О факторах, влияющих на возвращение США в соглашение по иранской ядерной программе

Главный внешнеполитический чиновник ЕС Жозеп Боррель назвал возрождение иранской ядерной сделки «самым неотложным и важным» дипломатическим приоритетом в американо-европейских отношениях, заявив, что возвращение Вашингтона и Тегерана к соблюдению СВПД «будет возможно». Выступая перед Атлантическим советом (американский аналитический центр, основанный в 1961 году) 23 февраля, Боррель также отверг усилия по расширению соглашения для решения вопросов, выходящих за его нынешние рамки, предупредив, что добавление других вопросов к соглашению «заблокирует процесс» его спасения. Многостороннее соглашение, известное как Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), предусматривало сворачивание Ираном своей ядерной программы в обмен на отмену санкций против его экономики. «СВПД — это то, что есть. Может быть, есть и другие вопросы, которые должны быть приняты во внимание. Но не складывайте все вместе», — сказал Боррель, который является верховным представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности. Таким образом, образовался, как минимум, разрыв в тактике будущего переговорного процесса между Брюсселем и Вашингтоном. Президент США Дж.Байден и его главные помощники заявили, что планируют сделать сделку «более длительной и сильной» и использовать ее для начала более широких переговоров по региональной деятельности Ирана и программе баллистических ракет, но Тегеран заявляет, что его оборонная политика не подлежит обсуждению. Это условие принимается Брюсселем и Боррель также заявил, что для возвращения СВПД в действие необходимы как соблюдение иранских требований, так и смягчение санкций США, подчеркнув, что он упорно работает над организацией встречи для всех вовлеченных сторон, чтобы «дать зеленый свет» возвращению к сделке. «Для нас, европейцев, иранская ядерная сделка-это триумф дипломатии, и мы очень гордимся этим», — сказал он, отметив, что Тегеран не нарушил соглашение до того, как Вашингтон вышел из него. В свою очередь администрация США объявила на прошлой неделе, что готова вступить в прямые переговоры с Тегераном в формате «5+1» для обсуждения хода реализации пакта. «5+1» -это блок мировых держав, который вел переговоры по соглашению с Ираном в 2015 году. В него входят пять постоянных членов Совета Безопасности ООН: США, Великобритания, Франция, Россия и Китай — плюс Германия. Дипломатические усилия на прошлой неделе опередили крайний срок, установленный иранским парламентом для ограничения доступа инспекторов МАГАТЭ на его ядерные объекты, если санкции США не будут сняты. Закон приостанавливает проведение внеплановых проверок, известных как Дополнительный протокол, со стороны должностных лиц агентства. Но прежде чем он вступил в силу, Иран достиг соглашения с МАГАТЭ о «смягчении планов по сокращению сотрудничества» ними. «Мы достигли временного двустороннего технического соглашения, в соответствии с которым агентство будет продолжать свою необходимую деятельность по проверке и мониторингу в течение периода до трех месяцев», — заявил в воскресенье глава МАГАТЭ Рафаэль Мариано Гросси. Однако МАГАТЭ признало, что ее инспекторы будут иметь «меньший доступ», чем они имели, когда сделка вступила в силу. Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф заявил 23 февраля, что приостановление действия Дополнительного протокола вступило в силу. Но он отметил в своем твите, что иранские нарушения СВПД, которые он назвал «корректирующими мерами» в ответ на выход США из сделки, являются «обратимыми». В то же время  Франция, Германия и Великобритания (Е3) заявили в совместном заявлении, что они «глубоко сожалеют» об иранском шаге. «Е3 едины в том, чтобы подчеркнуть опасный характер этого решения. Это существенно ограничит доступ МАГАТЭ к объектам и к информации, имеющей отношение к гарантиям», — заявили эти три европейские страны. Со своей стороны, Боррель охарактеризовал временное соглашение между Ираном и МАГАТЭ как «окно возможностей». «Мы должны использовать это окно возможностей для того, чтобы вернуть СВПД в нужное русло. Это потребует от Ирана возвращения к полному соблюдению ядерного соглашения. И это потребует также снятия санкций… Одно идет вместе с другим», — сказал он. Таким образом, надо констатировать, что основные «дипломатические копья» сейчас ломаются вокруг предварительных условий переговорного процесса с учетом круга вопросов (расширение или нет этого спектра за счет досье иранской ракетной программы), которые должны быть вынесены на него и выполнения условий Тегерана по снятию санкций. Если еще проще, то между двумя странами возникли разногласия по поводу того, кто должен сделать первый шаг к возрождению этой сделки. МИД Ирана подтвердил 21 февраля, что США не смогут присоединиться к переговорам без снятия  санкций. Вашингтон говорит, что Тегеран должен сначала уступить в ряде вопросов. И это не только аспекты ядерной программы. Почему-то все забывают и еще об одном условии со стороны США: это освобождение их граждан, которые сейчас находятся под арестом в Иране. Советник Джо Байдена по национальной безопасности Джейк Салливан заявил 21 февраля, что США начали общаться с Ираном по поводу задержания американских граждан, назвав этот вопрос «полным и абсолютным безобразием». В последние годы Иран арестовал десятки лиц с двойным гражданством, включая нескольких американцев, главным образом по обвинению в шпионаже. Правозащитники обвиняют Тегеран в попытке использовать задержания для получения уступок от других стран, однако это обвинение он отвергает, сообщает Reuters. «Мы начали общаться с иранцами по этому вопросу. Мы не примем долгосрочного предложения, где они продолжают удерживать американцев несправедливым и незаконным образом», — сказал Салливан.  По его словам, этот вопрос представляет собой «гуманитарную катастрофу». При этом  Салливан добавил, что Байден был «полон решимости» помешать Ирану получить ядерное оружие, и что дипломатия будет лучшим способом сделать это. Отметим, что нынешняя коммуникация между Тегераном и Вашингтоном по поводу американских граждан, задержанных в Иране, ведется через швейцарское посольство, которое занимается американскими интересами, а не через какой-либо прямой контакт. «Иранское правительство не обсуждало американских заключенных с Вашингтоном. Все сообщения были переданы через швейцарское посольство в Тегеране», — сообщил неназванный источник сайту, который связан с Высшим советом национальной безопасности Ирана.  В этой связи констатируем главный момент, который сейчас тормозит начало прямых переговоров. Это, прежде всего, объем взаимных предварительных уступок. В Вашингтоне прекрасно понимают, что его согласие на вывод досье иранской ракетной программы из переговоров и снятие пусть и части санкций  будет воспринято в Тегеране как «оглушительная победа», что резко усилит неуступчивость иранцев в дальнейших переговорах. При этом американские эксперты, в отличие от европейцев, не склонны излишне драматизировать нынешний компромисс Тегерана с МАГАТЭ.  Они полагают, что этот компромисс  просто дает Тегерану и Вашингтону еще три месяца «передышки» для начала прямых переговоров. Они считают, что главное в данном случае то, что обе стороны достигли компромисса по проверке и мониторингу, который позволит сохранить ограниченный доступ МАГАТЭ к ядерным объектам. Иранцы согласились продолжить осуществление соглашения о всеобъемлющих гарантиях (которое допускает проведение некоторых инспекций ядерных объектов), а  МАГАТЭ  продолжит свою «необходимую деятельность по проверке и мониторингу в течение трех месяцев». Эта временная договоренность ожидалась  в течение нескольких недель, причем министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф неоднократно подчеркивал, что приостановление действия Дополнительного протокола не означает, что Тегеран планирует полностью ограничить доступ МАГАТЭ к инспекциям. При этом запланированная приостановка действия Ираном Дополнительного протокола сдерживает некоторое добровольное соблюдение ядерной сделки, которое требуется в соответствии с новым иранским законодательством.Дополнительный протокол является ключевой частью СВПД, предоставляющей МАГАТЭ более широкий доступ к иранским ядерным объектам. Его приостановка означает меньшую видимость иранской ядерной деятельности. Напомним, что иранский парламент принял закон в декабре 2020 года, требующий от Организации по атомной энергии Ирана создать рычаги для смягчения санкций, сократив свои обязательства по ядерной сделке 2015 года. Одна из статей этого закона требует прекращения осуществления Дополнительного протокола, который включает прекращение права МАГАТЭ требовать проведения внезапных инспекций на определенных ядерных объектах. Закон в том виде, в каком он был сформулирован, был достаточно двусмысленным, чтобы допустить недавний компромисс МАГАТЭ, который может быть продлен и дальше, если переговоры между США и Ираном не достигнут прогресса. То есть, этот временный компромисс с МАГАТЭ даст иранскому правительству еще несколько месяцев для продолжения дипломатии с Соединенными Штатами в то время, когда Белый дом сигнализирует, что он открыт для переговоровЭтот компромисс также поможет Ирану сохранить дипломатическую активность с Европейским союзом и остальным мировым сообществом, избегая дополнительных санкций за неуклонное продвижение своей ядерной программы в соответствии с новым законом. Однако Иран и Соединенные Штаты по-прежнему расходятся во мнениях относительно того, кто должен сделать первый шаг к возвращению к соблюдению СВПД. Собственно на эту тему еще три месяца и будут продолжаться дипломатические баталии. А пока Вашингтон уже обозначил круг своих уступок: он не будет пока  снимать санкции, но пойдет на уступки с точки зрения ослабления части финансовых ограничений, наложенных на Иран. Согласно заявлению Центрального банка Ирана от 22 февраля, Иран и Южная Корея достигли соглашения о частичной разморозке иранских активов в Южной Корее. При этом подробности этой сделки не были обнародованы. А такая разморозка возможна только с молчаливого одобрения США. Открытие доступа Ирана к финансированию Международного валютного фонда также будет возможно только с молчаливого одобрения США, и, по некоторым данным, оно уже готовится. В данном случае рискнем предположить, что речь идет о некоторых уступках США в обмен, прежде всего, на освобождение своих граждан из иранских тюрем.

При этом американские эксперты полагают, что усиление парламентского давления на президента Ирана Хасана Роухани и умеренное крыло иранской элиты в общем, потенциально включая призывы к его импичменту, будет препятствовать способности его правительства быстро достичь соглашения с Соединенными Штатами. Временное соглашение с МАГАТЭ соответствует новому иранскому закону о наращивании ядерной деятельности. Но «ястребы» сейчас нападают на правительство Роухани за то, что оно пошло на компромисс с МАГАТЭ после того, что они считают годами уступок западным требованиям, не имея для этого никаких доказательств. Занимая свою традиционную роль арбитра, верховный лидер ИРИ аятолла Али Хаменеи будет вынужден вмешаться, если сопротивление парламента правительству Роухани, включая потенциально призывы к импичменту, достигнет дестабилизирующего уровня, особенно в преддверии июньских президентских выборов. 22 февраля 2021 иранский законодатель проголосовал за подачу жалобы в судебные органы по поводу трехмесячного соглашения о проверке с МАГАТЭ. Спикер иранского парламента Мохаммад Багер Калибаф также написал в своем твиттере, что законодатели должны одобрить любое дополнительное сотрудничество с МАГАТЭ. Если проще за скобками предвыборной борьбы в Иране начинается борьба «ястребов» за свою долю влияния в проведении любых переговоров с коллективным Западом с тем, чтобы таким образом максимально минимизировать  возможные политические дивиденды «умеренных» от возможного прогресса на этих консультациях.

55.91MB | MySQL:108 | 0,602sec