Иран: сентябрь 2008 года. Военно-политическая ситуация

1. Внутриполитическая обстановка

Наблюдательный совет — государственный орган, контролирующий проведение выборов в Иране, который подчиняется непосредственно духовному лидеру Исламской Республики и главе государства аятолле Али Хаменеи, — утвердил предложение МВД о проведении 12 июня 2009 г. очередных президентских выборов. В этот день состоятся десятые в истории Ирана выборы президента страны.

Главный вопрос новой избирательной кампании: будет ли переизбран на очередной четырехлетний срок нынешний иранский президент Махмуд Ахмадинежад. Сам Ахмадинежад, который возглавил правительство Ирана летом 2005 г., пока еще публично не заявлял о своем намерении участвовать в президентской гонке. Однако духовный лидер аятолла Хаменеи уже высказался в поддержку кандидатуры Ахмадинежада, чем значительно укрепил его позиции.

На сегодняшний день возможными соперниками нынешнего президента Ахмадинежада могут стать умеренный консерватор мэр Тегерана Багир Галибаф, спикер меджлиса Али Лариджани, бывший министр иностранных дел ИРИ, а ныне советник духовного лидера Али Акбар Вилайяти, бывший вице-президент Реза Ариф, бывший генсек Совета национальной безопасности Хасан Рухани, экс-спикер меджлиса Мехди Карруби и бывший президент Ирана Мохаммад Хатами.

Однако не все спокойно в руководстве Ирана. Депутаты меджлиса (иранского парламента) продолжают оказывать давление на членов правительства, выражая им недоверие. Правда, парламентарии специально не доводят дело до логического конца — до импичмента, — ведь в целом они поддерживают политическую стратегию президента Ахмадинежада, критикуя лишь тактические моменты его деятельности. И поэтому они пользуются угрозой импичмента лишь как средством давления на министров. Так, в сентябре в меджлисе Ирана был аннулирован проект импичмента министра образования Ирана Али Ахмади. Его отставки требовали 80 парламентариев. Согласно закону, если кроме министра образования Ирана к импичменту были бы привлечены еще два министра кабинета, этого было бы достаточно для полного пересмотра деятельности всего правительства. Однако большинство депутатов являются сторонниками правительства Ахмадинежада, и они очень хорошо понимают, что импичмент министров незадолго до президентских выборов приведет к проблемам.

По мнению иранских политологов, президент Ахмадинежад попросил духовного лидера Ирана Али Хаменеи поддержать власть в течение оставшегося короткого срока, и поэтому по инициативе спикера Али Лариджани представители парламента отказались подвергать импичменту министра образования. До этого, в апреле, без слушания был аннулирован импичмент министра торговли Масуда Мирказими.

Нет сомнений, что приближающиеся выборы президента ИРИ сказываются на активизации внутриполитической жизни Ирана. В частности, и на борьбе иранских женщин за свои права. В сентябре к тюремному заключению и ударам плетьми приговорены две правозащитницы-феминистки за участие в манифестациях с требованием предоставить женщинам равные с мужчинами права в семейных вопросах, в частности, при разводе, опеке детей, наследовании.

Согласно окончательному вердикту, 31-летняя Масуме Зия приговорена к году тюремного заключения и 35 ударам плетью, 55-летняя Марзие Лангеруди — к 6 месяцам тюрьмы и 10 ударам плетью. Осужденные были задержаны полицией во время массовых манифестаций феминисток в июле 2006 и марте 2007 г. в Тегеране. Всего полиция арестовала тогда свыше 100 женщин, требовавших равноправия.

Как известно, иранское законодательство основано на шариате — своде норм поведения в исламском обществе. Помимо лишения свободы оно предусматривает меры физического наказания, в частности удары плетью. Особо тяжкие преступления караются смертной казнью.

Шариатом строго регламентируются все сферы общественной жизни. В суде показания двух женщин приравниваются к показаниям одного мужчины, при разводе дети остаются с отцом, при наследовании двукратное преимущество имеют мужчины: в случае смерти отца сын получит две трети наследства, а дочь лишь одну.

В русле борьбы за права женщин бурную дискуссию в обществе вызвал недавно внесенный правительством в парламент законопроект «О поддержке семьи». В сентябре комитеты меджлиса не поддержали идею правительства в отношении внесения изменений в этот закон. В частности, парламентарии не проголосовали за отмену такого пункта в этом законе, согласно которому мужчине, который хочет жениться во второй, третий или четвертый раз, в обязательном порядке требуется получить разрешение от своей первой жены. Правительство предлагает отменить это положение. Более того, авторы законопроекта предложили облагать дополнительными налогами семьи, в которых жена не позволяет мужу жениться во второй раз.

Согласно исламу, мужчина может иметь до четырех жен. Но только в Иране, Ливии и Тунисе первая жена принимает решение, приводить ли ее мужу в дом вторую жену. В других полигамных мусульманских государствах политики не особенно обращают внимание на права женщин.

Другие же поправки к закону «О поддержке семьи» вполне могут быть приняты, ведь в них идет речь о таких важных моментах, как назначение женщин-судей, а также определение срока тюремного заключения для мужчин, которые берут в жены несовершеннолетних.

В сентябре пришло сообщение, что правительство Ирана приняло решение позволить евреям Ирана покидать страну на условии, что они не репатриируются в Израиль.

После исламской революции в Иране осталась еврейская община, насчитывающая ныне около 25 тыс. человек. Правительство ИРИ постоянно затрудняло их эмиграцию из страны в государства Запада, желая, как полагают наблюдатели, оставить их на территории Ирана в качестве заложников. Таким образом Иран отвечал на устные угрозы со стороны Израиля атаковать иранские ядерные объекты.

Сами евреи — эмигранты из Ирана, проживающие в настоящее время в странах Запада, имеют различные мнения о необходимости нанесения военных ударов по иранской ядерной инфраструктуре. Как считают политологи, молодые представители еврейской эмиграции — за, старшее поколение, помнящее свою жизнь в Иране, — против.

Кроме евреев, озабоченность у исламского режима стали вызывать и сатанисты. По заявлениям иранской полиции, в Иране обнаружены десятки групп поклонников Сатаны, многие из них пытаются отвратить людей от ислама. Заместитель главы полиции Хуссейн Зульфагари сказал, что «сейчас в мире насчитывается более 3 тыс. культов сатаны, и около 50 из них появились в Иране».

Более половины насчитывающихся в ИРИ подобных групп, по словам Зульфагари, активны. Уже около 200 сатанинских книг переведено на фарси, напечатано и распространено. Такие общины обычно «отклоняются от традиционных религий, дают ложные обещания, ведут сексуальную эксплуатацию» и «нацелены на распространение исламофобии», — сказал Зульфагари.

«Поклонники Сатаны, — добавил он, — носят цепи со сломанными крестами и скелетами и кольца, пьют алкоголь и танцуют на своих церемониях. Они верят, что должны бросить вызов религиям, особенно исламу, творят, что хотят, и ввергают мир в анархию».

Г-н Зульфагари сказал также, что некоторые из этих группировок стремятся «привлечь молодежь, играя сатанинскую музыку на частных спортивных занятиях», используют книги на английском языке и собираются в парках, чтобы обсудить события страны и поговорить о Сатане. В прошлом году полиция арестовала 230 человек в рамках рейда на «почитателей Сатаны» на тайном рок-концерте в пригороде Тегерана.

Безусловно, правящий исламский режим обеспокоен отходом части молодежи от принципов ислама, ведь около двух третей населения Ирана — молодежь до 30 лет.

При всем этом в целом внутриполитическая обстановка в Иране в сентябре была относительно спокойна. Можно констатировать, что в преддверии официального начала предвыборной борьбы в стране наступило политическое затишье.

2. Основные внешнеполитические события

В сентябре основными внешнеполитическими событиями, в той или иной степени затронувшими интересы Ирана, были следующие: 63 сессия Генеральной Ассамблеи ООН, на которой выступил президент ИРИ Махмуд Ахмадинежад и связанное с этим повышение интереса к ирано-американским и ирано-израильским отношениям, 23-е заседание рабочей группы пяти прикаспийских государств по Каспийскому морю и, конечно, продолжающаяся напряженность на Южном Кавказе в связи с российско-грузинским конфликтом.

В сентябре, после известных событий в Южной Осетии, Иран резко активизировал свою кавказскую политику, оставаясь при этом на позициях нейтралитета в российско-грузинском конфликте.

1 сентября пресс-секретарь Министерства иностранных дел Ирана Хасан Кашкави назвал позицию официального Тегерана, в связи с развивающимися в Кавказском регионе событиями, независимой и отметил, что правительство ИРИ действует в региональных процессах в соответствии со своими национальными интересами. Хасан Кашкави подчеркнул: «Исходя из того, что Кавказ является соседним Ирану регионом, Тегеран не может без участия наблюдать за развивающимися там событиями». Он опроверг распространенную ранее информацию о поддержке Ираном действий России и заявил, что «лучшим путем решения нынешнего кризиса является сдержанность противостоящих сторон и активизация региональной дипломатии».

Г-н Кашкави назвал главным дестабилизирующим фактором вмешательство в региональный кризис внешних сил и подчеркнул, что их действия лишь способствуют усугублению ситуации. Он также коснулся грузино-иранских отношений и отметил, что, исходя из гуманных и добрососедских принципов, Тегеран оказал Тбилиси помощь во время энергокризиса.

Пресс-секретарь МИД заявил, что игнорировать существующую в регионе реальность и факторы нынешнего кризиса — невозможно. «Это не означает, что мы поддерживаем какую-либо из противоборствующих сил, ибо Иран не находится под влиянием других сил и действует в соответствии со своими интересами».

В сентябре министр иностранных дел ИРИ Манучехр Моттаки совершил блиц-визиты в Россию, Азербайджан, Грузию, Германию. Так, 12 сентября состоялся визит г-на Манучехра Моттаки в Москву. В российской столице обсуждалась, в частности, проблема Кавказа. 13 сентября г-н Моттаки вылетел в Баку, где на высшем уровне были рассмотрены вопросы двустороннего и регионального сотрудничества, в том числе инициатива Турции — «Кавказская платформа стабильности и безопасности».

Затем глава иранского МИДа посетил Тбилиси, где провел переговоры с грузинским руководством по ситуации на Кавказе. В грузинской столице Манучехр Моттаки заявил: «Мы имеем большое желание иметь с Грузией хорошие отношения». Однако при этом было отмечено, что у правительства ИРИ пока нет определенной позиции по отношению к вопросу о признании независимости Абхазии и Южной Осетии со стороны России. Г-н Моттаки подчеркнул, что Иран намерен представить сторонам конфликта свои предложения по выходу из создавшейся ситуации, но не собирается включаться в этот конфликт и выступать в нем в качестве посредника.

В Берлине иранский министр иностранных дел обсудил ситуацию на Кавказе со своим германским коллегой Вальтером Штайнмайером.

Кавказская проблема обсуждалась также в Тегеране министром иностранных дел Армении Эдвардом Налбандяном во время его визита в Иран. После переговоров с армянским коллегой г-н Моттаки заявил, что ситуацию в Закавказье к кризисной привели «просчеты и ошибочные сигналы» иностранных держав.

Во время всех своих зарубежных визитов и многочисленных встреч в сентябре министр иностранных дел ИРИ выразил готовность Ирана предложить свою стратегию для стабильности и безопасности на Кавказе.

Как известно, в августе премьер-министр Турции Реджеп Эрдоган предложил создать организацию по безопасности и сотрудничеству на Кавказе, в которую вошли бы Турция, Азербайджан, Армения, Грузия, а также Россия. Однако Тегеран считает «неискренней» инициативу Турции о создании «Платформы стабильности и безопасности на Кавказе», в число потенциальных участников которой не включен Иран.

Иран считает, что неучастие Тегерана в «Платформе стабильности и безопасности на Кавказе» делает ее «неполноценной». По убеждению иранской стороны, включение такого фактора, как Иран, может сделать проект полноценным. Иранский вариант предлагает 3+3 — три республики Южного Кавказа, а также Россия, Иран и Турция.

Нет сомнений, что Тегеран на все 100% стремится использовать в своих интересах обострение ситуации на Южном Кавказе, заявить о себе как о ключевой кавказской державе и не допустить там усиления влияния «недружественных и нерегиональных» сил.

В начале сентября в Баку прошло 23-е заседание рабочей группы на уровне заместителей министров иностранных дел пяти прикаспийских государств с целью проведения переговоров о правовом статусе Каспийского моря. В переговорах приняли участие делегации из России, Азербайджана, Казахстана, Туркменистана и Ирана.

На встрече были обсуждены вопросы определения морских границ и раздела дна моря между прикаспийскими государствами, вопросы прокладки трубопроводов по дну Каспийского моря с целью транспортировки энергоносителей и возможные последствия такого строительства. Состоялись также переговоры с целью решения проблем транзитных перевозок и обмен мнениями о ходе реализации совместных проектов в области защиты окружающей среды в районе Каспийского моря.

Как известно, Россия, Азербайджан и Казахстан уже заключили соглашение по разграничению дна Каспийского моря между собой. Это создает хорошую правовую базу для достижения общего согласия по правовому статусу моря в целом.

Туркменистан близок к позиции трех северных прикаспийских стран. Иран же имеет собственное мнение. При этом Тегеран считает, что у пяти стран нет таких разногласий, которые невозможно урегулировать. Замминистра иностранных дел Ирана Мехди Сафари сказал, что «эти разногласия отнюдь не затрагивают принципиальных вопросов по определению статуса моря». Однако пока принципиальных решений по главному вопросу — статусу Каспийского моря — не принято. Эксперты пяти прикаспийских стран за более чем полтора десятилетия согласовали лишь 60-70% проекта конвенции о правовом статусе Каспия.

Но прикаспийские страны считают важным продолжение обсуждений по разграничению дна и использованию акватория Каспийского моря, по вопросам безопасности, прокладки подводных кабелей и трубопроводов, а также по другим концептуальным вопросам.

Примечательно, что Иран выступил против идеи прокладки трубопроводов по дну Каспийского моря. В частности, замминистра иностранных дел ИРИ Мехди Сафари заявил, это может оказать негативное воздействие на экологию Каспия. По словам Сафари, энергоресурсы из Каспийского бассейна можно вполне спокойно транспортировать по имеющимся маршрутам — через Иран и Россию, что позволит сохранить уникальную экологию региона.

Отметим, что строительство трубопровода по дну Каспийского моря входит в интересы США и некоторых государств Европы, так как это позволит транспортировать углеводороды в Азербайджан из стран Центральной Азии в обход Ирана и России. Проекту Транскаспийского газопровода по дну моря Россия противопоставила проект Прикаспийского газопровода по российскому побережью Каспия. Российский проект поддержан центрально-азиатскими поставщиками.

В целом, можно сказать, что, несмотря на оптимистические заявления участников бакинской встречи, проблема Каспия сложна, и вряд ли ее можно решить в ближайшие годы. Однако по некоторым вопросам сотрудничества в этом регионе уже достигнуты общие договоренности.

Выступление президента Ирана Махмуда Ахмадинежада на Генеральной Ассамблее ООН послужило поводом вновь обратить внимание на состояние ирано-американских отношений. В сентябре этому вопросу было посвящено много статей и выступлений официальных и неофициальных лиц.

На фоне восстановления отношений между США и Ливией многие заговорили об этом факте как примере для подражания в отношениях США – ИРИ.

Однако многосторонние разногласия между Вашингтоном и Тегераном базируются на антагонистических противоречиях, что делает практически невозможным при нынешней внутриполитической ситуации в Иране решить эту проблему позитивно. Здесь следует напомнить, что с 1999 по 2003 год с американской стороны Райан Крокер (в настоящее время посол США в Ираке), Залмай Халилзад (представитель США в ООН), сенатор Боб Ней, а с иранской стороны Садиг Харрази (бывший посол Ирана во Франции), Трита Парси (председатель Совета американцев иранского происхождения) и Хушенг Амир Ахмади (председатель Ирано-американской дружеской общины) 18 раз проводили заседания, вели обсуждения, доводили до сведения руководств обеих стран итоги переговоров.

Во время атак США на Афганистан и Ирак официальный Тегеран в определенный момент не отказал Вашингтону в поддержке. Контакты на неофициальном уровне расширились. Но практические результаты не достигнуты.

В сентябре президент Ирана Ахмадинежад в своих многочисленных беседах и интервью неоднократно высказывался по поводу ирано-американских отношений, в том числе и находясь на 63 сессии Генеральной Ассамблее ООН. Он, в частности, говорил, что для Тегерана не важно, кто победит на президентских выборах в США — кандидат от Демократической или Республиканской партии. В любом случае следующему президенту США необходимо будет изменить политику в отношении Ирана. При этом Ахмадинежад указал, что приветствует диалог с Вашингтоном на справедливых условиях, на основе взаимного уважения. «Администрация США должна уважать другие нации и проявлять к ним справедливый подход. На таких условиях Иран будет поддерживать с Америкой дружеские отношения», — сказал президент ИРИ. При этом иранский президент не упускал случая подчеркивать, что «правительство г-на Буша потерпело поражение как от Ирана, так и от народов Ирака, Афганистана и Палестины».

Что касается Ирака, то, по мнению посла США в Ираке Райана Крокера, Иран стремится дестабилизировать ситуацию в Ираке. Это проявляется и в том, что Тегеран пытается сорвать заключение соглашения о военном сотрудничестве между Вашингтоном и Багдадом, стремясь вмешаться в американо-иракские переговоры.

Напомним, что 27 сентября с.г. министр иностранных дел Ирака Хошияр Зебари заявил о том, что Вашингтон и Багдад близки к достижению соглашения о мандате на пребывание американских войск на территории Ирака. По его словам, обе стороны по-прежнему настроены на завершение переговоров до президентских выборов в США 4 ноября с.г.

Двусторонние переговоры между США и Ираком о статусе американских войск на иракской территории ведутся с начала текущего года. Дело в том, что мандат ООН на размещение в Ираке коалиционных войск, на основе которого в стране пребывает армия США, истекает 31 декабря. При этом администрация США добивается юридической неприкосновенности своих военных и контрактников частных компаний, что не приветствуется иракским правительством. В случае если Вашингтон и Багдад не достигнут соглашения до президентских выборов в США, теоретически вопрос о продлении мандата коалиционных войск может быть возвращен в Совет Безопасности ООН.

Политикой Ирана в Ираке недовольны не только американцы, но и, как это ни странно, «Аль-Каида». В сентябре было обнародовано видеообращение лидера международной террористической сети «Аль-Каиды» Аймана аз-Завахири, известного как «террорист номер два». В своем парадоксальном заявлении он обвинил Иран в пособничестве США через шиитскую «оккупацию» соседнего Ирака. Айман аз-Завахири объявил, что «защитники» (в кавычках) мусульман в Тегеране сотрудничают с Америкой, оккупируя Ирак и Афганистан и признавая их наемные правительства».

Необходимо отметить, что в последних посланиях «Аль-Каиды» все чаще звучат заявления, направленные против Ирана и шиитов, к которым относится большинство иранского населения. Так, в апреле Айман аз-Завахири назвал «персов» врагами арабского мира и соучастниками американской оккупации Ирака.

В ракурсе иранского противодействия американцам и их союзникам по НАТО в Афганистане можно рассматривать и новые сообщения о поддержке Тегераном афганских талибов, воюющих против афганского правительства и многонациональных сил. Так, корреспонденты «Би-би-си» в одном из своих репортажей утверждали, что встречались с одним из полевых командиров движения «Талибан», который поведал им о том, что Иран поставляет талибам мины и стрелковое оружие для ведения подрывной деятельности в Афганистане. Однако посольство Ирана в Афганистане в своем заявлении для печати опровергло это сообщение британской радиовещательной корпорации.

Итак, основываясь на сентябрьской информации, нельзя говорить о каких-либо подвижках в американо-иранских отношениях. Более того, они все более обостряются в связи с нежеланием Тегерана адекватно, совместно с международным сообществом решать иранскую ядерную проблему.

Такая ситуация скорее всего продлится до конца лета 2009 г., когда будет дан ответ, кто станет у руля в Вашингтоне и Тегеране, когда будут выработаны концепции внешней политики новых администраций в США и ИРИ.

В сентябре продолжилась ирано-израильская холодная война. Президент Ирана Махмуд Ахмадинежад, приехавший в Нью-Йорк на ежегодную Генеральную ассамблею ООН, дал интервью известному американскому журналисту Ларри Кингу в программе телеканала CNN. В своей телевизионной беседе президент Ахмадинежад заявил, что Иран не боится возможного нападения со стороны США, и выразил уверенность, что американцы не совершат подобной ошибки. Он также сказал, что не боится нападения со стороны Израиля, поскольку по сравнению с Ираном Израиль слишком мал.

На вопрос Ларри Кинга о том, действительно ли он говорил о необходимости стереть Израиль с карты Земли, Махмуд Ахмадинежад заявил, что имел в виду не военное, а политическое и гуманитарное решение вопроса, которое должно привести к тому, чтобы стертыми оказались все «преступления сионистского режима» и палестинцы получили бы возможность создать собственное государство.

Президент Ахмадинежад дал понять, что не считает факт существования Израиля чем-то незыблемым, обратив внимание, что в свое время и апартеид в ЮАР и существование СССР тоже рассматривались как незыблемые факты, а потом просто исчезли. При этом президент Ирана выразил уверенность, что еврейскому народу не будет причинено никакого вреда. «Но прошу вас обратить внимание, что сионисты не евреи. У них вообще нет религии. Они не являются ни иудеями, ни христианами, ни мусульманами», — заметил Махмуд Ахмадинежад.

В сентябре в своем телефонном разговоре с лидером ХАМАСа Исмаилом Хание Махмуд Ахмадинежад заявил, что Иран не признает права Израиля на существование и будет поддерживать ХАМАС, пока «мир не избавится от сионистов и Израиля». При этом президент Ирана поклялся продолжать поддерживать палестинскую группировку ХАМАСа до «краха Израиля».

Все эти и многочисленные предыдущие выпады иранского президента против Израиля спровоцировали израильского министра по делам пенсионеров, бывшего секретного агента «Мосада», участвовавшего в похищении нацистского преступника Адольфа Эйхмана в Аргентине в 1960 г., Рафи Эйтана на примечательное заявление. Он заявил, что, по его мнению, Израиль мог бы похитить президента Ирана Махмуда Ахмадинежада в связи с его угрозами в адрес еврейского государства. Г-н Эйтан добавил, что иранский лидер призывает к геноциду и потому должен предстать перед международным военным трибуналом в Гааге. При этом, по мнению министра, для доставки Ахмадинежада в Гаагу возможны любые варианты.

Иран выступил с нотой протеста в ООН против израильской угрозы возможного похищения президента Махмуда Ахмадинежада и применения силы в отношении Исламской Республики, объявив, что она без колебаний нанесет ответный удар. В ответ на эту иранскую ноту израильские дипломаты заявили, что для страны, чей президент неоднократно призывал к уничтожению Израиля, «абсурдно» говорить о нравственности.

В ирано-израильскую полемику втянулся и премьер-министр Италии Сильвио Берлускони, обвинивший президента Ирана в том, что «он становится лунатиком, когда речь заходит об Израиле». Он сравнил Махмуда Ахмадинежада с Адольфом Гитлером. Итальянский премьер не называл при этом их имен, однако из сказанного было очевидно, о ком идет речь. Итальянский политик призвал весь мир «просто закрыть на него глаза».

В связи с этими высказываниями Тегеран выразил официальный протест Риму. В свою очередь, МИД Италии выступил со специальным заявлением, в котором выражалась надежда, что «Иран займет более ответственную позицию на международной арене, уважая достоинство и право на существование всех наций и культур». «Слова премьера Берлускони относились к повторяющимся заявлениям иранской стороны, ставящим под сомнение такие исторические события, как Холокост, и даже само существование государства Израиль», — отметил МИД Италии.

На волне очередной антиизраильской кампании в самом Иране продолжился скандал по поводу августовского заявления вице-президента ИРИ Эсфандияра Рахима Машайя. Более месяца назад Мешайи заявил, что народ Ирана не является врагом народам Израиля и Америки. 19 сентября во время пятничного намаза духовный лидер ИРИ Али Хаменеи резко раскритиковал это заявление Мешайи о дружбе между народами Ирана и Израиля: «Озвученное мнение о том, что наш и израильский народы являются друзьями, не укладывается в голове». Духовный лидер Ирана объяснил, что народ Израиля является захватчиком, который завладел торговыми объектами, посевными участками в Палестине и вообще всей ее территорией: «Они — армия сионистского режима. Мусульмане не могут выказывать дружеское отношение к тем, кто исполняет приказы врагов ислама». «У нас нет никаких проблем с иудейскими, христианскими и другими религиозными конфессиями, однако мы должны быть непримиримы к тем, кто оккупировал земли Палестины», — добавил он.

На следующий день вице-президент Эсфандияр Рахим Машайи отозвал свое заявление. Его отречение от прежних высказываний было опубликовано сразу несколькими иранскими газетами.

В сентябре Иран проявил активность и в решении палестинской проблемы. На встрече с генсеком ООН Пан Ги Муном в Нью-Йорке Ахмадинежад заявил, что Иран подготовил проект для Палестины. Этот проект предусматривает проведение референдума в Палестине под контролем Ирана, что, по мнению Ахмадинежада, обеспечит безопасность и стабильность в регионе.

По словам Ахмадинежада, на палестинских территориях нужно провести референдум, на котором палестинцы решат, какой тип правления им больше подходит. В зависимости от итогов референдума и будет решаться судьба Израиля.

По поводу иранского плана пресс-секретарь движения ХАМАС Мушир аль-Масри заявил: «Иран может выдвинуть свои предложения в качестве помощи нам, но это еще не означает, что мы будем слушать его во вред палестинскому народу». Анализ ситуации показывает, что вероятность реализации этого иранского проекта равна нулю.

Апофеозом антиизраильской кампании в ИРИ стали мероприятия, приуроченные к Всемирному дню солидарности с палестинским народом — Дню Кодс. 26 сентября в стране прошли массовые демонстрации и шествия. На главных улицах крупных иранских городов собрались от нескольких сотен тысяч до миллиона иранцев, чтобы выразить свою поддержку народу Палестины. Демонстранты с транспарантами в руках, флагами радикальных исламских движений — ХАМАСа и «Хизбаллы» выкрикивали лозунги: «Смерть Израилю!», «Смерть США!» К антиизраильским шествиям присоединились почти все представители высшего политического руководства Ирана.

Следует обратить внимание, что постоянная эскалация пропагандистской войны между Ираном и Израилем чревата плавным ее переходом из «холодного» в «горячее» состояние. Вспомним, перманентное нарастание взаимной вражды между Ираком Саддама Хусейна и Ираном аятоллы Хомейни, которое продолжалось с момента прихода к власти в 1979 г. двух лидеров и совсем незаметно привело 22 сентября 1980 г. к кровопролитной войне. В этом плане сентябрьская ситуация в ирано-израильском противостоянии не дает оптимизма для позитивных прогнозов.

Таким образом, анализируя внешнеполитическую деятельность иранского руководства в сентябре, можно констатировать, что она велась наступательно и агрессивно по всем направлениям.

Используя политическую ситуацию, сложившуюся в связи с обострением отношений между Россией и Западом (по известным причинам), Иран считает себя неуязвимым для совместных антииранских акций со стороны международного сообщества. Более того, Тегеран позиционирует себя как победителя в «ядерном конфликте» с МАГАТЭ и Совбезом, как победителя в противостоянии с «разлагающимися Соединенными Штатами» и «уходящими в небытие с политической карты мира Израилем», как ключевую державу в «горячих точках региона» — на Кавказе, в Ираке, Афганистане, Ливане и Палестине.

3. Ядерная проблема Ирана

В сентябре был опубликован очередной доклад Генерального директора Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Мохаммада эль-Барадеи по ядерной проблеме Ирана. Этот документ оказался значительно более жестким по отношению к Тегерану, чем подобные предыдущие доклады. В последнем докладе гендиректора МАГАТЭ, в частности, отмечено, что число центрифуг для обогащения урана в Иране увеличилось с мая этого года с 3300 до 3820. В документе говорится о том, что на заводе по обогащению урана в Натанзе продолжается установка еще двух тысяч центрифуг. В нем подчеркивается, что «агентство, к сожалению, не имело возможности достигнуть какого-либо существенного прогресса» в вопросе о том, свободна ли иранская ядерная программа от возможных военных составляющих. И если Иран не обеспечит необходимой транспарентности, то МАГАТЭ, можно сказать, «умывает руки» в вопросе об отсутствии или наличии незаявленных ядерных материалов и видов деятельности в его программе мирного атома.

22 сентября, выступая на сессии Совета управляющих МАГАТЭ, его гендиректор Мохаммад эль-Барадеи отметил, что, по заявлению иранских официальных лиц, Иран не занимался никакой деятельностью в рамках так называемых предполагаемых исследований, способных иметь отношение к возможному созданию ядерного оружия. Как утверждают в Тегеране, соответствующие документы, которые были переданы МАГАТЭ третьими странами, являются фальшивкой.

По словам г-на эль-Барадеи, Тегеран требует предоставить для ознакомления оригиналы или хотя бы копии упомянутых документов. В этой связи эль-Барадеи обратился к государствам — членам МАГАТЭ, передавшим упомянутые документы агентству, дать согласие на ознакомление с ними иранской стороны. Он выразил надежду, что удастся достичь таких договоренностей, которые, с одной стороны, позволят Ирану защитить свои секреты, связанные с совершенствованием обычных вооружений, а с другой — обеспечат агентству возможность удостовериться в «непереключении ядерного материала на военные цели».

В то же время руководитель МАГАТЭ отметил, что агентству «не удалось выявить фактов использования Ираном ядерных материалов в связи с «предполагаемыми исследованиями», а также разработки или производства из ядерного материала возможных компонентов атомного оружия за исключением чертежей по изготовлению полусфер из металлического урана.

В заключение своего выступления эль-Барадеи выразил озабоченность в связи с тем, что, вопреки требованиям Совета Безопасности ООН, Иран не остановил работ по обогащению урана, хотя и произвел лишь небольшое количество низкообогащенного урана. До тех пор, подчеркнул он, пока Тегеран не даст исчерпывающих разъяснений по сути выдвинутых подозрений, не проявит должной транспарентности и не согласится на применение положений дополнительного протокола к соглашению о гарантиях с МАГАТЭ, агентство «не сможет предоставить надежных гарантий отсутствия у Ирана незаявленного ядерного материала и незаявленной ядерной деятельности».

Мохаммад эль-Барадеи призвал Тегеран «принять все меры транспарентности, включая введение в действие дополнительного протокола к соглашению о гарантиях с МАГАТЭ, что необходимо для обеспечения уверенности в исключительно мирном характере иранской ядерной программы». «Сделать это необходимо как можно скорее, — подчеркнул эль-Барадеи. — Этот шаг отвечает интересам Ирана, Ближневосточного региона и всего мира».

Касаясь содержания доклада МАГАТЭ, верховный представитель ЕС по вопросам внешней политики и безопасности Хавьер Солана выразил мнение, что даже у России и Китая появилась обеспокоенность в связи с последним докладом по Ирану, согласно которому Тегеран препятствует попыткам проверить достоверность обвинений в проведении исследований и экспериментов, направленных на создание атомного оружия.

Как известно, на основе выводов докладов МАГАТЭ ведется и подготовка резолюций Совета Безопасности ООН. Поэтому ожидалось, что новая резолюция будет явно не в пользу Ирана. Так, собственно, и произошло.

27 сентября Совет Безопасности ООН единогласно одобрил резолюцию № 1835, призывающую Иран прекратить обогащение урана и выполнить ранее принятые Совбезом требования по иранскому ядерному досье. Резолюция № 1835 не содержит новых санкций против ИРИ. Она лишь подтверждает прежние решения Совбеза и «призывает Иран полностью и без промедления» выполнить его требования по ядерной программе, а также требования Совета управляющих МАГАТЭ. Принятые ранее резолюции СБ № 1696, 1737, 1747 и 1803 требуют от Тегерана приостановить обогащение урана и сократить ракетную программу. В принятой резолюции подтверждается также необходимость «дуалистического» подхода к решению проблемы иранской ядерной программы, сочетающего продолжение переговоров и оказание дипломатического давления на Тегеран.

Проект резолюции был внесен по предложению России странами «шестерки» по Ирану (РФ, США, КНР, Франция, Великобритания, ФРГ). Эта своевременная инициатива Москвы имеет большое международное значение. Тем самым Россия еще раз продемонстрировала свое стремление решить сложнейшую ядерную проблему Ирана исключительно мирным путем. При этом в Москве считают, что сейчас еще не время вводить новые экономические санкции против ИРИ.

Министр иностранных дел России Сергей Лавров призвал к переговорам с Ираном. Он отметил, что «на основе тех оценок, которые содержатся в последнем докладе генерального директора МАГАТЭ г-на Мохаммеда эль-Барадея, можно и нужно продолжать усилия по созданию условий для начала переговоров на основе предложений, которые наша группа «3+3» или «5+1» — ее по-разному называют — внесла на рассмотрение иранской стороны».

О необходимости переговоров говорил и сам гендиректор МАГАТЭ. Так, в интервью немецкой газете Sueddeutsche Zeitung он призвал США к прямым переговорам с Ираном по ядерной проблеме. По мнению эль-Барадеи, «в этом вопросе главную роль играет не Европа, а Соединенные Штаты, и чем скорее начнутся прямые переговоры, тем больше будет шансов прийти к конкретным решениям… Если уж Соединенные Штаты сели за стол переговоров с Северной Кореей, которая не входит в число демократических государств, то я не могу понять, почему они не могут вести переговоры с Ираном», — добавил эль-Барадеи.

Инициатива России в Совбезе ООН по принятию резолюции № 1835 была своевременна еще и потому, что она продемонстрировала единство «шестерки», озабоченной проблемой нераспространения ядерного оружия, в условиях похолодания в отношениях между Москвой и Вашингтоном, явившимся следствием грузино-южноосетинского конфликта. Стало ясно, что противоречия между Россией и Западом не затронули ситуацию вокруг ядерной проблемы ИРИ, которая чревата развалом всей системы нераспространения ядерного оружия.

Эта резолюция вызвала гнев руководства ИРИ. Спикер иранского парламента Али Лариджани заявил: «Подход МАГАТЭ к Ирану и коварное поведение «шестерки» уменьшают роль переговорного процесса и по поводу этой политической забавы (переговоров) придется принимать иные решения».

Пресс-секретарь комиссии меджлиса по национальной безопасности и внешней политике ИРИ Казем Джалали дал характеристику этому документу: «Эта бессодержательная резолюция по сути представляет собой лишь заявление. Иран не приемлет никакие резолюции СБ ООН».

Иранская делегация в ООН распространила заявление, в котором отвергла новую резолюцию Совбеза как «безосновательную и неконструктивную». Представители Исламской Республики отметили, что решения Совета Безопасности по Ирану «не только лишены справедливости и объективности, но и не имеют никакой значимости и легитимной основы».

Пожалуй, главная причина резкой реакции Тегерана на резолюцию, которая лишена каких-либо санкций против ИРИ, заключается в жестком тоне этого документа. Совет Безопасности ООН призывает Иран «полностью и без промедления» выполнить положения всех резолюций, касающихся его ядерной программы, а также требования Совета управляющих МАГАТЭ. Этот призыв, облаченный в форму «полностью и без промедления», является, по сути, ультиматумом.

Дух и буква резолюции № 1835 сужают поле маневра для Ирана. Как считают аналитики, теперь Тегерану нечего оспаривать. Разве что правомерность всех предыдущих резолюций, требовавших приостановить обогащение урана как условие для возобновления переговоров? Или же компетентность инспекторов МАГАТЭ, требующих предоставления дополнительных материалов и подписания Ираном Дополнительного протокола, дающего им возможность проводить незаявленные инспекции ядерных объектов? Но такая позиция заведомо для него проигрышна и не найдет необходимой поддержки в СБ ООН, какие бы аргументы в ее пользу Тегеран ни приводил.

Однако Иран продолжит реализацию национальной ядерной программы, несмотря ни на что, вопреки новой резолюции Совета Безопасности ООН. Об этом неоднократно заявляли все высокопоставленные официальные лица в Тегеране. Так, представитель МИДа ИРИ Хасан Кашкави сказал: «Иран продолжит свою политику в ядерной сфере. Это западные страны и участники «шестерки» должны дать ответ на наши вопросы и задуматься, что они могут сделать для установления доверия к ним иранской нации». «Атомная программа Ирана осуществляется в рамках международных норм, и подобные события /принятие резолюции/ не окажут никакого влияния на реализацию национального права нашей страны, а также на всестороннюю поддержку иранского народа», — отметил Кашкави.

Свои мнения относительно иранской ядерной программы высказали как Европейский союз, так и Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Николя Саркози — президент Франции, председательствующей в ЕС, заявил, что Евросоюз выступает против того, чтобы Иран обладал ядерным оружием. Европа не принимает того, чтобы Иран, который говорит об уничтожении Израиля, получил ядерное оружие. В то же время президент Франции отметил, что «Иран имеет право на мирный атом».

Лидеры ОДКБ выступили за продолжение переговоров по урегулированию иранской ядерной проблемы и призвали стороны к конструктивности. «Государства — члены ОДКБ выступают за скорейшее урегулирование ситуации вокруг Ирана посредством продолжения переговоров по вопросам, связанным с иранской ядерной программой, при активной роли МАГАТЭ и с учетом соответствующих резолюций СБ ООН», — говорится в принятой по итогам саммита ОДКБ в Москве декларации.

Признавая право Ирана на развитие мирной ядерной энергетики в соответствии с Договором о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), страны ОДКБ призвали стороны «проявить конструктивность на этих переговорах».

Таким образом, сентябрь стал насыщенным с точки зрения присутствия в информационном поле иранской ядерной программы. Однако, несмотря на монологи, диалоги и бурные обсуждения проблемы со стороны политиков, политологов, журналистов, свет в конце туннеля не появился. Все стороны остались на своих позициях и вряд ли в обозримом будущем (во всяком случае, до смены администраций в Вашингтоне и Тегеране в 2009 г.) возможно существенное изменение диспозиций на поле дипломатической брани по иранской ядерной проблеме.

4. Санкции против Ирана

10 сентября Министерство финансов США объявило о введении экономических санкций против Национальной судоходной компании Ирана (Islamic Republic of Iran Shipping Lines) и ее 18 дочерних фирм, обвинив их в содействии незаконной торговле оружием, причастности к обеспечению ядерной программы ИРИ, фальсификации документов.

Согласно закону США, введенные санкции означают, что активы этих компаний, находящихся под юрисдикцией Соединенных Штатов, подлежат замораживанию. Кроме того, американским организациям и гражданам запрещено вести с данными компаниями Ирана какие-либо деловые контакты.

На следующий день Судоходная компания Исламской Республики Иран, жестко отреагировав на новые санкции, примененные против нее США, опровергла выдвинутые обвинения. 11 сентября отдел общественных связей Судоходной компании распространил заявление по поводу обвинений и экономических санкций со стороны правительственных органов США. В заявлении отмечается, что США уже не в первый раз выдвигают надуманные обвинения против независимых государств и их компаний. При этом США никогда не утруждают себя предъявлением каких-либо доказательств.

В данном случае правительство США выдвигает обвинения против государственной судоходной компании, которая занимается перевозкой оружия и незаконных военных грузов. В связи с этим руководство компании напоминает, что эта компания уже много лет действует как международная компания, что она уже несколько лет является частной (акционерной) компанией, имеющей несколько тысяч акционеров. Акции компании свободно продаются на фондовой бирже.

Компания не занималась и не занимается перевозкой военных грузов. Документы на грузы и сами грузы всегда проверяются властями и контролирующими органами международных портов. Вся деятельность компании регламентируется международными законами и правилами международного морского торгового судоходства. Правительственные органы США не могут арестовать счета или имущество компании, так как все представительства и банковские счета компании в США давно закрыты, а какого-либо другого имущества компании на территории США также нет. Кроме того, Судоходная компания в последние годы не имела и не имеет коммерческих связей с государственными или частными организациями и компаниями США.

Таким образом, заявления государственных органов США о введении экономических санкций против СКИ не только совершенно беспочвенны, но и невыполнимы. Несмотря на протесты со стороны ИРИ, США продолжают свою антииранскую политику ужесточения санкций.

18 сентября было объявлено, что Министерство финансов США наложило жесткие санкции на шесть оборонных предприятий, а также на физические лица в ОАЭ, Малайзии, Германии и Британии, которые, по американским данным, являются частью глобальной сети, незаконно продававшей Ирану американские товары военного назначения. Федеральные власти США заподозрили их в нелегальной транспортировке морем в Иран электроники и запчастей, которые могут быть использованы для изготовления оружия.

Особое беспокойство вызвал тот факт, что поставлявшиеся в Иран микрочипы обнаружены внутри самодельных взрывных устройств на территории Ирака. Поставки шли из США в Иран через третьи страны (Объединенные Арабские Эмираты, Малайзию, Великобританию, Германию и Сингапур).

В сообщении отмечается, что «Раскрыта международная сеть, стремившаяся нанести вред американским и союзным войскам, а также мирным гражданам путем приобретения американской технологии, способной производить взрывные устройства, аналогичные тем, что используются в Ираке и Афганистане».

В этой связи правительство США предъявило обвинения шестнадцати иностранным гражданами и компаниям. Среди тех, кто предстал перед судом в Майами, шестеро иранцев (Али Акбар Яхья, Фарох Ния Ягмеи, Бахман Ганди, Фаршид Гиллардиан, Исаак Гиллардиан и Ахмад Рахзад Маджид Сеиф), малайзиец Кам Че Мун и гражданин Германии Джамшид Нежад. Среди компаний — дубайские Mayrow General Trading, Atlinx Electronics, Micatic General Trading, Madjico Micro Electronics и Al-Faris, иранская Neda Industrial Group и малайзийские Eco Biochem Sdn BHD и Vast Solution Sdn BHD. Отмечается, что некоторые компании находятся под контролем иранского государства.

Среди товаров, которые они поставляли Ирану, 120 вентильных матриц, 5 тысяч интегральных схем, 345 систем глобального позиционирования (GPS), а также микрочипы, при помощи которых можно дистанционно приводить в действие бомбы.

Если обвиняемые будут признаны виновными в нарушении эмбарго, им грозит до 20 лет тюрьмы, а по обвинениям в заговоре и обмане контролирующих органов — еще 5 лет тюрьмы, а также штрафы в размере до миллиона долларов.

29 сентября конгресс США поддержал новые санкции против Ирана. Принятый конгрессменами законопроект усиливает, в частности, ограничения на импорт в США товаров иранского производства, запрещает американским компаниям использовать дочерние фирмы для ведения бизнеса с Ираном, а также усиливает контроль за поставками в Иран «чувствительных» технологий и товаров. Для вступления в силу законопроект должен быть утвержден сенатом США и подписан президентом.

В свою очередь, президент ИРИ Махмуд Ахмадинежад накануне своего отлета в Нью-Йорк для участия в сессии Генассамблеи ООН сказал, что угроза ужесточения международных санкций «не заставит Иран отказаться от своей мирной ядерной программы… Санкции не имеют никакого значения».

И, действительно, может показаться, что иранский президент прав. Так, по мнению иранских аналитиков, финансовые и торговые барьеры не мешают экономическому росту Ирана. Как сообщает РБК daily, по прогнозам Всемирного банка увеличение иранского ВВП в 2008 г. составит 5,5%. Кроме того, статистика Eurostat показывает, что на смену крупным европейским компаниям, ушедшим из Ирана под давлением санкций, пришел средний и мелкий бизнес, увеличив экспорт из ЕС на 17,8%.

По данным Eurostat, за первые четыре месяца этого года экспорт в Иран из Италии вырос на 33%, из Франции — на 30%, из Германии — на 17%. При этом такие гиганты, как британская Royal Dutch Shell, французская Total и норвежская Statoil, ушли из Ирана, отказавшись от многомиллиардных сделок с местными компаниями. Тем не менее существование международных санкций не смутило немецкую инжиниринговую компанию Steiner-Prematechnik-Gastec: она продолжает сотрудничество с Ираном и месяц назад заключила соглашение о поставке оборудования для трех газоперерабатывающих заводов на сумму 100 млн евро. Рост наблюдается и в секторе потребительских товаров и промышленной продукции: импорт в Иран автомобилей вырос на 90%, холодильников — на 30%, стиральных машин — на 50%.

По этому поводу вице-президент Торговой палаты Ирана Мехди Фахери заметил: «Это естественный тренд для любого рынка, когда транснациональные компании уходят по политическим причинам, небольшие компании, которые менее успешны с экономической точки зрения, но также менее уязвимы с политической, входят в него гораздо легче, чем раньше. Мы переходим от больших компаний к маленьким и от больших стран к маленьким».

Эксперт Economist Intelligence Unit Мохаммед Шакил заявил РБК daily: «С иранской точки зрения отношения с зарубежными компаниями, конечно, далеки от идеальных, и Ирану хотелось бы иметь нормальные торговые контакты. Но малый бизнес нашел в санкциях ЕС брешь и воспользовался этим, благодаря чему снизилось их давление на экономику Ирана». В Eurostat отмечают, что в предыдущие три года европейский экспорт в Иран неуклонно снижался.

Неэффективность санкций подтверждает и заместитель министра сельскохозяйственного джихада по парламентским и международным вопросам и по сотрудничеству с африканскими странами Пейман Фальсефи. Он заявил, что новые санкции, введенные странами ЕС в отношении Ирана, практически никак не влияют на сельское хозяйство страны. По словам Пеймана Фальсефи, хотя экономические санкции и могут привести к некоторым ограничениям, тем не менее они не остановят реализацию намеченных программ в области сельского хозяйства. Напротив, санкции мобилизуют иранский народ. Пейман Фальсефи отметил, что эффективности вводимых экономических санкций препятствуют и такие факторы, как укрепление международных связей и развитие конкурентных рынков. Между Ираном и другими странами подписаны многочисленные соглашения в области сельского хозяйства, направленные на развитие экспорта сельскохозяйственной продукции и оказание инженерно-технических услуг. Страны Латинской Америки, Африки и Азии заинтересованы в повышении уровня своего сотрудничества с Ираном в области сельского хозяйства. Так просто они не пойдут на введение санкций.

Г-н Фальсефи подчеркнул, что Иран не испытывает на себе каких-либо ограничений в своих отношениях с международными организациями и в использовании технических и иных возможностей развитых стран.

Примечательно, что как бы в подтверждение этого министр торговли ИРИ Масуд Мирказеми во время встречи со своим китайским коллегой в Пекине в конце сентября заявил, что решения о введении санкций в отношении Ирана никак не влияют на развитие его торговых отношений с другими странами и основная часть иранской торговли приходится как раз на долю государств так называемой группы 5+1, то есть пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН и Германии, которые и разрабатывают санкционные меры против Ирана.

Однако Израиль, который полагает, что уже к 2010 г. Иран будет иметь ядерное оружие, уверен в необходимости ужесточения санкций. Министр обороны Израиля Эхуд Барак заявил, что необходимы более эффективные санкции против Тегерана. Он также сказал, что Израиль серьезен для использования «любой возможности», если не останется места дипломатии. Слова министра обороны скорее всего надо понимать так, что в отношении Ирана санкции — последний шанс дипломатии для спасения Израиля, далее только применение силы. Ведь, по мнению Барака, «иранское ядерное оружие угрожает существованию Государства Израиль».

Президент Израиля Шимон Перес конкретизировал санкционные меры против ИРИ. Он высказал идею о необходимости каким-то образом блокировать или ослабить нефтяные ресурсы Ирана. Израильский президент сказал: «Сегодня большую опасность для Израиля и многих других стран мира представляют высокие цены на нефть, которые позволяют, в частности, богатому нефтью Ирану развивать и далее разработки по обогащению урана, чреватые в конечном итоге созданием собственного ядерного потенциала».

Несмотря на то что финансово-экономические санкции против ИРИ не дают стопроцентного результата и даже вызывают сомнения вообще в необходимости их применения, многое говорит о том, что в Тегеране с беспокойством относятся к ним.

Практически во всех речах и заявлениях иранских официальных лиц по поводу экономических мер против Ирана на фоне общей благоприятной картины успехов как бы вскользь упоминается отрицательный эффект санкций для экономики страны.

Примечательно заявление президента Ирана Махмуда Ахмадинежада, который, назвав экономические санкции, принятые в отношении страны, незаконными, сказал, что в ответ на это против стран-гегемонов могут быть применены ответные санкции. «Мы до сих пор не обращали внимания на санкции безнравственных стран и стран-гегемонов. Однако если они перейдут дозволенное, иранский народ отреагирует адекватно и Иран также применит санкции в отношении них».

Вопрос. Если «санкции, — как неоднократно говорил сам Ахмадинежад, — не имеют никакого значения», то, спрашивается, зачем угрожать ответными санкциями, чреватыми негативными последствиями и для экономики самого Ирана?

5. Национальная безопасность

Сентябрь в Иране — месяц начала ирано-иракской войны. Традиционно отмечается неделя «Святой обороны», в течение которой проводятся митинги, демонстрации, поднимается волна патриотической пропаганды, прославляются вооруженные силы. На военном параде по случаю 28-й годовщины ирано-иракской войны президент ИРИ Махмуд Ахмадинежад заявил: «Если кто-то осмелится посягнуть на границы Ирана, наша армия сломает агрессору руки, прежде чем тот спустит курок».

Кроме патриотической риторики, широко представленной в иранских СМИ в сентябре, в стране осуществлялись и практические меры для усиления боеспособности вооруженных сил. Это касалось организационно-кадровых мер, мероприятий по повышению боеготовности ВС, а также модернизации вооружения и боевой техники.

В начале сентября было объявлено о том, что духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи назначил генерала Хасана Сафи командующим военно-воздушными силами страны. В указе о назначении отмечается, что новому командующему поручено, среди прочего, повысить боеготовность авиации на случай отражения воздушной атаки со стороны Израиля и США. Генерал Сафи сменил в должности своего предшественника генерала Ахмада Мигхани.

В этом же месяце аятолла Али Хаменеи предоставил Корпусу стражей исламской революции (КСИР) неограниченные полномочия по защите территориальных вод страны в Персидском заливе. В этой связи военный советник духовного лидера, бывший командующий КСИР Яхья Сафави заявил, что отныне КСИР будет нести и всю полноту ответственности за возможные инциденты в прибрежной зоне, в частности в Оманском и Ормузском проливах.

С 15 по 17 сентября в большинстве провинций ИРИ прошли широкомасштабные учения под кодовым названием «Защитники небес», в которых принимали участие ВВС и ПВО КСИР и Армии Ирана. Подобного рода учения с широким привлечением в них подразделений иранской ПВО проводились в Исламской Республике впервые.

Главной целью учений являлось «поддержание боеготовности, отработка тактических действий с использованием современных вооружений, демонстрация новых военных разработок иранских специалистов, в том числе в сфере ПВО, а также отработка действий в случае нарушения противником воздушного пространства Ирана».

Учения были разделены на три этапа. На первом этапе отрабатывались действия по дезорганизации попыток возможного противника собрать необходимую информацию посредством разведки с воздуха. На втором этапе вооруженные силы Ирана провели учения по противодействию атаке вероятного противника на «объекты и системы» Ирана. В заключительной части маневров отрабатывалась тактика противодействия атаке агрессора на «чувствительные и жизнедеятельные районы» страны.

Иранские военные в очередной раз «пиарили» достижения ИРИ в создании новых образцов вооружения. Так, на церемонии в честь нового командующего военно-воздушными силами, генерал-майора Хасана Шаха Сафи начальник Генерального (Объединенного) штаба вооруженных сил ИРИ генерал Атаолла Салехи сообщил, что в этом году будут представлены новые истребители местного производства.

За последние два года, по словам военачальника, Иран достиг значительного прогресса в производстве истребителей нескольких типов и ракет для уничтожения воздушных целей и по уровню оснащенности вооружением и военной техникой на данный момент превосходит все страны региона. «И в этом году мы представим некоторые из этих самолетов, созданных нашим народом», — заявил он, не став уточнять, о самолетах какого типа идет речь.

Что касается истребителей, то, по всей видимости, речь идет о двух иранских разработках — Azarakhsh («Молния») и Saegheh («Гром»), которые фактически являются модернизацией американских самолетов полувековой давности.

Напомним, что в августе оставивший ныне свой пост командующего ВВС генерал Ахмад Мигхани сообщил о модернизации истребительной авиации, которая позволила увеличить дальность ее действия до 3000 километров. До этого, в июле, Тегеран объявил о начале производства боевых самолетов с применением технологий обеспечения малозаметности в радиолокационном спектре (истребители-невидимки типа стелс), а также о модернизации парка истребителей F-14 американского производства.

Вместе с тем, как неоднократно отмечали эксперты, заявления Ирана об успехах в области создания новых образцов вооружения и военной техники в большинстве случаев не соответствуют действительности и является очередной пиар-акцией. Поэтому Иран возлагает надежды на закупки вооружений за границей. В сентябре было много разговоров о продаже Россией новой военной техники.

Михаил Завалий, директор по особым поручениям Рособоронэкспорта, заявил: «Россия продолжит сотрудничество с Ираном по линии военно-технического сотрудничества и в области энергетики, несмотря на противодействие США». Он сказал: «Мы вложили сюда (в Иран) большие деньги, у нас большие перспективы, и мы хотим эти деньги иметь вне зависимости от того, хотят ли этого другие». По его словам, Россия хочет присутствовать в этом регионе.

В свою очередь, генеральный директор Рособоронэкспорта Анатолий Исайкин заявил, что Россия обсуждает с Ираном вопросы поставок оборонительных систем, в частности систем ПВО. Он подчеркнул, что «контакты между нашими странами продолжаются, и мы не видим причин, чтобы их приостанавливать». Однако г-н Исайкин констатировал, что есть пожелания некоторых стран ограничить поставки вооружений в Иран, и российская сторона эти пожелания учитывает. Вместе с тем г-н Исайкин напомнил, что в отношении Ирана не существует запретов на поставку оборонительных систем, среди которых ЗРК и другие ракетные системы ПВО.

Еще одной сенсацией в плане поставок новых комплексов ПВО стала информация, поступившая из Хорватии. Сообщается, что эта страна продала Ирану несколько модернизированных зенитно-ракетных комплексов С-300 советского производства.

Комплексы С-300, оставшиеся в Хорватии с советских времен, должны были быть утилизированы еще несколько лет назад, однако официальных подтверждений этому нет.

Ранее дискутировалась информация о продаже Белоруссией комплексов С-300 Ирану. Однако в настоящее время в США не считают, что Иран уже в этом году получит в распоряжение установки противоракетной обороны российского производства. Как отметил заместитель министра обороны США по политическим вопросам Эрик Эдельман, «насколько я владею информацией, поставки зенитных комплексов в Иран не будут осуществлены до конца этого года. Но мы вплотную следим за этой проблемой, это вопрос чрезвычайной важности».

Проводя мероприятия по модернизации своих вооруженных сил, а также активную пиар-деятельность по позиционированию ИРИ как самой могущественной державы региона, иранское руководство заявляет о невозможности военного удара по Ирану со стороны США и Израиля. Так, главный советник духовного лидера и руководителя ИРИ, бывший командующий КСИР Яхья Рахим Сафави заявил в сентябре, что военно-политическое положение США и Израиля не позволяет этим странам совершить агрессию против Ирана с целью уничтожения его ядерных объектов. «Сионистский режим не обладает достаточным политическим и социально-экономическим потенциалом, чтобы начать крупномасштабную войну», — сказал Сафави. По поводу США он добавил, что «после Афганистана, Ирака и Грузии США не захотят открыть для себя четвертый фронт». По его словам, иранские вооруженные силы, включая подразделения народного ополчения «басидж» (в состав которого входят около 12 миллионов иранцев), абсолютно боеспособны и готовы отразить любую агрессию врага. Г-н Сафави подчеркнул, что, если Америка допустит стратегическую ошибку, то она подвергнет опасности судьбы 200 тысяч военнослужащих в регионе. Он подтвердил, что Иран анализирует все действия США и Израиля и держит их под постоянным контролем. Также он отметил, что в настоящее время Иран способен контролировать Ормузский пролив.

Кстати, Персидский и Оманский заливы вместе с проливами и вся акватория региона Ближнего Востока также стали в сентябре в центре информационного поля. В Средиземное море направляется авианосец США «Теодор Рузвельт», на который возложена миссия по поддержанию безопасности на море. Его прибытие доведет число американских авианосцев в районе Средиземноморья, Персидского залива и Аравийского моря до четырех.

«Рузвельт» сопровождают его ударные силы, в которые входят ракетный крейсер «Монтерей» и два эсминца с управляемыми ракетами «Мейсон» и «Нитце». На их борту находятся более 7 тысяч моряков и морских пехотинцев. Корабли сопровождает ударная субмарина «Спрингфилд».

Группа сопровождения авианосца «Иводзима», на палубах которого разместились 6 тысяч моряков, экипажи ВВС и морских пехотинцев, поддерживает Шестой флот США в Средиземном море и Пятый флот в Персидском заливе. Эта ударная морская группа обладает мощным десантным потенциалом.

Крупный десантный транспорт «Сан-Антонио» является первым судном своего класса, которое будет развернуто в регионе в качестве платформы для поддержки морских и сухопутных операций.

Еще один американский авианосец, «Палау», патрулирует район Красного моря и Индийского океана. Его сопровождают суда, перевозящие крупные военно-морские силы.

То есть завершается концентрация ВМС США вокруг Ирана.

В свою очередь, в Иране заявляют, что страна полностью подготовилась к столкновению с американским военным флотом. Противостояние с кораблями ВМС США и любой боевой техникой предусмотрено планами, заявил Али Фадави, представляющий командование ВМС КСИР. По его словам, иранские ракеты способны достичь американских кораблей в Персидском и Оманском заливах и в части Индийского океана.

Следует напомнить, что иранский исследователь Фариборз Хагшенасс недавно опубликовал свою работу о характере будущей морской войны в Персидском заливе. Исследователь отмечает, что на протяжении последнего десятилетия Иран выделял огромные средства на развитие своих военно-морских сил, которые совершенно не похожи на западные. Г-н Хагшенасс описывает «революционную шиитскую доктрину», которая является основой иранской военно-морской тактики, берущей в расчет очевидные географические преимущества страны.

В основе иранской доктрины лежит создание множества мобильных отрядов скоростных катеров, готовых внезапно из засад атаковать военно-морские корабли противника или танкерные конвои. Хагшенасс отмечает, что Иран учел плачевный опыт ирано-иракской войны, когда сотни катеров пытались атаковать противника одновременно и в результате становились легкой добычей его авиации. Теперь иранцы будут рассчитывать прежде всего на фактор внезапности атаки одним или несколькими катерами крупных целей вроде танкера или авианосца. При этом особый упор делается на разведку и введение противника в заблуждение.

По мнению Хагшенасса, военно-морские подразделения КСИР главное внимание уделяют сейчас развитию тактики и техники нападения, которые не поддаются распознаванию современными средствами разведки. Здесь на первом месте «абсорбирующие радар краски», затем ракеты море-море с кассетными боеголовками (до 1600 бомб в одной ракете), политика «радиомолчания». Самым опасным является «децентрализованное принятие решений», что лишает противника возможности обнаружить и уничтожить единый центр командования.

Проводя активную наступательную военную политику на земле, Иран не забывает и космос. В сентябре ИРИ продолжала осуществлять свою космическую программу.

21 сентября китайской ракетой-носителем был выведен на орбиту исследовательский спутник, созданный совместными усилиями ученых из Ирана, Китая и Таиланда.

Иранский министр коммуникаций и информационных технологий Ирана Мохаммад Солеймани заявил: «Данными со спутника будут пользоваться все три страны… На спутнике установлены камеры, которые будут фотографировать поверхность Земли, и затем снимки будут передаваться на наземные станции… Иран, Китай и Таиланд посредством сотрудничества в космосе смогут прогнозировать и предотвращать различные природные катастрофы в регионе, будь то землетрясения, наводнения, расширение пустынных территорий или сокращение водных ресурсов».

В свою очередь, руководитель Аэрокосмического агентства Ирана Реза Тагипур заявил, что возглавляемая им организация планирует продолжать освоение космических технологий. К числу программ агентства относится обучение новых специалистов с использованием уже приобретенного опыта.

Кроме того, основные задачи агентства состоят в широком применении космических технологий, внедрении их на отечественных предприятиях и в дальнейшем проведении космических исследований.

По словам Резы Тагипура, необходимо ускорить процесс достижения практических целей в области освоения космоса. Космические технологии относятся к разряду высоких технологий, и их применение имеет для страны очень большое значение. Необходимо, считает г-н Тагипур, определить стратегические цели и развивать соответствующие технологии для их достижения.

Продолжая космическую тему, президент ИРИ Махмуд Ахмадинежад во время выступления в Нью-Йорке перед представителями иранской диаспоры в ходе своего визита в этот город для участия в работе ежегодной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, заявил, что Иран в ближайшее время запустит в космос ракету для вывода первого национального спутника на орбиту Земли. Он подчеркнул: «Мы овладели технологией запусков космических спутников. В Иране создаются двух- и трехступенчатые ракеты-носители. Вскоре мы запустим в космос ракету, у которой 16 двигателей, и она выведет на орбиту 700-килограммовой спутник».

Напомним о предыдущих сообщениях мировых информационных агентств: 4 февраля в Иране впервые был успешно проведен испытательный пуск ракеты «Кавешгяр-1» («Исследователь»), используемой для сбора исследовательских данных и вывода на орбиту первого национального искусственного спутника Земли. В тот же день прошла торжественная презентация первого иранского спутника «Омид» («Надежда»), предназначенного для научно-исследовательских целей в космосе и способного летать на низких околоземных орбитах. По словам представителей Аэрокосмической организации Ирана, «Кавешгяр» доставила на Землю научные данные после того, как достигла околоземной орбиты на высоте 200-250 километров.

17 августа Тегеран объявил, что провел успешное испытание ракеты-носителя «Посланник надежды», благодаря которой впервые на околоземную орбиту был выведен макет первого национального спутника. Глава Аэрокосмического агентства ИРИ Реза Тагипур заявил, что до 2010 г. Иран запустит в космос несколько спутников собственного производства.

Ни у кого не вызывает сомнений, что развитие космических технологий неразрывно связано с развитием ракетостроения, которое изначально имеет двойное назначение, в том числе (а по историческому опыту основных космических держав прежде всего) военное. Поэтому вполне можно согласиться со словами Резы Тагипура о том, что применение космических технологий имеет для Ирана очень большое значение. Добавим — военное.

Таким образом, в сентябре самая разнообразная, часто противоречивая информация и заявления официальных лиц в Тегеране, Иерусалиме и Вашингтоне создают сценарий пьесы абсурда, в котором все актеры одновременно хотят и не хотят войны, при этом готовятся к ней, демонстрируя реальную и виртуальную мощь. Но следующий шаг каждого из этих игроков непредсказуем, что вполне может привести к этой самой войне. Так, служба военной разведки Голландии оценила ситуацию как предвоенную: США планируют атаковать иранские объекты через несколько недель.

В целом, можно констатировать, что военно-политическая обстановка в Иране и вокруг него не претерпела принципиальных изменений. Однако атмосфера над ядерной проблемой ИРИ сгущается и грозовые явления вполне прогнозируемы.

52.21MB | MySQL:101 | 0,350sec