К вопросу о решении Госсовета Турции по статусу Собора Святой Софии. Часть 7

10 июля 2020 года, спустя чуть более недели, после заседания 2 июля, Государственный совет Турции обнародовал официальное решение, которое удовлетворяет иск частного фонда об аннулировании решения Совета министров Турции от 1934 года по превращению мечети Святой Софии в музей. С юридической точки зрения, ровно в тот самый момент, когда официально прозвучало решение Госсовета, Святая София вернула себе статус мечети и должна начать предоставлять религиозные услуги турецкому населению. Должно это случиться уже с конца июля месяца. 24 июля в Святой Софии состоится первый пятничный намаз, приготовления к которому идут полным ходом.

Напомним, что в предыдущей публикации мы закончили разбирать внутриполитический аспект решения Госсовета Турции по Святой Софии (ссылка на Часть 6 публикации: http://www.iimes.ru/?p=71440).

Заметим, что, за исключением лишь только прокурдской Партии демократии народов, которая позиционирует себя как нонконформистское движение, все остальные партии высказали единодушную поддержку решению, принятому Государственным советом, как отвечающему долгожданному запросу турецкого народа (на самом деле, «слухи» о многолетнем запросе турецкого общества на Святую Софию – сильно преувеличены, хотя сейчас и пытаются утверждать обратное – В.К.).

При этом, в особенности, турецкая оппозиция демонстрирует совершенно необоснованные ожидания в отношении этого исторического, не побоимся этого слова, события.

Во-первых, они требуют того, чтобы нынешнее решение Государственного совета никоим образом не бросало бы тень на постановление Совета министров 1934 г., превращающее мечеть в музей, и, тем более, лично на основателя и президента страны М.К.Ататюрка.

Надо ли говорить о том, что если то решение 1934 года аннулируется по причине его юридической неправомочности, то той самой «тени» не возникнуть не может.

Если бы турецкая власть боялась бы бросить тень на основателя и первого президента Турецкой Республики М.К.Ататюрка и на его правительство, она бы просто провела постановление через нынешний Кабинет министров с формулировкой «ввиду нынешних обстоятельств».

Но было принято решение именно провести вопрос Святой Софии по судебной линии, а не по линии исполнительной власти. Которой, заметим, у президента Р.Т.Эрдогана достаточно, чтобы пересмотреть статус Святой Софии. Однако, с точки зрения фиксации принимаемого решения на долгие годы, было принято решение в пользу судебной инстанции. Просто потому, что постановление Кабинета министров легко принимается и легко отменяется. Чего нельзя сказать о судебном вердикте.

Во-вторых, оппозиция требует того, чтобы вопрос Святой Софии ни Р.Т.Эрдоган, ни Партия справедливости и развития не политизировали.

Довольно странное требование, если учесть, что Святая София – это, изначально, и есть политический вопрос, имеющий слабое отношение к отправлению гражданами страны своих религиозных потребностей. Ввиду того, что в Турецкой Республике никогда не было борьбы с религией. Была борьба за светскость и против любого проникновения религии в систему государственного управления. Однако, мечети исправно строились в прошлом. Что уж говорить про тот период времени, когда ко власти пришел Реджеп Тайип Эрдоган.

И, кроме того, ещё буквально несколько лет назад, немыслимо было бы представить себе ситуацию, при которой Государственный совет проголосовал бы таким образом, чтобы не просто пересмотреть статус Святой Софии, а покуситься на решение правительства самого М.К.Ататюрка, да ещё и за его личной подписью.

Все идеи по поводу того, что подпись турецкого вождя на постановлении является поддельной, о которых говорит истец, можно рассматривать как, своего рода, «спасательный круг», для того, чтобы можно было бы вывести турецкого вождя из-под возможного удара. Заметим, что этим «спасательным кругом» Государственный совет не воспользовался и, возможно, не только потому, что это был очевидный фейк. Равно как не воспользовался он и рассуждениями о том, что при принятии решения 1934 года были нарушены процедурные вопросы – в частности, часть Кабинета министров, согласно заявлению истца, находилась за пределами Анкары, что может рассматриваться как нарушение процедурных вопросов. Таким образом, истец изначально дал в руки суда несколько траекторий рассмотрения дела и вынесения изначально понятного вердикта.

Так вот, Святая София – это изначально политический вопрос, который задумывался турецкой властью в контексте своих шагов по переустройству страны. Именно турецкая власть создала такую ситуацию, выстроив свою пресловутую «властную вертикаль», в результате которой судебная власть страны приняла бы такое решение, которое ещё десяток лет назад было бы немыслимым.

И теперь, когда турецкая власть добилась задуманного, у неё просят отказаться от пожинания плодов своих многолетних усилий. Реалистично ли требовать того, чтобы Р.Т.Эрдоган не публиковал сейчас в своем Твиттере фотографий из Святой Софии?

Речь идет о том, что Р.Т.Эрдоган позиционирует себя как политика, который встал вровень с Султаном Мехмедом Фатихом, завоевавшим Константинополь в 1453 году. Не пойдем так далеко, чтобы утверждать, что президент Р.Т.Эрдоган своими нынешними действиями второй раз взял Стамбул, однако, свое имя он в турецкую историю уже вписал. И нынешнее решение Государственного совета по Святой Софии безусловно легло в его «президентское портфолио».

Вот, допустим, весьма характерное фото из приготовлений Святой Софии к первому намазу 24 июля. Ковер – производитель, фасон и цвет – был лично отобран президентом Р.Т.Эрдоганом. При этом, как подчеркивается турецкими СМИ выбран ковер местного производства и имеющий повышенную стойкость к истиранию и выцветанию. В определенном смысле, эту фотографию можно считать яркой иллюстрацией того, какие процессы происходят в современной Турции.

Но самым интересным представляется все же то, что именно последует за принятым Государственным советом решением.

Мы уже высказали свою гипотезу о том, что первый намаз в Святой Софии 24 июля с.г. будет не просто «освящен» личным присутствием президента Р.Т.Эрдогана и первых лиц страны. На нем можно и нужно ожидать появления мировых мусульманских лидеров.

Как уже заявили в турецких СМИ, Управлением по делам религии сейчас готовится список приглашенных гостей. И, разумеется, турецкая власть будет обставлять данное событие, ни много ни мало, как своего рода «День Победы». Ну, а Святая София – брендироваться в качестве святыни не христианского, а исламского мира. Опять же, подчеркнем, что Турции не хватает мусульманской святыни на своей территории – такой, чтобы она признавалась бы исламским миром важнейшим объектом поклонения. В этом смысле, до сих пор, у Турции не было ничего, что можно было бы противопоставить Саудовской Аравии и Израилю / Палестине. Так что, совершенно неудивителен тот факт, что уже с 21 июля с.г. в турецких СМИ начала появляться информация о первых иностранных гостях мероприятия – ими, по всей видимости и достаточно предсказуемо, станут лидеры Катара и Азербайджана. Отдельный вопрос вызывает посещение данного мероприятия со стороны российских политиков – представителей регионов РФ компактного проживания мусульман.

Нынешняя ситуация по периметру турецких границ (соперничество с Грецией и с Кипром, Ливия, Сирия, Эгейский регион и Средиземноморский регион в целом, плюс сюда уже следует добавить конфликт между Азербайджаном и Арменией за Нагорный Карабах, где Турция также стремится играть активную роль – В.К.) вызывает потребность во флаге. И, представляется, что роль этого флага отводится мечети Святой Софии, являющейся символом завоевания Константинополя.

Опять же, другой вопрос, что с учетом непростых отношений Турции внутри исламского мира, в частности, с государствами Ближнего Востока и Северной Африки и с учетом той подозрительности, которую деятельность Турции вызывает у России и у государств Центральной Азии, все же, не стоит ждать того, что на этом турецком празднике (точнее, личном празднике Р.Т.Эрдогана) будет чересчур много лидеров.

Помимо этого, надо себе четко понимать, что большая угроза нынешней власти зреет не за пределами страны, а внутри нее.

Ситуация стала крайне неустойчивой, после того, как в Великом национальном собрании (Меджлисе) Турции оказалось 5 политических партий. Это – крайне неустойчивая система, с которой требуется каким-то образом разобраться. При этом, мы не раз уже писали на страницах ИБВ о новых, перспективным политических движениях страны. На правящую партию ни одно из них пока не тянет. Однако, по совокупности они приближают конец однопартийного правления Партии справедливости и развития.

Можно ли использовать Святую Софию как рычаг в противоборстве с внутренней оппозицией? Сразу оговоримся, что, судя по риторике действующей власти, она вовсе не собирается ни деполитизировать вопрос бывшего музея, ни исключать его из инструментов своей внутриполитической борьбы.

Напротив, похоже, что Святая София становится ещё одним инструментом фрагментации турецкого общества на «своих и чужих». В предыдущих частях нашей публикации мы начали разбор статьи Бурханеттина Дурана – генерального координатора Фонда политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV), которая вышла под заголовком «Влияние 15 июля (попытка военного переворота в ночь с 15 на 16 июля 2016 года – В.К.) и Святая София».

Именно в этой статье достаточно подробно излагается внутриполитический аспект решения по Святой Софии и, что характерно, идет привязка к событиям 15 июля, когда был разоблачен заговор против государства и народ не дал ему свершиться. И влияние этого события Б.Дуран видит, в частности, в реакции на него со стороны главной оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП).

В частности, автором отмечается, что НРП резко сократили свои выступления против политики, которую за пределами Турции чаще всего называют «исламизацией». А сам автор статьи называет политикой ПСР, направленной на обеспечение религиозной свободы населению и удовлетворение её запросов.

НРП, тут можно, действительно, согласиться с автором статьи, в вопросах религии и светскости стала себя вести явно осторожнее, чем прежде. Что, впрочем, не исключает отдельных реплик из НРП: в частности, депутат НРП Кабоглу предложил, после решения Госсовета, сделать из Голубой мечети музей.

Однако, председатель партии Кемаль Кылычдароглу занял иную позицию, которую он сформулировал следующим образом: «Если отроете (Святую Софию в качестве мечети – В.К.), то открывайте». Он не прислушался, по словам Б.Дурана, к тем репликам, которые утверждали, что речь идет о «реванше над Республикой» и о том, что превращение Святой Софии в мечеть отражает не запрос «консерваторов» в стране, а «немногочисленных исламистов».

В числе причин столь осторожной позиции НРП и лично Кемаля Кылычдароглу, Б. Дуран назвал следующие:

Во-первых, К. Кылычдароглу, по словам автора, «не захотел взять на себя бремя, которое не могла выдержать светская политика (даже) однопартийного периода. По этой причине, он не стал отстаивать тезис о том, что «решение Мустафы Кемала Ататюрка было аннулировано»».

Во-вторых, присоединяясь к критике со стороны западных столиц, возникала реальная угроза быть обвиненными в принадлежности к «пятой колонне», чего лидер НРП захотел избежать.

В-третьих, как отмечается Б.Дураном, Кемаль Кылычдаорглу не стал вступать в схватку с Реджепом Тайипом Эрдоганом на почве политики символов, из-за реальности поражения, которое ему предстояло потерпеть.

И, наконец, К.Кылычдароглу не захотел идти против консервативно-, религиозно-, националистически настроенных слоев общества, которые предопределили результат попытки военного переворота 15 июля 2016 года. Процитируем Б.Дурана: «В конце концов, он рассчитывает, что на выборах 2023 года альянсу удастся получить и голоса консервативных избирателей».

Все эти рассуждения правильные, с ними нельзя не согласиться, что, впрочем, не означает верности того политического расчета, который сделал Кемаль Кылычдароглу. Он, как председатель НРП, просто по определению, был обязан заступиться за решение 1934 года за подписью основателя и первого президента Республики М.К.Ататюрка, который, кстати, и основал Народно-республиканскую партию страны. А он этого не сделал, усмотрев в этом для себя ловушку, расставленную на НРП со стороны ПСР и президента Р.Т.Эрдогана. Однако, не попавши в одну ловушку, К.Кылычдароглу угодил в другую – вопрос заключается лишь в том, как он вместе со своим молчанием выглядит в глазах своих однопартийцев и электората. Новый электорат можно не приобрести, а старый – потерять.

Ещё одна партия, кому в своей статье уделил внимание Б.Дуран – это Партия демократии и прорыва (DEVA) под руководством бывшего соратника Р.Т.Эрдогана – Али Бабаджана. Как мы успели уже убедиться, Али Бабаджан крайне сдержанно отреагировал на решение по Святой Софии, поддержав его, невзирая на то, что он является, безусловно, прозападным политиком. Лишь с одной оговоркой «надеюсь они просчитали последствия».

Однако, все ведь зависит от интерпретации. Процитируем Бурханеттина Дурана.

«Интересным стал подход председателя известной своими либерально-западными аргументами Партии DEVA Али Бабаджана, который отметил «надеюсь они просчитали результат». Полностью похожим образом с ПДН (Партией демократии народов – В.К), решение по Святой Софии было охарактеризовано как «огорчительное, вызывающее беспокойство», что стало посланием Западным столицам».

Продолжаем цитировать:

«Вы что думаете, вероятность превращения негативной Западной реакции в давление на Турцию, которая усилит Народный альянс (между правящей Партией справедливости и развития и Партией националистического движения– В.К.), Кылычдароглу видит, а Бабаджан не видит? Или же это новое разделение ролей? В любом случае, главная причина, по которой оппозиция не могла громко апеллировать к открытию Святой Софии (в качестве мечети – В.К.), — это дух сопротивления и возрождения 15 июля».

Итак, подводим черту: во внутренней политике превращение Святой Софии из музея в мечеть, помимо всего прочего, используется действующей властью как фактор, провоцирующий давление на Турцию со стороны Запада. В свою очередь, это давление приводит к росту в стране патриотических настроений и группировки электората вокруг нынешнего турецкого руководства.

С другой стороны, те, кто не поддерживает решение действующей власти, или те, кто недостаточно активно поддерживает решение или же поддерживает с оговорками, немедленно могут быть обвинены в коллаборационизме с Западом со всеми возможными последствиями для своего имиджа в глазах турецких избирателей. А поддержка, оказанная действующей власти и её решению, — работает на действующую власть и на её рейтинги. Можно сказать, что это — очередной сильный ход со стороны президента страны Р.Т.Эрдогана.

Однако, довольно хитро его разбила лидер Хорошей партии Мераль Акшенер, которая поддержала решение по сути, но отвергла ту форму, в которой действующая власть приняла решение по превращению Святой Софии в мечеть. И ей даже удалось перейти в контратаку, когда она обвинила действующую власть в нападках на М.К.Ататюрка.

62.42MB | MySQL:108 | 0,523sec