О выступлении премьер-министра Израиля Б.Нетаньяху на сессии ГА ООН

29 сентября 2020 г. глава израильского правительства Б.Нетаньяху выступил на в 75-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, которая в текущем году была организована в режиме видео-обращений, присланных участниками мероприятия заранее и транслируемых в прямом эфире в определенной последовательности. При этом до назначенного времени делегаты сессии, и израильская сторона особенно, старались не допускать утечек содержания  докладов. Дистанционная работа была названа экспертами одним из главных событий, реализованных в рамках т.н. кибердипломатии, получившей широкое распространение на фоне пандемии.

Традиционно ежегодные прения в ООН выполняли помимо основной еще одну важную функцию. Речь идет о предоставлении площадки для формального и неформального общения на полях сессии первым лицам государств, в том числе тех, чьи дипломатические контакты затруднены или отсутствуют. Израиль этой возможностью неоднократно пользовался. Впрочем, и ключевая составляющая работы 75-й сессии – дебаты, причем ориентированные прежде всего на внутреннюю аудиторию, столкнулась с серьезными трансформациями, поскольку он-лайн формат привел к более широкой вовлеченности общественности и СМИ, что экспертами было оценено, скорее, негативно. Израиль на первый взгляд в этой ситуации пострадал еще заметнее, поскольку выступление премьер-министра государства было запланировано на последний день прений, где Б.Нетаньяху соседствовал преимущественно с африканскими и латиноамериканскими представителями, при отсутствии своего главного союзника – США и геополитического противника – Ирана, которым из года в год посвящены его речи с трибуны ООН.

В качестве приоритетных тем нынешней Генеральной Ассамблеи были названы: содействие международной стабильности, партнерство в целях устойчивого развития, права человека и проблема изменения климата. Еще в преддверии сессии израильские обозреватели сделали предположение, что смысл выступления Б.Нетаньяху будет в демонстрации дипломатического успеха в деле достижения мира с региональными умеренными лидерами. При таком раскладе, как кажется, стране было бы легче извлечь выгоду из казалось бы некомплиментарной для себя программы выступлений, поскольку изменилась и его цель. Если раньше израильский делегат старался донести до собравшихся опасности, то теперь, как отметил обозреватель Maariv Ш.Шамир, израильская дипломатия наоборот хотела бы показать свою склонность действовать в духе ООН, то есть продвигать международный мир и устойчивое развитие. Следовательно, можно говорить и о попытке добиться налаживания отношений с организацией и ее специализированными учреждениями.

Впрочем, в преддверии события была выдвинута и другая версия, объясняющая, почему ежегодный акцент на Иране должен сместится на второй план. Так, приглашенный эксперт программы «Ядерная политика» Фонда Карнеги А.Левит, сделал предположение, что данный факт связан с неспособностью премьер-министра за годы активных усилий на упомянутом направлении, в том числе в ООН, добиться успеха в сдерживании иранских ядерных амбиций. Не помогло ему даже ставшее легендарным выступление с макетом бомбы. Следовательно, эта проблематика была оттеснена на второй план недавними успехами, способными позитивно отразиться на имидже политика, что особенно значимо в контексте политической ситуации в Израиле. Кроме того, сюда можно добавить и сложность иранской повестки для отношений США и европейских игроков, вовлеченных в переговоры с Тегераном, что также требует учета и выверенности со стороны Иерусалима.

Выступление Б.Нетаньяху в ООН в 2020 г. стало рекордно кратким. Израильские обозреватели пытались строить догадки или иронизировать на этот счет, но этому можно дать и вполне логичное объяснение. Вытекает оно как раз из указанной выше особенности сессии – серьезного расширения аудитории ее слушателей. Более того, как выяснилось, повестка дня, кажущаяся важной ООН, далеко не во всем отвечает интересам СМИ и общества. Так, в Израиле трансляция речи главы правительства в какой-то момент была прервана в пользу выступления министра связи Й.Генделя («Дерех Эрец»), рассказывавшего о сетях 5G. Его интервью оказалось не только более интересным для зрителей, больше переживающих за карантин по Covid-19, экономический кризис или политическую ситуацию, но и в целом даже в большей степени отвечает внешнеполитическим запросам, так как  5G имеет прямое отношение к противоречиям США и КНР, в которые вовлечен и Израиль. Также обращает на себя внимание небольшой интерес печатных израильских СМИ к сессии в целом и участию главы правительства в ней  в частности.

Говоря о самой речи Б.Нетаньяху, можно выделить три смысловых блока. Первый, как и ожидалось, посвящен мирным договоренностям с ОАЭ и Бахрейном. Характеризуя их, премьер-министр подчеркнул: «Это был первый мирный договор между Израилем и арабской страной более чем за четверть века. И это был первый случай, когда мирные соглашения между Израилем и двумя арабскими странами были подписаны в один день». Завершился этот, пожалуй, самый предсказуемый раздел надеждой в скором времени расширить список стран, с которыми будет достигнут дипломатический прорыв. Впрочем, одно обстоятельство здесь все же вызывает вопросы. Помимо регионального направления Израиль до сессии успел сделать важные шаги по улучшению своего положения на международной арене в направлении Косово и Сербии, но данная проблематика в ООН не звучала. Это могло объясняться сложностью отношений Белграда и Приштины для ЕС, с чем эксперты связывают большую неопределенность их отношений с ближневосточной страной, нежели перспективы контактов Иерусалима с Абу-Даби или Манамой.

Второй компонент речи – палестинские дела. По смыслу он логически вытекает из первого, поскольку, по словам Б.Нетаньяху, в течение долгого времени мирный процесс «оставался заложником совершенно нереалистичных требований палестинцев», которые теперь потеряли «право вето». По сути, речь здесь идет о целесообразности заключения сепаратных мирных договоров, которые исторически считались выгодными для выхода из конфликта с меньшими потерями для сторон, которые не являются основными противниками.

Наконец третий большой блок – Иран. Он охватил две важные составляющие, а именно ядерную сделку и прокси, причем последняя получила больше внимания. Здесь же проявилась и традиционная склонность Б.Нетаньяху к максимальной наглядности выступлений. На этот раз он демонстрировал фото районе Джанах близ аэропорта ливанской столицы, сообщив, что там находится склад оружия, принадлежащего «Хизбалле». Соответственно, этот жилой квартал может повторить печальную судьбу порта Бейрута. Таким образом, в иранском разделе выступления преобладающим стал акцент на необходимости способствовать разрыву союзнических отношений между ИРИ и его прокси. Показано это было на примере Ливана, содействием которому занимается международной сообщество, в частности, влиятельные европейские игроки. Более того, именно там возможность разорвать связи кажется Израилю более перспективной из-за протестных настроений населения, которые глава правительства тоже упомянул. По сути, его обращение к народу Ливана стало чем-то аналогичным тому, как глава израильского правительства предлагал поддержку иранцам, протестующим против режима, угрожающего Израилю и угнетающему собственное население.

Сквозной темой для Б.Нетаньяху традиционно стали отношения с США. Глава правительства ближневосточного государства подчеркнул важность произраильских шагов администрации Д.Трампа, таких как перенос посольства  в Иерусалим и т.д., а также перспективность мирного проекта, что было доказано соглашением с ОАЭ и Бахрейном. Вместе с тем, как отмечает ряд обозревателей, разговоры об Америке были лишены пафоса в виде речей о беспрецедентном характере отношений или Д.Трампе как особенном друге Израиля. В этом можно увидеть попытку смягчить ожидаемую критику такого рода заявлений, что особенно важно на фоне президентской гонки в США, выходящей на финишную прямую, когда республиканскому кандидату важно показать практическую значимость деятельности его администрации, избегая возражений демократов о том, что он рушит т.н. двухпартийный консенсус.

В целом Б.Нетаньяху и израильская дипломатия в рамках 75-й сессии ООН смогли достойно ответить на коронавирусный вызов традиционным формам и методам работы. Здесь речь, прежде всего, идет о четкости и краткости выступления, которое в силу многих причин заведомо не могло бы получить такого же резонанса, как в прошлые годы. Вместе с тем оценки обозревателей и экспертов показывают, что смягчить негативные настроения в отношении самого Б.Нетаньяху это не может, что, в свою очередь, сигнализирует об эрозии того внешнеполитического капитала, который лидер Ликуда традиционно пытается использовать для доказательства своей успешности на ключевом посту по сравнению с политическими соперниками.

В том, что касается международной политики, заметна явная попытка предугадать и учесть интересы ключевых европейских государств, имеющих вес в ООН. Объяснение такой стратегии может быть связано с несколькими факторами. Во-первых, в направлении Ливана интересы Израиля и европейских доноров в лице Франции и США могут во многом совпасть. Во-вторых, излишне подчеркнутая связь с Вашингтоном негативно сказывается как на Д.Трампе, так и на Б.Нетаньяху. В-третьих, в Европе, а особенно в ФРГ, как показало выступление А.Меркель на той же 75-й сессии, все больше хотят добиться реформы Совета Безопасности ООН, что может иметь для Израиля двоякие последствия.

51.91MB | MySQL:101 | 0,363sec