Американские эксперты о возможности и последствия военной интервенции Египта в Ливию

Египетский парламент 19 июля разрешил президенту Абдель Фаттаху ас-Сиси отправлять армию на боевые задания за границу для «защиты национальной безопасности Египта». Этот шаг был сделан по мере приближения даты начала военной операции, которую, как ожидается, начнет международно-признанное правительство национального согласия (ПНС), чтобы освободить города Сирт и Аль-Джуфра. Какие перспективы такого сценария и каковы позиции сторон на сегодня?
Как полагают американские аналитики, в ответ на действия поддерживаемого Турцией правительства национального согласия (ПНС) Египет, с большей долей вероятности, начнет военную интервенцию в Восточную Ливию, используя племенные связи для получения общественной поддержки или развертывания сил для обеспечения безопасности западных границ Египта. В то время как Египет будет стремиться избегать прямого боестолкновения с турецкими силами в регионе, его присутствие на местах повысит риск более широкого противостояния, которое еще больше втянет Каир в гражданскую войну в Ливии. Как показали последние телефонные переговоры египетского президента А.Ф.ас-Сисси с Д,Трампом, Каир предпочел бы продолжать поддерживать международные переговоры, хотя требования Халифы Хафтара и его Ливийской национальной армии (ЛНА), делают успешные переговоры маловероятными. Восточные ливийские лидеры, в частности, потребовали, чтобы финансовая система Ливии и распределение нефтяных доходов стали более прозрачными и чтобы доходы распределялись непосредственно с тремя регионами Ливии (Киренаика, Феццан и Триполитания). Египет поддержал эти предложенные нефтяные и финансовые реформы, поскольку они будут служить двум целям: повышению прозрачности для ограничения финансирования исламистских боевиков в западной Ливии и повышению устойчивости экономики и финансовой системы Восточной Ливии в условиях тупикового конфликта в стране. Однако базирующаяся в Триполи ПНС не согласится на такое соглашение, поскольку оно укрепит контроль Восточной Ливии над нефтяными доходами и позволит ЛНА Хафтара продолжать использовать свой контроль над нефтяной промышленностью страны в качестве политического рычага, тем самым влияя на любой переговорный процесс о формировании будущей политической архитектуры страны. Блокирование переговорного процесса, вероятно, побудит поддерживаемую Турцией силы ПНС начать наступление на Сирт и Аль-Джуфру в ближайшие недели. Установление контроля над этими двумя городами дало бы Триполи и Анкаре отправную точку для захвата стратегических экспортных терминалов в дуге прибрежных городов между Сиртом и Бенгази, известной как «нефтяной полумесяц», а также самого продуктивного нефтяного бассейна Ливии — Сиртского бассейна. Поддерживаемая Египтом Хафтар и ЛНА в настоящее время контролируют всю береговую нефтяную инфраструктуру страны, повышая тем самым свои рычаги влияния на мирных переговорах. Помимо обеспечения положения дел, при котором ЛНА сохраняла бы контроль над жизненно важной нефтяной инфраструктурой (и, следовательно, имея весомый политический рычаг для влияния на ситуацию), главной заботой АРЕ и ОАЭ в соседней Ливии является растущий исламистский компонент ПНС, а также открытые формы турецкой поддержки таких групп и недавние военные успехи сил ПНС на востоке страны, которые они рассматривает, как главную угрозу своему влиянию. Египет и Турция — исторические средиземноморские соперники, чьи нынешние правительства придерживаются резко противоположных взглядов на политический ислам. Одной из главных целей национальной безопасности Египта при президенте Абдель-Фаттахе ас-Сиси было сдерживание распространения политических исламистских группировок внутри и вблизи его границ. Таким образом, Каир рассматривает растущее влияние «Братьев-мусульман» и других исламистских политиков в поддерживаемом Турцией ПНС, а также их амбиции получить контроль над Восточной Ливией в качестве первого шага по созданию плацдарма экспансии исламистов непосредственно в сам Египет. В этой связи, Египет будет готов развернуть серьезную военную силу для защиты своей обширной Западной пустыни от вторжения поддерживаемых ПНС боевиков-исламистов из Восточной Ливии. Хотя Египет не склонен сейчас направлять свои вооруженные силы для участия в конфликтах за рубежом в силу экономических и политических рисков, нестабильные районы, непосредственно граничащие с египетской территорией — такие как Ливия, Красное море или Синай, являются исключением из этого правила. По мнению Каира, угрозы национальной безопасности на этих территориях заслуживают дополнительного дипломатического и военного внимания, чтобы предотвратить распространение военной активности на египетскую территорию или оказание поддержки египетским джихадистстким группировкам. Если ЛНА потеряет контроль над Сиртом и Аль-Джуфрой, Египет, таким образом, вероятно, начнет ограниченную военную интервенцию, направленную на поддержание стабильности в  восточной части Ливии и обеспечение того, чтобы силы ПНС не могли продвинуться дальше на восток. Вмешательство Египта будет направлено прежде всего на укрепление обороны ЛНА нефтяных месторождений в Центральной Ливии и усиление обороны ключевых городов вдоль восточного маршрута к Бенгази, таких как Адждабия. Это также, вероятно, включало бы укрепление возможностей противовоздушной обороны ЛНА в Бенгази и прилегающих районах. Средства, которые Каир мог бы использовать, включают силы специальных операций и обычные наземные силы, а также авиацию и батареи ПВО. Египет будет использовать реальные и преувеличенные племенные и исторические связи с Восточной Ливией, чтобы оправдать такое вмешательство, а также будет работать с местными объединенными племенами, чтобы сохранить свои экономические связи в регионе. Некоторые племена в Западной пустыне Египта имеют более тесные социальные и экономические связи с соседними восточными ливийскими племенами, чем с другими египетскими племенами. Хотя в остальном египетское правительство обычно рассматривает эти племена, как политически маргинальные сообщества, Каир будет сейчас стимулировать свои отношения с ними, чтобы оправдать необходимость вмешательства в гражданскую войну в Ливии, как для египетской, так и для ливийской общественности. 16 июля, А.Ф.ас-Сиси встретился с племенными лидерами из восточных ливийских городов Тобрук и Бенгази, некоторые из которых заявили о своей поддержке возможной египетской интервенции.
Таким образом, развертывание египетских войск на востоке Ливии повысило бы риск конфронтации с соперничающими турецкими силами, тем самым еще больше втянув Каир в гражданскую войну в Ливии. Стремление Египта избежать прямой конфронтации с Турцией ограничит масштабы его военных операций в Ливии, но риск столкновений между турецкими и египетскими войсками нельзя свести к минимуму. Прямое вмешательство Египта ограничит экспансию на восток чисто турецких кадровых военных, Анкара предпочтет действовать в данном случае через свои прокси-силы с обеспечением воздушного прикрытия. Турция развернула военные корабли вблизи ливийского побережья для поддержки сухопутных операций и, вероятно, будет продолжать это делать. Египет, тем временем, движется к завершению процесса делимитации морской границы с Грецией. Это означает, что турецкие военные суда должны будут пересечь заявленные Египтом его территориальные воды в случае продолжения своих вспомогательных операций, увеличивая тем самым риск прямой конфронтации. Осложняя переговоры между Восточной и Западной Ливией, египетская интервенция в конечном счете рискует еще больше отложить любые краткосрочные перспективы мирного урегулирования, которое имеют своей целью воссоздание сильной централизованной Ливии. Это может, в свою очередь, оставить Ливию с замороженным конфликтом, подобным тому, что было в Сирии, установив де-факто разделение страны, поскольку Турция и Египет-ОАЭ только будут наращивать масштабную поддержку лояльных себе сил внутри Ливии. Этот сценарий будет увеличивать региональную нестабильность и потоки мигрантов и джихадистов за пределы Ливии. Такое положение дел вынудит США и Европейский союз в конечном итоге принять более практический подход к урегулированию конфликта и непосредственно выступить посредником между Египтом и Турцией. При этом блок может настаивать на создании предложенной Германией демилитаризованной зоны между Восточной и Западной Ливией, хотя это может привести к разделению раздираемой войной страны на де-факто автономные регионы. В этой связи отметим посреднические усилия Москвы в рамках консультаций с Анкарой. На сегодня они пока большого результата не принесли: главной сдерживающей силой для турок с точки зрения начала наступления на Сирт является в большей степени присутствие там бойцов ЧВК «Вагнер», чем дипломатические усилия. Турция и Россия договорились 21 июля продолжать настаивать на прекращении огня в Ливии, но Анкара заявила, что лидер восточных сил Х.Хафтар не является легитимным, и его ЛНА должна уйти с ключевых позиций, чтобы появилась какая-либо заслуживающая доверия сделка. «Мы только что достигли соглашения с Россией о работе над надежным и устойчивым прекращением огня в Ливии», — сказал агентству Рейтер главный советник президента Р.Т.Эрдогана по вопросам безопасности Ибрагим Калын. В среду совместное соглашение Турции и России об их усилиях по прекращению огня включало призыв к мерам по обеспечению гуманитарного доступа к нуждающимся и усилия по содействию политическому диалогу между соперничающими ливийскими сторонами. Он также заявил, что любая сделка должна быть основана на возвращении к тому, что, по его словам, было ливийским фронтом в 2015 году, требуя, чтобы силы Хафтара отступили из средиземноморского города Сирт, ворот к восточным нефтяным месторождениям Ливии, и Аль-Джуфры, авиабазы недалеко от центра страны. «Чтобы перемирие было устойчивым, из Аль-Джуфры и Сирта должны быть эвакуированы силы Хафтара», — сказал Калын агентству Рейтер в интервью в президентском дворце в Анкаре. Но Калын сказал, что Хафтар нарушил предыдущие соглашения о прекращении огня и не является надежным партнером, предложив другим фигурам на востоке Ливии сыграть свою роль. «Мы все равно не воспринимаем (Хафтара) как законного актора», — сказал он. «Но в Тобруке есть еще один парламент. В Бенгази есть и другие игроки. Переговоры должны состояться между ними». Такая позиция Анкары фактически блокирует перспективу любых реально внятных переговоров на сегодня и фактически спасает Хафтара от политического небытия. Сместить его сейчас с поста главнокомандующего ЛНА для АРЕ и ОАЭ будет означать по факту исполнение ультиматума Анкары и потерю лица. В этой связи рискнем предположить, что реально серьезные переговоры между сторонами станут возможными только в случае провала военных попыток турок взять Сирт. То есть, Анкара должна убедиться в том, что чисто военным путем ситуацию в Ливии кардинально в свою пользу изменить не получится.

62.59MB | MySQL:101 | 0,457sec