Отношения Турции с США, ЕС и Россией в третьем десятилетии 21-го века. Часть 2

Инцидент на Капитолийском холме, когда сторонники действующего президента Дональда Трампа ворвались в здание Конгресса, стал тяжелым ударом по репутации США, как «светоча демократии и прав человека». Равно как и все то, что ему предшествовало, включая выборы президента США, которые с учетом всех сопутствующих обстоятельств, иначе как «позорными» назвать нельзя.

Американская избирательная система показала, что она мало чем отличается от таковых не только в «развивающихся демократиях», но и местами в странах третьего мира.

Пресс-релиз, опубликованный Министерством иностранных дел Турции по событиям на Капитолийском холме иначе как «издевательским» охарактеризовать нельзя. Использованные там фразы про «сдержанность и осмотрительность», а, равно как, и надежды на «зрелое преодоление кризиса» выглядят как калька таких же заявлений самих американцев в адрес, допустим, стран «оранжевых революций».

Не менее критично были выдержаны, допустим, публикации, появившиеся в эти дни в турецких средствах массовой информации. Сразу по следам событий в Конгрессе в ведущем англоязычном издании Турции, газете Daily Sabah появляется статья под заголовком «Когда американская мечта становится американским кошмаром» (автор – колумнист Мерве Шебнем Оруч).

В своей статье она называет события в Вашингтоне, как демонстрации, «переросшие в жестокие беспорядки и потрясшие весь мир». Цитируем турецкого автора: «Толпа, которая слушала поп-песни, танцевала и подбадривала Трампа во время организованной акции протеста, позже ворвалась в здание, взбесилась в Сенате и скандировала в зале, привыкшем к более тихим сессиям. Развевались флаги как Конфедерации, так и Америки. Глядя на фотографии, Капитолий США больше походил на сумасшедший дом. Американскую мечту внезапно сменила американская бойня». И далее: «Все согласны с тем, что президентская гонка 2020 года была одним из самых напряженных выборов в истории США. Некоторые даже сравнивают это с президентскими выборами 1864 года, когда действующий президент Авраам Линкольн из Партии национального союза победил кандидата от демократов, бывшего генерала Джорджа Б. Макклеллана, в разгар Гражданской войны в США. Тот факт, что проводятся параллели между выборами, проходящими в 21-м веке в демократической стране, и выборами в эпоху гражданской войны, показывает, насколько далеко США оказались на грани».

Далее автор вспоминает историю 200-летней давности, когда Капитолий США был захвачен и сожжен британцами в 1814 году во время войны 1812 года. Сейчас же, как она отмечает, Капитолий «снова был оккупирован, но на этот раз его собственными гражданами».

Цитируем: «В очередной раз мы наблюдали за развитием событий, осознавая тот факт, что мы были свидетелями исторического поворотного момента в американской демократии».

И далее: «Кандидаты дошли до клеветы, нападок и оскорблений сторонников своего соперника. Вину на рост партийности и поляризации в США сегодня во многом можно списать на язык, используемый политиками. Соперничающие партии поляризуют общество. Это не происходит само по себе. К сожалению, партийность усиливается только тогда, когда одна партия считает себя патриотом, а своих оппонентов — предателями. Когда конечной целью становится уничтожение другой стороны, справедливо будет сказать, что демократия находится на грани краха».

Переходя непосредственно к тому, что касается самой Турции, автор задается вполне себе логичным вопросом:

«Представьте себе, если бы то же самое произошло в другой стране, например, в Турции. Вашингтон, несомненно, сделал бы заявление, в котором выразил бы свою глубокую озабоченность по поводу демократии в стране и подчеркнул бы, что поляризация достигла опасного уровня.

Если бы у Турции были аналогичные результаты выборов, США бы призвали страну попытаться понять другую половину населения. Что еще более важно, если бы были заявления о фальсификации выборов, они бы предупредили нацию уважать верховенство закона.

Представьте, если бы беспорядки 6 января произошли в другом месте в мире. По иронии судьбы, почти каждая страна предоставила Вашингтону тот же совет, который они ожидали бы получить, если бы все было бы наоборот. Это должен был быть неловкий момент для гордых американских политиков, которые пристрастились к проповеди демократии всему миру и обычно именно те решают, считать протест мирным или нет, призывая народы уважать права человека независимо от того, насколько обострилась ситуация».

Совершенно неудивительно, что турки, оценивая события в Вашингтоне сравнивают их с попыткой переворота в своей стране в ночь с 15 на 16 июля 2016 года. Когда, вплоть до последнего момента, когда ситуация стала понятна – тот факт, что Р.Т.Эрдоган и его Партия справедливости и развития остаются у власти, США (и ЕС тоже) никак на происходящие события с официальными оценками не реагировали.

Цитируем: «Было ли это попыткой государственного переворота, как сказали демократы? Было ли это нападением на демократию в США? Было странно читать твиты тех же американцев, которые аплодировали попытке государственного переворота Гюленистской террористической группы (FETÖ) 15 июля 2016 года, скандируя во время бомбардировки турецкого парламента».

Достаточно ознакомиться с этой публикацией, чтобы понять, до какого «дна» провалился имидж Соединенных Штатов Америки в Турецкой Республике. Тем не менее, как мы уже писали в первой части нашей статьи (доступна на сайте ИБВ по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=75386), Турция вынуждена выстраивать отношения с США в условиях прихода ко власти любой Администрации, включая Джо Байдена, который вместе со своей командой, называя вещи своими именами, настроен резко антитурецки.

При этом, как можно заметить, турецкими аналитиками признается тот факт, что риторика турецкого руководства нацелена на внутреннюю аудиторию и не адаптирована, грубо говоря, для «ушей зарубежной публики». Понятно, что риторика президента Реджепа Тайипа Эрдогана про «империалистов» не может не «заходить» турецким националистам, вызывая у них, чисто по-человечески, понятный энтузиазм, но, вряд ли, она радует Вашингтон и Париж.

Кроме того, как указывается в статье того же Синана Ульгена в газете в Financial Times под заголовком «Путь Джо Байдена к перезагрузке отношений США с Турцией» (см. первую часть публикации), были и «перегибы на местах». Указывая на которые, автор говорит про «подрыв верховенства закона у себя дома», который «еще больше обострил связи Турции с Западом».

На самом деле, важнейшим событием на турецкой внутриполитической арене стало очередное возвращение в повестку дня вопроса проведения полноценной конституционной реформы.

1 февраля 2021 года, после очередного заседания Кабинета министров, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган вновь заговорил о необходимости принятия новой Конституции в стране. Что, очевидно, потребует проведения всенародного голосования.

Напомним, что предыдущие референдумы по Конституции, по инициативе Эрдогана и его партии, состоялись в 2010 и в 2017 годах и увенчались, соответственно, тем, что была отменена судебная неприкосновенность участников военного переворота 1980-го года и в Основном законе словосочетание «премьер-министр» было заменено на слово «президент». Это – если до предела упростить главные бенефиции, которые для себя законодательно продвинула Партия справедливости и развития.

В результате, все путчисты 1980-го года, кто дожил, разумеется, были отданы под суд (2010 год), а Турция была превращена из парламентской в президентскую республику (2017 год).

Чего не удалось сделать турецкому руководству – так это принять в 2017 году полностью новую Конституцию, невзирая на все усилия действующей власти. Была даже создана соответствующая межпартийная комиссия, однако, её работа была столь медленной, что если бы она продолжала функционировать, то Турция сегодня продолжала бы жить по «неисправленной Конституции» в качестве парламентской республики.

В результате, этот процесс был Реджепом Тайипом Эрдоганом и Партией справедливости и развития остановлен и, с помощью ближайшего союзника ПСР – Партии националистического движения Девлета Байхчели – на всенародное голосование был вынесен лишь вопрос замены «премьер-министра» на «президента».

Так что, до сих пор, страна живет по тексту, разработанному и принятому в 1982 году. Не раз турецкий президент заявлял о том, что стране пора жить не по «военной» (то есть, принятой путчистами 1980 года) Конституции, а по Конституции «гражданской». Что характерно, даже турецкая оппозиция с этим его тезисом не собирается спорить.

Итак, 1 февраля, президент Реджеп Тайип Эрдоган заявил: «Если мы договоримся с нашим партнером по Народному альянсу (Партия националистического движения – И.С.), то мы начнем действовать по новой Конституции».

Как мы видим, что турецкий лидер продолжает реформировать Турцию в соответствии со своим видением страны и её будущего. И ожидается очередной виток фундаментальных перемен, направленных на построение новой Турции. Однако, в нем можно усмотреть и определенный реверанс в сторону Запада – о чем скажем чуть позже.

Далее ситуация стала развиваться с ускорением – турецкий президент продолжил делать свои заявления по необходимости принятия в стране новой Конституции, которая будет лишена накопленных с 1982 года противоречий и в центре которой, разумеется, будет существующая президентская система.

При этом Реджеп Тайип Эрдоган озвучивает свой призыв к тому, чтобы все парламентские движения Турции подключились к работе над текстом.

Локомотивом этой работы, как указывается турецким лидером, выступит Народный альянс в составе правящей Партии справедливости и развития и Партии националистического движения Девлета Бахчели — ближайшего союзника Реджепа Тайипа Эрдогана на внутриполитической арене.

На самом деле, очередной конституционный процесс в Турции, в случае принятия полностью новой Конституции, решает для власти сразу несколько задач:

  1. Армирует президентскую систему правления в стране — поправки 2017 года выглядят, все же, лишь промежуточной мерой и неокончательной победой Реджепа Тайипа Эрдогана.
  2. Знаменует очередную крупную победу Реджепа Тайипа Эрдогана и вписывает его имя, ещё одним пунктом, в турецкую историю к 2023 году — 100-летию провозглашения Турецкой Республики.
  3. Создает точку консолидации сторонников Эрдогана на фоне того, как группировка вокруг экономических успехов стала затруднена, на фоне отсутствия оных. А внешнеполитические баталии идут по очень сложной траектории. Эффект от так называемой «Карабахской осени» уже можно считать исчерпанным, а новые успехи такого масштаба пока сложно предвидеть.
  4. Находится «крайний»: показывается, что в недостижении поставленных руководством страны целей к 2023 году виновата именно старая противоречивая «латаная-перелатаная» Конституция. Зато при новой Конституции «жизнь наладится». Таким образом, из-под удара можно даже «слегка» вывести внешних игроков – «империалистов».
  5. Каждая новая Конституция или значимая поправка – это, естественно «обнуление» двух положенных сроков турецкого лидера. Потому что за основу берется тезис о том, что в условиях изменившейся Конституции любой срок президента автоматически становится первым. Таким образом, президент Р.Т.Эрдоган «обнулился» в 2018 году (после референдума о конституционных поправках 2017 года) и теперь он может баллотироваться второй раз ещё в 2024 году, хотя, по факту, этот срок для него уже будет третьим.

Не говоря уже о том, что упоминание максимум двух президентских сроков может просто исчезнуть из текста или же добавиться слово «подряд». Хотя последнее — вряд ли, с учетом отсутствия у Реджепа Тайипа Эрдогана надежного сменщика, с кем можно устраивать рокировку. Ну, а кроме того, и возраст у турецкого лидера не такой, чтобы можно было уходить из власти с прицелом на возвращение в неё. Все ж таки, Турция не США нынешнего образца, чтобы допускать в своей стране откровенную геронтократию.

Разумеется, как будет выглядеть окончательный текст Конституции Турции, который будет предложен Народным альянсом – это совершенно отдельный вопрос. Нельзя исключать, что там могут оказаться достаточно кардинальные перемены для турецкой жизни.

Приведем простой пример, процитировав три, так называемые, «неизменяемые» статьи Основного Закона Турецкой Республики.

Вот выдержка из турецкого Основного Закона (текст – с сайта http://www.concourt.am/armenian/legal_resources/world_constitutions/constit/turkey/turkey-r.htm):

«Часть 1

Общие принципы

  1. Форма государства

Статья 1. Турецкое государство — республика.

  1. Характеристики Республики

Статья 2. Республика Турция — демократическое, светское и социальное государство, основанное на нормах права; опирающееся на концепцию общественного спокойствия, национальной солидарности и справедливости; уважающее права человека, верное национализму Ататюрка и основанное на главных принципах, изложенных в преамбуле.

III. Целостность государства, официальный язык, флаг, государственный гимн и столица

Статья 3. Турецкое государство, его территория и нация — единое неделимое целое. Официальный язык — турецкий. Флаг, форма которого определена специальным законом, представляет собой белый полумесяц и звезду на красном фоне. Государственный гимн – «Марш независимости». Столица — Анкара.

  1. Неизменяемые положения

Статья 4. Положение статьи 1 Конституции, устанавливающей форму государства как Республику, положения статьи 2 о характеристиках Республики и положения статьи 3 не могут быть исправлены, и при этом не могут вноситься предложения об их изменении».

Зададим достаточно крамольный, по турецким меркам вопрос: да, действительно, положения Статей 1 – 3 не могут быть исправлены и нельзя внести предложения по их изменению.

Однако, этот Основной Закон тоже когда-то кто-то написал и наивно было бы полагать, что хоть какая-то его часть сохранится на «веки вечные». Действуя в правовом поле от 1982 года, действительно с этими статьями ничего сделать нельзя. Но если принимается полностью (!) новый текст Основного Закона, то предметом обсуждения и переработки могут стать любые (!) положения этого документа.

Это, разумеется, чисто теоретически и умозрительно, но можно ли, к примеру, чисто юридически, сказать, что столицей Турецкой Республики является не Анкара, а Стамбул. Все ж таки Анкара – это город, который перестал быть «деревней» и превратился в столицу именно решением основателя и первого президента Турецкой Республики Мустафы Кемаля Ататюрка. Память о которому – главный конкурент «новой памяти» турецкого народа о Реджепе Тайипе Эрдогане, который, можно было бы сказать, пытается вписать свое имя в турецкую историю, если бы он уже, к настоящему времени, этого не сделал бы.

То же самое, в общем-то касается и «верности национализму» Мустафы Кемаля Ататюрка, упомянутому в Статье 2 Конституции. А можно ли к ним добавить ещё «принципы Реджепа Тайипа Эрдогана», чтобы имена «Ататюрк – Эрдоган» соседствовали друг с другом, как, допустим, «Ленин – Сталин». В том смысле, что стояли бы в одном ряду по масштабу личностей двух исторических персонажей.

55.78MB | MySQL:108 | 0,880sec