Большая стратегия Турции. Часть 4

Очередной виток конфликта в Нагорном Карабахе, фундаментальным отличием которого стало непосредственное участие в нем Турции, можно рассматривать в качестве свидетельства изменения регионального баланса сил в желаемом для турецкой стороны направлении – в сторону укрепления её влияния. Речь идет о том, что Турция, на фоне глобальных тектонических сдвигов, создающих вакуум силы, начинает успешно активно этот возникающий вакуум заполнять, усиливая свое влияние в традиционных регионах влияния других игроков, причем игроков глобальных.

Достаточно отметить в связи с тем же Нагорным Карабахом, что, в настоящее время, в Азербайджане и в Турции царит атмосфера, которую можно охарактеризовать как «Карабахская осень» (по аналогии с «Крымской весной» в России), под которой мы понимаем единодушную поддержку населением предпринимаемых турецким руководством шагов, сопровождающуюся высокой степенью воодушевления. У населения – полное ощущение того, что на его глазах турками пишется новая глава в истории и это порождает у населения законную гордость за свою страну и за позицию страны в мире.

Много говорят о том «глобальном лидерстве», которое проявил в ходе событий в Нагорном Карабахе Реджеп Тайип Эрдоган. Разумеется, «глобальное лидерство» требует ещё и «интеллектуального превосходства».

В этом смысле, продолжаем рассмотрение книги ведущего турецкого мозгового центра – Фонда политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV), который предельно оперативно отреагировал на текущие события. Фонд в конце октября месяца с.г. опубликовал книгу, которая озаглавлена как «В процессе глобальных перемен. Большая стратегия Турции».

Часть 3 нашего обзора доступна по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=74191.

Завершая рассмотрение первой главы книги, озаглавленной, как «Боль трансформации глобальной системы», отметим ту мысль турецких авторов, что ни одно из трех «стратегических пророчеств» США не реализовалось на практике. Это касается и торжества американской демократической модели в мире, и доминирования либеральных ценностей, и, наконец, того, что, с переходом мира к однополярному мироустройству с США в центре, глобальная конкуренция между ведущими мировыми игроками подошла к концу.

Переходим к рассмотрению второй главы книги. Вот её структура и название разделов:

ВТОРАЯ ЧАСТЬ «НОВЫЙ ХАРАКТЕР МИРОВОГО ПОРЯДКА: МНОГОСЛОЙНАЯ МНОГОПОЛЯРНОСТЬ»

— Глобальное лидерство / отсутствие лидерства

— Многослойное распределение силы

— Восходящие силы: важнейшие элементы нового мира

— Новая архитектура глобальной безопасности

— Падение глобальной нормы

Начнем с первого раздела главы «Глобальное лидерство / отсутствие лидерства».  Как отмечается турецкими авторами, в ряду характерных особенностей новой многополярной системы миро устройства является проблема глобального лидерства.

Опять же, в связи с темой коронавируса, турецкие авторы утверждают, что пандемия проблему глобального лидерства заметно обострила. Это сопровождалось кризисом глобального управления. Турецкие авторы обращают внимание на реакции участников в ходе тех международных встреч, которые имели место в самом начале пандемии, на ту пассивность, которая наблюдалась, и на тот стиль управления, очевидно неэффективный, который был продемонстрирован.

Как указывается турецкими авторами, вопрос глобального лидерства имеет три измерения.

Первое измерение реализуется на уровне лидеров. Это, как указывается турецкими авторами, является большой проблемой в условиях современного мира, в котором наблюдается большое количество разноплановых проблем, с разной степенью остроты. Под уровнем лидеров подразумевается способность того или иного политика создавать глобальные инициативы и привлекать на свою сторону других игроков.

В этом смысле, турецкие авторы говорят «нехватке реализации лидерства», которая наблюдается в современном мире. Здесь свою роль играет и то, что лидеры сконцентрированы на внутриполитической повестке. Это приводит к тому, что проблемы глобального характера «смещаются» на уровень внутренней политики.

Попробуем мыслить практически и, сделав небольшой «скрининг», мы убедимся в том, что, действительно, в современном мире, возникла серьезная «кадровая проблема». Президент РФ В.Путин выразил эту мысль знаменитыми словами «После смерти Махатмы Ганди поговорить не с кем». Воздержимся от рассуждений касательно действующего и только что (вот-вот) избранного руководства ведущих государств мира.

Заметим другое: тот же Р.Т.Эрдоган (и ряд глав других развивающихся государств) пытается позиционировать себя как глобальный лидер, когда произошло массовое крушение больших идей и политики представляют собой технократов. Да ещё и обострился «меркантелизм», которой, по сути, своей означает обособление в своей «национальной квартире».

Тот же Р.Т.Эрдоган хорошо понимает, что глобальным лидером нельзя стать, не «встав на плечи» глобальной идеи. В этом смысле, на страницах ИБВ не раз писалось про турецкую «идею» – борьба с империализмом, поддержка развивающихся стран, вековое пробуждение тюрок и защита прав исламского мира. Сложно сказать, что такие постулаты претендуют на то, чтобы стать идеей «глобальной». Однако, «региональные охваты» у турок есть.

Второе измерение – на уровне «глобального управления и международных организаций». В центре этой системы – Организация объединенных наций, которая обнаружила свою слабую роль перед лицом международных кризисов. В частности, как указывается турецкими авторами, по линии ООН не удалось предпринять ни одного эффективного шага в рамках борьбы с пандемией коронавируса. Здесь авторы делают общее заключение о том, что международные организации в международных конфликтах либо оказываются неэффективными, либо используется в целях международной конкуренции. Довольно интересно, что в качестве примера неэффективности ООН турецкие авторы приводят, прежде всего, Палестинский вопрос. И далее также перечисляют страны, где также проявилась беспомощность ООН, включая: Сирию, Йемен и Ливию.

О турецких попытках реформировать ООН мы говорили не раз в рамках лозунга «мир – больше пяти (постоянных членов СБ ООН)». В этом смысле, турецкие попытки полностью вписываются в идею о том, что глобальное лидерство реализуется на уровне лидирования в международных организациях. Впрочем, в ООН турецкая идея пока не нашла должного отклика со стороны ведущих игроков, а оттого глобального лидерства, в этом смысле, со стороны Турции пока не просматривается.

При этом, разумеется, когда авторы говорят о проблемах глобального управления, они имеют в виду далеко не только ООН, но и прочие международные организации, включая, к примеру, Всемирную организацию здравоохранения. Не будем подробно повторять за авторами действия ВОЗ в связи с эпидемией. Ограничимся лишь фиксацией того, что турецкие авторы подробно с ними разбираются. Но, возможно, самое главное заключается в том, что ВОЗ обвиняется в одностороннем подходе в пользу Китая. Результатом чего стало то, что США – крупнейший спонсор организации, объявил о приостановке финансирования этой организации.

Говоря про «здравоохранительную позицию» Турции в мире по эпидемии коронавируса, заметим, что страна всячески говорила о своих попытках «объединить весь мир» на борьбу с коронавирусом. В чем конкретно состояло турецкое предложение – в том, чтобы государствами мира была сформирована единая повестка в рамках борьбы с коронавирусной инфекцией и была бы принята единая политика, направленная на борьбу с ней. Однако, заметим, что и в этом вопросе тоже произошла «национализация вопроса» и каждое государство мира следовало своей национальной повестке дня. Свою глобальность многие страны мира, включая Турцию, оказались в состоянии подтвердить лишь, пожалуй, тем, что отправляли друг другу различное оборудование и маски. С учетом того, что занимались этим практически все, это смотрится как «игра с нулевым остатком», когда то, что ты отправил в одни страны пришло к тебе из стран других, с известной степенью условности.

И, наконец, третий уровень лидерства, про которой говорят турецкие авторы лежит уже на государственном уровне.

Как отмечается турецкими авторами, речь идет о том, что США, которые претендовали на то, чтобы быть страной решающей или, в крайнем случае, играющей главную роль в решении глобальных мировых проблем, превратились в страну, которая эти самые глобальные проблемы создает. Более того, США позиционировали себя в прошлом как «верховного мирового арбитра», что, все же, предполагало известную степень равноудалённости страны от всех сторон конфликтов и разногласий. К настоящему времени, как пишут турецкие авторы и эта позиция американцами оказалась утраченной.

Более того, проблема глобального лидерства на уровне государств, как указывается турецкими авторами, касается далеко не только американцев, она касается и Европейского союза. И сказанное выше про США, в той или иной степени, может быть отнесено и к европейцам.

Как отмечается турецкими авторами, ЕС вместо того, чтобы выступать в качестве структуры под сенью которой совместно принимаются и реализуется общие европейские решения, превратился в организацию, где страны, приняв свою решение на национальном уровне, продавливают его реализацию на уровне уже европейском. И, невзирая на то, что по многим вопросам повестки дня ЕС не удалось выработать единой позиции, как пишется турецкими авторами, страны члены ЕС не удержались от того, чтобы принимать свои односторонние шаги, которые лишь только укрепляли существующие кризисы.

В частности, как пишут турецкие авторы, тот подход, который ЕС продемонстрировал в ходе сирийского кризиса и, в особенности, по вопросу сирийских беженцев был весьма далек от лидерства.

Касательно Китая, который мог бы претендовать на роль мирового лидера, с точки зрения своей экономической мощи и численности населения, турецкие авторы также обнаруживают целый ряд проблем.

Прежде всего, они указывают на то, что в этом вопросе у Китая нет ни цели, ни воли (стать глобальным лидером – И.С.). Во-вторых, нельзя говорить и о том, что у Китая есть «эффективный потенциал», который можно было бы конвертировать в глобальное лидерство. Далее, Китай, как страна, — ведет себя достаточно изолированно от внешнего мира. И даже в борьбе с коронавирусной инфекцией (источником которой Китай сам же и послужил – И.С.) Китай, на зарубежном треке, ограничился лишь медицинской помощью, не пытаясь претендовать на лидирующую позицию в борьбе с этим вопросом, а ограничившись лишь (достаточно эффективными – И.С.) мерами внутри своей страны.

Следующий раздел части 2 книги озаглавлен как «Многослойное распределение силы».

Вот это самое «многослойное распределение силы» турецкое издание указывает в качестве характерной особенности существующего миропорядка. Этот миропорядок, в свою очередь, является мозаичным и хрупким и, как стало уже привычным его характеризовать, многополярным.

При этом, как пишут турецкие авторы, эта новая модель мироустройства объединяет в себе ряд важных отличий от предыдущих моделей миропорядка.

В том же 19 веке также была модель многополярного мироустройства. Она состояла из нескольких (издание говорят о пяти – И.С.) ведущих игроков и, как пишут турецкие авторы, им великолепно удалось балансировать друг друга. Великобритания, в этом уравнении, выступала в качестве «внешней балансирующей силы» и другие балансирующие акторы обладали сравнимыми между собой особенностями – характеристиками — потенциалом.

Своими характерными особенностями обладала и модель мироустройства с двумя полюсами силы в лице США и СССР.

Разумеется, система многополярного мироустройства характеризуется большой степенью гибкости разных акторов в формировании различных альянсов. Система мироустройства с двумя полюсами силы, в этом смысле, проще – участники международной жизни, волей-неволей, вынуждены выбирать из того, что есть.

То, что пришло на смену после окончания Холодной войны – это однополярная система, в которой образовался один центр силы, с которым прочие другие игроки могли, договариваясь, обеспечивать себе пространство для маневра и действий. Однако, эта система доминирования США не просуществовала долго и 21-й век ознаменовался тем, что начали формироваться новые полюса силы и новые форматы экономической и военной силы.

При этом нынешняя многополярность имеет ряд характерных отличий от многополярности, которая наблюдалась в прошлые периоды истории.

Первым и принципиальным отличием является то, что главными игроками являлись империалистические державы, черпающие свою силу в своих колониях. Они и были основой мирового порядка и главными игроками на мировой арене. В этом смысле, такие государства, как США и Япония не находились на переднем крае. Главными акторами являлись европейские державы.

Характерной особенностью современного многополярного мира является то, что главными акторами сегодня являются далеко не крупные государства. Более того, главными акторами являются далеко не только государства. Важными акторами так называемой «многослойной многополярности» являются региональные организации, международные структуры, социальные движения, негосударственные вооруженные группировки и террористические организации.

Другим характерным отличием многополярности 21-го века от многополярности 19-го века является экономика. Во-первых, сегодня наблюдается принципиально другой уровень глобализации, во-вторых, наблюдается совершенно другой уровень международного наполнения экономики.

Если посмотреть на современную многослойную структуру, то можно увидеть глобальную торговлю и глобальные финансы, глобальную производственную сеть и глобальные цепочки подрядчиков. Эта многослойная структура заметным образом отличается от многополярности, которая основана лишь только на одной торговле «купи – продай».

Ещё один момент заключается в том, что современная экономическая взаимозависимость не ограничивается лишь строго определенными географическими пределами. Сопредельность государств больше не важна.

Предыдущая многополярная система была основана на гармонизации европейских игроков. И баланс строился вокруг европейской дипломатии и вокруг международных европейских структур.

Главной угрозой для европейского баланса, в прошлом, являлись территориальные споры и конвенциональные столкновения. К настоящему времени, столкновения между государствами сократились. Варианты столкновений в современной многослойной многополярности получили куда как большее разнообразие по сравнению с прошлым. Более того, эти столкновения сегодня далеко выходят за рамки конвенциональных, в смысле, традиционных – привычных в миропорядке прошлого.

Угрозами для сегодняшних государств, в настоящее время, являются, к примеру, терроризм, внутренние потрясения и коронавирус, а вовсе не привычные из прошлого войны.

Как мы видим, турецкие авторы кроме «многополярности», вводят новое определение для мирового порядка «многослойность». И в каждом из этих слоев могут находиться и действовать различные акторы, прочерчивающие между собой границы. Причем, подчеркнем, речь уже далеко не идет о том, что актор = государство. Появился ряд серьезных структур, которые существенным образом влияют на мировой порядок.

51.61MB | MySQL:101 | 0,335sec