О перспективах возвращения Нури аль-Малики в иракскую политику

По мере приближения парламентских выборов в Ираке в октябре с.г. идет активизация деятельности многих иракских политиков, в том числе и тех, кто по теме или иным причинам ушли в тень в течение последних пяти лет. В первую очередь это относится к бывшему премьер-министру Ирака (2005-2014 годы) и бывшему лидеру Партии исламского призыва («Аль-Да’ава») Нури аль-Малики. Напомним, что в 2014 году этот видный иракский политик потерпел фиаско. Последний премьерский срок Малики (2010-2014 годы) характеризовался небывалой коррупцией и маргинализацией суннитского населения Ирака. Репрессии против суннитов привели к восстанию в провинциях Найнава и Анбар и экспансии террористической организации «Исламское государство» (ИГ, запрещено в России), захватившей треть территории Ирака. На парламентских выборах 2014 года Партия исламского призыва аль-Малики набрала 92 депутатских места из 328 в Национальном Собрании Ирака, что позволяло ей в союзе с другой политической силой формировать кабинет министров. Однако быстрые успехи ИГ и позорная капитуляция иракской армии в Мосуле привели к неприятию Нури аль-Малики иракской политической элитой и значительной части рядовых иракцев. Духовный лидер иракских шиитов великий аятолла Али ас-Систани резко воспротивился утверждению аль-Малики в качестве премьер-министра, и этот пост получил его однопартиец Хайдер аль-Абади. Нури аль-Малики довольствовался должностью вице-президента.

На выборах 2018 года возглавляемая Нури аль-Малики коалиция «Правовое государство» продемонстрировала довольно скромные результаты. Лидировала на этих выборах коалиция «Ас-Саирун», возглавляемая Муктадой ас-Садром (54 мандата). На втором месте оказался блок «Фатх», представляющий интересы вооруженных формирований «Аль-Хашд аш-Шааби», вышедших победителями из схватки с ИГ (47 мест в парламенте). Третье место получил блок «Ан-Наср» во главе с тогдашним премьером Хайдером аль-Абади. Необходимо упомянуть о том, что за это время Партия исламского призыва пережила ряд расколов, и аль-Малики и аль-Абади шли на выборы отдельными списками. В результате коалиция «Правовое государство» Нури аль-Малики получила всего 25 депутатских мест.

Ряд политических событий последнего года создал благоприятные возможности для возвращения аль-Малики в большую политику. Прежде всего, это анонсированный Муктадой ас-Садром уход из большой политики. По словам одного известного шиитского политика, «аль-Малики получит наибольшую выгоду от неучастия садристов в выборах, если, конечно, Муктада не поменяет свое решение». 15 июля с.г. Муктада ас-Садр, за которым закрепилось прозвище «делателя королей» заявил о том, что не будет принимать участие в октябрьских парламентских выборах. «Для того, чтобы сохранить то, что осталось от страны и спасти нашу страну, я объявляю, что не буду участвовать в выборах», — отметил ас-Садр. Обращаясь к «великому иракскому народу» в телевизионной речи, он сказал: «Не продавайте нашу страну коррупционерам по любой цене, это более ценно, чем что-либо другое». Муктада ас-Садр добавил, что Ирак стал жертвой «сатанинской региональной схемы, направленной на то, чтобы унизить страну и поставить ее на колени. Если наша страна является заложником несправедливости и трагических обстоятельств, ее легко сделать заложником региональной и международной политики». В последние годы ас-Садр значительно нарастил свои внутриполитические позиции в Ираке. В частности, его сторонники оказались на важных должностях в ключевых министерствах и силовых структурах. Пока неясно, является ли заявление этого авторитетного политика результатом продуманной позиции или предвыборным ходом. Кроме того, по информации ряда иранских экспертов, заявление о неучастии в выборах может быть результатом стремления ас-Садра занять пост духовного лидера шиитов Ирака, придя на смену 93-летнему Али ас-Систани, здоровье которого  внушает серьезные опасения. По мнению иракских экспертов, «У лидеров фракций не будет проблем с тем, чтобы снова номинировать аль-Малики на пост премьер-министра, так как они рассматривают этого политика как своего рода «анти-Садра» и единственного, кто сможет держать садристов в узде».

Во-вторых, на руку Малики может сыграть ослабление политических позиций сил, связанных с «Аль-Хашд аш-Шааби». В 2018 году они были героями и победителями в недавней войне с ИГ, но ситуация серьезным образом поменялась. Шиитские милиции утратили значительную часть своей популярности жестокими расправами с участниками массовых антиправительственных выступлений, развернувшихся в Ираке в октябре 2019 года и последующими преследованиями оппозиционных активистов и журналистов.  К этому добавились расколы внутри самого блока «Фатх». Крупнейшее вооруженное формирование «Катаиб Хизбалла» заявило, что пойдет на выборы отдельно от «Фатх». Кроме того, внутри самой коалиции начались трения между «Лива аль-Бадр» и «Асаиб Ахль аль-Хакк». В этих условиях лидеры блока «Фатх» и полевые командиры «Аль-Хашд аш-Шааби» вполне могут поддержать кандидатуру аль-Малики на пост премьер-министра. Один из полевых командиров «Адь-Хашд аш-Шааби» отметил в интервью порталу Middle East Eye: «Малики полагается на поддержку отрядов сопротивления (т.е. шиитских милиций –авт.) и шиитских сил, близких к нему, в частности племен Южного Ирака, с которыми у него установились хорошие отношения. У фракций вооруженного сопротивления нет проблем с Малики. Напротив, они рассматривают его как своего покровителя и одного из крупнейших финансовых спонсоров».

В последнее время наблюдается и некоторое ослабление интереса Ирана к «Аль-Хашд аш-Шааби». После убийства в январе 2020 года генерала Касема Сулеймани иранская разведка (Министерство информации и безопасности) перехватила у КСИР инициативу в ведении иракского досье. Центр тяжести переместился с вооруженных формирований на отношения с различными партиями и политиками. В Иране прекрасно знают о намерении иракского правительства ограничить деятельности «Аль-Хашд аш-Шааби» или вовсе слить их с армией. На это направлены усилия нынешнего премьер-министра Мустафы аль-Казыми, к этому же неоднократно призывал Муктада ас-Садр. Впрочем, не исключено, что с приходом к власти президента Эбрахима Раиси позиции КСИР в иранском руководстве усилятся, и он вновь получит полномочия по ведению дел с Ираком. В этом случае Нури аль-Малики сможет выступить своеобразным «буфером» между политической элитой и вооруженными фракциями. Вышеупомянутый полевой командир «Аль-Хашд аш-Шааби», беседовавший на условиях анонимности, отметил: «Если КСИР попробует компенсировать свои потери в Сирии в пользу России или возможные потери в Ливане иракскими приобретениями, тогда неизбежна конфронтация с вооруженными милициями и потребуется буфер, который бы смягчал противоречия».

На сегодняшний день в Ираке сформировались несколько шиитских  сил, принимающих участие в большой политике. Это Муктада ас-Садр и его движение «Ахрар», вооруженные милиции «Аль-Хашд аш-Шааби», Хайдер аль-Абади и его политическая фракция, «Правовое государство» Нури аль-Малики, Аммар аль-Хаким и его партия «Хикма» и религиозная партия «Аль-Фадиля». Для «Хашд аш-Шааби» и значительной части политизированных шиитов Хайдер аль-Абади и Муктада ас-Садр являются слишком светскими политиками, не выражающими интересы единоверцев. Поэтому они будут приветствовать возвращение жесткого Нури аль-Малики.

В целом можно констатировать, что иракская политика продолжает оставаться непредсказуемой. Отсутствие эффективно работающих институтов и зависимость многих политических сил от внешних игроков, прежде всего, от США и Ирана, превращает ее в игру коррумпированных политиков, руководимых эгоистическими интересами.

 

51.62MB | MySQL:101 | 0,332sec