Военно-техническое сотрудничество России с арабскими странами

Начавшиеся во второй половине 50-х годов поставки вооружения Египту, Сирии, Ираку быстро привели к росту советского влияния в ближневосточном регионе. Более того, «приход советского оружия на Ближний Восток, — констатировал Г. Киссинджер, — явился нажимом на нервные окончания Европы». В целом, по его оценке, «ранние этапы проникновения на Ближний Восток принесли Советам одни лишь выгоды. За ничтожную плату со стороны Москвы демократические страны были поставлены Москвой в положение обороняющихся <…> Советское присутствие стало ощутимым в тех районах, которые до того безоговорочно принадлежали западной сфере влияния».(1) Военно-техническое сотрудничество с арабскими государствами обеспечивало к тому же Советскому Союзу стабильные поступления валютных средств, и хотя в последующем образовалась значительная и так и непогашенная задолженность, общая сумма выплат за поставлявшееся оружие намного превысила понесённые финансовые потери.

Несмотря на дезинтеграцию СССР и последовавший за этим перенос центра тяжести во внешней политике России на западное направление, ВТС со странами Ближнего Востока и Северной Африки свёрнуто не было, хотя его объёмы существенно сократились. Нашей военной техникой была оснащена сирийская армия, на вооружении которой находились, в частности, 580 истребителей МиГ-21, -23, -25, -29 и истребителей-бомбардировщиков Су-20, -22, -23, -24, 60 пусковых установок оперативно-тактических ракет «Скад», «Фрог», СС-21, а также ракеты «земля-земля» типа «Луна» и «Точка», 4 600 танков Т-54, -55, -62, -72, 20 ПУ зенитных ракетных комплексов СА-7, -9, -13, 750 ракет «земля-воздух» СА-2, -3, -5, -6, -8.(2) Хотя после введения Советом Безопасности запрета на поставки оружия Ираку военно- техническое сотрудничество с этой страной было прекращено, а иракские «Скады» демонтированы под контролем Специальной комиссии ООН, на вооружении его армии оставались, в том числе, 6 средних бомбардировщиков Ту-22, истребители и истребители-бомбардировщики МиГ-21, -23, -25, -27, -29, Су-7, -20, -29, военно-транспортные самолёты Ан-2, -12, -24, -26, Ил-76, танки Т-54, -55, -62 -72, реактивные системы залпового огня.(3) Несмотря на переориентацию в 70-е гг. Египта на ВТС с Соединёнными Штатами, его вооружённые силы по-прежнему располагали военной техникой советского производства, включая МиГи-21, 21 ПУ «Скадов» и «Фрогов», танки Т-54, -55, -62, ЗРК Са-2, -3, -6.(4) В распоряжении ливанской армии находились Т-54 и советские гаубицы, переданные ей иррегулярными вооружёнными формированиями после окончания в 1990 г. гражданской войны в этой стране. В Магрибе советским оружием были оснащены Силы вооружённого народа Ливии (ВТС с которой было свёрнуто в 1992 г. после введения СБ антиливийских санкций) и Национальная народная армия АНДР.

Во второй половине 90-х годов, когда министром иностранных дел РФ стал Е.М. Примаков и наметился возврат нашей страны к политике «всех азимутов», стало приобретать «второе дыхание» и военное сотрудничество с арабскими странами. По данным французского исследователя М. Бунажема, в Москве тогда надеялись, что на долю России придется в 1997-2000 гг. треть поставок вооружения в страны Ближнего Востока и Северной Африки, общий объем которых, как ожидалось, должен был составить 20 млрд. долл. «Продажа оружия, — констатировал он, – представляет собою с русской точки зрения средство восстановления определенного дипломатического и политического влияния в зоне, имеющей во многих отношениях жизненно важное значение для России. Москва реализует стратегию сближения, в которой экономические императивы (продажа военной техники) полностью сопрягаются со стратегическими и политическими соображениями».(5)

В эти годы наметилась активизация ВТС с Сирией, с которой были достигнуты договорённости о продаже полутора десятков Су-27, модернизации МиГ-21 и Су-22 и поставках запчастей.(6) Возобновление сотрудничества с САР вызвало озабоченность в Израиле, а также в Соединённых Штатах, и Вашингтоном были установлены санкции в отношении некоторых российских предприятий. Начали восстанавливаться военно-технические связи с Египтом, которому было продано несколько десятков башен боевых машин пехоты БМП-2 для установки на производимые в АРЕ бронетранспортёры «Фахд-30».(7)

Одновременно Россия предприняла – оказавшуюся в какой-то мере успешной – попытку прорыва на рынки стран Персидского залива. В 1992-96 гг. было поставлено 350 БМП-3 Объединённым Арабским Эмиратам, и достигнута договорённость с Кувейтом о продаже ему 76 БМП-3.(8) По оценке М. Бунажема, выбор в пользу российских боевых машин был обусловлен как их высокими тактико-техническими данными, так и достаточно низкой ценой в 800 тыс. долл. за одну БМП.(9) Вместе с тем, РФ столкнулась с жёсткой конкуренцией западных производителей. Не удалось выиграть тендер на поставку ОАЭ 80 боевых самолётов нового поколения.(10) Американские компании сумели при поддержке Администрации США убедить Абу Даби в нецелесообразности закупки российских ЗРК С-300 «Алмаз» под тем предлогом, что они несовместимы с уже принятыми на вооружение армией Эмиратов зенитными ракетами «Хок» и в силу этого не могут быть интегрированы в систему противовоздушной обороны, создаваемую странами-членами Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.(11)

В Северной Африке продолжалось ВТС с Алжиром, несмотря на переживаемые обоими государствами немалые сложности, и российский экспорт в АНДР формировался в 90-е гг., главным образом, за счёт продажи вооружения.(12) В условиях развернувшейся тогда в этой стране гражданской войны поставки оружия из России имели жизненно важное значение для Алжира и стали одним из факторов, позволивших ННА одержать победу в борьбе с вооруженными формированиями исламистов.

К настоящему времени объёмы ВТС России с арабскими государствами, похоже, так и не достигли уровня советского периода. Объясняется это не только более низким, чем у СССР, экономическим потенциалом РФ, но и тем, что в отличие от времён «холодной войны» почти все страны Ближнего Востока и Магриба строят свои военно-технические связи, исходя не из политических предпочтений, а прагматических соображений. Сыграла свою роль, естественно, и потеря РФ ещё в 90-е гг. иракского и ливийского рынков.

Тем не менее, России удалось в какой-то мере восстановить свои позиции. По словам директора ФС ВТС М.А. Дмитриева, «у нас сложились тесные партнёрские отношения с Алжиром, ОАЭ, Иорданией, Сирией, с которыми мы взаимодействуем по целому ряду военно-технических проектов. Осуществляются активные контакты с Саудовской Аравией, Египтом, Ливией, Йеменом, Марокко, Кувейтом, налаживаются связи с Катаром и другими странами региона».(13) Особенно активно развивается сотрудничество с АНДР, вошедшей наряду с Китаем, Индией и Венесуэлой в число основных партнёров РФ в данной сфере.(14) Начало восстанавливаться ВТС с Ливией, которая, как ожидается, разместит в России заказы на 2 млрд. долл.(15) Расширяются связи с АРЕ, куда осуществляются поставки ЗРК «Печора» и «Тор».(16)

Нам удалось, судя по всему, закрепиться на ранках Саудовской Аравии, ставшей в 2007 г. крупнейшим в мире импортёром вооружения (сумма заключённых ею контрактов – 10,6 млрд. долл. — в два раза превысила объём контрактов, подписанных занявшей второе место Индией).(17) Было, в частности, заключено соглашение о поставках КСА 6 вертолётов Ка-226 на сумму 25 млн. долл., ведутся переговоры о продаже Саудии за 1 млрд. долл. 150 танков Т-90, а также БМП-3, саудовцы проявляют интерес к приобретению ЗРК С-300 и С-400 «Триумф».(18) Симптоматично, что на этот раз несовместимость российских ракет с находящимися на вооружении саудовской армии американскими системами противоракетной обороны «Пэтриот» не рассматривается как препятствие к приобретению С-300 и С-400. Более того, саудовцы намереваются, похоже, с помощью российских специалистов интегрировать «Алмазы», «Триумфы» и «Пэтриоты» в единую систему ПВО.(19) О внимании, которое Эр-Рияд, стремящийся диверсифицировать свои военно-технические связи, уделяет ВТС с Россией, свидетельствует возложение обязанностей куратора данного направления на главу Совета национальной безопасности Бандара бен Султана, входящего в ближайшее окружение короля Абдаллы.

Хотя военное сотрудничество России с арабскими странами строится сейчас на коммерческой основе, исключением из общего правила стало решение Москвы о безвозмездной передаче Ливану 10 МиГ-29. Как отмечает в этой связи ближневосточный военный эксперт И. Хана, поставки истребителей потребуют создания при содействии РФ командного центра и приобретения средств противовоздушной обороны. Будет, кроме того, необходимо подготовить в российских учебных заведениях ливанских лётчиков и наземный персонал. Не исключено, что решение о передаче самолётов может открыть России путь на ливанский рынок вооружений. Во всяком случае, по сообщению газеты «Ад-Дияр», Министерство обороны Ливана запросило у российской стороны вертолёты, танки Т-90 и системы ПВО. Объём поставок, которые будут оплачены Саудовской Аравией и ОАЭ, составит, как ожидается, 1 млрд. долл.(20) Поступление 10 МиГ на вооружение ливанской армии не внесет, вместе с тем, изменений в соотношение сил на ближневосточном театре в условиях, когда израильские военно-воздушные силы располагают почти 700 боевыми самолётами, а сирийские – 470.(21) Остаётся также открытым вопрос, решится ли Бейрут использовать полученные истребители для того, чтобы противодействовать облётам ливанской территории израильской авиацией – ведь во время вторжений Армии обороны Израиля в Ливан в 1978, 1982 и 2006 гг. ливанская армия уклонялась от участия в боевых действиях, и сопротивление израильтянам оказывали палестинские формирования и «Хизбалла».

С другой стороны, нельзя исключать, что безвозмездная передача истребителей Ливану может быть болезненно воспринята в Дамаске. Дело в том, что ВТС с Сирией строится нами на коммерческой основе, в то время как сирийцы хотели бы вернуть себе роль привилегированного партнёра нашей страны и получать российское оружие на льготных условиях. К тому же Москва действует на сирийском направлении с оглядкой на Израиль и США. Так, по мнению президента Академии геополитических проблем Л.Г. Ивашова, из-за противодействия израильтян и американцев не были удовлетворены просьбы сирийцев о поставке С-300.(22)

На ближневосточном рынке, на который за последние 10 лет различными странами было поставлено оружия на 60 млрд. долл., России приходится действовать в условиях острой конкуренции по типу «борьбы всех против всех».(23) Сюда поступают, в том числе, самые современные системы вооружений. Последнее свидетельство тому – решение Вашингтона о продаже Абу Даби наряду с «Пэтриотами» новейших комплексов ПРО «ТААД» за 3,3 млрд. и 7 млрд. долл. соответственно.(24) При этом ОАЭ станут первой в мире страной, которая получит «ТААДы». Интерес к ВТС с арабскими странами начинает проявлять Китай. Представляется в этой связи симптоматичным подписание в ходе визита в Каир в конце декабря 2008 г. вице-премьера Госсовета КНР Ли Кэцяна меморандума об оказании помощи в уничтожении минных полей, в соответствие с которым Египту будет поставлено 80 единиц специального оборудования и китайские специалисты станут обучать египетских сапёров.

Вместе с тем, по мнению ряда российских экспертов, перспективы ВТС России, в т. ч. с арабскими странами, далеко не безоблачны. «Мы, — отмечает заведующий Аналитическим отделом Института политического и военного анализа А. Храмчихин, — продаём в основном советское оружие, и в этом наша главная проблема. Действительно, это самое дешёвое оружие в мире, но оно безнадёжно устарело. Поэтому мы, я полагаю, будем постепенно сползать в самый «низкий» сегмент стран-покупателей <…> Мы не производим современного оружия для своей армии – вообще никакого. Соответственно и оружия для экспорта у нас скоро не останется».(25) Близкой к вышеизложенной точки зрения придерживается и Л.Г. Ивашов, полагающий, что «отсутствие новых образцов оружия в нашей собственной армии не добавляет нам престижа. Многие военные изделия мы предлагаем за рубеж в обход собственной армии, и это сдерживает покупателей».(26) Не способствует созданию условий, благоприятствующих продвижению на рынки государств Ближнего Востока и Северной Африки российской военной техники и недобросовестность при выполнении заказов, как это было с поставками Алжиру МиГ-29. Подобная в корне порочная практика подрывает доверие покупателей не только к отдельным предприятиям, но и в целом к России как к партнёру по военно-техническим связям.

В то же время можно, пожалуй, констатировать, что проблемы, на которые обращают внимание А. Храмчин и Л.Г. Ивашов, постепенно начинают решаться. Свидетельство тому – поступление, по словам сотрудника «Рособоронэкспорта» М. Демидюка, запросов от ряда арабских стран на продажу им С-400.(27) Характерна в данном контексте и готовность российской стороны экспортировать оперативно-тактический ракетный комплекс «Искандер» и другие виды высокоточного оружия.(28) Перспективным направлением выглядит, кроме того, модернизация поставленного ранее оружия, которая, как ожидается, будет активно осуществляться в предстоящие 3-5 лет.(29) Обращает на себя внимание и то, что в нашу армию начала, похоже, поступать, наконец, современная техника. Во всяком случае, в августе 2007 г. под Электросталью был поставлен на боевое дежурство полк «Триумфов», и ожидается, что ежегодно российские вооружённые силы будут получать 1-2 полка таких ракет.(30)

Особое значение ВТС с арабскими странами приобретает для нашей страны в связи с падением цен на нефть и глобальным экономическим кризисом. В этих условиях продажа вооружения становится не только существенным подспорьем в получении валютных средств, но и позволяет, благодаря военным заказам, вывести из-под удара весьма важный сегмент российской экономики, от ситуации в котором будет в немалой степени зависеть благополучие – или неблагополучие – народного хозяйства России в целом.

 

1. Г. Киссинджер. Дипломатия. М., 1997, с. 471, 474.

2. С.А. Багдасаров, А.Н. Чавушьян. Военный и военно-экономический потенциал стран Ближнего и Среднего Востока. М., 1998, с. 30-31.

3. Там же, с.25-26.

4. Там же, с. 9-10.

5. M. Bounajem. Les armes au service de la politique. // Arabies, Juillet-Aout 1997, p.26.

6. Ibidem.

7. Ibid., р. 28.

8. Ibidem.

9. Ibidem.

10. Ibidem.

11. Ibidem.

12. Е.М. Богучарский. Дипломатия и дипломатическая служба Алжира (1962-2006 гг.). М., 2007, с. 231-232.

13. М.А. Дмитриев. Россия на рынке вооружений арабских государств, 26.02.2007. // Федеральная служба по военно-техническому сотрудничеству. // http://www.fsvts.gov.ru/db/kvts-portal/F135B1DB212BFD14C325728E004EB8FE/d.

14. А. Вермишев, С. Зегонов. Россия внедряется в НАТО,30.10.2008. // http.//www/infox.ru/authority/defence/2008/10/30/milexport.phtml.

15. Там же.

16. Russia challenges US in the Islamic World. // http://eldib.wordpress.com/2008/04/01/russia-challanges-us-in-the-islamic-world/.

17. А. Вермишев, С. Зегонов. Россия внедряется в НАТО…

18. O. Sidorov. Moscow’s Arabic march-throw, 21.02.2007. // GAZETA.KZ // http://eng.gazeta.kz/art.asp?aid=87268.

19. Военно-техническое сотрудничество России и Саудовской Аравии, 27.03.2007. // http://musulmanochka.ucoz.ru/news/2007-03-27-2.

20. Ад-Дияр, 22.12.2007.

21. С.А. Багдасаров, А.Н. Чавушьян. Военный и военно-экономический потенциал стран Ближнего и Среднего Востока, с. 13; В.П. Юрченко. Военная политика и военное строительство в странах Арабского Востока (конец ХХ- начало XXI века), ч. 2. М., 2007, с. 204.

22. А. Вермишев, С. Зегонов. Россия внедряется в НАТО…

23. МА. Дмитриев. Россия на рынке вооружений арабских государств…

24. National, 22.12.2008.

25. А. Вермишев, С. Зегонов. Россия внедряется в НАТО…

26. Там же..

27. Veille strategique sur la Russie. // http://veille-russie.over-blog/com/.

28. М.А. Дмитриев. Россия на рынке вооружений арабских государств…

29. Там же.

30. Veille strategique sur la Russie…

52.74MB | MySQL:104 | 0,551sec