Размышления о ситуации в Сирии после проведения парламентских выборов

В воскресенье 20 июля в Сирии прошли парламентские выборы, которые состоялись в условиях очень непростой ситуации в экономике коллапсом и новыми санкциями США после того, как президент Башар Асад вернул себе контроль над большей частью страны. Агентство Рейтер сообщило, что люди голосуют на всей территории, контролируемой Асадом, на более чем 7000 избирательных участках, в том числе впервые в бывших бастионах повстанцев, которые армия отбила за последние два года. Выборы, первоначально назначенные на апрель, дважды переносились из-за пандемии коронавируса. Более 1600 кандидатов, в том числе многие известные бизнесмены, боролись за 250 депутатских мест на третьих таких выборах с момента начала конфликта в 2011 году. Естественно, что никто не ожидал сюрпризов в ходе голосования, которое ознаменовало второе десятилетие пребывания Асада у власти и которое проходит без участия в нем реальной оппозиции к правящей партии Баас и ее союзникам. Оппозиционная «Сирийская национальная коалиция», базирующийся в Турции и пользующийся поддержкой Запада, назвала эти выборы «театральными выборами режима Асада». В этой связи отметим две основных претензии, которые оппозиция и ее иностранные спонсоры собственно и выдвигают. Это то, что режим не контролирует всю территорию страны и что голосование не проводилось в лагерях беженцев за рубежом. Это были ожидаемые козыри в рамках дезавуирования итогов проведенного  голосования практически всеми основными игроками, начиная с коллективного Запада и заканчивая арабскими странами и Турцией. И такая ситуация будет сохраняться до тех пор, пока Дамаском не будет отвоеван Идлиб и серьезно расширена зона контроля режима в Дейр эз-Зоре. Только после этого можно говорить о начале процесса мирного урегулирования на основе локальных перемирий и постепенного возвращения беженцев на родину. Только эти условия сделают возможным проведение каких-либо реальных выборов с перспективой их признания на широком международном уровне. Но этот процесс постепенный и на длительную перспективу. Расчеты некоторых российских политиков на то, что эти проблемы можно преодолеть рывком, закономерно не оправдались. Достаточно вспомнить попытку российской дипломатии запустить процесс массового возвращения беженцев, которая была заблокирована теми же западниками и турками. Отсюда простой вывод – пока существует помимо полугосударственных анклавов на территории Сирии еще и жесткий негативизм со стороны коллективного Запада, арабов и турок в отношении режима Асада, надеется на какой-то компромисс с ними по вопросам мирного урегулирования в общем-то бесперспективно. Имеется ввиду тот вариант урегулирования, который отвечал бы национальным интересам Москвы. При этом важность прошедших сейчас выборов надо оценивать с точки зрения закрепления и внутренней легитимизации процесса укрепления центральной власти в контролируемых им районах и активизации процесса локальных перемирий, а не как некий шаг в рамках выхода Дамаска из международной изоляции. Эти выборы также означают, что Москва решила остановиться на кандидатуре Б.Асада, как наиболее подходящего кандидата на пост президента на среднесрочную перспективу. Как полагают некоторые американские эксперты, хотя Москва настаивает на том, что она вошла в Сирию только для борьбы с терроризмом, она продолжает пытаться изменить режим и системы безопасности, а также нарастить число более лояльных себе людей в командовании сирийской армии. При этом совершенно очевидно, что Москва решила пока отложить в долгий ящик тему выдвижения возможного преемника Башара Асада. Если Россия решит заменить его в конечном счете кем-то по своему выбору, то это может произойти только с видимостью внешней легитимности с участием в таких выборах значительного числа умеренных оппозиционных деятелей. Весь вопрос в данном случае заключается в том, что серьезной светской оппозиции в Сирии нет, а с исламистами говорить не стоит: чревато последствиями. Основная военная сила в Сирии этого сегмента оппозиции – это исламисты различной степени радикализации, которые ориентируются на различных внешних спонсоров. При этом светская оппозиция не смогла бы как  сохранить  контроль над многими районами страны, так и сформировать единый политический альянс, который мог бы подготовить план будущего Сирии или дать России план, в котором она могла бы быть заинтересована. При этом, хотя кажется, что Россия, США и Израиль не вполне согласны по Сирии, они, тем не менее, сотрудничают друг с другом и не хотят, чтобы Асад ушел сейчас. Ровно по той причине, что на сегодня они не могут найти достойную замену. Они опасаются, что «Братья-мусульмане» захватят власть в Сирии, что, по их мнению, будет угрожать будущему всего региона с точки зрения его радикализации. Таким образом, они не готовы отказаться от Асада, поскольку угроза исламистской экспансии при этом сценарии превышает все риски относительного иранского присутствия в Сирии, что самым серьезным образом нивелируется российским присутствием.
Одним из возможных решений ситуации в Сирии является создание Национального фронта или политической партии, которая бы объединила сирийцев в изгнании и была открыта для них всех. Они должны иметь голос и иметь возможность играть определенную роль в политических изменениях в своей стране, но сначала они должны избавиться от признания международным сообществом уже существующей оппозиционной сирийской коалиции, которая сейчас выступает основным партнером в различных переговорных форматах. При этом надо учитывать, что нынешняя сирийская коалиция близка к исламистам, и поэтому ни Израиль, ни США не хотят серьезно сотрудничать с ней и не считают ее альтернативой Асаду. Отсюда стремление Вашингтона заморозить ситуацию, сделав упор на формирование некого конституционного комитета, который должен стать неким прообразом новой политической, более светски ориентированной силы.
Как полагают американские эксперты, на сегодня Москва окончательно отказалась от военного решения сирийского конфликта. Российские официальные лица теперь убеждены, что реализация военного решения в Сирии невозможна, заявил анонимный американский чиновник 21 июля. «Россия убеждена, что военное решение не может быть навязано в Сирии и приведет к тупику и даже к крупномасштабной войне»,- сказал этот чиновник, добавив, что стороны в международном сообществе согласны с таким выбором. Он также добавил, что, несмотря на ухудшение отношений США с Россией, официальные лица в Вашингтоне находятся в тесном контакте со своими российскими коллегами в рамках реанимации практического процесса выполнения резолюции СБ ООН 2254 и достижения компромиссного решения сирийского кризиса. Чиновник также подчеркнул, что экономический кризис, затрагивающий сирийский режим и соседний Ливан, накладывается друг на друга, указывая, что сирийский режим и Иран зависят от Ливана в обеспечении иностранной валюты, что привело к дефициту долларов США на ливанском рынке. В этой связи американские эксперты указали несколько моментов, которые определяют на сегодня ситуацию в Сирии.
— Экономические и медицинские кризисы подорвали потенциал Дамаска к новым крупным военным наступлениям, вызвав всплеск инакомыслия на ранее безопасной территории, что вынудило сирийский режим сконцентрироваться сейчас на закреплении своих прежних достижений, прежде чем возобновить усилия по ликвидации турецкого и американского влияния на севере страны. В рамках сохранения стабильности режима, власти сосредоточатся на подавлении протестов, перетасовке внутри правительства и укреплении отношений с Москвой. Это обстоятельство должно дать Турции время для дальнейшего укрепления своих позиций на севере и северо-востоке Сирии, одновременно снижая давление Дамаска на главного союзника США –«Силы демократической Сирии» (СДС).
— Ливан, главный остающийся торговый партнер Сирии, переживает экономический кризис . Это означает, что доступ Сирии к долларам, как правило, через ливанские банки, резко сократился. Отчасти вызванный экономическим кризисом в Ливане, сирийский фунт упал в цене. До гражданской войны он имел обменный курс 50 к доллару, но теперь он приблизился к 3500 — это увеличило стоимость повседневных товаров, которые уже трудно получить из-за международной изоляции Сирии. Существующая высокая безработица в 40% возросла также из-за блокировок, связанных с пандемией коронавируса, особенно в Дамаске. В этой связи антирежимные протесты произошли в июне в Дераа и в друзском оплоте провинции Сувейда, которая ранее была нейтральна к действиям режима. В Сувейде активисты сосредоточились именно на экономическом кризисе. Также появились сообщения о том, что правительство уже арестовывает некоторых лидеров активистов в Сувейде, хотя до сих пор оно воздерживалось там от использования широкомасштабных репрессивных мер, ранее применявшихся против других протестных выступлений. Эта ситуация объективно сократит людской потенциал силовых структур Сирии, которые могли бы участвовать в провокациях против Турции или Соединенных Штатов. Чтобы укрепить финансы страны, режим нацелился на некогда неприкасаемого Рами Махлюфа. Лояльный режиму  алавитский магнат оказался объектом все более целенаправленной кампании по передаче своих богатств под контроль государства. Махлюф публично высказал свое недовольство, создав новый прецедент для протеста против экономической политики правительства и вынудил Дамаск сосредоточиться на реорганизации своих внутренних силовых структур, а не разворачиваться для противостояния Соединенным Штатам или Турции.
Правительство в Дамаске укрепит внутриполитическую поддержку путем рассмотрения вопроса о перестановках в своем кабинете и перемещении рядв других ключевых фигур, чтобы сгладить путь к переизбранию президента Башара Асада в 2021 году; в этом контексте Дамаск уже сменил премьер-министра. Сирия исторически использовала кадровые перестановки в Кабинете министров, чтобы снизить общественное давление и заручиться поддержкой союзников, делая это неоднократно в 2011 и 2012 годах в первые дни гражданской войны. Во время этих перестановок Сирия вряд ли пойдет на военный риск в виде новых наступлений, которые могу подорвать доверие к правительству, если наступательные операции пройдут неудачно. Дамаск также попытается укрепить свои отношения с Москвой после периода открытого недовольства России сирийской операцией против Турции в Идлибе в феврале этого года. Отчасти это объясняется тем, что Россия сохраняет значительное влияние на сирийских военных, являющихся ключевой опорой режима Асада. Для этого Сирия, вероятно, будет воздерживаться от крупных провокаций против Турции и Соединенных Штатов, поскольку Москва — все еще проводя совместные патрули с Турцией и сохраняя свою линию деконфликтинга открытую с Соединенными Штатами — не хочет эскалации против любой из держав в Сирии в настоящее время. Этот процесс сближения позиций между Москвой и Дамаском будет нарастать, даже несмотря на временные инциденты. Имеются ввиду разногласия между братом президента Махером Асадом и российскими военными: по некоторым данным, он отказывается подчиниться требованиям Москвы. Махер Асад, командует 4-й бронетанковой дивизией сирийской армии, которая работает вместе с Ираном, контролирует ряд стратегических пунктов в Сирии, включая порт Тартус и Латакию, а также пограничные пункты между Сирией и Ливаном, Иорданией и Ираком. Россия неоднократно призвала вывести силы 4-й бронетанковой дивизии из этих зон, но Махер Асад отказался, также отклонив приглашения посетить российскую базу в Хмеймиме.
Такая стратегия Дамаска, вероятно, даст Турции время закрепиться на севере и северо-востоке Сирии, одновременно снижая давление Сирии на главного союзника США в Сирии — СДС, в рамках стремления перетянуть их на свою сторону. Анкара может использовать затишье в сирийских военных действиях для углубления своего влияния вдоль границы. Турция уже поощряет население на северо-западе страны использовать турецкую лиру вместо сирийского фунта в попытке укрепить свои экономические связи с буферными зонами. Анкара также может расширить число турецких паспортов, которые она раздает сирийцам в этих зонах, поскольку таким образом турки пытаются подорвать влияние Рабочей партии Курдистана (РПК), в тех же районах. Тем временем у Турции также будет больше времени для строительства новых объектов, от больниц до университетов, от школ до создания сил безопасности, которые предоставляют общественные услуги сирийцам в буферных зонах, но полагаются на турецкое финансирование для функционирования. СДС выстраивают очень аккуратные отношения с Дамаском в качестве страховки на случай, если Вашингтон выполнит свою часто повторяющуюся угрозу вывода войск их Сирии. Но СДС пока предпочитают партнерство с Соединенными Штатами, что позволяет им сохранять политическую автономию, укреплению связей с Дамаском, который, вероятно, подтвердит свою приверженность стремлению достичь политической централизации на северо-востоке, если представится такая возможность. Поскольку сирийское правительство сосредоточено на внутренней стабильности, СДС вряд ли столкнется с существенным политическим давлением со стороны Дамаска в среднесрочной перспективе.
Укрепляя свои отношения с Россией, сирийский режим также вряд ли пойдет на крупную провокацию против американских войск. С экономикой в кризисе Сирия также имеет меньше ощутимых экономических выгод, чтобы предложить какие-то преференции курдам, что будет подрывать любое стремление к расширению связей между ними.
На этом фоне новые санкции США («Закон Цезаря») могут затруднить деятельность НПО в регионе и серьезно заблокировать попытки ряда арабских стран восстановить свои экономические отношения с Дамаском. Во время своей встречи 25 июня с госсекретарем США Майком Помпео министр иностранных дел ОАЭ шейх Абдалла бен Заид поставил под сомнение новый санкционный режим Вашингтона против Сирии –«Закон Цезаря». Санкции были введены в самый неподходящий момент для удовлетворения амбиций Абу-Даби в Дамаске. ОАЭ особенно обеспокоены тем негативным эффектом, который этот закон окажет на сотрудничество в области безопасности с Дамаском, которое активизировалось в последние месяцы. С января Абу-Даби принимает у себя около 30 офицеров разведки и 8 инженеров сирийского режима, обеспечивая им подготовку по кибербезопасности. Стажеров сопровождают два высокопоставленных офицера, лояльных Башару Асаду, полковник Зульфигар Иссуф, начальник учебной части Управления военной разведки, и полковник Джихад Баракат, женатый на двоюродной сестре президента Интисар Асад. ОАЭ также обучают сирийских летчиков-истребителей, пятеро из которых недавно поступили в авиашколу Военной академии шейха Халифы в Аль-Айне, к западу от Абу-Даби. Нормализация эмиратско-сирийских отношений была инициирована Абу-Даби в 2017 году. ОАЭ вновь открыли свое посольство в Сирии в конце 2018 года и начали оказывать медицинскую и продовольственную помощь. «Закон Цезаря» также вызвало осуждение и в Париже. Французская НПО SOS Chrétiens d’Orient, которая проводит гуманитарные акции в тесном контакте с режимом Дамаска, рискует попасть под американский прессинг из-за своей связи с Асмой Асад. Согласно ряду источников, новый режим санкций США, вступивший в силу 17 июня, может повлиять на сирийскую деятельность французской благотворительной организации SOS Chrétiens d’Orient («Христиане Востока»).
Известная своей работой исключительно в районах, контролируемых дамасским режимом, куда она входит через пограничный переход Маснаа между Ливаном и Сирией, НПО не скрывает своей близости к сирийским властям. Чтобы действовать на благо христианских общин Леванта, организация была создана Бенджамином Бланшаром и Шарлем де Мейером в 2013 году, полностью подчиняется протоколу, введенному режимом президента Башара Асада. В гуманитарном секторе командует первая леди Сирии Асма Асад. Любая неправительственная организация, желающая въехать в Сирию, должна обратиться в Ассоциацию «Сирия Траст», благотворительную организацию, которую она возглавляет и которая централизует и проверяет потенциальные гуманитарные акции на этой территории. SOS Chrétiens d’Orient работает рука об руку с первой леди Сирии, с которой в марте 2019 года в Алеппо был открыт общественный центр. Однако Асма, как и все связанные с ней организации, занимает первое место в списке лиц, на которых распространяется действие «Закона Цезаря». Ассоциация «Сирия Траст» напрямую сотрудничает с сирийским филиалом ливанского банка «Библос», в котором работает двоюродный брат президента Башара Асада Рами Махлюф  и он же владеет акциями этого банка. Махлюф находится в Красном списке США с 2008 года. Министерство финансов США подтвердило, что любое агентство, даже неамериканское, связанное с указанным лицом, может быть подвергнуто санкциям со стороны Управления по контролю за иностранными активами (OFAC), которое обеспечивает соблюдение международных санкций, введенных Соединенными Штатами. SOS Chrétiens d’Orient, в состав руководства которого входят в том числе и французские военные, не имеет консульской защиты из-за отсутствия французского представительства в стране, в связи с чем практикуются близкие контакты с первыми фигурами в государственной иерархии тех или иных стран. Но и это порой не является гарантией безопасности. Организация, которая также действует в Ливане, Иордании и Ираке, только недавно столкнулась с захватом четырех своих благотворительных работников в Багдаде в качестве заложников. Они были освобождены в марте после двухмесячного содержания под стражей.

52.79MB | MySQL:104 | 0,313sec