Ливия: 10 лет после мятежа и иностранной военной интервенции. Часть 2

Новый общественный договор или перманентный хаос?

Десятилетие трагических событий 2011 года вызвало к жизни большое количество обзоров и материалов, как пытающихся подвести итоги этому периоду, так и предсказать дальнейшее развитие ситуации. Перспективы урегулирования конфликта с точки зрения заключения ливийцами нового общественного договора пытается сформулировать политолог Тарек Мегериси (Tarek Megerisi). События «арабской весны» применительно к  Ливии можно рассматривать как насильственное истечение 42-летнего общественного договора Каддафи. С 2011 года непрекращающиеся обиды периферий страны на Триполи, разношерстная ЛНА, собранная Х.Хафтаром для узурпации постреволюционного государства, и растущие перерывы с зарплатами в государственном секторе демонстрируют, что, что-то, по-прежнему, серьезно не ладится. В то время как старый порядок, возможно, умер вместе с Каддафи, неспособность создать новый привела к социально-политическому некрозу Ливии. (Умер не порядок, а был разрушен баланс сдержек, противовесов и распределения общественного продукта десятилетиями выстраивавшийся М. Каддафи –авт.). Если ливийское руководство хочет изменить это условие и восстановить свою нацию и государство, тогда необходимо будет создать общественный договор для определения новой Ливии, приемлемый для большинства ливийцев. При Каддафи Ливия была ограниченной с точки зрения личных свобод, но простой в плане организации общества, когда главное сообщение ему заключалось в том, что нефтяные богатства Ливии принадлежат ее народу, и ливийский народ получил доступ к этому богатству через государственные субсидии, государственное жилье и, самое главное — возможности достичь государственных должностей. Конечно, реальность отличалась от этого декларируемого идеала, и всегда была более конкурентной, чем эгалитарной, но требовала высокой стоимости основных свобод. Как это часто бывает, сообщение оставалось усвоенным еще долго после того, как его автор сошел с политической сцены. Вот почему доминирующей динамикой на ранних и поздних этапах «революции 17 февраля» была неистовая борьба между ливийскими избирательными округами за захват как можно большей части государства, генерирующего ренту, от министерств до государственных корпораций, которые они могли защищать и от которых могли исключительно питаться. М.Каддафи был свергнут, но его государство и система остались, и с каждым днем ​​все более гротескно искажались. Это затмило еще одну проблему Ливии, о которой часто забывают. Каддафи был не только очень хорошим администратором. Государство, которое он построил, было громадным механизмом, его составляющие были предназначены для использования, а не для производства, а его ресурсы предназначались для воровства, а не для политики. Ливия при Каддафи была государством, долгое время балансировавшим на грани краха, и «революция 17 февраля» бросила его в пропасть. (здесь мы не согласимся с этим утверждением. Джамахирия, при всех свойственных ей проблемах и ошибках М.Каддафи, являла собой пример самой эффективной общественной организации в регионе БВСА –авт.).  Политики и государственные служащие на всех уровнях, вступившие в должность после 2011 года, были парализованы, столкнувшись с огромным масштабом стоящей перед ними проблемы, множеством катастроф, требующих безотлагательного внимания, и ничтожным набором инструментов, имевшихся в их распоряжении. Этот момент разрушил даже самые лучшие намерения, и в конечном итоге, государство отступало все дальше и дальше перед лицом общественного бедствия. Сегодня ливийцы сами заботятся о своих повседневных основных потребностях — от рытья колодцев до покупки генераторов. Система субсидий рухнула из-за коррупции, и даже государственные должности оплачиваются нерегулярно. Социальный договор Каддафи безвозвратно уничтожен, система, которая когда-то его реализовала, лежит в руинах, и те же хищники, которые разрушили ее, доведя ее до крайности, не проявляют никаких признаков ослабления желания перестать растаскивать доставшиеся им ресурсы. Системе жизнеобеспечения Ливии существованию государственных рабочих мест, возможно, придется и дальше предотвращать полный крах, но многие еще не осознали, что любое будущее ливийское государство придется строить, практически, с нуля. Если неудачи правящей структуры Каддафи создали пространство для роста революции, то несправедливость была топливом, которое заставило революцию заполнить его. Протесты в начале февраля 2011 г. были вызваны арестом адвоката, представлявшего семьи жертв режима, а затем подпитаны новым насилием, направленным против Бенгази, Завии и Мисураты, поскольку несправедливость породила возмущение. Однако подобно тому, как революция только подстегнула коррупцию и дисфункцию ливийского государства, так же она создала чудовищ из жертв. Коллективное наказание, массовые переделы и присвоение собственности, дегуманизация стали реальностью, осуществляемой постоянно фрагментированными вооруженными  группами, расколотыми и движимыми отсутствием безопасности, местью или просто жадностью. Закон оружия стал основным, закрепив философию права, согласно которой победителю достается добыча. Судебная система Ливии превратилась в издевательство над собой со стороны тех, кого она когда-то терроризировала. Многие прежние судьи были убиты или их приговоры были вынесены по принуждению, суды регулярно подвергались нападениям, а заключенные похищались из-под стражи государства. Между тем, вооруженные группы применяли свои собственные правила и содержали собственные тюрьмы в своих вотчинах. Всего через два года после «революции 17 февраля» в судебной системе Ливии накопились десятки тысяч дел. Отсутствие повседневной справедливости только подтолкнуло обычных людей к бдительности, что еще больше расширило возможности для процветания ополченцев и просто банд. Спустя 10 лет после событий 2011 года лидеры ополчений по большей части легализовались и обуржуазились, их сторонники  одеты в форму, а их жертвы до сих пор томятся в застенках. Правовой абсурд стал обычным делом, поскольку государство было вынуждено потакать ополченцам, международное сообщество решило обучать и развивать их как партнеров, и постепенно они стали неотличимой частью новой элиты Ливии. Но, как демонстрируют почти ежедневные стычки в Триполи и междоусобное насилие в Бенгази, новая правовая философия Ливии — это то же самое взаимно гарантированное уничтожение, только происходящее под другим именем.

Все нынешние социальные, административные и правовые недостатки Ливии кроются в отсутствии нового общественного договора и неспособности классифицировать права, обязанности и особенности ливийского гражданского статуса после Каддафи. Неадекватность того, что было, подтолкнуло ливийцев к революции, которую они никогда не знали, так же, как не знали куда идти потом. Национальная конференция по примирению при поддержке ООН проложила путь к новому общественному договору через объединенные институты, децентрализацию и новое понимание того, как ливийцы реализуют свое право на ресурсы Ливии. Это вехи, к которым необходимо направить Ливию, если интерактивный диалог по социальному контракту будет развиваться и станет возможным, ведясь постоянно и органично. Хотя это видение может, наконец, указать направление революции в Ливии, устранение несправедливости — единственный способ ее добиться. Вот почему, хотя политические, военные и экономические события всегда будут занимать первые строки в новостных заголовках, инвестиции в программы правосудия переходного периода и национального примирения являются ключом к сглаживанию цикла насилия в Ливии.

Выводы эксперта ведущего итальянского международного исследовательского центра ISPI, несмотря на некоторую наивность и предвзятость в части определений, подтверждают наше утверждение о причинах свержения М.Каддафи. В чем будет состоять новый общественный договор? И здесь мы приходим к неожиданному заключению: он будет по содержанию почти таким же, как и прежний, в плане обеспечения части общественного продукта и набора социальных гарантий. Но будет лишен того, чем ливийцы, по большей части воспользоваться не смогли, возможностями, данными им при М.Каддафи, когда любой человек, при наличии желания и способностей мог реализовать себя в системе народного управления и волеизъявления. Грандиозный социальный эксперимент, затеянный лидером Джамахирии, уткнулся в то же самое, с чем пришлось столкнуться классовому подходу марксистской теории: в бытовую иждивенческую психологию индивидуума, по природе своей гораздо более склонного к покою и потреблению, чем к развитию и созиданию. М.Каддафи попытался реализовать общественный потенциал для трансформирования ливийского социума и окружающего мира сообразно своим представлениям. Ему многое удалось, особенно на первом этапе развития Джамахирии. Затем, наступила стагнация. Второй импульс джамахирийской экспансии был монетизирован, а «Зеленая идея», переродилась бы в буржуазно-республиканскую, но здесь внешнее вмешательство остановило ливийского лидера, уж слишком он выделялся на общем фоне и слишком радикальными сулили стать уже не социальные, а вполне себе экономические предприятия, готовившиеся им в Африке, прежде всего.  Поэтому ливийцам придется довольствоваться тем же, или чуть меньшим, чем при Джамахирии, но без возможности народного низового самоуправления. Оно вернулось на родовой, общинный уровень. Такова природа демократии западного образца, иллюзии, призванной ограничить и контролировать импульс социальной справедливости, который предлагается заменить набором благ и усредненным уровнем жизни.

Предпосылки для заключения нового общественного договора в Ливии формируются.

Новый глава Президентского совета Мухаммед аль-Манафи вернулся в Триполи  после поездки по нескольким городам и  встреч с политиками, шейхами племен, представителями общественности Киренаики, которых он, главным образом призывал выразить доверие правительству Абдель  Хамида ад-Дбейбы. Эту тему аль-Манафи обсуждал в Тобруке с парламентскими «тяжеловесами», Зайедом Хадия и вторым заместителем спикера Палаты представителей Ахмедом Хумой и в присутствии делегации представителей Феццана. Эти встречи  совпали с началом консультативного заседания части депутатов в Сабрате, возглавляемого старейшим депутатом Абу Бакром Баирой, в присутствии 65 депутатов от Киренаики помимо депутатов от Триполитании и Феццана.

Посол США в Ливии, Ричард Норланд подтвердил, что Соединенные Штаты будут продолжать сотрудничать с Миссией Европейского союза по приграничной помощи в Ливии и приветствуют ее важную работу по поддержке ливийских правоохранительных органов, реформе уголовного правосудия и восстановления управления границами. Это произошло во время встречи, проведенной послом с новым главой Миссии, Наталиной Сиа и ее новым главой штаба Евой Марией Великович. Посольство США указало на своей  официальной странице в «Твиттере», что Норланд поздравил двух официальных лиц со вступлением в новые обязанности и обсудил с ними поддержку Миссии Европейского союза по приграничной помощи в Ливии.

55.82MB | MySQL:105 | 0,464sec