Иранские эксперты о возможных угрозах для национальной безопасности от сближения между Израилем и ОАЭ. Часть 2

На том же портале опубликована статья Хейдара Хосейни «Военное измерение и измерение безопасности договора об установлении отношений между ОАЭ и Израилем». В нем автор анализирует уже имеющееся на сегодняшний день военно-техническое сотрудничество между двумя ближневосточными государствами и рассматривает перспективы его расширения. Он упоминает слова госсекретаря США Майка Помпео, сказанные им в августе с.г. о том, что в реальности между ОАЭ и Израилем на протяжении 20 лет существуют экономические отношения и ВТС и сейчас им нужно только придать официальный статус. При этом иранский эксперт упоминает о статье, появившейся 25 октября 2019 года в израильской газете «Маарив» о ВТС между ОАЭ и Израилем, осуществляющемся с 2008 года. По информации «Маарив», в этом году был заключен контракт между правительством ОАЭ и израильской фирмой  Metai Kokhafi о поставках аппаратуры слежения и раннего обнаружения угроз для защиты границ ОАЭ и танкеров с нефтью (1). По сообщению этой газеты, руководство Абу-Даби вело переговоры о приобретении этой аппаратуры с израильскими компаниями без уведомления федерального правительства ОАЭ. В дальнейшем началось сотрудничество Абу-Даби с израильской компанией Elbit Systems, которая начала поставлять в ОАЭ системы и программы для кибершпионажа, а также защитные компьютерные программы и даже программы для беспилотников. Фирма Elbit Systems, по мнению иранского эксперта, тесно связана с израильской разведкой «Моссад», а генеральный директор компании Ави Леуми является бывшим сотрудником этой спецслужбы.

Однако военно-техническое сотрудничество ОАЭ с Израилем не исчерпывается только покупками компьютерных программ. По мнению Хейдара Хосейни, ОАЭ сотрудничали с Израилем также в области ВВС. В частности, израильская компания Aeronautics Ltd, якобы поставляла в ОАЭ противоракетные системы для самолетов. Иранский эксперт ссылается в этой связи на израильскую газету Jerusalem Post. Он упоминает о визите в ОАЭ в январе 2020 года, то есть раньше соглашения о взаимном признании, нескольких израильских военных инженеров и руководителей компаний, занимающихся ВТС. При этом израильтяне, прибывшие в ОАЭ, официально находились в составе американской делегации. Еще одним направлением сотрудничества ОАЭ с Израилем в военной сфере и сфере безопасности, по мнению иранского аналитика, является приобретение израильского оборудования и программ  (software) для прослушивания телефонных разговоров и компьютерного шпионажа. Сотрудничество в этой области ведется с израильскими компаниями NSO и Pegasus. Возможности, предоставленные этими фирмами, использовались спецслужбами ОАЭ для слежки за оппозиционерами из ОАЭ, Египта и Саудовской Аравии, проживающими на территории Катара. Ежегодный венный бюджет Объединенных Арабских Эмиратов составляет 23 млрд долларов США. При этом на покупку американского оружия тратится около 20 млрд. Между тем, многие израильские разработки в сфере аэронавтики и software отличаются большей дешевизной и эффективностью. В этой связи в иранских экспертных кругах растет беспокойство появляющимися для ОАЭ и Израиля возможностями «залезать» в иранские компьютерные сети и даже организовывать диверсии на иранских объектах. В этой связи нельзя не вспомнить об имевших место в июне-июле с.г. загадочных пожарах на ядерном объекте в Натанзе и нескольких иранских промышленных предприятиях.

Еще одним предметом беспокойства для иранцев является проблема проникновения израильских военных и разведчиков в арабские страны, в частности, в Йемен. Хейдар Хосейни в этой связи упоминает о том, что, по информации издающейся в Лондоне газеты «Аль-Кудс аль-Араби», депутаты йеменского парламента Али Мухаммед Муаммари и Али Хусейн Эшаль отметили обеспокоенность премьер-министра Йемена (имеется в виду международно признанное правительство президента А.М.Хади в Адене) Абдель Малека Муина намерениями ОАЭ фактически аннексировать остров Сокотра. Два депутата рассказали в этой связи обеспокоенности своего правительства эмиратскими намерениями развернуть на острове две военные базы и не исключили, что эти базы, если они будут построены, могут использоваться и израильскими военными (2).

Еще один эксперт иранского происхождения Маан Абедин, с 2005 года работающий в США, также подчеркивает угрозу израильского проникновения в регион после подписания договора с ОАЭ. При этом Маан Абедин, являющийся научным сотрудником Джеймстаунского университета и автором нескольких книг по внешней и внутренней политике современного Ирана, считает, что эта опасность является общей для ИРИ и Турции и говорит в этой связи о возможности заключения ирано-турецкого альянса. Он пишет на интернет-портале Middle East Eye: ««Соглашение Авраама» качественно отличается от предыдущих мирных договоров Израиля с Египтом (1979 год) и Иорданией (1994 год). Прошлые сделки заключались на формальном государственном уровне и не проникали глубоко в арабское общество. В то же время сближение с ОАЭ переносит Израиль в сердце региона. Повышая свой политический, экономический и культурный капитал в ОАЭ, Израиль приобретает способность влиять на ситуацию в целом регионе, включая Йемен, другие аравийские государства и даже Ирак» (3).

По мнению Абедина, «Несомненно, что Иран является главным пострадавшим от израильско-эмиратской сделки, большим пострадавшим, чем даже палестинцы». По убеждению эксперта, иранское руководство боится, что после признания Израиля ОАЭ и Бахрейном наступит «эффект домино», то есть осуществится признание Израиля со стороны Омана и Саудовской Аравии. Это усилит иранское беспокойство и чувство того, что страна находится «в кольце врагов». Иран опасается израильского проникновения в   регион в таких сферах как энергетика, нефть, политическое вмешательство и сотрудничество в разведывательной области.

Проявлением глубокой обеспокоенности Тегерана является заявление начальника Генштаба ВС ИРИ генерал-майора Мохаммада Багери о том, что иранский подход к ОАЭ изменится после подписания данного соглашения. Он также заявил, что именно руководство ОАЭ будет ответственно за изменение иранской политики по отношению к этой стране.  По мнению автора, основным вопросом в этой ситуации является то, что Иран может реально предпринять для сдерживания израильско-эмиратского альянса. Иран может геополитически окружить Израиль (с севера – «Хизбалла», с юга – сектор Газа, с востока – сирийская армия и иранские прокси-группы в Сирии), но окружить ОАЭ иранцы не в состоянии. В этих условиях эксперт предлагает Тегерану заключить альянс с Турцией и с Катаром. По его мнению, возможный блок Израиля с консервативными арабскими монархиями представляет столь же сильную угрозу для Турции, как и для Ирана. Автор упоминает  о том, что интересы Турции и ОАЭ практически везде в регионе Ближнего Востока приходят в конфликт. Это проявляется в Ливии, в Сирии. Между Турцией и ОАЭ также существуют серьезные противоречия по поводу Катара, против которого «аравийская четверка» объявила в 2017 году блокаду. Все это, по мнению М.Абедина, создает предпосылки для ирано-турецкого регионального сближения.

Похожую гипотезу высказывает на портале «Иранская дипломатия» бывший сотрудник иранского МИДа, исследователь Ближнего Востока Джафар Хакк Панах. Его статья называется «Реально ли образование ирано-турецкой оси после подписания договора об установлении отношений между ОАЭ и Израилем?». Автор отмечает текучесть ситуации на Ближнем Востоке, ее крайнюю изменчивость и нестабильность, которые препятствуют образованию крепких альянсов, а часто и влияют на конфликты между государствами. Например, Турция находится в очень напряженных отношениях с Израилем. Однако обе стороны будут  стараться не доводить  их до открытого конфликта. Во-первых, обе страны стремятся сохранить стратегическое партнерство с Вашингтоном. Во-вторых, они поддерживают активные экономические отношения (4).

Известие о нормализации отношений между Израилем и ОАЭ было крайне негативно воспринято в Турции. Президент Реджеп Тайип Эрдоган и его окружение убеждены, что эти два государства стремятся подорвать политическую стабильность в Турции. Правящие круги Турции убеждены в том, что ОАЭ были причастны к попытке переворота в этой стране в июле 2016 года, а также активно помогают курдским «Силам  народной самообороны» (СНС) в Северной Сирии, которые в Турции рассматриваются в качестве филиала   террористической организации РПК. Отсюда автор делает вывод о необходимости стратегического союза между возглавляемой Ираном «осью сопротивления» с одной стороны и Турцией с другой. В то же время альянс против общих противников, по мнению Хакк Панаха, не будет исключать соперничества между Тегераном и Анкарой за региональное влияние.

 

  1. http://www.irdiplomacy.ir/fa/news/1995569
  2. http://www.irdiplomacy.ir/fa/news/1995569
  3. https://www.middleeasteye.net/opinion/israel-uae-deal-iran-turkey-united-front
  4. http://www.irdiplomacy.ir/fa/news/1995482
51.61MB | MySQL:101 | 0,324sec