Американские эксперты о смене финансового и экономического руководства Турции

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган назначил нового министра финансов и казначейства. Соответствующий указ опубликован во вторник в официальном правительственном вестнике «Ресми газете». Новым главой Минфина стал Лютфи Эльван, который с 2013 по 2015 год занимал должность министра транспорта, мореходства и связи. Предыдущий министр финансов и казначейства Берат Албайрак объявил о своем намерении уйти в отставку в воскресенье. Эрдоган принял его отставку уже в понедельник. Албайрак является зятем президента Турции. С 2015 по 2018 год он занимал должность министра природных ресурсов и энергетики, а в 2018 году возглавил Министерство финансов и казначейства. Турецкие СМИ утверждают, что отставка Албайрака связана с тем, что Эрдоган без ведома последнего принял решение снять Мурата Уйсала с должности главы Центробанка Турции и назначил на его место Наджи Агбала. Официально отставка связана с «ухудшением здоровья» бывшего министра, он собирается проводить больше времени со своей семьей после пяти лет государственной службы. В реальности же отставка Албайрака произошла на следующий день после того, как Эрдоган уволил и заменил главу Центрального банка бывшим министром финансов Наси Агбалом после нескольких недель снижения курса лиры по отношению к доллару США. Эрдоган предпринял эту акцию после рекордного 30-процентного падения курса турецкой лиры по отношению к доллару в этом году, и она была сделана без ведома Албайрака. Но это было вторичной причиной. Ряд источников указывают на то, что Албайрак и Агбал кардинально расходятся во мнениях относительно экономической политики, причем стиль экономического управления первого рассматривался вторым как слишком интервенционистский. «Само назначение говорит о том, что Агбал собирался отчитываться непосредственно Эрдогану, а не Албайраку», — сказал один из источников. Агбал — четвертый глава Центрального банка страны за последние пять лет. В прошлом году Эрдоган уволил предыдущего управляющего Центробанком за сопротивление его приказу по снижению процентных ставок, что сильно подорвало доверие к независимости Центробанка среди иностранных инвесторов. Этот шаг Эрдогана по принудительному повышению процентных ставок прямо и косвенно сжег десятки миллиардов долларов активов Центробанка в рамках поддержки лиры, в то время как Турция имеет более 100 млрд долларов внешнего долга, который должен быть выплачен в ближайшем будущем. Как полагают американские эксперты, наметившаяся кадровая перестановка среди финансового и экономического руководства Турции свидетельствует о растущем политическом давлении на правящую Партию справедливости и развития (ПСР) и внутри нее с целью определения путей выхода из перманентного экономического кризиса, а также может инициировать сдвиг в денежно-кредитной политике Турции, который будет приветствоваться рынками и инвесторами. Турецкая валюта выросла, когда рынки открылись 9 ноября до 8.1358 лиры за 1 доллар США, но темпы укрепления национальной валюты и восстановления экономики, будут зависеть от решений, которые примет экономическая команда Эрдогана и от того, действительно ли она готова корректировать экономическую политику в сторону от последних двух лет политики смягчения. Назначение Агбала, который является технократом, может сигнализировать о готовности турецкого правительства быстро повысить свою основную процентную ставку, чтобы восстановить доверие к лире. Как бывший глава Управления бюджета и стратегии президента, Агбал хорошо понимает позицию Эрдогана по экономическим вопросам и ассоциируется со школой экономической политики во главе с Али Бабаджаном, который возглавлял экономическую политику ПСР в процветающие 2000-е годы. Продолжающаяся борьба Турции с обесцениванием лиры перед лицом инфляции — и ее негативное влияние на покупательную способность населения, уровень потребительского доверия и приток иностранной валюты является основной проблемой, как для турецких инвесторов, так и для обычных граждан. Первоначальная реакция рынка на кадровую встряску была положительной, и лира восстановила некоторые позиции по отношению к доллару США. Это важно, потому что замедленный валютный кризис Турции может ускориться без решительных политических действий. Инвесторы также обеспокоены тем, что снижение курса лиры продолжится перед лицом новой администрации США во главе с Джо Байденом, который может пойти на сознательное напряжение американо-турецких отношений. Турецкая лира значительно обесценилась с начала 2020 года. Лира закрылась снижением по отношению к доллару США 6 ноября более чем на 41% по сравнению с концом 2019 года. Инфляция составила 11,9% процента в октябре, по сравнению с политикой Центрального банка в размере 10,25%. Тайные усилия Центрального банка Турецкой Республики (ЦБРТ) по повышению стоимости фондирования в лире за счет операций с ликвидностью не произвели на рынки впечатления эффективного ужесточения политики борьбы с инфляцией. Мрачная экономическая реальность Турции и связанное с ней политическое давление, вероятно, побуждают Эрдогана пересмотреть и скорректировать свое предпочтение неортодоксальной денежно-кредитной политике, которая будет предусматривать повышение процентных ставок, несмотря на стимулирование нового витка инфляции. Это означает по факту косвенное признание провала президентом своей экономической политики в последнее два года. Поскольку турецкую экономику продолжает лихорадить на протяжении всего 2020 года, оппозиционные политические партии критиковали неэффективность правящей партии и выражали тревогу по поводу таких проблем, как трата Турцией значительной части своих валютных резервов на поддержку своей ослабленной валюты. Goldman Sachs недавно подсчитал, что Турция потратила более 100 млрд долларов валютных резервов в 2020 году на поддержку своей валюты, что с тех пор вызвало атаки оппозиционной партии против ПСР за неправильное управление ценными иностранными фондами Турции. Это породило и внутренний кризис в самой правящей ПСР: некоторые видные члены партии покидали ее в течение последних двух лет из-за их критики именно экономической политики правительства и президента. Почти все провластные СМИ не сообщали об отставке Албайрака, и Эрдоган не упоминал об этом в своих выступлениях, подпитывая предположения о том, что некоторые чувствительные разногласия внутри правительства и правящей партии повлияли на решение Албайрака уйти в отставку. Политическая система Турции предоставляет президенту основные полномочия по принятию решений во всех экономических и финансовых вопросах. Таким образом, любое изменение политики потребует молчаливого одобрения Эрдогана, но его возможные действия на этом направлении несут в конечном счете еще больше рисков подорвать независимость Центрального банка.

Рынки и инвесторы будут внимательно следить за изменениями политики новых экономических и финансовых команд Турции, которые окажут ощутимое, материальное влияние на лиру и инфляцию, а также на валютные резервы страны. Заседание комитета Центрального банка по денежно-кредитной политике состоится 19 ноября и станет первой возможностью оценить мышление новой команды (Абгал уже сказал, что не ожидает каких-либо серьезных решений, которые будут приняты до этой встречи). В качестве неожиданного шага в конце сентября ЦБ повысил свою основную ставку на два процентных пункта, но перешел на дальнейшее повышение в октябре, что добавило девальвационного давления на лиру. Неспособность правительства выполнить невнятное обещание еще больше повысить процентные ставки, чтобы обеспечить положительную разницу по отношению к инфляции, ускорит обесценивание лиры, а также может привести к дальнейшему ухудшению и без того неустойчивого внешнего финансового положения Турции.

51.49MB | MySQL:104 | 0,806sec