Турция–Грузия: сотрудничество и проблемы

Турция была одной из первых стран, установивших дипломатические от-ношения с образовавшимися в результате распада СССР новыми незави-симыми государствами Центральной Азии и Закавказья (за исключением Армении), и воспринимается ими как влиятельная держава, занимающая значительное место в межгосударственных отношениях в регионе. Пре-следуя свои политические и экономические цели, Анкара в то же время играет роль «стратегической опоры» для своих союзников по НАТО и За-паду в целом.

Руководство Анкары исходит из этого объективного факта, что в одиночку страна не в состоянии справиться с задачами «евразийского моста». Не в состоянии она освоить самостоятельно и рынки государств Закавказья и Центральной Азии и осуществлять капиталоемкие инфраструктурные про-екты, в том числе по развитию транспорта и коммуникаций. В этой связи Анкара ведет линию на привлечение капиталов Запада в Закавказье (так же как и в Центральную Азию) и предоставление Турции финансовой помощи для реализации ее политических и экономических целей. Причем турецкое руководство упорно стремится сохранить свое лидерство в меж-региональных отношениях и в политическом, и в экономическом плане. Запад со своей стороны заинтересован в налаживании надежных связей со странами Закавказья и Центральной Азии. В данном контексте посредни-чество Турции для него чрезвычайно важно. Во многом поэтому западные страны оказывали и продолжают оказывать Турции существенную под-держку. Их финансовая помощь приходит как по линии международных организаций, так и на двусторонней основе — от США, Великобритании, Германии, Японии.

Что касается непосредственно Турции, то ее руководство оказывает под-держку своим предпринимателям по государственной линии и через спе-циально созданные структуры (торговые палаты, деловые советы и т.п.). Эти организации помогают налаживать торгово-экономические связи ме-жду хозяйствующими субъектами, содействуют бизнесменам в поиске партнеров, проводят рыночные исследования, анализ конкурентоспособ-ности, выявляя перспективные направления сотрудничества, организуют выставки, семинары, круглые столы и конференции, посвященные обсуж-дению актуальных проблем, стоящих перед бизнес-сообществом.

Турецкий государственный «Эксимбанк» осуществляет кредитование экс-порта в страны Закавказья, поддерживает программы развития торговли и промышленности, инвестиционные и строительные проекты, мобилизуя средства как из внутренних, так и из внешних источников. Одновременно банк предоставляет турецким предпринимателям, ведущим бизнес в том числе и в Закавказье, некоторые гарантии от политических, финансовых и иных рисков. Стремясь по возможности шире использовать емкие рынки молодых государств Закавказья — Азербайджана и Грузии, Анкара экс-портирует туда капитал, товары и услуги, что, конечно же, благотворно влияет на развитие турецкого бизнеса в целом.

Что касается непосредственно Грузии, то сложившиеся между ней и Турцией отношения, развитие экономических и политических связей позво-ляют обеим странам характеризовать их как стратегическое партнерство. Договорно-правовая база этих отношений состоит из нескольких десятков соглашений, среди которых особое место занимает рамочный Договор о дружбе и сотрудничестве. Весьма значительны соглашения в торгово-экономической, научно-технической, военной, культурной и образова-тельной сферах.

Значение Грузии для Анкары определяется несколькими параметрами. Прежде всего, в качестве «коридора», обеспечивающего Турции сообщение с ее главным партнером в Закавказье — Азербайджаном и доступ к энергоресурсам Каспийско-Центральноазиатского региона. Несомненную важность имеет и то, что руководство Анкары, особенно военные, видит в Грузии стратегический буфер между Турцией и Россией, которую рас-сматривают (что неоднократно подчеркивалось) как партнера, а не как конкурента.

Турция весьма заинтересована в реализации проходящих через грузинскую территорию крупных транспортно-энергетических проектов (нефтепровод Баку–Тбилиси–Джейхан, газопровод Баку–Тбилиси–Эрзурум, железная дорога Баку–Тбилиси–Карс, ЛЭП Мингечаур–Ахалцих–Карс). В церемонии открытия грузинского участка БТД в ноябре 2005 г. принял участие бывший президент Турции А.Н. Сезер, в июле 2006 г. М.Н. Саакашвили участвовал в церемонии инаугурации БТД, прошедшей в Стамбуле и Джейхане.

Турция приветствовала вывод из Грузии российских военных баз, демонстрируя традиционную для Анкары в отношении стран Восточной Европы и постсоветского пространства поддержку евроатлантических устремлений Грузии. Однако в то же время турецкая сторона не выступала за форсированное вступление Грузии в НАТО.

В свою очередь, доктрина национальной безопасности Грузии (октябрь 2005 г.) рассматривает Турцию в качестве одного из ключевых стратегических партнеров.

Анкара неоднократно высказывалась за урегулирование конфликтов в Абхазии и Южной Осетии мирным путем при обязательном сохранении территориальной целостности Грузии. Тем не менее определенное влияние на турецкую позицию по данной проблематике оказывает наличие в Турции значительной (до 1 млн) абхазской диаспоры, в основном поддерживающей линию руководства Сухуми на независимость. При этом турки не скрывали серьезной обеспокоенности в связи с возможностью применения Тбилиси силы в зонах названных конфликтов, заявляя о готовности, «при наличии согласия сторон», содействовать мирному решению проблем.

6 сентября 2007 г. МИД Турции официально рекомендовал турецким гражданам и компаниям воздержаться от инвестиций или приобретения недвижимости в Абхазии и Южной Осетии без согласования с Тбилиси.

Турция выступает за возвращение на историческую родину турок-месхетинцев, сохраняя этот вопрос в повестке дня двусторонних отношений с Тбилиси, но об этом будет сказано отдельно.

Политические контакты, особенно в последние годы, отличаются высокой динамикой и субстантивностью. В ходе визита А. Сезера в Грузию 14–15 марта 2006 г. было заключено соглашение об использовании Батумского аэропорта для внутренних рейсов турецких авиакомпаний и снижении в связи с этим тарифов на двусторонние авиаперевозки до уровня дейст-вующих в Турции. С участием президентов Грузии, Турции и Азербайджана в 2007 г. состоялась церемония начала строительства грузинского участка железнодорожной магистрали Баку–Тбилиси–Карс. В феврале 2007 г. Р. Эрдоган принял участие в трехсторонней (Турция, Грузия, Азербайджан) встрече в Тбилиси, где были подписаны «Тбилисская декларация об общем видении регионального сотрудничества», «Меморандум о взаимопонимании и сотрудничестве в сфере энергетики». В ходе визита А. Гюля в Грузию в ноябре 2007 г. были заключены со-глашения о свободной торговле, чтобы избежать двойного налогооб-ложения.

По итогам 2007 г. Турция, весьма заинтересованная в развитии торговли, стала главным торговым партнером Тбилиси: 13,9% общего объема внеш-ней торговли Грузии — 899,7 млн долл. США; рост на 38,9% по сравнению с 2006 г. При этом грузинский экспорт в Турцию составил 171,8 млн долл., турецкий импорт в Грузию — 727,9 млн долл. (увеличение на 37,5% и 39,2% соответственно). Позитивная динамика товарооборота отмечается и в текущем году. За январь 2008 г. объем взаимной торговли вырос на 33,9% по сравнению с аналогичным периодом 2007 г.

Турция входит в десятку крупных инвесторов в Грузии. В 2007 г. в структуре прямых иностранных капиталовложений в Грузии на долю турецких компаний пришлось 113,7 млн долл., т.е. почти 7%. Отмечался интерес турецкой стороны к инвестициям в строительство, транспорт, энергетику, легкую и пищевую отрасли, сферу услуг, сельское хозяйство. Турецкий консорциум TAV в феврале 2007 г. завершил реконструкцию и получил права на эксплуатацию аэропорта в Тбилиси. В конце мая того же года по такой же схеме был введен в строй обновленный аэропорт в Батуми.

Важно особо подчеркнуть, что Анкара — один из ведущих доноров Тбилиси в военной сфере. В декабре 2007 г. оборонными ведомствами двух стран был подписан очередной протокол о безвозмездном выделении Турцией на 2008 г. 2 млн 125 тыс. долл. Основная часть этих средств пойдет на модернизацию и переоснащение аэродрома Марнеули, грузинских сил морской обороны, подразделений спецназначения, тылового и инженерного обеспечения, академии Минобороны. Одновременно турецкое руководство оказывало Грузии активное содействие в реформировании ее вооруженных сил, поставляя вооружения и военную технику, называя ее «ненаступательной», в частности, крупные партии бронетехники, различных боеприпасов, стрелкового вооружения, помогало в строительстве военных объектов и в подготовке личного состава. Тбилиси проявляет интерес к приобретению у турок средств ПВО, кораблей береговой охраны, систем очистки минных полей.

С 10 февраля 2006 г. между двумя странами отменен визовый режим при поездках на срок до 90 дней.

Рассматривая подходы Турции к урегулированию грузино-югоосетинского конфликта, отметим, что с самого начала Анкара высказывалась за его урегулирование политическими средствами. При этом ее руководство неизменно подчеркивало и подчеркивает приоритетность сохранения территориальной целостности, политического единства, независимости и суверенитета Грузии.

8 августа с.г. МИД Турции в официальном заявлении выразил обеспокоенность в связи с «масштабными столкновениями между Грузией и Южной Осетией». В заявлении было высказано мнение о том, что проблемы Грузии, с которой у Анкары существуют добрососедские и дружественные отношения, должны решаться мирным путем. Турция призвала стороны остановить столкновения и вступить в прямые переговоры. Премьер-министр Турции Р.Т. Эрдоган после начала боевых действий беседовал по телефону с М. Саакашвили.

10 августа состоялся телефонный разговор руководителя МИДа России С.В. Лаврова с министром иностранных дел Турции А. Бабаджаном. Весь-ма важно, что турецкий министр, признав «моральное право» России играть ключевую роль в урегулировании конфликта, высказался за немедленное прекращение боевых действий и начало прямых переговоров между сторонами. При этом им вновь была подчеркнута важность сохранения территориальной целостности Грузии.

12 августа с.г. турецкая газета «Заман», публикуя материалы брифинга с участием президента А. Гюля и министра иностранных дел А. Бабаджана, привела слова А. Гюля, давшего положительную оценку действиям России по прекращению военных операций против Грузии. Весьма важно, что турецкий премьер Р. Эрдоган в ходе визита в Россию в августе с.г. выступил с инициативой создания «Платформы стабильности и сотрудничества на Кавказе», которая бы вела деятельность по обеспечению безопасности и сотрудничества в регионе.

В числе важнейших для турок проблем в связи с конфликтом следует назвать озабоченность Анкары безопасностью трубопроводов Баку–Тбилиси–Джейхан и Баку–Тбилиси–Эрзурум. Несомненно, беспокоят Анкару беспокоит возможность притока беженцев из Грузии, она также опасается за судьбу своих инвестиций в грузинскую экономику (свыше 1,5 млрд долларов). После начала боевых действий Турция направила в Грузию груз гуманитарной помощи. Строя свою политику в отношении Грузии и грузино-осетинского конфликта, Анкара серьезно отслеживает позиции не только РФ, но и Ирана, стран Центральной Азии, в развитии отношений с которыми она заинтересована. Как видится, в Анкаре не обошли вниманием декларацию по этому вопросу государств — членов ОДКБ, включая Казахстан и Узбекистан. Говоря о реакции в Турции на события в Грузии, следует упомянуть лазов, так называемых турецких грузин, проживающих в северо-восточной Анатолии, обвиняющих Россию в конфликте и высказывающихся за то, чтобы и Россия оставила Грузию в покое. Отметим, что лазы проживают и в некоторых странах Европы и придерживаются такой же точки зрения.

Рассматривая турецко-грузинские отношения, видимо, следует хотя бы кратко коснуться проблемы, которая подчас выпадает из поля зрения исследователей. Это проблема турок-месхетинцев. Напомним, что в 1944 г. была осуществлена массовая депортация турок-месхетинцев (порядка 90 тыс. чел.) из Грузии в Среднюю Азию. В 1989 г. вследствие межэтнических столкновений они были вытеснены из Ферганской области Узбекистана и осели в других республиках СССР. В настоящее время, по оценкам экспертов, в России проживают свыше 75 тыс. турок-месхетинцев, в основном в регионах Южного федерального округа (ЮФО) и Центрального федерального округа.

Согласно данным исследований Европейского центра по вопросам нац-меньшинств, на 1 января 2008 г. общая численность турок-месхетинцев в мире составляет около 400 тыс. человек. В том числе 70 тыс. человек живут в Азербайджане, 35 тыс. в Турции, 14 тыс. в США, остальные в Казахстане, Киргизии, Узбекистане и на Украине. В самой Грузии в настоящее время проживают около 1 тыс. лиц указанной категории.

С 16 февраля 2004 г. по 1 октября 2007 г. Международной организацией по миграции была реализована программа выезда из Краснодарского края в США турок-месхетинцев, не натурализовавшихся в России. В результате в США на постоянное место жительства выехали более 12 тыс. человек. Из них 40% выехавших — лица без гражданства, 59% — граждане России, 1% — иностранные граждане.

При вступлении в Совет Европы в 1999 г. Грузия обязалась в течение двух лет принять закон о репатриации турок-месхетинцев, предусматривающий предоставление грузинского гражданства, и обеспечить их возвращение в последующие десять лет (т.е. до конца 2011 г.).

1 января 2008 г. вступил в силу закон от 11 июля 2007 г. «О репатриации лиц, насильственно перемещенных из Грузии в 40-х гг. XX века». Под его действие подпадают лица, переселенные из Грузии на основании постановления Государственного комитета обороны СССР от 31 июля 1944 г., и их прямые потомки при условии предоставления документов, подтверждающих переселение. Супруги и несовершеннолетние дети вышеуказанных лиц имеют право воспользоваться положениями закона только в случае подачи соответствующего заявления на приобретение статуса репатрианта их родственниками, имеющими на это право, и с их согласия. Следует отметить, что в тексте закона какое-либо упоминание об этнической принадлежности репатриантов отсутствует.

Закон является во многом декларативным, не предусматривает реальных стимулов и гарантий для репатриантов. Власти не берут на себя никаких конкретных обязательств по обеспечению репатриантов жильем, работой или материальной помощью. Процесс возвращения обставляется рядом ограничений и бюрократических условий. Прежде всего, это касается крайне жестких временных рамок — заявки на приобретение статуса репатрианта должны быть поданы до 31 декабря 2008 г. Трудновыполнимо требование о представлении в посольства Грузии пакета нотариально заверенных документов (удостоверение личности либо документ о гражданстве, свидетельство о рождении, справка о депортации, справки с места жительства о состоянии здоровья, наличии судимостей и т.п.), причем только на грузинском или английском языке. Кандидаты на репатриацию должны будут пройти тест на знание грузинского языка, истории и конституции страны. Наконец, потенциальные репатрианты обязаны отказаться от своего нынешнего гражданства без гарантий получения гражданства Грузии (оно будет предоставляться в индивидуальном порядке указами президента).

Явно не желая, чтобы репатриация месхетинцев приняла ощутимые масштабы, грузинские власти «тянут время». До сих пор не существует официального образца вышеупомянутого заявления, не утверждена процедура предоставления документов. Тбилиси не проявляет инициативы в контактах с представителями месхетинской диаспоры в России. Не было и обращений Грузии к российской стороне по вопросам взаимодействия в репатриации турок-месхетинцев.

Практически недостаточное внимание грузинской стороны к решению данной проблемы вызывает определенное недовольство Анкары.

Рассматривая возможность дальнейшего развития турецко-грузинских отношений и позицию Грузии в этом вопросе, едва ли следует ожидать каких-либо серьезных подвижек в линии Анкары, которая заинтересована в сохранении экономических и политических связей с Тбилиси, использовании грузинской территории для выхода в Азербайджан, Каспийско-Центральноазиатский регион и, конечно же, в членстве Турции в НАТО, ее нежелании сколько-нибудь серьезно обострять отношения с Россией, а также в решении проблемы курдов.

22.3MB | MySQL:63 | 0,392sec