Турция, Ирак и Иран создают широкий фронт для борьбы с Рабочей партией Курдистана и ее союзниками

Премьер-министр Ирака Мустафа аль-Казыми получил официальное приглашение посетить Турцию от ее президента Реджепа Тайипа Эрдогана. Об этом сообщила канцелярия главы иракского правительства 14 октября. Как отмечается, приглашение турецкого лидера содержалось в письменном послании на имя премьера Ирака, переданном послом Турции в арабской стране Фатихом Йылдызом. «На встрече обсуждались вопросы укрепления двусторонних отношений в различных сферах», — добавили в офисе аль-Казыми. Отношения Багдада и Анкары давно складываются не лучшим образом. ВС Турции периодически наносят точечные удары по объектам Рабочей партии Курдистана (РПК) на севере Ирака, где у этой организации есть лагеря, укрытия, командные пункты и склады с оружием. Санкцию на такие трансграничные операции военным дает парламент, который на протяжении последних лет продлевает соответствующий мандат, выдаваемый сроком на год. Анкара считает РПК террористической организацией и одной из основных угроз национальной безопасности. Ирак же осуждает вторжения на свою территорию турецких ВС, называя действия Анкары нарушением суверенитета.

В августе турецкий беспилотник по ошибке атаковал колонну иракских пограничников к северо-востоку от города Эрбиль, в результате чего, как сообщалось, были убиты 16 человек, в том числе 5 военнослужащих, включая двух старших офицеров, а также 11 членов РПК. Вслед за ударом послу Турции была вручена нота протеста, а МИД арабской республики объявил об отмене всех визитов турецких официальных лиц. Рискнем предположить, что на сегодня эти разногласия преодолены и стороны работают совместно против целей РПК. на севере Ирака. Причем при активном участии курдской пешмерги ДПК. В этой связи ряд экспертов указывают, что нынешние внутрикурдские столкновения на севере Ирака могут привести к дополнительным атакам на близлежащую нефтяную инфраструктуру, поскольку РПК отвечает на попытки иракских и турецких сил сократить присутствие и активность организации в богатом ресурсами регионе. 4 ноября боевики РПК атаковали конвой курдских сил пешмерга в районе Шаманке иракской провинции Дохук, в результате чего один человек погиб и еще двое получили ранения. Также сообщалось о двух нападениях РПК на нефтегазовую полицию регионального правительства Иракского Курдистана  в Дохуке, в результате которых были ранены полицейские, охранявшие нефтяные объекты. Как федеральное правительство Ирака в Багдаде, так и курдская администрация в Эрбиле решительно осудили недавние нападения и обвинили РПК. 6 ноября Союз общин Курдистана, еще одна курдская организация, тесно связанная с РПК, заявила, что она защищает свои базы и не пытается атаковать боевиков пешмерги. В этой связи отметим, что эти столкновения вспыхнули после очень примечательного инцидента в конце октября. Власти курдской автономии заявили 24 октября, что сорвали план РПК по нападению на иностранных дипломатов. Это заявление прозвучало более чем через год после убийства турецкого консульского чиновника в курдской столице Эрбиле (был застрелен в кафе), что было приписано РПК. В заявлении Высшего агентства безопасности регионального правительства Курдистана (KRG) говорится, что нападавшие, связанные с РПК, планировали убить дипломатов в Эрбиле, но не указали из какой страны. Очевидно однако, что речь идет именно о турецких дипломатах. «Группа была замечена, а затем перехвачена силами безопасности в ходе операции, длившейся четыре месяца», — говориться в заявлении. Официальный представитель курдской политической группировки, связанной с РПК, при этом отрицал ее причастность к каким-либо запланированным нападениям. Безусловно также, что это заявление было сделано в связи с тем, что РПК находится сейчас под беспрецедентным давлением турецких военных, которые атакуют ее базы в Северном Ираке, а также иракских и курдских властей, которые хотят изгнать ее из районов вдоль сирийской границы. Если говорить более просто, то сейчас реализуется соглашение о безопасности между Эрбилем и Багдадом, направленного на изгнание всех членов РПК из района Синджар на сирийской границе. Северный Ирак сейчас расколот между различными иракскими и курдскими силами, шиитскими ополченцами и более мелкими вооруженными группировками. РПК вела свои повстанческие действия в Турции с баз в горных районах Северного Ирака, а в последние годы создала базу на северо-востоке Сирии через свой филиал YPG. Нынешняя атака на базы РПК осуществляется в основном силами ополчения доминирующей в Эрбиле Демократической партии Курдистана при активной поддержки Турции. Турецкое вторжение в Ирак в этом году является одним из самых крупных за последние годы

Как полагают американские эксперты, инцидент 4 ноября окончательно нарушило негласную разрядку между некоторыми вооруженными курдскими силами в Северном Ираке, что побудит Эрбиль и Багдад ужесточить свои операции против баз РПК в регионе. Иракское и курдское правительства терпели присутствие РПК в течение многих лет, хотя нападения  на нефтяной сектор страны укрепят решимость Эрбиля и иракского федерального правительства в борьбе с РПК. До последнего по времени нападения внутрикурдское насилие в регионе с участием РПК было относительно редким, благодаря неформальному соглашению среди курдских вооруженных сил с конкурирующими этническими и социальными лояльностями, а также тому факту, что главным политическим противником РПК является Турция, а не другие курды. Однако любые шаги по оказанию давления на РПК с целью сокращения ее присутствия приведут лишь к тому, что боевики будут продолжать ожесточенно защищать свою территорию, учитывая, что РПК не имеет альтернативных вариантов укрытия. Это увеличит риск дополнительных столкновений, которые только еще больше подпитают доводы Багдада о том, что сильная РПК стимулирует слишком большую дестабилизацию.

Осуждение Багдадом РПК также улучшит его отношения с Турцией, поскольку Анкара наращивает свои собственные операции против РПК на севере Ирака. Турция рассматривает РПК как главную угрозу безопасности из-за ее сепаратистских целей. Борьба Анкары с РПК в значительной степени направлена на сдерживание ее активности и влияния внутри Турции. Но присутствие РПК в Ираке также подтолкнуло Турцию к увеличению своего военного присутствия и операций против этой организации на иракской территории в последние годы, и было главным двигателем турецкой антикурдской политики. Демократическая партия Курдистана (ДПК) является одной из немногих курдских политических сил в регионе, с которой Турция имеет позитивные отношения. Если учесть, что ДПК является самой мощной курдской организацией в Северном Ираке, то именно от нее зависит, сохранит ли РПК свои базы в Иракском Курдистане после недавних нападений. Поскольку РПК борется сейчас за сохранение своих позиций и базирование в Северном Ираке, в среднесрочной перспективе вероятны  мелкие нападения на силы пешмерга в этом районе, а также перебои в работе близлежащих нефтяных объектов и дополнительные нападения на трубопроводы. Многие иракские и иностранные нефтегазовые компании эксплуатируют нефтегазовые объекты в этом районе. РПК знает, что нефтяные и газовые месторождения на сегодняшний день являются главным источником доходов региона и, следовательно, основной статьей поступления денег в бюджет Иракского Курдистана, что увеличивает риск дальнейших нападений на эту инфраструктуру.

На фоне этих событий надо отметить два момента.

  1. Нынешние атаки на базы РПК надо четко связывать с началом активной минно-фугасной войны филиала РПК в лице «Сил демократической Сирии» (СДС) на севере Сирии против турецких прокси и Вооруженных сил Турции. Рискнем утверждать, что эти операции если не управляются, то молчаливо поощряются США. Таким образом, речь в контексте этой операции идет не только о защите нефтяной инфраструктуры, но и об ослаблении тыловых баз СДС в Ираке.
  2. В нынешнем давлении на РПК помимо перечисленных сил участвуют и иранцы. Вообще создание в настоящий момент широкого фронта против РПК было бы маловероятным без участия в нем Тегерана. Совместное заявление Ирана и Турции о координации усилий по борьбе с вооруженными курдскими группировками в Ираке от 8 сентября предусматривает совместные операции, которые по факту начались еще за месяц до его подписания. При этом Турция начала воздушную и наземную операцию против РПК еще в середине июня в районе Хафтанина в северной иракской провинции Дохук. За этим последовали артиллерийские и воздушные удары Ирана по базам, принадлежащим иранским курдским оппозиционным группировкам в горах провинции Эрбиль, прилегающей к Ирану. Дочернее иранское ответвление РПК Партия свободной жизни Курдистана (PJAK) и другие неаффилированные оппозиционные группы, такие как Демократическая партия Курдистана Ирана (KDPI), боролись с Турцией и Ираном соответственно в течение десятилетий, требуя большей автономии для курдских меньшинств в каждой стране. В сентябрьском заявлении Ирана и Турции говорится, что «обе страны обязаны в полной мере использовать существующие механизмы сотрудничества против деятельности элементов РПК/ PJAK и других террористических организаций вдоль общих границ». Напомним, что PJAK была основана в 2004 году в соответствии с теми же идеологическими принципами основателя РПК Абдуллы Оджалана, который призвал к децентрализованной Конфедерации курдов и других ближневосточных народов по всему региону в качестве решения проблемы межконфессиональной и этнической розни. Хотя эта группировка исторически не проявляла такой активности, как РПК в Турции, иранское правительство все чаще рассматривало ее как взаимную угрозу и периодически сотрудничало с Турцией в борьбе с ней. «Хотя Иран и Турция являются соперниками по многим вопросам, они солидарны в борьбе с РПК и PJAK, поскольку они видят в нас барьеры перед своими амбициями в области политики расширения. Это не первая их скоординированная операция. Новое соглашение Анкары и Тегерана появилось после того, как Турция была разгромлена партизанами РПК в Хафтанине. Теперь обе страны планируют начать скоординированные атаки, турецкая армия из Хафтанина, а иранские войска атакуют нас с гор Кандиль, где мы будем сопротивляться всеми нашими вооруженными силами», -заявил в сентябре старший член PJAK Ахван Шиако. Он также обвинил основные правящие партии в Иракском Курдистане -Демократическую партию Курдистана (ДПК) и элементы Патриотического союза Курдистана (ПСК) — в «шпионаже» в пользу Турции и Ирана против их курдских «братьев». Курдские иранские оппозиционные партии в прошлом году создали в Швеции Центр сотрудничества политических партий Иранского Курдистана для более тесного сотрудничества как в дипломатической, так и в вооруженной борьбе. Иран в ответ атаковал штаб-квартиру KDPI в Койе, в 100 км к востоку от Эрбиля, несколькими ракетами 8 сентября, убив по меньшей мере 11 человек и ранив десятки. Тогда же иранской агентурой в Эрбиле было ликвидировано несколько эмиссаров этой партии. «Цель Ирана не только нацелена на нашу борьбу в Иранском Курдистане. Исламский режим сотрудничает с Турцией, Сирией и Ираком против курдов всякий раз, когда вокруг них возникают опасные условия», — сказал Кава Бахрами, командующий силами KDPI. Бахрами сообщил, что при посредничестве Норвегии в прошлом году состоялись мирные переговоры между четырьмя основными иранскими курдскими оппозиционными партиями и Тегераном. Однако переговоры не принесли никаких результатов. «Иран только выигрывал время, чтобы выскользнуть из-под международных санкций, а иранский режим никогда не признает национальных прав курдов», — сказал Бахрами.
51.9MB | MySQL:101 | 0,343sec