничали и не добивались помощи со стороны возглавляемой США коалиции в проведении любых операций», — приводит АП слова одного из источников. Обстановка на Ближнем Востоке резко обострилась после осуществленного в ночь на 3 января ракетного удара США в районе багдадского аэропорта, в результате которого погиб командующий силами специального назначения «Аль-Кудс» КСИР генерал Касем Сулеймани. В ответ Тегеран в ночь на 8 января нанес ракетный удар по двум объектам в Ираке, которые использовали американские военные: базе Айн-эль-Асад и аэропорту города Эрбиля. Действия американцев, наносящих с 29 декабря удары по шиитским группировкам в Ираке, вызвали критику иракских властей. 5 января парламент арабской страны принял резолюцию с требованием полного вывода всех иностранных войск. Президент США Дональд Трамп отказался это делать, пригрозив Багдаду «беспрецедентными санкциями».
В этой связи американские эксперты полагают, что Ирак является наиболее вероятным местом для американо-иранской конфронтации в ближайшие месяцы из-за глубоких связей Ирана с несколькими сегментами иракских ополченцев, которые дислоцируются в непосредственной близости от американских войск. При этом наряду с восприятием общей угрозы со стороны США и краткого периода краткосрочного сотрудничества между различными проиранскими прокси-группами, убийство Вашингтоном видного лидера иракских ополченцев Абу Махди аль-Мухандиса в конечном счете усилит конкуренцию между соперничающими вооруженными силами в Ираке. Это еще больше затруднит центральным властям в Багдаде контроль над насилием, возглавляемым ополченцами, в дополнение к политическому насилию, разжигаемому эскалацией антиправительственных протестов. В Ираке смесь военизированных формирований и нестабильной политики может стать той искрой, которая приведет Иран и Соединенные Штаты по спирали к вооруженному конфликту, что нанесет непоправимый ущерб политической стабильности в Багдаде. В июне прошлого года Соединенные Штаты объявили, что убийство любого представителя американского военного персонала и других американских граждан в Ираке вызовет однозначные ответные меры. Затем Вашингтон доказал свою готовность проводить эту политику в рамках осуществления серии рейдов и ударов, последовавших за ракетной атакой, в результате которой в декабре погиб американский подрядчик. В период после 3 января, когда были убиты К.Сулеймани и Абу Махди аль-Мухандис, нового витка эскалации удалось избежать только в силу того факта, что иранский контрудар баллистическими ракетами не убил ни одного американского военного в Ираке. Но нет никакой гарантии, что последующий возможный раунд столкновений не приведет к жертвам среди американцев.
После всплеска напряженности в США в начале января Иран, как никогда, заинтересован в том, чтобы ответить на кампанию максимального давления Вашингтона. И прокси-атаки в Ираке являются одним из самых мощных инструментом, которые Иран использует для достижения этой цели. Но по мере того, как иракские ополченцы стремятся координировать свои стратегии перед лицом общей угрозы со стороны США, правительству в Багдаде будет все труднее стабилизировать ситуацию в области безопасности в стране. Тот факт, что и Иран, и Соединенные Штаты готовы применить насилие друг против друга после недавнего всплеска напряженности, еще больше усугубляется противоречивым характером самого иракского театра военных действий. Ирак остается крайне нестабильной, наводненной оружием территорией, а иракское правительство с большим трудом контролирует огромное число разрозненных ополченцев, действующих в стране. Из десятков ополчений в Ираке, которые не подпадают под прямой государственный контроль, есть три широкие фракции: те, которые тесно связаны с Ираном; те, которые тесно связаны с шиитским лидером Муктадой ас-Садром; и те, которые находятся под руководством основных шиитских духовных властей в священных шиитских городах Наджаф и Кербела. Все эти ополчения в основном состоят из шиитских иракских боевиков. Многие также работали вместе с иракскими федеральными силами и, в некоторых случаях, даже возглавляемыми США коалиционными силами для борьбы с «Исламским государством» (ИГ, запрещено в России). И хотя ни одна из них не подпадает непосредственно под командование и контроль государства, большинство иракских ополченцев также подпадают под зонтичную организацию – Силы народной мобилизации («Аль-Хашд аш-Шааби»), которые стали формальным компонентом сил безопасности иракского государства. В то время как союзные Ирану ополченцы в своей массе инкорпорированы в структуры Министерство внутренних дел и Вооруженные силы Ирака, но они логически попадают под командование и контроль Тегерана, а официально они дистанцированны от Ирана и полагаются независимыми субъектами. Это формальное дистанцирование дает Ирану возможность всегда официально оставаться в стороне, когда вооруженная группа нападает на американскую или гражданскую цель в Ираке. Но теперь Соединенные Штаты все чаще готовы напрямую обвинять в таких нападениях Иран, даже если виновником нападения является прокси-группа, что может спровоцировать ответные атаки со стороны ополченцев и спровоцировать новый цикл эскалации. Американские силы в Ираке все чаще нацеливаются на тяжеловесные иранские доверенные прокси-группы, такие как «Катаиб Хизбалла» и «Асаиб Ахль аль-Хак». Вскоре после убийства Сулеймани Иран провел ряд встреч с лидерами иракских ополченцев. И по мере усиления этого американо-иранского противостояния Тегеран и его иракские доверенные лица будут прилагать все больше усилий для координации ответных мер против Соединенных Штатов. Из множества вооруженных группировок в Ираке многие уже враждебно настроены по отношению к американским войскам в стране, не обязательно будучи лояльными Ирану. Это означает, что некоторые иракские силы ополчения, независимо от того, тесно ли они связаны с Тегераном или нет, имеют как мотивацию, так и средства для дальнейших минометных, ракетных или установке СВУ на маршрутах следования американских сил. Поэтому, хотя часто предполагается, что большинство нападений боевиков на американские войска в Ираке так или иначе связаны с Ираном (включая последнее по времени нападение на посольство США 26 января), это не всегда соответствует действительности. Обостряющаяся конкуренция между различными группировками шиитских боевиков, а также хроническая неспособность Багдада осуществлять уверено командование и контроль над любой из их групп еще более усиливают вероятность усиления общей нестабильности в Ираке. В том же авиаударе, который убил Сулеймани, погиб и видный лидер шиисткого проиранского ополчения Абу Махди аль-Мухандис. Будучи мощным консолидатором шиитского сегмента сопротивления, аль-Мухандис все больше и больше становился центром притяжения внутри зонтичной организации «Аль-Хашд аш-Шааби». Его гибель, таким образом, в конечном счете откроет пространство для еще большей конкуренции между иракскими шиитскими ополченцами, еще больше ослабляя тот небольшой контроль, который Багдад имел над ними, поскольку они стремятся к получению большего влияния в аппарате исполнительной власти страны. Это увеличивает риск возникновения неконтролируемой экскалации вне желания со стороны центрального правительства Ирака и федеральных сил безопасности. Таким образом, смесь плохо контролируемых военизированных формирований и нестабильной политики в Ираке может стать той искрой, которая в ближайшие месяцы приведет Иран и Соединенные Штаты к новому вооруженному конфликту.

В этой связи дополним эту информацию. Исмаил Каани, сменивший Касема Сулеймани на посту командира «Аль-Кудс», принял командование в трудное время для всего региона. Согласно дипломатическим источникам в странах Персидском заливе, Исмаил Каани уже приступил к осуществлению изменений в руководстве оперативных подразделений спецподразделения. Как только встряска закончится и антиКСИРовская критика в Тегеране ослабнет, Каани придется заняться прежде всего ситуацией в Ираке. Многие иранские эксперты сомневаются, что он способен полноценно занять место харизматичного Касема Сулеймани. После смерти иракского шиитского лидера Абу Махди аль-Мухандиса, «Аль-Хашд аш-Шааби» — креатура КСИР в Ираке, находилась во внутренней раскоординации. При этом аль-Мухандис, который был военным лидером этих сил, еще не заменен, и в настоящее время идет ожесточенная внутренняя борьба между теми, кто пытается занять его место. На данный момент И.Каани может продолжать рассчитывать на двух генералов КСИР в Ираке, которые работали там без лишней афиши по личному поручению Сулеймани более десяти лет. За это время Ахмад Форузаде и Мохаммад Джафари Сахраруди, которые с 2008 года находятся под санкциями Министерства финансов США, обучили и полностью вооружили целый ряд шиитских группировок, связанных с Ираном. Это делалось под эгидой бывшей операции «Рамадан» — так называлась операция КСИР в Ираке в 1980-е годы. Ирадж Масджеди, нынешний иранский посол в Багдаде, также был участником операции «Рамадан», как и Реза Шахлаи, высокопоставленный командир «Аль-Кудс» в Йемене, которые сейчас курирует материально-техническую поддержку хоуситов.
Исмаил Каани уже назначил Мохаммада Хиджази, уроженца Исфахана, своим заместителем по региону Ближнего Востока. Хиджази высоко ценится главнокомандующим КСИР генералом Хосейном Салами, который считает его одним из самых способных тактиков организации. Хотя Хиджази был главным образом сосредоточен на внутренних делах — он возглавлял ополчение «Басидж» — в течение многих лет он также курировал подразделение, которое обеспечивало баллистическую и беспилотную программу ливанской «Хизбаллы», которая включала в себя и тренинг ливанцев с точки зрения алгоритмов преодоления системы ПВО Израиля «Железный купол». До гибели Сулеймани Хиджази командовал отрядом КСИР, насчитывавшим около 750 человек в Ливане. На данный момент, как полагают эксперты, от Каани и Хиджази не стоит ожидать эскалации напряженности в Ливане, и они, скорее всего, сосредоточат свои усилия на Сирии. Ливан также является традиционной площадкой для дочери Касема Сулеймани, Зейнаб Сулеймани. 16 января она посетила опорный пункт «Хизбаллы» в Дахие, пригороде Бейрута, где встретилась с шиитскими женскими группами. Зейнаб Сулеймани говорила с женщинами в Бейруте на арабском языке, который она, вероятно, изучала в школах Махди ливанского ополчения. Она призвала Хасана Насраллу, генерального секретаря «Хизбаллы», и президента Сирии Башара Асада отомстить за убийство ее отца.
Таким образом, надо добавить, что на фоне временной кадровой чехарды в самом КСИР и определения приоритетов,  пока ожидать каких-то серьезных шагов в рамках атак на американские силы в Ираке не приходится. Но это положение временно и усугубляет эту ситуацию набирающее ход антиправительственное, националистическое протестное движение, которое требует проведения структурных экономических и политических реформ с октября. Даже несмотря на жесткие репрессии со стороны федеральных сил безопасности в отношении протестующих, они сумели добиться отставки бывшего премьер-министра Аделя Абдель Махди в ноябре. И беспорядки, вероятно, будут усиливаться по мере того, как различные политические группировки в Ираке будут пытаться манипулировать  движением, в том числе и возглавляемое М.ас-Садром. Недавнее решение М.ас-Садра перейти от поддержки протестов к противостоянию этому движению отражает его желание сохранить свою политическую власть, которая с годами росла синхронно с ослаблением авторитета центрального правительства. Этот шаг также, по-видимому, демонстрирует некоторую координацию между ас-Садром, союзными с Ираном ополченцами и федеральным правительством, которые формально имеют принципиально противоположные взгляды на политическое будущее Ирака. Однако решение ас-Садра изменить свою позицию скорее отражает общее стремление иракских политических элит не нарушать статус-кво, позволяющее им уверенно чувствовать себя в структурах исполнительней власти и национальной экономки. Но появление более скоординированного фронта элит против антиправительственного движения, вероятно, только усилит недовольство протестующих, повышая риск еще больших беспорядков и, в свою очередь, проведения жестких репрессий в их отношении. Таким образом, Ирак, как активный фронт между Ираном и Соединенными Штатами, останется одной из наиболее вероятных горячих точек для новой конфронтации в обозримом будущем.

52.79MB | MySQL:104 | 0,356sec