К вопросу о современной политике Турции в Ливии. Часть 2

Турецкая Республика, на исходе второго десятилетия правления Реджепа Тайипа Эрдогана и его Партии справедливости и развития, перешла к активным действиям на международной арене, с использованием инструментов жесткой силы. Эти действия лежат полностью в русле курса нынешнего турецкого руководства на создание исламского экспансионистского государства, являющегося правопреемником Османской империи.

Одной из точек приложения турецкого, безусловно возросшего за последние годы потенциала, является именно Ливия (а не, допустим, Сирия, которая, как можно констатировать свое уже отыграла – В.К.), где сошлось множество интересов региональных и глобальных игроков.

В центре турецких интересов в Ливии и в регионе, разумеется, обеспечение себе доступа к энергоносителям Восточного Средиземноморья через подписанное с ливийским Правительством национального согласия соглашения об исключительных экономических зонах, которое проводит среднюю линию между ливийской береговой линией и Анатолией, что, безусловно, устраивает турецкую сторону. О турецкой политике в Восточном Средиземноморье и об упомянутом соглашении мы, не раз, уже писали на страницах ИБВ.

12 июля с.г. главный турецкий мозговой центр – Фонд политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV) опубликовал книгу, посвященную ливийской проблематике. Можно считать, что эта книга является первой в своем роди и она, в очередной раз, фиксирует то, что сам Фонд является мозговым центром, который чутко отзывается на текущую политическую повестку даже не статьями, а книгами и сборниками статей. Что, впрочем, понятно с учетом того, что Фонд является, если так уместно будет выразиться, придворным мозговым центром руководства страны.

Книга вышла под заголовком: «Ливийский кризис: политика региональных и глобальных акторов». Как всегда, в случае Фонда – мы имеем делом с плодом авторского труда, написанного по, пожалуй, самой животрепещущей турецкой теме.

Продолжаем анализ первой главы книги, которая озаглавлена как «Ливийский кризис: откуда и куда?». И, в частности, материала под заголовком – «Турецкая инициатива в Ливии и изменяющиеся балансы».

Напомним, что мы закончили на том, что, после периода благополучных и прочных турецко-ливийских связей при режиме Муаммара Каддафи, на пике характеризующихся большой активностью турецких строительных подрядчиков и растущим товарооборотом, последовал период безвременья времени «арабской весны» и «расхлебывания» её последствий.

Этот период был прерван в 2019 году, когда «после атак Хафтара» ливийское правительство обратилось к Турции с просьбой о помощи. Процитируем: «И снова Турция заняла место рядом с Ливийским народом и государством».

Как отмечается в турецком Альманахе, Меморандум о взаимопонимании, подписанный между Турцией и Правительством национального согласия в Ливии, изменил баланс «в пользу ливийского народа и ливийского государства», и этот документ стал основой для разумного решения ливийской проблемы.

Причиной этому является то, что «незаконный актор Халифа Хафтар, в ливийском кризисе, продолжал свои атаки после опубликованного в мае 2014 года заявления о перевороте и отверг любую инициативу политического решения» (из недавнего прошлого: включая Московский и Берлинский процессы – В.К.).

Как указывается авторами материала, в результате встреч, проведенных под эгидой ООН в Схирате, Марокко, в конце 2015 года, было заключено ливийское политическое соглашение, подписанное с участием соответствующих сторон в Ливии. Но режим Хафтара, по словам турецкого автора, воспрепятствовал политическому урегулированию ливийского кризиса.

В частности, когда Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш посетил Ливию в поисках политического решения, «5 связанных с Хафтаром сил», как утверждает автор, «без колебаний напали на Правительство национального согласия, уполномоченное со стороны ООН». И, тем не менее, как отмечает турецкий автор, «международные институты и действующие лица не отреагировали на нападения Хафтара на Триполи, почти ожидая, что он захватит Триполи».

Однако, Турции удалось изменить складывающуюся ситуацию и военный расклад сил в Ливии в пользу международно признанного Правительства национального согласия. Это вмешательство сделало невозможным военное решение ливийского кризиса. Процитируем: «Турция подготовила подходящую почву для того, чтобы практически реализованы решения и политика ООН (по Ливии – В.К.)»

При это, как подчеркивается изданием, ливийский кризис — это сложный кризис с участием местных, региональных и глобальных игроков. А, следовательно, урегулирование ливийского кризиса возможно лишь с заключением международного соглашения.

Процитируем турецкое издание: «Чтобы добиться урегулирования кризиса, сначала должен начаться переговорный процесс, но переговоры также будут возможны благодаря (заключению соглашения о режиме – В.К.) прекращения огня. Однако, не будет разумного прекращения огня, когда ополченцы Хафтара могут угрожать безопасности и стабильности Ливии в любое время. Для того, чтобы переговорный процесс стал в Ливии успешным, стороны должны объединить гражданские и демократические принципы и быть искренними в вопросе политического формата урегулирования. В переговорный процесс должны быть вовлечены все социальные слои и в их центре должны быть требования ливийского народа, а не внешних действующих лиц».

Часть первой статьи озаглавлена как «Ливия: от революции к перевороту».

Как отмечается турецкими авторами, перевороты, наблюдающиеся в арабском мире, нашли свое отражение и в Ливии. Начало протестного движения в Ливии – это 17 февраля 2011 года. В результате вмешательства НАТО и столкновений, «революционеры» вошли в Триполи 20 августа 2011 года. А уже 20 октября 2011 года Муаммар Каддафи был убит со стороны «революционеров» в районе своего родного города Сирт. Это убийство, как отмечается турецким автором, запустило постреволюционный процесс в Ливии.

Процитируем: «В то время как революция вытеснила акторов старого режима из системы, противники периода Каддафи, те, кто не мог удержаться, молодые люди и ливийцы, живущие за границей, отправились в центр системы».

На выборах 7 июля 2012 года в Ливии победил Альянс национальных сил во главе с Махмудом Джабрилем. Как отмечается турецким автором, поскольку тогда на повестке дня не было ни переворота, ни военного варианта, ОАЭ сделали инвестиции в политических игроков в Ливии.

В частности, ОАЭ установили с Джабрилем прочные отношения. 14 ноября 2012 года было сформировано коалиционное правительство во главе с Али Зейданом. При этом, у Махмуда Джабриля было сильное влияние на правительство Али Зейдана.

Партия «Братьев-мусульман» под названием Партия справедливости и строительства была представлена в упомянутом выше коалиционном правительстве пятью министрами. К 2013 году соперничество между Джабрилем и Партией справедливости и строительства (ПСС) достигло высшей точки. Результатом стала отставка министров ПСС из правительства Али Зейдана.

Важной точкой для региона стал военный переворот в Египте, в котором ОАЭ усмотрели важный прецедент и в контексте Ливии.

Как отмечается турецким автором, после этого ОАЭ начали поддерживать вариант переворота и в Ливии. Этому способствовало и то, что ливийские политические союзники не продемонстрировали успехов. Итог: ОАЭ перешли к реализации военного сценария для Ливии.

В результате 14 февраля 2014 года было зачитано официальное обращение о перевороте в стране, совершенном со стороны Хафтара.

Что характерно, объявление в мире о совершенном в Ливии перевороте обнародовал саудовский телевизионный канал «Аль-Арабия». Но тогда, как пишется турецким автором, то объявление не было встречено с достаточной серьезностью. Но, с другой стороны, и никаких мер по отношению к Хафтару не было предпринято.

Хафтар продолжил свое постепенно усиление и 18 мая 2014 года им второй раз было зачитано обращение о перевороте в стране и, вслед за этим, им были начаты военные действия в Бенгази. На тот момент, как подчеркивается турецким автором, в Ливии наличествовал лишь один выбранный парламент (Всеобщий национальный конгресс Ливии) и единственное избранное правительство.

Тогда, в мае 2014 года, международные акторы, включая ООН, предпочли хранить молчание по поводу переворота, предпринятого со стороны Хафтара. На фоне молчаливой позиции международного сообщества и против агрессивной позиции Хафтара, как пишет турецкий автор, официальным руководством страны были созданы военные формирования, которые получили название силы «Ливийской зари». В июле месяце, эти силы выступили против союзников Хафтара в Триполи из Зинтана и вступили с ними в столкновения за контроль над международным аэропортом в Триполи. В результате долгих и кровопролитных боев, как указывает турецкий автор, силам «Национальной зари» удалось установить контроль над Триполи.

Здесь автор отмечает тот однобокий подход, который по поводу событий, происходящих в Ливии, занимает международное сообщество. В частности, в случае атак и наступлений со стороны Хафтара не идет речи о режиме прекращения огня, перемирии или о политическом решении вопроса. Все эти методы выходят на повестку дня лишь на фоне успехов, демонстрируемых со стороны сил «Ливийской зари».

Следующий раздел этой статьи посвящен, той роли, которую играет в Ливийском конфликте Организация Объединенных Наций.

Переговоры с силами Хафтара были начаты под патронажем ООН 4 августа 2014 года. В ноябре 2015 года переговоры переместились в Марокко. И эти переговоры были продолжены вплоть до подписания Ливийского политического соглашения в декабре 2015 года.

Параллельно переговорам, в Ливии состоялись выборы в Палату представителей Ливии. Согласно временной Ливийской Конституции власть от Национального конгресса Ливии перешла к Палате представителей в Триполи. Она должна была начать свою работу в Бенгази, однако, собралась прямо в Тобруке.

Силы «Ливийской зари» и Национальный конгресс прокомментировали это как поддержку Палаты представителей, оказанную Хафтару. При этом, было заявлено о том, что Палата представителей так и не приступила к выполнению своих обязанностей. А, следовательно, вся полнота власти должна оставаться в руках Национального конгресса Ливии.

Результатом этого стало образование в стране, вместо одной, уже двух параллельно действующих структур. С одной стороны, есть Национальный конгресс Ливии и, так называемые, силы «Ливийской зари», а, с другой стороны — сформирована Палата представителей Ливии, поддерживаемая Хафтаром и его ополченцами.

Опять возвращаемся в декабрь 2015 года, когда, согласно подписанному соглашению о политическом урегулировании в Ливии, были возданы политические рамки для устранения этой двойственности. Согласно этому соглашению, Национальный ливийский конгресс преобразуется и продолжает функционировать под названием Высшего государственного совета Ливии. Эта структура является консультационной и утверждающей. С другой стороны, Палата представителей Ливии является органом законодательной власти страны.

Фаиз Саррадж, в свою очередь, является главой правительства, а Высший государственный совет Ливии возглавляет исполнительную власть в стране. Как можно заметить, в такой расстановке балансов в ливийской политической системе для Халифы Хафтара нет места и у него нет официального поста.

То есть, как пишет турецкий автор, Х. Хафтару не удалось уйти с уровня руководства незаконными силами ополчения. Разумеется, подобная ситуация не устроила Х. Хафтара и нападения на Высший государственный совет были продолжены с 2016 по 2018-й годы. В итоге, имплементация политического соглашения по Ливии и создание Высшего государственного совета на востоке страны, со стороны Х. Хафтара, были воспрепятствованы.

Как обращает внимание турецкое издание, эти атаки были оставлены без внимания со стороны постоянного представительства ООН в Ливии. И это лишь подстегнуло Х. Хафтара к тому, чтобы не только активизировать свои действия, но и попытаться заручиться поддержкой на мировой арене.

В частности, как пишет турецкое издание, Х.Хафтар был принят в целом ряде зарубежных столиц, в том числе: в Париже – 29 мая 2018 года и в ОАЭ – 27 февраля 2019 года. Таким образом, стал формироваться образ законного игрока на ливийской площадке. И, даже более того, даже состоялся телефонный разговор между президентом США Дональдом Трампом и Халифой Хафтаром. Все это, как пишет турецкий автор происходило при попустительстве со стороны ООН.

Результатом этой международной деятельности стало то, что Х. Хафтар предпринял попытки к тому, чтобы выйти за рамки «путчиста» и стать политической стороной ливийского конфликта. Наряду с этим, 29 июня 2018 года силами Х.Хафтара был взят последний, неподконтрольный ему на востоке страны город Дерна. После чего, Х.Хафтар устремился на запад страны. 4 июня 2019 года, как напоминается турецким автором, случилось нападение сил Хафтара на законное, международно признанное правительство в Триполи. По причине того, что ООН и глобальные игроки выступали гаранторами ненападения, Правительство национального согласия оказалось к атаке Х.Хафтара неготовым. Лишь только после отражения атаки Хафтара, Правительство национального согласия и связанная с ним Ливийская армия предприняли необходимые меры.

Помимо всего прочего, в июне месяце 2019 года состоялся первый визит Фаиза Сарраджа в Турцию, что создало «новое измерение» в сотрудничестве между Турцией и Ливией по ливийскому кризису. Как подчёркивается турецким автором, турецким выбором стала поддержка законного правительства в Ливии.

Итак, далее автор переходит непосредственно к разделу, посвященному турецкой политике в Ливии.

Фундаментным камнем для нынешней политики Турции в отношении Ливии и для её отношений с этой страной стало подписание 27 ноября 2019 года двух Меморандумов о взаимопонимании с Правительством национального согласия. Эти документы прошли процедуру согласования в Великом национальном собрании (Меджлисе) Турции 5 декабря м 21 декабря 2019 года. Вслед за этим состоялось экстренное заседание турецкого Меджлиса, в ходе которого рассматривался вопрос оказания Турцией военной помощи Правительству национального согласия. Оппозиционные партии, включая НРП, ХП и ПДН, выступили против предложенной резолюции. Зато народный альянс в составе правящей Партии справедливости и развития и Партии националистического движения проголосовал за резолюцию, которая, в итоге, прошла утверждение в Меджлисе 325-ю голосами «за». Итог: 2 января 2020 года турецкий Парламент дал полномочия президенту Р.Т. Эрдогану принимать решение о вводе в Ливию турецких войск.

Как отмечается турецким автором, целью этих соглашений является наращивание политического и военного сотрудничества между Турцией и Ливией, а также создание благоприятной среды для достижения политического урегулирования в стране. Говоря о военном Протоколе, подписанном между Турцией и ПНС, оно подразумевает, в частности: подготовку, передачу опыта, консультирование, планирование, поддержку поставками, возможность создания совместного офиса в сфере безопасности и обороны.

52.54MB | MySQL:112 | 0,408sec