Коронавирус в Иране и нападки на «Фонд обездоленных»

В Иране не снижается рост жертв коронавирусной пандемии. Сима Лари, пресс-секретарь Министерства здравоохранения сообщила 18 августа свежие цифры: 165 скончавшихся за сутки, что на 18 человек превышает предшествовавшую дату. Общее число жертв в стране составило уже 19 тысяч 804 человека. Лишь за последние сутки к числу заразившихся этой инфекцией  прибавилось 2133 человека. Всего больных коронавирусом в ИРИ насчитывается сейчас 345 тысяч 255 человек, причем в тяжелом состоянии находятся 3773 человека. В числу провинций «красной зоны», где сохраняется серьезная опасность увеличения жертв пандемии, отнесены Тегеран, Мазандеран, Кум, Голестан, Северный Хорасан, Ардебиль, Исфахан, Альборз, Хорасанэ Разави, Керман, Семнан, Восточный Азербайджан, Центральная, Йезд и Гилян, то есть половина страны. С точки зрения Минздрава, чуть меньше беспокоит ситуация и в ряде других провинций – Фарс, Илам, Луристан, Хормозган, Зенджан, Казвин, Западный Азербайджан, Бушир, Хамадан. Однако, главная проблема ситуации с коронавирусом в Иране заключается в тяжелой экономической ситуации, не позволяющей должным образом финансировать затратную борьбу с этим заболеванием, закупать необходимое количество лекарств, медикаментов, масок, противовирусной одежды для персонала больниц.

Задаваясь вопросом поиска средств для кампании борьбы с коронавирусом, в иранских СМИ уже несколько месяцев, то затихая, то разрастаясь, звучит мысль о том, что надо бы «потрясти» организации, освобожденные от налогов или пользующихся  различными видами льготного налогообложения. Указующий перст регулярно обращается в сторону  полностью освобожденных  от налогов разнообразных шиитских фондов, своего рода «священных коров» иранской исламской экономики, например, «Астан-е кудс-е Разави», «Бонйад-е Мустаъзафан» и др. По данным  СМИ,  лишь упомянутые  организации контролирует громадные земельные участки,  оцениваемые  в 20 млрд долларов, 73% иранского производства стекла, 43% производства напитков, около 20% текстильной промышленности и практически все крупные отели. Другая важная структура, Корпус стражей исламской революции (КСИР) является, как широко известно,  и промышленным, инфраструктурным и финансовым монстром, своего рода государством в государстве, реализующим такие важные проекты как ракетную и атомную программы. Разумеется, и КСИР не  платит никаких налогов. При нынешней ситуации уплата этими структурами хоть каких-то отчислений могла бы существенно облегчить  финансовое давление на страну.

Серьезное внимание к этой проблеме породило и общественное внимание к фондам, желание исследовать, все ли в них «чисто». На таком фоне вполне объяснимо заявление  депутата Собрания исламского Совета Ирана (парламента ИРИ) Ахмада Тавакколи в интервью тегеранской газете «Эътемад» («Доверие») в номере от 17 августа, где он  заявил, что офис верховного лидера ИРИ аятоллы Али Хаменеи всяческими путями уклоняется от того, чтобы признать, что деятельность «Фонда обездоленных» («Бонйад-э Мостазъафан») пронизана коррупционными схемами. Это старейшая неправительственная организация, созданная в первые недели после Исламской революции, в конце февраля 1979 г. по указу  тогдашнего лидера Ирана аятоллы Рухоллы  Хомейни. Поначалу фонд сформировался из национализированного имущества и собственности шаха и высшей политической и экономической элиты шахского Ирана. В соответствии со своим  уставом «Фонд обездоленных» функционирует как независимое юридическое лицо с бюджетом,  который оценивают в 10 % от национального бюджета ИРИ. Он действует преимущественно в экономической и социальной сферах. Фонд имеет собственную авиакомпанию, морской флот, финансово-кредитный центр с 253 отделениями по всей стране. Ему  подчиняются порядка 400 промышленных, сельскохозяйственных и строительных компаний в таких сферах как сельское хозяйство, строительство, промышленность, горное дело, нефтепереработка, транспорт и др. Как и КСИР, фонд может с полным правом называться государством в государстве.

Как видно из текста интервью, финансовые потоки этой организации составляют 36 трлн туманов, что составляет по официальному курсу примерно 9 млрд  долларов. Прозрачность использования средств этого одного из крупнейших действующих на сегодня в стране  исламских фондов, считает парламентарий, должна контролироваться канцелярией верховного лидера страны аятоллы Али Хаменеи. Но именно этот офис препятствует проведению прозрачного аудита его деятельности. Заметим, что Ахмад Тавакколи представляет в нынешнем составе парламента фундаменталистское большинство. В интервью газете «Эътемад» Тавакколи рассказал, что более полутора лет назад получил аудиенцию у Хаменеи, «в ходе которой я сказал уважаемому лидеру, что тот очень много говорит о прозрачности и транспарентности, и его должность – высшая в стране, которая высказывается по этому важному поводу». «Я сказал тогда лидеру, -говорится в статье,- что из его высказываний следует, что народ должен знать все о происходящем в стране, кроме вопросов обороны и безопасности, носящих стратегическую значимость».  «Но сегодня, — говорит далее А.Тавакколи в интервью газете «Эътемад», — мы являемся свидетелями того, 90% документов в стране носят гриф секретности, доказывая тем самым, что народу не надо об этом знать». Парламентарий напомнил в интервью, что во время беседы с Хаменеи, он сказал тому, что если вы говорите о прозрачности и транспарентности, то начинать нужно с офиса верховного лидера. «Если лидер наведет полный порядок и даст отчет о состоянии финансовых дел в своей канцелярии, то его примеру не могут не последовать и другие важные организации, например, «Фонд обездоленных»». По словам депутата, после этого разговора с верховным лидером, он сформировал группу молодых квалифицированных экономистов, они подготовили проект по антикоррупционным мероприятиям и представили его в офис аятоллы Али Хаменеи. Однако дальше дело не пошло, в офисе аятоллы организовали «круговую» оборону против документа и в руки верховного лидера он не попал. Как считает Тавакколи, окружение аятолла Али Хаменеи скрывает от него все проблемы и сложности в жизни страны, или  беззастенчиво обманывает его. «Мы все уподобляемся человеку, которому все время лгут, он к этому привыкает, но когда сообщат правду, народ этому не поверит, потому что привык жить во лжи», — пишет в газете «Эътемад» иранский парламентарий от фундаменталистского лагеря А.Тавакколи, пришедший к выводу, что исламский режим в Иране теряет доверие народа.

Вот почему, по мнению парламентария, всевозможные подозрения начинают вызывать у населения и привычные, на первый взгляд, исламские институции, например, «Фонд обездоленных». Тавакколи осмеливается утверждать, что многое из того, что составило нынешнюю финансовую мощь «Фонда обездоленных», было настоящим разграблением народа, «предпринятое только что возникшими революционными судами, во главе которых стояли совершенно неграмотные исламские судьи». В последние годы начаты расследования в этой связи, и некоторым гражданам вернули их имущество.  «На сегодня Фонд превратился в авторитетную организацию с длинным послужным списком и грандиозным финансовым оборотом». Вместе с тем, в ИРИ бытует мнение, что часть прибыли напрямую переводится на банковские счета верховного лидера страны. «А тот факт, что активы Фонда напрямую связаны с аятоллой Али Хаменеи, объясняют то, что никакой прозрачной информации о финансовом положении Фонда нигде и никогда не публикуется. Однако ясно, что это многие миллиарды долларов».

Публикацию текста интервью А.Тавакколи в тегеранской газете «Эътемад» можно считать очередным проявлением политической борьбы в среде иранского руководства, поиском путей выхода из критической ситуации, в которой оказался Иран. Одновременно, интервью Тавакколи можно рассматривать как явное посягательство на все более расшатывающиеся основы исламского режима в ИРИ.

52.1MB | MySQL:103 | 0,571sec