Западные военные эксперты о динамике повстанческих и контрповстанческих действий на примере Мали. Часть 1

С момента начала восстания туарегов в 2012 году воинствующие экстремистские организации (violent extremist organisations,VEOs, далее – ВЭО) становились все активнее в Мали и остальной части Сахеля. Сегодня состоящий из нескольких террористических группировок «Джамаат Нусрат аль-ислам Валь Муслимин» (Jama’at Nusrat al-islam Wal Muslimeen, JNIM – запрещен в РФ) проводит свои операции на большей части территории этого государства. Более того, в непосредственной близости от приграничного региона Мали, Буркина-Фасо и Нигера действуют отряды «Исламского государства в Большой Сахаре» (Islamic State in the Greater Sahara, ИГБС – запрещено в РФ).

Для усиления контроля над сельскими районами эти ВЭО применяют приемы партизанской войны, которые сводят к минимуму обычные открытые боевые действия. В основе их тактики лежит принцип «бей и беги», на практике подразумевающий проведение засад с применением стрелкового оружия и самодельных взрывных устройств, комплексные атаки с использованием «джихад-мобилей», а также подрывные операции. По мнению ряда западных военных экспертов, изложенному в публикации Канадского военного журнала (Canadian Military Journal), ключом к свободе действий этих группировок служит их доступ к географическим линиям коммуникаций и к гражданскому населению. Первый позволяет боевикам беспрепятственно перемещаться по региону, второй – обеспечивает их разведданными, рекрутами, пищей и, в некоторых случаях, убежищем. Часто, для контроля и навязывания своей воли сельским жителям лидеры ВЭО направляют в деревни надсмотрщиков. В других случаях террористы приходят в незащищенные деревни, когда им заблагорассудится, чтобы проповедовать радикальный ислам, вводить законы шариата и получать все, что им нужно.

В западной военной практике противодействие формированиям, подобным ВЭО, получило обозначение контрпартизанских операций (counterinsurgency, COIN), или противоповстанческих действий (ППД). Часть подобных мероприятий направлена на предотвращение доступа партизан к населенным пунктам путем размещения в них «статических сил безопасности», призванных защищать гражданское население. В этом случае повстанцы теряют способность сливаться с населением, вербовать новых рекрутов, не имеют поддержки и разведданных, необходимых для организации атак. Другие варианты ППД преследуют цель перекрыть ВЭО доступ к линиям коммуникаций и государственной границе путем проведения засад, операций по перехвату и ведения разведки (intelligence-surveillance-reconnaissance, ISR).

Считается, что в условиях, когда населенные пункты в сельской местности, ключевые коммуникации и приграничные районы контролируются силами безопасности, повстанцы попадают в ловушку и вынуждены скрываться без снабжения, новобранцев и разведки. В конечном итоге это приводит к их гибели. В прошлом подобная тактика применялась на нескольких театрах военных действий (ТВД): в Алжире против Фронта национального освобождения, в Малайе против Малайской национально-освободительная армии, во Вьетнаме против Вьетконга, в Ираке против «Аль-Каиды» (запрещена в РФ), в Афганистане против ИГ (запрещено в РФ), а также в Колумбии против партизан ФАРК.

Очевидно, что каждый из перечисленных конфликтов характеризуется различной политической, социальной, военной и географической динамикой. В свою очередь ППД затрагивают политические, военные, экономические, гражданские и социальные направления деятельности. Вместе с тем, западные эксперты полагают, что в рамках ППД операции  по обеспечению безопасности универсальны и имеют первостепенное значение для достижения успеха независимо от рассматриваемого ТВД. По этой причине способность ВЭО оставаться боеспособными в Мали является прямым следствием отсутствия конкретного рода контрпартизанских действий в сельских районах страны.

 

ВЭО и гражданское население

Согласно публикации Канадского военного журнала, JNIM объединяет пять группировок: «Ансар ад-Дин» (Ansar al-Din), «Аль-Мурабитун» (Al Murabitoun), «Фронт освобождения Мачина» (Macina Liberation Front), «Альмансур Аг-Алькассум» (Almansour Ag Alkassoum) и «Аль-Каиду Исламского Магриба» (АКИМ). Эти ВЭО действуют в разных районах Мали и Сахеля. ИГБС – аффилированная группа ИГ, действует в приграничных районах Мали, Нигера и Буркина-Фасо. Наконец, в северной части Буркина-Фасо оперирует независимая группировка «Ансар уль-Ислам» (Ansaroul Islam), сотрудничающая с JNIM и ИГБС. Эти ВЭО смогли расширить зону своей деятельности, благодаря легкому доступу к гражданскому населению и используемым географическим линиям коммуникаций.

Сельское население Мали остается одним из основных центров притяжения террористов. Если ВЭО удастся отделить население от сил безопасности, контролировать его физически и, применяя устрашение, добиться его активной или пассивной поддержки, боевики получат решающее тактическое преимущество перед Вооруженными силами Мали. Как утверждает воевавший в Алжире французский эксперт в области ППД подполковник Дэвид Галула (David Galula): «[Для повстанцев] использование политической власти зависит от молчаливого или явного согласия население или, в худшем случае, от его покорности».

В своей работе «Противоповстанческая война, теория и практика» Д.Галула подчеркивает, что по мере того, как повстанческая группировка получает поддержку, ее возможности растут. Что касается народной поддержки, то выигрыш повстанцев оборачивается потерей правительственных сил, и наоборот. Нынешнюю способность ВЭО Мали действовать с такой эффективностью эксперт объясняет отсутствием комплекса мероприятий ППД, опирающихся на принцип «очистить-удержать-построить» (clear-hold-build, CHB). Приемы CHB подробно описаны в «Руководстве по борьбе с повстанцами» армии США FM 3-24. Согласно документу принцип CHB преследует следующие цели:

  • создание безопасной физической и психологической среды;
  • установление жесткого государственного контроля над населением и территорией;
  • формирование поддержки со стороны местных жителей.

Усилия ППД должны начинаться с контроля ключевых заселенных географических зон. Методика предполагает реализацию принципа CHB сначала в одной деревне, районе или городе, а затем закрепление оперативных успехов за счет расширения операции ППД на другие области. Такой процесс часто называют теорией «нефтяного пятна». При этом, сам подход направлен на развитие устойчивой и эффективной структуры местного самоуправления и укрепление легитимности местных властей в глазах населения.

Во многих отношениях общий план действий ВЭО очень похож на оперативный план сил безопасности. В Мали повстанческие группировки постепенно расширяли зону своего присутствия, распределяя свои силы и влияние из одного региона в другой. Они постепенно усиливали контроль над сельскими районами и обеспечивали соблюдение своих законов в деревнях, получая поддержку или покорность гражданского населения. По этой причине, эксперты считают мероприятия CHB столь важными для ослабления повстанческого движения. Основными задачами, необходимыми для выполнения принципа CHB являются:

  • гарантирование постоянной безопасности местных жителей;
  • устранение присутствия повстанцев;
  • усиление политического превосходства;
  • обеспечение верховенства закона;
  • восстановление учреждений местного самоуправления.

Их выполнение требует совместной работы гражданских властей, разведывательных служб и сил безопасности (иностранных или внутренних). Основной причиной того, почему в Мали относительно небольшие отряды террористов (согласно публикации, всего около 1300-1800 боевиков) остаются способными поддерживать свой нынешний уровень активности, эксперты называют то, что силы безопасности не проводят надлежащих операций, реализующих принцип CHB.

Обеспечение безопасности конкретного района с помощью обычной тактики ведения боевых действий является решающим этапом, который необходимо выполнить при проведении кампании ППД в данном районе. В зоне Сахеля ВЭО показали значительную уязвимость, столкнувшись с французскими операциями по зачистке «Сервал» и «Бархан». Однако при очень небольшом количестве войск, развернутых для обеспечения постоянной безопасности местного населения, ВЭО в какой-то момент смогут восстановить некоторое влияние и снова проникнуть на зачищенную территорию. В то время как французские военные операции представляют наибольшую угрозу для ВЭО, операцию «Бархан» эксперты относят скорее к инициативе «макро-ППД», чем полноценной военной кампании. Французские войска слишком малочисленны и рассредоточены для выполнения конкретной миссии ППД, которая помимо военных мероприятий должна включать также политические, гражданские и социальные инициативы. Что касается контингента ООН, то мандат Многопрофильной комплексной миссии по стабилизации в Мали (MINUSMA) не позволяет ее силам проводить ​​ППД и операции по обеспечению безопасности.

Второй этап CHB (устранение присутствия повстанцев) будет иметь долгосрочные последствия только в том случае, если войска останутся в районе операции вместе с гражданским населением. Как только силы безопасности покинут зачищенную территорию – ВЭО неизбежно вернутся и возобновят свою деятельность в этом регионе. Многочисленные отчеты о деятельности малийских вооруженных сил подтверждают это положение. На местах ситуация такова, что отдельные племена, не надеясь на помощь армии,  формируют собственные отряды ополчения для защиты местного населения.

Так, для борьбы с ВЭО члены племени дозо (Dozo) создали отряды в нескольких городах провинции Мопти. Глава дозо в деревне недалеко от Дженне (Djenne) объяснил репортеру National Geographic, что «правительственная «бездействующая армия» не смогла защитить его народ от исламистских боевиков, поэтому они сами взяли на себя ответственность». Это усугубило ситуацию, поскольку, как сообщается, эти группы ополченцев нацелены на людей племени фулани (Fulani), которые, как широко считается, связаны с ВЭО. Например, дозо, принадлежащие к племени дан на амбассагу (Dan Na Ambassagou), обвинялись в убийстве почти 150 человек в деревне Огоссогоу (Ogossogou) в марте 2019 года. Помимо того, на востоке Мали, в районе Менака (Menaka) вооруженные отряды Движения за спасение Азавада (Movement for the Salvation of Azawad, MSA), Группы самообороны Имгад туарегов и союзники (the Imghad Tuareg Self-defense Group and Allies, GATIA) и группы фулани Ганда Изо (Ganda Izo) с 3 апреля 2018 года объединили свои силы, чтобы противостоять ВЭО и компенсировать недостатки национальной армии. По мнению специалистов, столь решительные инициативы подпитываются отсутствием сил безопасности, развернутых в деревнях для защиты людей, обеспечения законности и порядка.

Третий шаг в последовательности CHB (усиление политического превосходства) может быть выполнен только в том случае, если должностные лица местных органов власти смогут работать в сельских общинах, не опасаясь преследований или убийств со стороны боевиков. Бездействие сил безопасности усиливает контроль со стороны ВЭО и мешает представителям правительства, старейшинам деревень и мэрам городов безопасно управлять своими районами ответственности. В таких условиях выполнение двух последних этапов CHB (обеспечение верховенства закона и восстановление учреждений местного самоуправления) представляется недостижимым.

51.61MB | MySQL:101 | 0,357sec