О политике администрации Дж.Байдена на сирийском направлении в контексте интересов Израиля

В число приоритетов нового президента США в рамках первых 100 дней пребывания на ключевом посту вошли иранская и израильская проблематика. При этом на первом направлении эксперты ожидали послаблений, способных перезапустить американо-иранский диалог и восстановить систему сдерживания ядерных амбиций Тегерана посредством СВПД, в то время как в адрес Иерусалима, наоборот, прогнозировалось ужесточение курса по сравнению с особым характером двусторонних отношений при Д.Трампе. Однако, подбираясь к 50-дневному рубежу исполнения президентских обязанностей, Дж.Байден санкционировал первую силовую операцию, ареной для которой оказалась Сирия. Этот шаг стал основанием для пересмотра представлений о контурах ближневосточной политики лидера Соединенных Штатов.

Объяснением, которое президент дал Конгрессу в связи с авиаударом по Сирии, совершенными без санкции законодательного органа, главным образом сводилась к использованию Вашингтоном «права на самооборону» в соответствии со статьей 51 Устава ООН и ответу на атаки по объектам международной коалиции под руководством США в Ираке, совершенные в середине прошлого месяца. Однако в Израиле этот шаг был истолкован как весьма явный сигнал Тегерану, который представляет опасность для Иерусалима не только своей ядерной программой, но и усилением присутствия в непосредственной близости от границ еврейского государства. Соответственно, через удары по позициям проиранских боевиков, как отметило со ссылкой на неназванные правительственные источники израильское издание Globes, США стремятся сдержать иранское воздействие в очагах региональной нестабильности[i]. При этом, как было сказано в той же публикации, не исключается, что израильская сторона была заранее проинформирована, что говорит о координации двух стран в вопросах проведения воздушных операций.

Любопытно здесь и еще одно обстоятельство, а именно упоминание Дж.Байденом принципа самообороны, закрепленного ООН. Обращение к Уставу организации в данном контексте важно не только с точки зрения объяснения действий президента без согласования с Конгрессом, хотя и оно важно, поскольку вызвало критику ряда однопартийцев американского лидера. Значимость данного факта для Израиля определяется, с одной стороны, шансом обратиться к аналогичной аргументации в случае усиления напряженности.

С другой стороны, использование Вашингтоном «комфортной» трактовки основополагающего документа ООН дает Иерусалиму возможность надеяться на схожее истолкование, к примеру, в случае с Международным уголовным судом в Гааге, санкции в отношении которого попросили сохранить Б.Нетаньяху и Г.Ашкенази в недавних беседах с контрпартнерами из США. Выполнение израильских пожеланий будет означать сдерживание активности МУС в расследовании предполагаемых нарушений прав человека и военных преступлений на палестинских территориях. В случае с Газой дискредитация Израиля выгодна иранским прокси в секторе, против которых, судя из активности в САР, пытается бороться новая администрация.

Интересным образом схожая проблематика находит выражение в повестке дня переговоров представителей Израиля и России. Так, Б.Нетаньяху написал в твиттере о телефонном разговоре с президентом РФ В.Путиным по «региональным проблемам и продолжающейся координации». Близкие по смыслу сообщения последовали по итогам общения Б.Ганца с С.Шойгу и Г.Ашкенази с С.Лавровым. Особенно примечательно, что израильский министр обороны отдельно привлек внимание к МУС. Такого рода зеркальность тем, звучащих на раундах общения первых лиц Израиля с руководством России и США может свидетельствовать, что в действительности Иерусалим не рассчитывает всерьез на Вашингтон ни в рамках широкой иранской проблематики, где подход американской администрации к СВПД – красная линия для Израиля, ни в случае с самой САР. Вместо этого за счет диалога с Россией, организованного на фоне отвечающих краткосрочным израильским интересам действий Соединенных Штатов, Иерусалим пытается дополнительно мотивировать Москву не отступать от политики координации в Сирии и учета Кремлем израильских интересов на этом треке, но уже в долгосрочной перспективе.

Надо сказать, что опасения Израиля на сирийском направлении не случайны и касаются они прежде всего суверенитета над Голанами, ранее признанного Д.Трампом. Комментируя этот вопрос, Госсекретарь США Э.Блинкен сделал неоднозначное заявление, суть которого сводилась к тому, что «контроль над Голанскими высотами в нынешней ситуации имеет реальное значение для безопасности Израиля. Однако юридические вопросы о праве на землю – это нечто другое, и их следует рассматривать со временем, если ситуация в Сирии изменится». Другими словами, в сирийско-израильском урегулировании появляется нечто вроде вопроса окончательного статуса, похожего на пункты о границах, поселениях или Иерусалиме в палестино-израильском мирном процессе. При этом актуальной эта проблематика должна стать по мере урегулирования, которое приведет к усилению режима в САР, а он просто так контроль над территорией не уступит.

Наконец, как сообщила в воскресенье базирующееся в Лондоне саудовское издание Asharq Al-Awsat, накануне начала гражданской войны в САР США предложили Б.Асаду соглашение, по условиям которого он откажется от связей с ИРИ и ливанской шиитской «Хизбаллой» в обмен на Голаны. Не исключено, что новая Демократическая администрация, от которой ожидают заметной преемственности курсов с периодом Б.Обамы, попытается реанимировать эти договоренности, возможно, даже вписав их в процесс сирийско-израильской нормализации. Она, в свою очередь, потенциально могла бы стать достижением Дж.Байдена на президентском посту, за которое президент имел бы шанс претендовать на Нобелевскую премию мира, борьба за которую стала принципиальной для американских лидеров последних лет.

В целом по мере приближения к первому значимому рубежу президентства Дж.Байдена наблюдается возросшее внимание Вашингтона к сирийской проблематике. Связано это может быть с тем, что вопрос является значимым сразу для трех приоритетных направлений американской внешнеполитической активности – израильского, иранского и российского. Иерусалиму в нынешних условиях на руку давление, оказываемое США на ИРИ в том, что касается прокси и ракетной программы, т.к. подобная политика отвечает тактическим интересам еврейского государства. Более того, схожего курса придерживаются и европейские игроки, что дает возможность использовать их консенсус с США для борьбы хотя бы с некоторыми составляющими комплексной иранской угрозы. Впрочем, в долгосрочной перспективе в Израиле, судя по всему, на новую администрацию положиться не готовы. В этой связи удар США по Сирии воспринимается не как сигнал возможности переориентироваться на Белый дом, а как аргумент на переговорах с Кремлем с тем, чтобы добиться от российской стороны подтверждения существующих принципов общения относительно Сирии.

[i]i»התקיפה האמריקאית בסוריה: «ביידן שולח מסר תקיף לאיראן

 

51.62MB | MySQL:101 | 0,380sec