Издание «Единый подход Турции к обеспечению безопасности». Часть 12

В 2020 году в турецкий свет появилась книга «Целостный подход Турции к обеспечению безопасности». В подзаголовке книги значится «От энергетики – к здравоохранению, от миграции до внутренней и внешней безопасности, многомерная национальная оборона».

Книга была издана компанией оборонно-промышленного комплекса STM и созданным при ней издательством Think Tech. Технологический мозговой центр.

Продолжаем разбираться с этим изданием. Часть 11 нашего обзора опубликована на сайте ИБВ по ссылкеhttp://www.iimes.ru/?p=79295#more-79295.

Напомним, что мы приступили к рассмотрению 2-й главы книги, которая озаглавлена как «Энергетическая безопасность и политика в Восточном Средиземноморье». Подраздел 1 первой главы носит название «Энергетическая перспектива Восточного Средиземноморья» и содержит в себе общие сведения, касающиеся положения региона на энергетической карте мира.

Мы закончили предыдущую публикацию мыслью турецких авторов о том, что необходимо сделать Турцию: а) добывающей страной из страны нетто-импортера энергоносителей, б) лидирующим транзитным государством региона, которое либо является потребителем добываемых в Восточном Средиземноморье энергоносителей, либо является территорией, по которой осуществляется транзит на международные рынки.

Впрочем, не будем углубляться в юридические аспекты, описываемые турецкими авторами. В свое время, мы уделили этим вопросом немалое внимание в своих других публикациях. Так что, повторяться смысла нет.

Важным здесь будет обратиться к тем оценкам международной обстановки, которые даются турецкими авторами. И здесь, в результате проведенного «экспресс-анализа», авторы приходят к мысли о том, что Турция, по вопросу Восточного Средиземного моря, находится в «политическом одиночестве». Имея в виду, что ей в регионе противостоит оформившийся «газовый консорциум» в составе Греция, Республика Кипр, Израиль и Египет.

Следующий подраздел книги озаглавлен как «Может ли быть Восточное Средиземноморье альтернативой для Европы?».

Позволим себе привести цитату из этого раздела:

«Можно сказать, что Россия как сверхдержава обязана своим богатством экспорту углеводородов. Двумя крупнейшими покупателями России являются Германия и Турция. Россия также экспортирует значительное количество углеводородов в Восточную Европу.

С точки зрения природного газа, доли потребления в Европе, Евразии и на Ближнем Востоке, которые находятся рядом с Турцией, в общем мировом потреблении энергии составляют 12,1%, 29,1% и 15,9% соответственно. Что же до нефти, то, напротив, соответственно: 13,4%, 19,5% и 10,7%.

Как пишет издание, примечательно, что ЕС не может следовать целостной и общей энергетической политике внутри себя. Как турецкое издание отмечает, известно, что проблемы с поставками природного газа в Европу «чаще всего наблюдаются в зимние месяцы в Восточной и Юго-Восточной Европе». «Причина тому — продолжающиеся конфликты между странами-транзитерами и Россией» (читай, проблемы между Украиной и Россией – И.С.).

В этом контексте, как отмечается изданием, особенно восточноевропейские страны находятся в постоянном поиске путей уменьшения своей зависимости от России в поставках природного газа и создания разнообразия источников и маршрутов. Такие страны, как Финляндия, Эстония, Латвия, Литва, Чехия и Болгария, в настоящее время, удовлетворяют почти все свои потребности в природном газе из Российской Федерации».

Мы видим перед собой достаточно известную, хотя и мягкую интерпретацию событий, связанных с газовыми конфликтами между той же Украиной и Россией. Хорошо, что при этом не упомянуто, хотя бы, «энергетическое оружие», которое наша страна, дескать, «использует против своих политических противников». И, разумеется, может его использовать «и дальше» в стратегической перспективе. Что нередко можно слышать на различных интеллектуальных площадках в Турции.

Переходя к позиции Турции по данному вопросу, турецкое издание отмечает, что в Турции резко растет спрос на природный газ.

Вот как описывается энергетическая политика Турции в этой связи:

«Растущий спрос (в Турции – И.С.) пытаются удовлетворить за счет импорта трубного газа или сжиженного газа из существующих стран-источников на основе долгосрочных договоров купли-продажи. В этом контексте, существует сильная зависимость от импорта природного газа. Одна из наиболее важных проблем, возникающих на этом этапе, — это трудности с удовлетворением растущего спроса, особенно в зимние месяцы, из-за сезонности спроса. Так же, как и европейские страны, Турция пытается уменьшить свою зависимость от России в импорте природного газа и повысить безопасность энергоснабжения, обеспечивая разнообразие источников и маршрутов. Таким образом, Турция нацелена на то, чтобы избавиться от зависимости от одного поставщика и получить возможность импортировать товары по более низким ценам, создавая ценовую конкуренцию между странами-поставщиками».

Подчеркнем, это – аксиома турецкой энергетической политики. Хотя, мы не раз говорили о том, что желание уйти Турции от своей «энергетической зависимости» от России может иметь и другое измерение. За рамками тезисов о создании конкуренции и более насыщенного рынка. Речь идет о желании снизить значимость отношений с Россией для себя. А это также не может не наводить на мысли о первопричинах подобной настойчивости, которая может также включать и то соображение, что Турция может, в обозримой перспективе, входить в различные «клинчи» с Россией и не хочет оставлять у себя подобное слабое место, использование которого пусть и маловероятно, но его наличие, все ж таки, стоит исключить.

Вот как характеризует турецкое издание региональную обстановку и положение в регионе не только России, но и Израиля – который также рассматривается в Турции в качестве государство, отношения с кем являются для Турции одними из определяющих:

«Россия и США имеют противоположные концептуальные взгляды в регионе. Россия говорит: «Я рассматриваю «Газпром» в регионе в качестве доминирующей силы, и хочу максимизировать те деньги, которые я зарабатываю на этом. В регионе есть зависящая от меня египетская военная структура, а также сирийские военно-воздушные и военно-морские базы».

В Израиле на русском языке говорят около 1 миллиона человек. Есть также 1 миллион палестинских христиан и ультраортодоксальных евреев, которые никогда не работали. В этом отношении, Израиль, на самом деле, — очень колоритная страна. Там очень хорошая оппозиция и очень сильные неправительственные организации. Не следует думать об Израиле только как о Нетаньяху и коалиции. Израиль – управляемое и современное государство. Оно открыто нашим целям во внешней политике, выглядит так, что мы можем спокойно работать вместе».

Если позиция турецких авторов по России не содержит в себе принципиальной новизны, то, касательно Израиля, турецкими авторами говорятся не просто удивительные вещи, а те вещи, которые противоречат нынешнему контексту турецко-израильских отношений. Ну, не могут на данном витке своего развития эти две страны сотрудничать в такой стратегической сфере, как крупная энергетика. Невзирая на все регулярные разговоры вокруг двусторонних отношений о том, что, дескать, вот-вот, наступит нормализация отношений между Турцией и Израилем.

Тем не менее, турецкие авторы, и сами, понимают, что Израиль играет важнейшую роль в том, чтобы планы Турции имели хотя бы какой-то шанс на реализацию. К слову сказать, и слово России в регионе является также не последним.

Однако, проблема заключается в том, что Турция оказывается не в состоянии предложить России никаких интересующих нашу страну «разменов», чтобы можно было бы выступить на турецкой стороне в Восточном Средиземном море и «разбавить» турецкое «стратегическое одиночество». Эти размены должны быть, по определению, крайне интересными для России с учетом того простого обстоятельства, что, поддерживая Турцию в регионе, наша страна, по сути, делает то, что соответствует известному выражению «стрелять себе в ногу». В том смысле, что помогает Турции уходить от России, как ведущего поставщика энергоносителей в страну и двигает Турцию в сторону статуса «добывающей страны».

Ещё одним игроком в регионе, про кого пишет турецкое издание – это Египет.

Как не раз было повторено турками на всех международных площадках, если бы Египет провел границу с Турцией вместо проведения границы с Администрацией киприотов-греков, то есть, с Республикой Кипр, в «сложном энергетическом уравнении Восточного Средиземноморья», то он оставил бы себе территорию почти такую ​​же большую, как Кипр.

Генерал-лейтенант в отставке Альпаслан Эрдоган следующим образом описывает преимущества, которые Египет может получить в этой ситуации:

«Если бы Египет подписал соглашение о делимитации исключительной экономической зоны с Турцией, а не с Администрацией киприотов-греков, у него было бы примерно на 11 000 квадратных километров больше территории исключительной экономической зоны. Некоторые права администрации киприотов-греков также могут принадлежать Египту».

С другой стороны, контр-адмирал в отставке д.н. Дениз Култук говорит о том, что Египет постепенно осознает, что потерял в этом регионе. С другой стороны, Египет также имеет относительное преимущество, потому что он заключил мир с Израилем в соответствии с Кемп-Дэвидским соглашением и имеет неиспользуемый трубопровод, который можно использовать в регионе:

«Поскольку он (Египет – И.С.) может получить выгоду от инфраструктуры СПГ, он уже долгое время конкурирует с Турцией на Ближнем Востоке. В этом отношении он считает, что имеет преимущество. Конечно, для Египта было нежелательным, что Турция поддерживала там «Братьев-мусульман» по внутриполитическим причинам. Египет постепенно подталкивал Турцию к ограничительным действиям. Если смотреть со всех этих аспектов: в ближайшее время, сотрудничество с Египтом кажется невозможным. Но в сотрудничестве Египта с Администрацией киприотов-греков (Республикой Кипр – И.С..) есть моменты, которые заставляют нас нервничать и против которых возражаем. Мы взяли их под контроль через ООН в соответствии с нормами международного права».

Достаточно любопытен следующий заголовок второй Главы, который звучит следующим образом: «Что может случиться в Восточном Средиземноморье в ходе вероятного сценария столкновения?».

Заметим, что Турция, очевидным образом, пробует на прочность ту же Грецию (и поддерживающий её ЕС – И.С.), проверяя её на готовность к решительным действиям против Турции, которая перемещает свои корабли геологоразведки, как фигуры на шахматной доске в Восточном Средиземном море.

Вот как эта ситуация описывается турецкими авторами издания:

«Турция ведет активную разведочную деятельность, отправляя сейсмические и буровые суда в Средиземное море в напряженной атмосфере в регионе, и держит эти суда под непосредственной защитой своего Военно-морского флота». Итак, устойчиво ли использование военной силы Турцией в регионе? Контр-адмирал в отставке д.н. Дениз Кутлюк отвечает на этот вопрос с точки зрения ЕС следующим образом:

«Со времени выхода Доклада о прогрессе в Европе за 2006 год Турция стала мишенью для ЕС, поскольку она имеет здесь военное присутствие. Они говорят Турции: «Вы своим военно-морским флотом препятствуете выработке энергии страной-членом ЕС в этом регионе». Турция должна была иметь возможность спросить ЕС: «У вас есть исследование, чей регион?». Ни у кого нет ограничения морской юрисдикции на спорные территории. Турция не объявила свою территорию. Говорят (как можно понять об этом говорит именно ЕС – И.С.): «Использование военно-морского флота — ошибка!». Однако это — основная обязанность Военно-морского флота. Вопреки распространенному мнению, флот используется и в мирное время. Его основная роль — быть рычагом воздействия во внешней политике. Следовательно, эта жалоба ЕС не соответствует действительности. Но турецкий флот пытается защитить районы морской юрисдикции Турции в районе, границы которого не ясны, как сегодня. Турция должна немедленно объявить границы. Эта наша задержка привела к соглашению между Грецией об объявлении островного континентального шельфа в этом регионе или общей экономической зоны с администрацией киприотов-греков. Маневр Греции здесь также заставляет Турцию поторопиться. Она (Греция – И.С.) подталкивает к тому, чтобы в регионе был Военно-морской флот, скоро этот флот вступит в конфликт с гражданскими кораблями»».

Что ж, как пишет турецкое издание, эта ситуация ставит Турцию на грань конфликта?

Контр-адмирал в отставке д.н. Дениз Кутлук говорит о том, что, хотя конфликта нет, может возникнуть эскалация военно-политического кризиса. В конце концов, 6-й флот пришел в регион и проводил здесь свою деятельность. Когда Турция отправила в США запрос, они заявили, что это было в рамках запланированных учений.

Контр-адмирал в отставке д.н. Дениз Кутлюк анализирует сложившуюся картину следующим образом:

«В регионе находится не менее 14-15 судов, восемь из которых — российские. Присутствуют французы, американцы и британцы. Даже бразильцы пришли сюда, чтобы реализовать свои права в открытом море. Так что, трения с США могут быть, но это будет контролируемая эскалация. Турция может закрыть морское дно и объявить территорию зоной повышенной опасности. Потому что страны используют вооруженную силу в своих интересах, называемых «жизненными интересами»…».

Итак, что может произойти в конфликтной ситуации? Возможные варианты развития событий описал тот же контр-адмирал в отставке Дениз Кутлюк:

«Египет, Израиль и Администрация киприотов-греков (Республика Кипр – И.С.) могут использовать военную силу против Турции для защиты своих прав в этом регионе. Только лицензионные участки Администрации киприотов-греков вызывают здесь споры. Следовательно, если она (Греция – И.С.) возьмет с собой эти две страны и попытается применить силу, сначала произойдет быстрая эскалация. Затем Турция блокирует израильские порты в регионе. Это сделает Израиль неспособным действовать с моря. Блокируя Египет, она (Турция – И.С.) делает невозможным выход к Средиземному морю. Мы говорим «отказ от моря», что означает запрет на использование моря никому. С обострением ситуации, она (Турция – И.С.) может спустить сухопутные войска на 10 км, чтобы можно было реорганизовать границы. Она также может рассматривать их отвод (своих сухопутных войск – И.С.) как разменную монету. Здесь Турция переживает войну и конфликт, но не получит для себя ущерба. Хотя у Израиля есть мощные военно-воздушные силы, у него узкая территория. Логически Израиль не находится с востока, он «питается» с запада. Поэтому, когда вы закроете это место, будет кризис. Однако политическая мощь Израиля очень высока, она может спровоцировать США против вас. С другой стороны, Израиль сотрудничает с США настолько, насколько это невозможно себе даже увидеть во сне. Он предпринял множество маневров для столкновения с Ираном. Потому что у Израиля есть 200 единиц ядерного оружия и механизм защиты. Он ожидает дохода от моря. Он блокирует сектор Газа с моря. С другой стороны, у Египта нет такой системы вооружения, как у Израиля. Египет получает (оружие – И.С.) из Франции и США, но в основном из России. С другой стороны, Израиль использует оружие американского производства. Они не могут позволить себе такую ​​войну на море. Поэтому, когда все стает на свои места, Турция имеет преимущество в возможном конфликте».

51.9MB | MySQL:104 | 0,814sec