Большая стратегия Турции. Часть 3

Очередной виток конфликта в Нагорном Карабахе, фундаментальным отличием которого стало непосредственное участие в нем Турции, можно рассматривать в качестве свидетельства изменения регионального баланса сил в желаемом для турецкой стороны направлении – в сторону укрепления её влияния.

Речь идет о том, что Турция, на фоне глобальных тектонических сдвигов, создающих вакуум силы, начинает успешно активно этот возникающий вакуум заполнять, усиливая свое влияние в традиционных регионах влияния других игроков, причем игроков глобальных.

Достаточно отметить в связи с тем же Нагорным Карабахом, отражение турецко-азербайджанской деятельности российскими СМИ на фоне того, что Кремль и Аксарай начали обсуждение этого вопроса между собой. Невзирая на то, что 9 ноября с.г. заявление было подписано между Азербайджаном, Арменией и Россией и Турция не была упомянута президентом В.Путиным в своем заявлении, но президент Азербайджана И.Алиев упомянул и про турецкую роль в прекращении огня и про будущую роль Турции в смысле миротворчества на территории Нагорного Карабаха. Турецкие же СМИ сделали «легкий слив» информации в СМИ о том, что ведутся переговоры между Россией и Турцией о создании совместной российско-турецкой платформы по Нагорному Карабаху. Дальнейший ход развития событий пока лишь подтверждает эту информацию.

Это, по сути, означает признание того, что Турция уже стала игроком на Южном Кавказе и Россия этот факт приняла. Это – результат 30-летней политики Турции по закреплению себя на постсоветском пространстве, включая Кавказ и Центральную Азию.

Продолжаем рассмотрение издания ведущего турецкого мозгового центра – Фонда политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV) — который предельно оперативно отреагировал на текущие события. Фонд в конце октября месяца опубликовал книгу, которая озаглавлена как «В процессе глобальных перемен. Большая стратегия Турции».

Часть 2 нашего обзора доступна по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=74115.

Напомним, что мы перешли к рассмотрению первой главы книги, озаглавленной, как «Боль трансформации глобальной системы», которая, в свою очередь, состоит из трех подразделов, которые озаглавлены, соответственно, как: «Мировой порядок с США в центре», «Три стратегических пророчества» и «Кризис американского порядка».

Мы остановились на концепции так называемого «нового мирового порядка», которую озвучили США после вторжения Ирака в Кувейт. Принципиальная особенность этого нового миропорядка является уже, к настоящему времени, достаточно расхожим тезисом: речь идет о смене мирового устройства с двумя полюсами силы однополярным миропорядком в центре с Соединенными Штатами Америки. С этим «новым миропорядком» тесно смыкается и концепция так называемого «конца истории».

Как отмечается турецкими авторами, с распадом Советского Союза подошло к концу соревнование между глобальными игроками, а либеральная идея стала доминирующей. Этот период, как указывается авторами, характеризуется тем, что (вроде как – И.С.) исчезла разница между «мировой политикой» и «политикой США». За США была закреплена исключительная роль, которая подразумевала возможность использования американцами военной силы «во имя мира».

Впрочем, как подчеркивается турецкими авторами, мировой либеральный порядок с центральной ролью в нем США, со многих точек зрения, оказался неуспешным. В этом смысле, ни один прогноз и ни одно ожидание, сформулированные после окончания Холодной войны, не явились успешными / точными.

Не будем вслед за авторами вдаваться в рассуждения на тему того, почему сложилась такая ситуация. Тем более, что и они сами не имеют на сей счет определенного ответа. Отметим главную идею этого раздела: новый мировой порядок, лишь только успел быть сформулированным со стороны американцев под лозунгом «конца истории», благополучно канул в лету и «отпевают» этот мировой порядок далеко не только в среде российских политологов, но и среди их турецких коллег.

Следующий раздел первой главы книги озаглавлен как «Три стратегических пророчества».

Именно на трех постулатах была построена внешняя политика США после окончания Холодной войны, ознаменовавшейся распадом СССР.

Первый постулат — о победе либеральных идеи и демократических ценностей, а также о расширении их влияния в мире. Второй тезис – об экономической взаимозависимости между странами и распространении либеральной экономики по всему миру. Третий постулат заключался в том, что с распадом СССР завершилась эпоха конкуренции между глобальными игроками. В центр мировой системы вышли безальтернативные и бесконкурентные США.

Воздержимся от рассуждений турецких авторов на эту тему – они являются достаточно общепринятыми и общеизвестными и переходим к третьему разделу первой части книги, который озаглавлен как «Кризис американского порядка».

Здесь авторы указывают на то, что упомянутые выше стратегические пророчества – постулата в наши дни так и не реализовались. Результатом стали, как пишет издание, ошибочные шаги американского руководства, которые вылились в кризис американского мирового порядка.

Окончание Холодной войны не ознаменовалось, как пишут турецкие авторы, ни тем, что либеральная гегемония США распространилась по миру, ни тем, что мировой порядок стал более устойчивым. Напротив, попытки укрепления американской гегемонии в мире привели к тому, что США утратили почву под ногами. Мировой либеральный порядок, вопреки ожиданиям, не расширился, а, наоборот, ослаб. А политика «по углублению и расширению демократии» подошла к своему концу. Что, от себя заметим, особенно проявилось в ходе попыток «имплантировать» западные демократические ценности на Ближневосточную почву.

И, что самое главное по мнению турецких авторов — обязательство США по тому, чтобы нести мир, стабильность и справедливость в мире, обернулось своей противоположностью. – Напротив, во многих регионах мира возросла нестабильность, возникли конфликты и увеличилась несправедливость.

Опять же не будем перечислять вслед за авторами те причины, которые подорвали идею об американской гегемонии – как о центре силы в США, так и об американском идеологическом превосходстве. Разумеется, авторы пишут про всем хорошо известные события на Ближнем Востоке.

Впрочем, на то были определенные причины, включая террористические атаки 11 сентября, которые привели к принятию в США на вооружение политики, в центре которой – вопросы безопасности. Это, в свою очередь, привело к тому, что был утрачен баланс между свободами и безопасностью. Новая «политическая этика», которая была принята после этого, привела к целому ряду последствий – как в США, так и в Европе. Этот новый политический климат стал, своего рода «новой нормальностью».

Если говорить о Европе, то, как указывают турецкие авторы, в ней начал наблюдаться рост антиисламских настроений, неприятие приезжих и радикальных правых партий.

Вторым фактором, который привел к концу американской гегемонии в мире, которая не успела ещё и толком начаться, по мнению турецких авторов, стало несправедливое и незаконное вторжение США в Ирак.

Довольно любопытен даже не сам тезис – он российских читателям хорошо знаком, а то, что он звучит именно от турецких авторов. Причем, не от авторов-колумнистов, которые могут демонстрировать известную свободу взглядов, но от авторов ведущего проправительственного мозгового центра.

Опять же, пропуская изрядную долю рассуждений турецких авторов приводим как логический итог: США приняли на вооружение политику по тому, чтобы ликвидировать всякую угрозу мировой гегемонии США.

В свою очередь, это привело к тому «глобальному кошмару», который после этого начал наблюдаться с волнами террористических атак. Многократно оказался опровергнутым тезис о том, что «демократия = конец террору». И дальнейшее развитие событий в регионе – речь идет о событиях так называемой «арабской весны» — связывается турецкими авторами, прежде всего, с американской интервенцией в Ирак. Как позже «выяснилось», по выражению турецких авторов, регион Ближнего Востока и Северной Африки регион оказался не готов к демократизации (не устанем повторять, что все эти реплики звучат со стороны «прозападных турок», страны-члена НАТО и от «образцового партнёра США в регионе» — И.С.).

За «арабской весной последовал такой «феномен», как «Исламского государства» (ИГ, здесь и далее, запрещенная в РФ террористическая организация – И.С.) и вторая волна террора. Это лишь закрепило те явления, которые наблюдались в Европе и так, о которых было упомянуто выше. Эта ситуация не только опровергла «американские пророчества»: возникла новая ситуация, «о которую разбилась волна демократизации» мира.

Аналогичным образом, не состоялась идея о доминировании идей и систем либеральной экономики, при которой за периферию вытесняются альтернативные игроки, не входящие в эту систему. В этом смысле, авторы книги говорят о двух волнах глобальных экономических кризисов – в 1997 г. и в 2007 годах.

И, достаточно характерно, что кризис 2020 года в связи с пандемией коронавируса авторы издания называют «третьим кризисом» в упомянутом выше ряду. Как отмечается авторами, даже при том, что из кризиса, до сих пор, не удалось выйти, цена этого кризиса уже превысила все предыдущие.

Второй ошибкой американцев, о которой говорят авторы турецкого труда в отношении либеральной экономики, заключаются в том тезисе, что альтернативные экономические центры будут следовать принципам либеральной экономики, не будучи не в состоянии ей ничего противопоставить.

При этом, как полагалось американцами, эти альтернативные центры экономической силы, так или иначе, в итоге, окажутся вынужденными следовать в русле норм и правил либеральной экономики. Самым большим вызовом, в этом смысле, гегемонии США стал бурный рост Китая, который превратился из развивающейся страны в страну, оказавшуюся поставленной в центре международной торговли. На пути к этому статусу, Китай проделал длинный путь от страны, которая начинала как актор с дешевой рабочей силой и с подделок зарубежной продукции, до страны, выпускающей высокотехнологичную продукцию. Результатом стало то, что возник огромный перекос во внешнеторговых сальдо стран-партнёров Китая, разумеется, в сторону китайских экспортеров, которые заполонили собой буквально все.

В этом смысле, Китай демонстрирует двоякую политику. С одной стороны, страна пытается извлечь для себя максимально возможную пользу из либерального режима международной торговли. С другой стороны, сама по себе, экономическая модель Китая далека от либеральной. По мере того, как Китай стал выходить на равные позиции с США, в экономическом смысле, стана активизировалась в направлении создания, как выразились авторы, собственной «экономической сети». Именно в таком контексте следует воспринимать китайскую глобальную экономическую инициативу «Один путь один пояс». Этот проект должен стать одной из важнейших мировых экономических артерий, направленной на создание, как выразились турецкие авторы, «китайского порядка».

Довольно любопытной является характеристика мирового порядка, данная автором упомянутому выше «китайскому порядку». Он заключается не в том, чтобы создавать международные организации, устанавливать правила и им совместно следовать (вообще говоря, дискуссионным является насколько эта модель реализуется сейчас, допустим, США в смысле следования «установленным правилам» — И.С.). Речь идет о том, что Китай пытается, конкурируя не международной арене, привлекать страны на свою сторону, чтобы они «сохраняли молчание» по поводу китайских действий.

Неотъемлемой частью указанной выше китайской стратегии является создание Азиатского банка развития. Образцовым примером действий Китая является его работа в Африке, где китайцы «углубили» свое влияние на целый континент. А американская идея о либеральной экономике начала, очевидным образом, пробуксовывать. Это сопровождалось переходом к экономическому «меркантилизму» со стороны администрации Дональда Трампа и тому, что разразилась экономическая война между США и Китаем, углубив конкуренцию между двумя странами в мире.

Опять же не будем повторять, вслед за турецкими авторами, широко известные эпизоды торговых войн между Китаем и США. Просто ограничимся тем замечанием турецких авторов, что меркантелизм, сложившейся в 17-е и 18-е века, как одна из основ империализма, предполагает рост собственного благосостояния за счет наращивания объема экспорта и снижения объема импорта.

Впрочем, эта идея вступает в противоречие с либеральными идеями: меркантелизм, по сути, означает повышение своей автономности от поставок продукции и услуг из-за рубежа. Либеральный экономический режим исходит ровно из обратного: все, что не может быть произведено в стране вообще или дешевле чем за рубежом – не должно в ней производиться. Эти продукцию и услуги следует импортировать из-за рубежа. Ровно в этой точке, Трампом были начаты торговые войны и начались ставиться заградительные пошлины для ввоза продукции из-за рубежа, с целью защиты национальных производителей. Все это сопровождалось (достаточно яркой – И.С.) риторикой Д.Трампа о «плохих» и «невыгодных» соглашениях. Торгово-экономическая война между Китаем и США привела к тяжелому удару по лагерю союзников США и по идее либерального мироустройства, в целом.

И, как мы упоминали ранее, третье стратегическое «предвидение» США заключалось в том, что с окончанием Холодной войны, победу в которой одержали США, закончилось глобальное противостояние между ведущими мировыми державами. Эта идея основывалась на доктрине «американского превосходства», которая опиралась на экономическое и военное доминирование в мире. Но, как отмечается авторами, этот прогноз был реализован не совсем так, как того ожидали США.

Речь шла и о тех событиях, которые начали происходить в России и о росте военного потенциала Китая, и о росте расходов на вооружения со стороны других стран.

Кроме того, никакое военное превосходство не оградило США ни от Перл-Харбора, ни от терактов 11 сентября. Стратегия США на Ближнем Востоке оказалась провальной и привела «ко второй террористической волне». Более того, американская политика по отправке своих военнослужащих с целью урегулирования региональных конфликтов обернулась своей противоположностью.

Это произошло в Сомали, Боснии, Косово, Ираке и Афганистане. Никакой стабилизации не произошло – напротив, то, что наблюдалось и наблюдается – это лишь рост нестабильности в регионах американского вмешательства.

Попытки вернуть себе глобальное лидерство США, как указывается турецкими авторами, провалились и в Ливии, и в Сирии, где страна, по сути, оказалась на вторых ролях. Как отмечается турецкими авторами, США оказались не в состоянии предложить своей стратегии, альтернативной российской, на Украине и в Грузии. В азиатско-тихоокеанском регионе США не удалось выйти за рамки стратегии по балансированию Китая. Не могли авторы удержаться и от того, что сказать, что с целью борьбы с одной террористической организацией — ИГ, США наладили сотрудничество с другой террористической организацией – Силами народной самообороны (которая в Турции считается ответвлением террористической Рабочей партии Курдистана – И.С.).

51.49MB | MySQL:101 | 0,303sec