К итогам онлайн-конференции в Астанинском формате по Сирии

1 июля 2020 г. в формате онлайн-конференции состоялось очередное заседание Астанинского формата сирийского урегулирования, с участием президентов России, Турции и Ирана. По итогам заседания сторонами было опубликовано совместное заявление. Его полный текст, на русском языке, опубликован на сайте Кремля (ссылка: http://kremlin.ru/supplement/5540).

Попробуем выделить из текста обнародованного документа ключевые аспекты, не повторяя те моменты, который «кочуют» из документа в документ и из заявления в заявление.

В частности, оставим в стороне «мантры» сторон про «суверенитет, независимость, единство и территориальную целостность Сирийской Арабской Республики» (пункт 2 совместного заявления). Потому как, та же территориальная целостность Сирии, как таковая, уже нарушена – страна раздроблена, как минимум, на 3 части (контролируемую официальным Дамаском, Турцией и курдскими СНС / ПДС при поддержке США) и восстановление в обозримой перспективе полного контроля официального Дамаска – под большим вопросом.

И, невзирая ни на какие формулировки про неприемлемость «попыток создать новые реалии «на земле» под предлогом борьбы с терроризмом», той же Турцией в Идлибе создается новая реальность – страна за период прекращения огня укрепила свой идлибский плацдарм и продолжала поиски путей не вступать с «Хайят Тахрир аш-Шам» (признана Верховным судом РФ 5 июня 2020 г. террористической организацией – В.К.) в прямое противостояние, а использовать эту террористическую организацию для укрепления позиций «умеренной сирийской оппозиции» в Идлибе.

Более того, вступление в силу «Закона Цезаря» привело к тому, что на подконтрольной Турции территории сирийцы начали массово переходить от стремительно слабеющей сирийской лиры к турецкой лире. Разумеется, подконтрольная Турции территория выведена из-под действия американских санкций. Это означает, что между «турецким» Идлибом и Турцией заметно укрепляются экономические связи.

Ситуация на северо-востоке Сирии, контролируемом со стороны курдских СНС / ПДС, разумеется, не может не вызывать обеспокоенность у Турции, которая как раз в эти дни провела серию трансграничных операций в Ираке против Рабочей партии Курдистана. И, понятно, что наличие нефтяных доходов является практически синонимом возможности для сирийских курдов – СНС / ПДС — и дальше идти по пути своей автономизации, строя курдскую государственность, являющуюся не только для Дамаска, но и для самой Анкары «красной тряпкой» (см. п.4 совместного заявления).

Касательно ликвидации всех террористических организаций «ИГ, «Джабхат ан-Нусры» и всех других лиц, групп, предприятий и организаций, связанных с «Аль-Каидой» или ИГ, и прочих террористических групп, которых признал таковыми Совет Безопасности ООН» (см. п.5 совместного заявления) мы не раз говорили на страницах сайта ИБВ о том, что Турцией ведется непрерывный мозговой штурм, по сути, на тему путей уклонения от договоренностей, в частности, от взятых на себя по отношению к России обязательств по размежеванию оппозиции в Идлибе на радикальную и умеренную и по ликвидации первой. Напротив, турецкими мозговыми центрами, включая главный – Фонд политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV) – в открытом доступе опубликован материал, суть которого сводится к тому, что оптимальным для Турции вариантом является раздробление ХТШ и присоединение его «договороспособной» и наименее радикально настроенной части к протурецкой оппозиции в Идлибе.

Довольно любопытным представляется упоминание в итоговом заявлении о том, что стороны «Отвергли все односторонние санкции, нарушающие международное право, международное гуманитарное право и Устав ООН, особенно в условиях пандемии коронавируса» (см. п.7 совместного заявления). На самом деле, очевидно, подразумеваемый в этом пункте «Закон Цезаря», как мы уже сказали, объективно работает на Турцию, которая укрепляет свое экономическое влияние на Идлиб. С другой стороны, эта формулировка без уточнения того, о каком законодательном акте конкретно идет речь, дает «иезуитскую» возможность для Турции отвергать любые упреки в своей адрес со стороны США вопросом, попадает ли, на их взгляд, «Закон Цезаря» под определение данное в этой статье – то есть, нарушает ли «Закон Цезаря» международное право?

В развитие этого вопроса, обращает на себя внимание и п.10 заявления, где указывается на необходимость повышения участия и помощи восстановлению Сирии со стороны международного сообщества. В частности, речь идет о восстановлении базовых объектов инфраструктуры: водо- и электроснабжении, школ, больниц, а также о гуманитарном разминировании.

Надо ли говорить о том, что так называемый «Закон Цезаря», как раз, и направлен на то, чтобы воспрепятствовать тому, чтобы инфраструктура страны восстанавливалась бы до политического урегулирования в Сирии (читай, на условиях, диктуемых официальному Дамаску оппозицией), при международной финансовой помощи.

Мы не раз говорили о том, что именно Берлинский квартет был призван решить задачу выделения финансирования на восстановление страны со стороны Европы, обеспокоенные существующим и потенциальным наплывом беженцев (допустим, из той же Турции, где их – 4,5 млн человек). Что же до стран-участниц Астанинского формата, то даже Турция, возможности строительно-подрядного сектора которой хорошо известны, не будет выделять собственных средств даже на восстановление ключевой инфраструктуры на контролируемой ею территориях. А при отсутствии европейского финансирования перспектива этого оказывается неопределенной. Максимум, чем страна может ограничиться – это формальным возведением в Идлибе бетонных коробок и «прикручиванием» этого процесса к телевизионным сюжетам на турецком телевидении, рассказывающим о том, как Турция помогает восстановлению и возвращению к нормальной жизни территорий в Идлибе, находящихся под её контролем.

Среди последующих шагов, предусматриваемых совместным заявлением – это проведение заседания Астанинского формата в Иране при первой возможности. А также – очередного заседания Конституционного комитета в Женеве.

Перейдем к тому, как заседание онлайн Астанинского формата было оценено в Турции.

Сразу стоит отметить, что в ряду прочих новостей и тем повестки дня в Турции — допустим, продолжающаяся словесная пикировка между Францией или Турцией, и лично между президентами Э.Макроном и Р.Т.Эрдоганом, по поводу Восточного Средиземноморья, принятие в стране закона о социальных медиа, которое должно состояться уже в этом законодательном периоде, или же визит президента Р.Т.Эрдогана в Катар, который стал первым зарубежным визитом турецкого лидера после /относительной/ нормализации жизни в Турции – итоги Астанинского заседания были явно неприоритетными.

Заметим, что эти новости не удостоились того, чтобы встать во главу повестки дня. Телевизионные сюжеты о состоявшемся между тремя лидерами разговоре и даже принятое сторонами совместное заявление шли под конец новостных выпусков.

Более того, подача информации о состоявшемся онлайн саммите была, по отношению к России весьма нейтральной. Эта подача была начисто лишена «подводки» о том, что, к примеру, Сирия при поддержке России бомбит гражданское население страны. Точно также, как и «Закон Цезаря» в Турции, для массовых СМИ, проскочил практически незаметно, так и онлайн саммит президентов Путина – Эрдогана – Роухани, был отодвинут в сторону.

Вообще, говоря, это является индикатором решительных намерений Турции на том или ином мероприятии – турецкие выпады, как правило, обставляются предварительной массированной «обработкой» публики со стороны средств массовой информации. В случае Идлиба, показываются кадры бомбардировок «мирного населения» провинции, интервью с жертвами режима в Дамаске, оживляется пул колумнистов периодических изданий. В случае Астанинского онлайн-саммита такой контекст отсутствовал начисто.

Это – более чем примечательно.

Достаточно лишь вспомнить, что 5 марта 2020 года, когда в Москве встречались президенты В.Путин и Р.Т.Эрдоган воинственная риторика в Турции достигла своего пика. В Турецкой Республике, из каждого «утюга», доносились обвинения в адрес России за гибель трех десятков турецких военнослужащих. Была атмосфера повышенных ожиданий, турецкие СМИ трубили о победе турецкого оружия и демонстрировали работу турецких беспилотников по сирийским целям. Излюбленным сюжетом было уничтожение турецкими беспилотниками образцов российских вооружений, поставленных Дамаску – допустим, систем «Панцирь-М».

Накануне 5 марта с.г., если смотреть на турецкие СМИ, речь шла буквально о том, что Турция обратила ситуацию в Сирии вспять и, объявив войну Б.Асаду, чуть ли не завтра дойдет до Дамаска. Даже просматривались такие параллели, что как в 2015 году Россия, вмешавшись в конфликт в Сирии полностью изменила расстановку сил и спасла официальный Дамаск, так и вмешательство Турции в гражданскую войну в 2020 году на стороне сирийской оппозиции должно позволить спасти её от окончательного разгрома и даже, напротив, привести в итоге к свержению «кровавого диктатора Асада».

Однако, за московским саммитом 5 марта последовало очевидное разочарование в турецком обществе тем, чем он в итоге закончился. Очевидно, что, в патриотическом «ура — угаре» турецкой публикой просто было недопонято, что турецкое руководство выжало из ситуации все, что можно. А именно оно создало международно- (и российски-) признанный плацдарм в Идлибе. И, кроме того, зафиксировало в провинции статус-кво, получив для себя передышку на перегруппировку и возможность «поработать» на укрепление протурецкого антиасадовского фронта. Разумеется, ни о каком возврате Вооруженных сил САР на исходные позиции, обозначенные наблюдательными пунктами турецкой стороны, речи не шло. Даже требования об этом не стоило воспринимать серьезно – а лишь в контексте турецкой привычки к переговорам, которая заключается в том, чтобы потребовать все и сразу, зачастую, непропорционально своей переговорной позиции.

Проходит 4 месяца между 5 марта в Москве и 1 июлем в «онлайне» и мы видим текст заявления, в котором содержатся пункты повестки дня, очевидно, в первую очередь, интересующие Россию («Закон Цезаря» и борьба с террористическими организациями). Чуть позже мы скажем о том, как это стоит расценивать.

Просто посмотрим на те газетные заголовки (сразу скажем, что это — не первые полосы турецких газет), которые последовали за Астанинским саммитов.

Самая тиражная газета Турции Hürriyet, 2 июля, вышла с заголовком «Три лидеры обсудили Сирию». И далее под ним указывается, что на встрече с Р.Т.Эрдоганом были министр иностранных дел М.Чавушоглу и министр национальной обороны Х.Акар. Под заголовками – параграф с высказыванием президента Р.Т.Эрдогана: «Мы продолжим делать все от нас зависящее для того, чтобы наш сосед Сирия, как можно быстрее, достиг спокойствия, безопасности и стабильности».

Статья разбивается на следующие подзаголовки: «прежде всего – (политическое) решение», «поддержка Турции будет продолжена», «санкции — незаконны» и «(сторонами) опубликовано совместное заявление». Зато остаток полосы, практически полностью посвящен вопросам, связанным с Ливией. В частности, высказываниям Э.Макрона и А.Меркель о турецкой политике в Ливии и в Восточном Средиземноморье.

Тиражная газета Турции Milliet вышла с материалом, озаглавленным «Тройственный телесаммит по Сирии».

Вот какое высказывание президента Р.Т.Эрдогана приводится из состоявшегося мероприятия: «Начавшийся в ноябре 2017 года тройственный саммит в формате Астаны внес важный вклад в достижение в Сирии мира, безопасности и стабильности».

Опять же, стоит напомнить, что в начале этого года и вплоть до встречи в Москве 5 марта с президентом В.Путины, президент Р.Т.Эрдоган постоянно повторял, что Астанинский формат сирийского урегулирования «закончился», «провалился», «исчерпал себя» и прочее. И призывал к тому, чтобы Турция заново договаривалась бы с Россией, причем, уже без Ирана. Рядом с заявлениями турецкого лидера приводятся высказывания его российского и иранского коллег под заголовками «Приносит свои плоды (Астанинский процесс)» и «Пусть США покинет (Сирию)» соответственно.

Заметим, что официальное признание президентом Турции Р.Т.Эрдоганом роли, в том числе, нынешней, Астанинского формата в сирийском урегулировании значит лишь то, что альтернативные планы Турции, в очередной раз, не сработали. Невзирая на те попытки, которые были предприняты турецким руководством в конце прошлого – начале этого года.

Оппозиционная газета Sözcü вышла с заголовком «С сирийского саммита прозвучало предупреждение в адрес США». И под ним фраза: «На саммите, проведенном Эрдоганом, Путиным и Роухани, был сделан акцент на территориальной целостности Сирии. Был высказан протест против попыток автономизации».

Проправительственная газета Sabah вышла на первой полосе с заголовком – цитатой высказывания президента Р.Т.Эрдогана «Сирия срочно должна достичь стабильности». Опять же, на первой полосе приводится высказывание турецкого лидера о территориальной целостности Сирии и необходимости срочной стабилизации обстановки в стране.

Вероятно, самым развернутым материалом, посвященным Астанинскому онлайн-саммиту, стала публикация в газете Aydınlık, партийном издании лево-националистической партии Vatan, созданной Догу Перинчеком. Заметим, что и сама партия и, разумеется, её печатный орган и телевизионный канал (Ulusal) стоят на пророссийских и, говоря шире, евразийских позициях. Это – единственная политическая партия и это – единственное издание, которые, к примеру, отрыто говорят о том, что Крым – никогда не был украинским, призывают к тому, чтобы Турция признала его возвращение в состав России, а также снаряжают бизнес-миссии турецких предпринимателей с целью участия в реализации совместных с Крымом проектов. Разумеется, характер партии и издания хорошо известен российской стороне, а посему с этой партией строятся самые тесные отношения.

2 июля с.г. газета Aydınlık вышла под заголовком «Акцент на политическом единстве на севере Сирии». Это – единственное издание из рассмотренных нами, которое опубликовало полный текст совместного заявления сторон – участниц Астанинского формата и разбор статей совместного заявления.

Кроме того, под заявлением опубликована небольшая заметка, озаглавленная, как «19-е совместное патрулирование с Россией по трассе М4». Отмечается, что решение о совместных патрулированиях было принято в ходе встречи между президентами Путиным и Эрдоганом 5 марта в Москве, а первое из них состоялось уже 15 марта.

Итак, как мы видим, Турция на этом саммите заняла очень взвешенную и спокойную позицию, что резко контрастирует с тем тоном, который царил в российско-турецких отношениях с конца прошлого года и вплоть до начала марта этого года.

Это объясняется достаточно просто.

Прежде всего, у Турции сейчас – другая повестка в том смысле, что приоритетом является Ливия и Восточное Средиземноморье. Кроме того, с той же Россией, очевидны попытки Турции «упаковать» темы Сирии и Ливии вместе. Кроме того, «Закон Цезаря» нанес удар по сирийской экономике и заставил Б.Асада искать рецепты выхода из ситуации. А, значит, время объективно работает на Турцию.

52.14MB | MySQL:103 | 0,501sec