Издание «Единый подход Турции к обеспечению безопасности». Часть 9

В 2020 году в турецкий свет появилась книга «Целостный подход Турции к обеспечению безопасности». В подзаголовке книги значится «От энергетики – к здравоохранению, от миграции до внутренней и внешней безопасности, многомерная национальная оборона».

Книга была издана компанией оборонно-промышленного комплекса STM и созданным при ней издательством Think Tech. Технологический мозговой центр.

Продолжаем разбираться с этим изданием. Часть 8 нашего обзора опубликована на сайте ИБВ по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=79069.

Напомним, что мы приступили к рассмотрению раздела, который озаглавлен как «Век неупорядоченности и смысл терроризма  «Исламского государства» (ИГ, здесь и далее, запрещенная в РФ террористическая организация – И.С.)».

Как мы отметили, Турция пытается в наши дни позиционировать себя в качестве одного из ведущих в мире борцов с терроризмом «во всех его формах и проявлениях». Впрочем, заметим, что данное позиционирование стране удается не до конца. Потому как, выразимся мягко, даже формальные списки террористических организаций у различных стран заметно отличаются. «Прокси» для одних – это террористические организации для других.

Один из аналитиков, цитируемых турецким изданием – юрист Хильми Гюллю, в частности, говорит о том, что в мире образовалась неупорядоченность, а также, что США утратили свою мировую гегемонию, причем, таким образом, что она вновь не вернется. Соответственно, в условиях исчезновения «старого порядка», главной особенностью внегосударственных игроков становится их поведение «как государств» в отношении территорий, народонаселения, а также элементов государственной власти и суверенитета.

И в период неупорядоченности, внегосударственные структуры, такие как ИГ, благодаря их такой особенности поведения, как «государственное поведение», могут на своей территории «устанавливать порядок».

Процитируем авторов: «Связь, которую ИГ устанавливает в этом контексте, обычно порождает конфликты, но сам тот факт, что негосударственные структуры действуют как государство, а люди, живущие в этих образованиях, принимают это и продолжают жить в этом порядке, составляет один из самых фундаментальных элементов этой эпохи неупорядоченности».

Впрочем, как оговаривается турецкий экспорт: «На этом этапе, если он (порядок – И.Г.) будет, в итоге, установлен, как ответ на вопрос о том, как выжить до установления нового порядка или как выжить с наименьшим ущербом, я думаю, что государства с сильными институтами и институционализированные государства смогут пережить этот век неопределенности не без ущерба для себя, но с наименьшим ущербом. Я верю, что традиционные институты и институты с традициями могут позволить государствам остаться на ногах».

Как итог, турецкими авторами заключается, что, «вряд ли, можно преодолеть эпоху беспорядков без ущерба для себя без наличия (сильных) институтов, как части государства, без правового государства и без верховенства закона».

По словам авторов издания, Турция была ярким примером, в этом отношении, в начале 2000-х годов, «поскольку страна не только провела кардинальные реформы в сфере права внутри самой себя, но и, буквально, экспортировала право».

Реформы, проведенные в правовой сфере в начале 2000-х годов, вместе с реформами в экономической сфере, подняли Турцию «до невиданного доселе уровня в своей правовой истории», и, как отмечается турецкими авторами, «послужила для турок источником гордости».

При этом, при проведении серьезных правовых реформ (когда создавались новые правовые институты и принималось новое законодательство, как то, закон о конкуренции, когда создавались новые юридические инстанции, для проведения независимой политики и т.д.), в этом процессе, консультационные услуги оказывались иностранными консалтинговыми фирмами при создании и организации работ этих учреждений.

На первом этапе после этого, как отмечается турецкими авторами, эти, вновь созданные институты работали в Турции столь хорошо, что через некоторое время те же иностранные или многонациональные консалтинговые фирмы взяли для себя ту же модель в качестве примера при создании аналогичных институтов в таких странах, как Саудовская Аравия и Тунис.

На самом деле, тут надо обратить внимание на два обстоятельства.

Во-первых, авторы говорят о некоем «первом этапе», на котором Турция, в результате своих реформ, показала достаточно серьезный результат. Это подразумевает, косвенно, и то, что, в последующие периоды времени, эта система начала буксовать.

Во-вторых, стоит заметить, что реформы в Турции – создание новых институтов и принятие не просто новых законов, а принципиально новых законодательных инициатив, проводились при поддержке и в рамках диалога Турции с Европой. Получив в 2005 году официальное «звание» кандидата на вступление в ЕС, в Турции начал реализовываться целый ряд проектов. Причем, эти проекты реализовывались в значительной мере на европейские деньги. Так образовался целый ряд новых структур, допустим, Совет по регулированию энергетического рынка, когда Турция, по европейским лекалам, провела либерализацию своего топливно-энергетического комплекса и, в кратчайший период времени, создала принципиально новую отрасль частого бизнеса, устранив государственную монополию в энергетике и разгрузив от сопутствующих инвестиций государственный бюджет. Эти реформы, действительно, предопределили развитие турецкой энергетики на годы вперед и их положительный эффект, в этом смысле, трудно переоценить.

Вот, на самом деле, это — главный эффект от переговоров Турции о вступлении в состав ЕС – как раз, тот случай, когда процесс имеет самоценность даже при отсутствии перспективы достигнуть главного заявленного результата. И, когда отношения между Турцией и ЕС вошли в «клинч» и процесс вступления Турции в ЕС оказался заморожен, главным турецким ущербом оказалось то, что данная интеллектуальная и организационная работа оказалась либо многократно замедлена, либо где-то и вовсе приостановлена.

Следующий подраздел первой главы турецкого издания озаглавлен «Историческое значение операций «Оливковая ветвь» и «Щит Евфрата»».

На самом деле, три операции, проведенные Турции в Сирии, включая «Оливковую ветвь», «Щит Евфрата», а также «Источник мира», к настоящему времени уже, в значительной мере, мифологизированы в Турции и стали частью официальной турецкой идеологии, в качестве не просто несомненного успеха Вооруженных сил Турции и подтверждения их высокого потенциала, но и в качестве свидетельства о том, что и сама Турция сменила качество и стала страной, которая осуществляет активную проекцию своих интересов в регионе с помощью использования военной силы. Разумеется, опять же, на уровне государственной идеологии, проекция этой силы осуществляется строго в рамках как морального права, так и международного законодательства.

Про правоту действий Турции, в рамках международного законодательства, турецкие авторы писали в предыдущих разделах рассматриваемого нами издания. Напомним, что речь идет о том, что Турция использует свое право на самооборону в ответ на те удары, которые были нанесены по ней с территории Сирии со стороны ИГ и филиалов РПК в Сирии, в частности, курдских Сил народной самообороны. А, кроме того, если официальный Дамаск – не в состоянии бороться с террором на своей территории, то, согласно объяснениям турецкой стороны, это вправе делать сама Турецкая Республика.

Теперь же, вслед за турецкими авторами, обратимся непосредственно к технической, военной стороне вопроса.

Цитируем:

«Тот факт, что Турция продемонстрировала миру, что она является эффективной державой в регионе своими операциями в Сирии и что она не останется равнодушной, когда ее национальная безопасность окажется под угрозой, несет большое значение с точки зрения новой глобальной архитектуры безопасности, о чем мы говорили в самом начале».

Вот как описывается турецкими авторами значение операций «Оливковая ветвь» и «Щит Евфрата»:

«За первые 24 часа наши 72 боевых самолета поразили примерно 108 целей. Это – первый случай в истории ВВС Турции и в истории трансграничных операций. В этой операции, также довольно успешно использовались высокоточные боеприпасы. Подземные туннели и арсеналы были очень важны в этой операции, они были поражены таким образом, которой стал примером с точки зрения способности поразить их и с точки зрения применения умных боеприпасов. В контексте непосредственной авиационной поддержки наши вертолеты АТАК очень хорошо использовались как для прикрытия передовых и тыловых участков войск, так и для огневой поддержки».

На самом деле, в рамках официальной турецкой идеологии утверждается, что Турция использовала в ходе своих трансграничных операций в Сирии высокоточное оружие, которое позволило стране работать лишь только по целям террористов, не нанося ущерба мирному населению страны. Нередко на турецком телевидении, в периоды проведения операций, можно было слышать о том, что так гуманно, как Турция, в наши дни, никто из государств не воюет. Что лишь только Турция так заботится о мирном населении стран, где она ведет боевые действия. На эту тему турецкими СМИ освещалось множество разного рода сюжетов про подчеркнуто гуманное поведение ВС Турции и их личного состава на территории Сирии.

Продолжаем дальнейшее цитирование издания:

«Это требует очень важной координации командования и управления. Опять же, координация сухопутных войск с Военно-воздушными силами была очень важна с точки зрения проведения налетов и осуществления ударов.

В момент рейда, помимо 108 целей, было обеспечено поражение 153 целей гаубицами. Если учесть общее количество, то мы смогли поразить гаубицами только 72 цели в ходе операции «Щит Евфрата». Глядя на это общее количество, мы достигли очень серьезного военного успеха с точки зрения как самих рейдов, так и (созданного ими – прим.) шокового эффекта».

И далее, как отмечается турецким экспертом:

«На мой взгляд, наиболее важный аспект этой операции заключается в следующем: существует концепция операций, разработанная TRADOC, которая определяет концепцию военной операции армии США на 2020-2040 годы. Наше Командование по образованию и доктринам, является эквивалентом TRADOC. Военно-оперативная концепция вооруженных сил США на 2020–2040 годы основана на многозонном бою с акцентом на совместном унифицированном маневре с оружием.

Многопрофильный бой определяется следующим образом:

«Элементы наземного боя основаны на обеспечении физического и когнитивного превосходства над противником с помощью комбинированного оружия во всех областях. Сухопутные силы будущего стремятся обеспечить временные зоны превосходства во многих областях путем интеграции и синхронизации совместных возможностей с надежным передовым наблюдением и устойчивым боевым порядком, и, таким образом, реализовать свои военные цели, проявив инициативу по ширине фронта».

В операции «Оливковая ветвь», в полном соответствии с этой концепцией:

Во-первых, (было осуществлено) открытие фронтов в нескольких районах,

Далее – было произведено введение целей в заблуждение и предотвращение концентрации сил (противника), с помощью диверсификации и объединения фронтов при использовании Свободной сирийской армии. При реализации этого, очень хорошо была обеспечена координация между сухопутными войсками и атаками с воздуха. Эта гибридная операция с высоким уровнем трудности привела к успеху».

Как пишут турецкие авторы, интересно, что и операция «Щит Евфрата», и, в особенности, «Оливковая ветвь» преподаются / изучаются в исследовательских центрах военных колледжей США в качестве успешных приложений в форме case analysis, в которых боевые действия в нескольких зонах и совместный маневр комбинированным оружием могут выполняться одновременно.

Как отмечается турецкими авторами, в обеих операциях Турция обеспечила очень успешные совместные действия как с воздушно-десантными, так и с бронетанковыми частями, горными коммандос и со спецназом, включая «руководство дружественными третьими частями».

Вот как пишет на эту тему турецкий эксперт:

«В этом контексте, я не знаю, насколько американцы были счастливы, когда мы успешно реализовали концепцию, разработанную в США, но это — серьезное отличие «Оливковой ветви», с точки зрения демонстрации ее военного успеха и оригинальности».

Заметим, что в среде российских экспертов преобладает достаточно скептический взгляд на турецкие успехи в трансграничных операция в Сирии. Тем не менее, в самой Турции, взгляд на операции диаметрально противоположный – как на крайне успешные действия, не имеющие аналогов в современной турецкой истории.

Наконец, как пишется турецкими авторами, в контексте военно-политических последствий операции Турции в Сирии, наиболее важным моментом является то, что «военная легенда курских Сил народной самообороны на Западе закончилась вместе с операцией «Оливковая ветвь»».

В частности, как отмечается авторами:

«Американцы, в борьбе с ИГ возможно игнорируя превосходство своих собственных ВВС или нанесенный ими ущерб, придают очень большое значение успеху СНС в наземной операции. Оказалось, что СНС, будучи в коалиции с сильными вооруженными силами с превосходством в воздухе, на самом деле, потерпели поражение с ИГ. В то время как, Вооруженные силы Турецкой Республики, не нуждающиеся ни в какой коалиции, в своей собственной операции, нанесли поражение ИГ. Таким образом, разрушение мифа о военном успехе СНС — это один из важнейших результатов операции «Оливковая ветвь»».

Итак, как мы видим, турецкими авторами делаются далеко идущие выводы о военном потенциале СНС, который турки склонны (в этом издании) оценивать, по меньшей мере, достаточно скромно. Что, впрочем, вступает в противоречие с американской настойчивостью в опоре именно на курдские Силы народной самообороны в сирийской гражданской войне.

Впрочем, и в Европе потенциал СНС, очевидно, оценивается иначе, чем звучит выше от турецких авторов. В частности, 10 августа в турецких СМИ было сообщено следующее:

«Сирийское крыло террористической организации РПК, СНС, откроет свой офис в Женеве, Швейцария, «для развития отношений с европейскими странами», — заявила группа.

Так называемая Автономная администрация Северной и Восточной Сирии (AANES) СНС также стремится открывать представительства в странах, которые играют роль в сирийском кризисе, включая Германию, Францию, Швецию и страны Бенилюкса».

Иными словами, для турок это – неутешительная новость. Поскольку, вряд ли, стоит думать, что структура, не имеющая потенциала и будущего, может открывать офис в европейских столицах и вести диалог с европейскими политиками о будущем региона. Так что, вряд ли, «миф о СНС» можно считать до конца «развеянным» турецкой операцией в Сирии.

51.92MB | MySQL:104 | 0,729sec