Об ухудшении ситуации в борьбе с джихадистами в Африке

3 июля министр обороны Франции Флоренс Парли отчиталась о нанесении запрещенной в России террористической организации «Исламское государство» (ИГ) серьезного урона в регионе Сахель.

По ее данным в последние недели французские силы и их партнеры, действующие в рамках операции «Бархан», уничтожили и захватили нескольких руководителей «Группы ИГ в Великой Сахаре» (EIGS).

Среди них, по ее словам, Абдельхаким эс-Сахрауи, «очень медийная фигура EIGS, известная своим очень строгим соблюдением шариата в том числе по видео, на котором он участвует в обезглавливании. Мы получили подтверждение, что он погиб в мае при невыясненных обстоятельствах», — пояснила она, не уточнив, правда, какой именно вклад в это дело внесли французы и их союзники.

Кроме того, по ее словам, в ходе операции под названием «Солнцестояние», проведенной в июне группировкой «Бархан», Вооруженными силами Нигера и европейским спецназом «Taкуба» были взяты в плен два «лейтенанта» эмира EIGS Аднана Абу Валида Сахрави: Сиди Ахмед ульд Мухаммед (он же Катаб аль-Мауритани), и Дади ульд Шуаиб (он же Абу Дардар).

Одновременно также были «нейтрализованы» шесть джихадистов, в том числе видный туарегский боевик Альмахмуд Аль-Байе ака Икарай, считавшийся «лидером группы EIGS в районе Менака на границе с Нигером».

Заметим, что это выступление готовит в информационном плане частичный вывод Францией большей части своих сил, задействованных в операции «Бархан» (в настоящее время 5100 человек) из Сахеля.

Как ожидается, они частично войдут в общие европейские силы по борьбе с терроризмом, задачей которых также станет «боевое сопровождения местных армий».

В этом направлении как ожидается и будет работать формируемая группа европейских спецназовцев «Такуба».

Далее в соответствии с разработанным проектом передачи ответственности за Сахель общим силам европейских стран, Франция планирует к концу 2021 года покинуть базы на севере Мали — Тессалит, Кидаль и Тимбукту.

Часть размещенных там сил сосредоточатся в южных районах этой страны Гао и Менака, расположенных ближе к «зоне трех границ» между Мали, Нигером и Буркина-Фасо, а также в Ниамее, столице Нигера, чтобы «продолжить преследование лидеров джихадистских группировок».

Заметим, что эти планы Париж намеревается реализовать на основании якобы имеющего место улучшения ситуации в регионе, чего реально нет.

Во-первых, возникает вопрос, каким образом будет обеспечиваться безопасность на традиционно проблемном севере Мали, и не приведет ли это к обострению на южных границах Алжира.

И вообще, кроме Мавритании, практически все страны Сахеля подвергаются регулярным ударам джихадистов, причем внутренняя ситуация в них в плане устойчивости официальных властей находится на неудовлетворительном уровне.

Об этом свидетельствуют происходящие там политические события, включая непрекращающиеся путчи, управленческую чехарду, межэтнические конфликты и т.д. Что во многом вызвано прогрессирующей деятельностью радикальных исламистов.

Между тем, планируемое смещение базирования французских сил к югу прежде всего имеет своей целью, как представляется, защиту урановых рудников в Нигере. Именно отсюда Париж продолжает получать значительную часть этого стратегического сырья, являясь первым торговым партнером этой страны и фактически контролируя почти треть ее торгового оборота с внешним миром.

Не лучшим образом обстоит ситуация с соседнем Буркина-Фасо. Показателем положения в этой стране служат массовые народные протесты против полного провала ее властями обеспечения безопасности.

Претензии к власти у оппозиции следующие: за первый срок пребывания президента Каборе (2015 – 2020 гг.) здесь было официально зарегистрировано более 1300 погибших и 1.2 млн внутренних перемещенных лиц и она опасается, что второй его срок будет хуже первого, поскольку с начала 2021 года здесь уже было официально зафиксировано более 300 смертей.

Напомним, что в середине июня текущего года в связи с ростом насилия джихадистов оппозиционеры потребовали отставки премьер-министра страны Кристофа Дабире и министра обороны.

Отдельная претензия – в «неоказании помощи властями людям, находящимся в опасности» во время нападения в начале июня радикальных исламистов на деревню Солхан (северо-восток), в результате которого погибли от 132 до 160 человек.

Особое негодование оппозиции вызвало «невмешательство военного отряда, базирующегося в Себбе (15 км от Солхана) в ходе продолжавшейся 4 часа атаке», который мог оперативно прибыть туда и предотвратить резню, но предусмотрительно воздерживался от этого, видимо, опасаясь попасть в засаду, как это уже неоднократно случалось в прошлом.

По мнению оппозиционеров, «эта бойня является символом пресловутой неспособности или даже недееспособности нашего правительства защитить население от террористической опасности, и президент сознательно бросил людей на их печальную участь».

Размах выступлений достиг такой силы, что глава государства 30 июня уволил руководителей силовых служб и лично занял пост министра обороны, что свидетельствует о слабости власти Буркина-Фасо в целом.

Заметим, что с 2019 года террористические атаки в этой стране стали почти ежедневными буднями и заметно усилились в июне 2021 года.

На ситуацию в Буркина-Фасо отрицательно сказывается положение в Нигерии, откуда связанные с боевиками группировки «Боко харам», еще одного террористического филиала ИГ проникают в другие страны региона.

В последние годы она заметно расширила ареал своих действий и оттуда ее боевики все чаще совершают удары по территории соседних с Нигерией стран, включая Камерун.

А оттуда представители террористической «франшизы» проникают в другие тропические африканские страны. Согласно данным местных источников, в том числе оттуда эмиссары террористов проникают далее на юг континента, например, в Мозамбик, на развитие газовой отрасли которого у мировых корпораций имеются очень серьезные планы.

Кроме того, крайне неприятным моментом для борцов против терроризма служит переход под флаг ИГ ряда известных повстанческих группировок действующих в Демократической Республике Конго (ДРК), где у политического ислама ранее не было столь серьезной «почвы».

Там в конце июня угандийские повстанцы из «Союзных демократических сил» (ADF), осуществили серию кровопролитных атак против христиан, силовиков и мирных жителей ДРК, в результате чего погибли по меньшей мере десять человек, в том числе четыре женщины.

Так, 27 июня один из их отрядов атаковал в Мабаканге в городе Бени бар, а другой – церковь, после чего использовало еще одну «живую бомбу» против сил безопасности, а другие террористы напали на бойцов правительственной армии.

Напомним, что эта группировка свирепствует в ДРК уже не одно десятилетие, и недавно она объявила о своем переходе в ряды «Исламского государства провинции Центральной Африки».

При этом регион Бени с 2013 г. является мишенью группы ADF, ответственной за серию массовых убийств, в результате которых, согласно подсчетам епископата ДРК, погибли по меньшей мере 6000 человек.

И это очень тревожный знак, поскольку борьба против этих повстанцев до сих пор не была успешной, а с их внешней джихадистской подпиткой она может оказаться еще сложнее.

Что же касается упомянутых выше действий Франции, то ликвидация джихадистов не способна побороть распространение радикальных исламистов в Африке.

В условиях, когда не устранена почва для воспроизводства террористов в Африке, включая почти тотальную бедность, отсутствие работы и перспектив для населения, в том числе программируемых взрывной рождаемостью (порядка 6 – 7 деторождений на женщину), на место убитых джихадистов придут другие, возможно, более опасные боевики, которые в последние годы и месяцы распространяют свое влияние на другие страны, уверенно расширяя «серые», неконтролируемые официальными властями зоны.

В результате переход повстанческих группировок под знамена ИГ создает серьезный вызов безопасности не просто отдельным африканским странам, но и всему континенту.

Создается риск превращения значительной части Африки в оплот джихадизма. С учетом того, что континент является важной для мировой экономики сырьевой базой, в уже ближайшем будущем это может иметь огромный негативный эффект.

Также это способно привести к дополнительному росту потоков беженцев, от которых в первую очередь будет страдать Европа.

52.48MB | MySQL:112 | 0,341sec