О расширении участия Турции в боевых действиях в Ливии и усилении ее влияния на ПНС

В рамках последнего по времени заявления МИД Турции о Ливии от 10 мая было четко обозначено готовность Анкары применить «более совершенные инструменты» в рамках защиты безопасности своей дипмисии и граждан. «Если наши [турецкие] миссии и интересы в Ливии будут подвергнуты нападению, мы будем считать силы [фельдмаршала Халифы] Хафтара законными целями». В министерстве не уточнили, какие именно турецкие интересы являются мишенями для ЛНА. На самом деле заявление МИД Турции последовало после запуска пары минометных снарядов, якобы выпущенных ЛНА, которые взорвались в непосредственной близости от турецкого и итальянского посольств в Триполи 8 мая. В этой связи отметим, что в контексте этого заявления речь о безопасности посольства идет по касательной: основной его смысл в том, что Анкара провела «красные линии», за которые ЛНА переходить без последствий более не сможет. Если еще грубее — Хафтару и его спонсорам в лице ОАЭ и АРЕ послан ясный сигнал о том, что свергнуть военным путем ПНС в Триполи не получится. С конца марта Турция значительно расширила масштабы своего военного участия в поддержке правительства национального согласия (ПНС) в Триполи. Ее ВВС и беспилотники совершили десятки боевых вылетов против линий снабжения ЛНА, которые простираются более чем на 1000 км от Восточной Ливии до позиций на западе страны. Благодаря поддержке ПНС со стороны Турции войска Хафтара 13 апреля потеряли контроль над всеми крупными городами к западу от Триполи. Следующей главной целью для сил ПНС стала огромная авиабаза Аль-Ватия примерно в 125 км к юго-востоку от Триполи, которую ЛНА захватила в августе 2014 года. 18 мая  силы ПНС Ливии объявили об установлении полного контроля над этой авиабазой, на которой до последнего времени находились войска ЛНА фельдмаршала Х.Хафтара. Вернее, на части этой базы (казармы были захвачены местными ополченцами, лояльными ПНС, еще две недели назад) находились эмиратские и французские советники, которые наконец-то смогли договориться о своей эвакуации в Тунис. Эвакуация происходила быстро, и эмиратцы даже бросили свой ЗРПК «Панцирь», которые потом в качестве трофея провезли по улицам Триполи. К слову сказать, во время почти месячной осады базы погиб один из основных полевых командиров ЛНА Усама Имсек, который считался одним из ключевых фигур по связи местных махдалистов с Саудовской Аравией. Потеря этой базы означает для Хафтара резкое ослабление его эффективного военного присутствия в Западной Ливии. И это повлекло за собой четкие последствия уже на триполитанском фронте. Ливийская национальная армия (ЛНА) под командованием фельдмаршала Халифы Хафтара отведет свои отряды от Триполи на 2-3 км, чтобы позволить жителям столицы свободно перемещаться для празднования мусульманского праздника розговенья Ид аль-Фитр  (Ураза-байрам у тюркских народов). Об этом, как передает агентство Рейтер, сообщил 20 мая официальный представитель ЛНА генерал-майор Ахмед аль-Мисмари.  По его словам, отвод войск начнется в среду в полдень по местному времени (13:00 мск), уточняет Рейтер. В данном случае праздник конечно не причем: ЛНА просто вынуждена выравнивать линию фронта, дабы избежать возможного окружения.
События на местах в Ливии на сегодняшний день указывают на более широкое участие Турции в Ливии. В последнее время Анкара резко активизировала свои военные операции, в частности в рамках использования своих ВВС и беспилотных летательных аппаратов. Сообщалось о сопутствующем ущербе от авиаударов в районе Бани-Валида, через который проходит маршрут снабжения ЛНА. Тархуна, главная база ЛНА в Западной Ливии, также неоднократно подвергалась воздушным ударам, в результате которых погибли мирные жители. По оценке ряда европейских экспертов, изменение нынешнего военного баланса в районе Триполи является результатом расширения турецкого участия в рамках применения нового поколения БПЛА с более эффективной технологией. «Баланс сил радикально изменился с начала года», — полагает Вольфрам Лахер, научный сотрудник немецкого Института международных отношений и безопасности в Берлине. Причина заключается в том, что турецкие беспилотники и системы противовоздушной обороны, установленные Анкарой в Триполи, оказали решающее влияние на минимизацию рисков налетов БПЛА из ОАЭ на Триполи или Мисурату. До этого ОАЭ практически полностью контролировали воздушное пространство. Тем не менее, на прошлой неделе Триполи пережил самые тяжелые за последние месяцы ночные бомбардировки. Сейчас президент Турции Р.Т.Эрдоган, похоже, настроен более решительно, чем месяц назад. В риторике, исходящей из Анкары, в качестве основных целей не упоминаются ни прекращение огня, ни переговоры; целью является полное поражение ЛНА. Сохранение ПНС в Триполи, что является главной целью Анкары является уже гарантированным исходом, и теперь промежуточная цель заключается в том, чтобы вынудить ЛНА отступить как можно дальше от столицы. Тем временем иностранные спонсоры Хафтара, включая ОАЭ и Египет, также наращивали свою поддержку ЛНА два последних месяца, но, похоже, они пока не готовы и не могут соответствовать аналогичным возможностям Турции.
Как далеко готова зайти Турция в Ливии? Каким интересам Турции угрожает ЛНА? Когда в январе Анкара начала военные действия в поддержку ГНА, она направила около 100 офицеров и около 2000 сирийских наемников для усиления обороны Триполи. В то время Турция оправдывала свои действия, утверждая, что она была приглашена ПНС, чтобы помочь усадить Хафтара за стол переговоров и добиться постоянного прекращения огня и, возможно, долгосрочного политического соглашения в Ливии. Как бы подготавливая политическую почву для своего следующего шага, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган договорился со своим российским коллегой Владимиром Путиным в Стамбуле 8 января о введении режима прекращения огня между ПНС и ЛНА, который поддерживается Москвой. По понятным причинам Хафтар отказался подписать это соглашение, когда он был в России 14 января. Тем не менее перемирие держалось в течение нескольких недель, если не считать случайных нарушений. Теперь Анкара, похоже, рассматривает Ливию как часть своего более широкого геополитического интереса в Южном и Восточном Средиземноморье. Стратегически Ливия является воротами в Африку с самыми большими доказанными запасами нефти на континенте, которые оцениваются примерно в 46,4 млрд баррелей. Эрдоган также обеспокоен тем, что проигрыш борьбы с Хафтаром и его иностранными союзниками означает проигрыш в формате более широкой геополитической борьбы в регионе против Египта, ОАЭ и, в меньшей степени, Саудовской Аравии. Экспансионистская политика Турции в Восточном Средиземноморье, в частности, вызывает озабоченность (но не более того) многих стран. В своем заявлении от 11 мая министры иностранных дел Египта, Кипра, Греции, Франции и ОАЭ осудили то, что они назвали «военным вмешательством Турции в Ливию». Они обвиняют Анкару в подписании «незаконной» морской сделки с ПНС, которая нарушает их собственные права. Вместе со свои партнером Катаром Турция также ведет еще одну региональную политическую борьбу, начавшуюся сразу после «арабской весны» 2011 года, когда политический ислам набрал обороты. На сегодня президент Эрдоган таким образом через поддержку движения «Братьев-мусульман» по всему региону демонстрирует свои претензии на роль главного лидера политического ислама не только в регионе, но и во  всем мусульманском мире.
Анкара стабилизировала ситуацию на фронтах в Ливии и теперь приступает к переформатированию силового блока ПНС в соответствии со своими предпочтениями, что происходит не так гладко, как предполагала Анкара в начале. Сейчас министр внутренних дел ПНС Фатхи Бачага начал перетряхивать аппарат безопасности. При этом он конфликтует с местными «Братьями-мусульманами», которые хотят, чтобы именно Халед Шериф сменил бывшего шефа разведслужбы Абдулкадера аль-Тухами, который умер 9 мая. Отметим, что в самый разгар этой интриги в Триполи в начале мая прибыл глава турецкой Национальной разведывательной организации (МIТ) Хакан Фидан. Его визит должен был продемонстрировать растущее участие Турции в конфликте в Ливии. Фидан посетил Триполи за несколько дней до смерти Абделькадера аль-Тухами. Хотя ПНС заявило, что он умер от сердечного приступа, некоторые источники утверждают, что он был похищен вооруженной исламистской группировкой «Бригада Навайси», которая имеет тесные связи с Анкарой, и скончался уже в плену. В этой связи обратим внимание на то, что ряд экспертов в этой связи указывает, что смерть А.аль-Тухами последовала после того, как Фидан не смог с ним договориться о правилах игры; убедить его уйти в отставку добровольно и уступить свое место именно Х.Шерифу. Как следствие, сейчас министр внутренних дел и ставленник Мисураты Фатхи Бачага вовлечен в борьбу за власть в рамках государственного аппарата безопасности и разведки. Вот уже несколько дней «Братья-мусульмане» лоббируют включение в систему безопасности своего исламистского лидера Халеда Шерифа. Этот бывший член Ливийской исламской боевой группы (ЛИБГ) с соответствующей шумной информационной кампанией возвратился в Триполи 12 мая из Стамбула, что опять же не является простым совпадением. Шериф открыто завил о своем желании заменить покойного главу спецслужб ПНС А.аль-Тухами. Лидер исламистов имеет обширную сеть связей: он близок к А.Бельхаджу из ЛИБГ (на сегодня также проживает в Анкаре) и имеет связи с нынешним главой ливийского Центрального банка в Триполи аль-Седдиком Омаром аль-Кабиром, который также близок к сетям «Братьев-мусульман». Что еще более важно, Шериф пользуется полной поддержкой Анкары, от чьих рекомендаций по кадровому наполнению структур исполнительной власти Триполи вряд ли может отмахнуться, учитывая, что Турция с начала мая оказывает значительную военную помощь (дополнительные силы спецназа и беспилотников) для поддержки обороны столицы.
Эта кандидатура не совсем устраивает Ф.Бачагу. В рамках осуществления своей политики безопасности он доверяет только просаудовской мадхалистской милиции «Силы Рады», которой командует его доверенный человек Абдеррауф Кара и чьи люди сейчас в значительной степени интегрированы в силы безопасности в составе подразделения «по борьбе с организованной преступностью и терроризмом». Именно бойцы «Сил Рады», по данным французских разведисточников, руководили арестом 4 мая директора антикоррупционного отдела Ревизионного бюро Реды Гергаба. Гергаб считается главным оппонентом Министерства внутренних дел, многие контракты которого с местными и иностранными субподрядчиками он заблокировал в ходе борьбы с коррупцией в Триполи. Гергаб связан с Файзелом Гергабом, главой общественной телекоммуникационной группы LPTIC и членом близкого круга премьер-министра ПНС Файеза Сарраджа. Освобожденный 8 мая, Р.Гергаб обвинил Ф.Бачагу в том, что тот арестовал его из-за расследования фактов коррупции в МВД. Бачага также изо всех сил пытается оправдать этот незаконный арест перед государственным прокурором, поскольку он был осуществлен без соответствующего ордера. Превентивный и во многом носящий предупредительный характер арест Р.Гергаба — это только часть чистки, которую министр внутренних дел провел в рамках своей перетряски спецслужб. Чтобы перестроить этот аппарат, Бачага хочет создать новые обычные полицейские силы, члены которых в настоящее время проходят соответствующую подготовку. Цель состоит в том, чтобы вытеснить ополченцев, которые фактически разделили столицу на зоны влияния с момента установления правительства Ф.Сарраджа в 2016 году. Эта реформа в основном направлена на вытеснение двух крупных групп ополченцев, базирующихся в Триполи, между которыми растет напряженность: могущественной и протурецкой «Бригадой Навайси», чей командир Мустафа Гадур был одно время был близок к А.аль-Тухами, который дал работу свое время в своей структуре нескольким десяткам его ополченцев (позже они рассорились); и «Бригадой революционеров Триполи» (БРТ), которая потеряла свое прежнее влияние с тех пор, как войска Халифы Хафтара начали осаду столицы в апреле.

49.96MB | MySQL:110 | 0,745sec