Усилия Дамаска по выходу из международной изоляции в контексте российско-турецких и сирийско-арабских отношений

Прошедшие две недели ознаменовались рядом важных событий, свидетельствующих об успехах Сирии в преодолении международной изоляции после дести лет гражданской войны и блокады. В настоящее время усилия сирийского руководства направлены на восстановление суверенитета и территориальной целостности страны, прежде всего, возвращения анклава Идлиб и северо-восточных районов САР, контролируемых курдами, а также в возвращении утраченного международного признания, особенно со стороны арабских государств. Эти вопросы обсуждались как во время встречи президента Российской Федерации В.В.Путина с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом в Сочи, так и в ходе переговоров министра иностранных дел САР Фейсала аль-Микдада с главой египетской дипломатии Самехом Шукри на полях Генассамблеи ООН и в ходе многочисленных контактов сирийских высокопоставленных лиц с руководством Иордании.

29 сентября между президентом России Владимиром Путиным и президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом в Сочи состоялись переговоры, продолжавшиеся в общей сложности 2 часа 45 минут. Обращается на себя внимание, что Эрдоган приехал в Сочи только с наиболее близкими ему людьми: старшим советником Ибрагимом Калыном и руководителем  Национальной разведывательной организации  (MIT) Хаканом Фиданом. Эрдоган и Путин встретились без посторонних, и, как полагают, помимо Сирии они обсудили возможный второй раунд закупок российских С-400, ситуацию в Нагорном Карабахе и Ливию. Все же основным, судя по всему, был сирийский вопрос. В сентябре с.г. части сирийской армии не раз предпринимали обстрелы провинции Идлиб, находящейся под контролем террористической группировки «Хайят Тахрир аш-Шам» (ХТШ, запрещена в Росссии), а президент Сирии Башар Асад угрожал, что части правительственной армии могут войти в Идлиб, если Турция не будет выполнять взятые на себя обязательства. Напомним, что в марте 2020 года в том же Сочи турецкое правительство обязалось очистить зону деэскалации Идлиб от террористов и обеспечить свободное движение по трассе М4 (Алеппо-Латакия), но так и не смогло (или не захотело) это сделать. Решительные действия сирийских военных в Идлибе не могли произойти без одобрения России. 14 сентября президент САР Башар Асад посетил с визитом Россию и провел в Кремле переговоры с президентом Российской Федерации Владимиром Путиным. «Главная проблема, на мой взгляд, заключается в том, что все-таки иностранные вооруженные силы без решения ООН, без ваших санкций присутствуют на отдельных территориях страны, что явно противоречит международному праву и не дает вам возможности предпринять максимальные усилия для консолидации страны»,— сказал российский лидер, обращаясь к гостю. Абсолютно понятно, что российский президент имел в виду турецкие и американские войска.

Согласно ливанскому источнику, близкому к руководству САР, на который ссылалась газета «Рай аль-Йаум», издающаяся  в Лондоне, Президент России побуждал Эрдогана к уступкам на сирийском и ливийском треках, используя при этом ряд аргументов. При этом, якобы, были обещаны преференции Турции  в сферах экономического и военно-технического сотрудничества.

Во-первых, по мнению российской стороны, уход американских военных из Сирии и Ирака является решенным делом. Это создает условия для создания коалиции между правительством САР и Силами демократической Сирии (СДС). Уже сейчас курды, обеспокоенные перспективой ухода американцев, проводят интенсивные контакты с Дамаском. В свою очередь российская сторона оказывает определенное давление на правительство САР с целью отхода от максимализма и признания курдской автономии. Таким образом, только от Анкары зависит будет ли эта сирийско-курдская коалиция направлена против Турции или нейтральна.

Во-вторых, долгожданное потепление в турецко-американских отношениях так и не наступило. Это означает, что надеяться на новые американские кредиты и инвестиции не приходится. В свою очередь Россия могла бы предложить Турции ряд направлений сотрудничества, которые бы выправили экономическую ситуацию. Было упомянуто о том, что товарооборот между двумя странами за 9 месяцев текущего года вырос на 50% по сравнению с показателями прошлого года (в 2020 году он упал из-за пандемии коронавируса). В 2020 году Турцию по той же причине посетили всего 1,5 млн российских туристов, что негативно сказалось на туристической отрасли в этой стране. Есть возможность увеличить туристический поток до 6,5 млн россиян в год.

В-третьих, президент Эрдоган неоднократно высказывал желание закупить вторую партию российских систем ПВО С-400. Россия может предложить ему не только системы ПВО, но и военные самолеты Су-35 вместо американских F-35, на поставку которых наложила эмбарго администрация Байдена, и при этом на выгодных условиях в случае уступок на сирийском и ливийском направлениях.

В-четвертых, была высказана мысль о том, что блок НАТО фактически раскалывается. США переходит к политике стратегического партнерства с близкими англосаксонскими государствами (создание блока AUKUS с Великобританией и Австралией). В то же время государства Западной Европы хотят создавать Европейский Оборонительный Союз. Непохоже, что они готовы пустить туда Турцию. Причинами этого являются конфликтные отношения Турции с Францией и противоречия по проблеме беженцев. Уход США с Ближнего Востока уменьшает потребность Вашингтона в военном альянсе с Турцией. В этих условиях Анкаре было бы целесообразно укреплять стратегическое партнерство с Москвой.

В-пятых, усилия США, Турции и монархий Персидского залива по смене режима в Сирии полностью провалились. Этот факт надо признать и выстраивать с Дамаском нормальные отношения.

Однако данные предложения Москвы не нашли понимания у высшего турецкого руководства. Похоже, Анкара не готова к масштабным уступкам в Сирии. Скорее всего, главной причиной является озабоченность турецкого правительства дальнейшим ростом количества сирийских беженцев в стране. Их уже сейчас насчитывается 3,5 млн, и социально-экономические издержки от их пребывания на турецкой земле ложатся тяжким бременем на экономику этой страны. В арабских СМИ в начале сентября с.г. циркулировали слухи о том, что турецкое руководство предлагало правительству САР организовать в Дамаске встречу президента Башара Асада с руководителем турецкой разведки Хаканом Фиданом для обсуждения спорных моментов. Сирийцы на это не пошли, рассчитывая, что вопрос о возвращении Идлиба будет решен на переговорах В.В.Путина и Р.Т.Эрдогана, но этого не случилось.

Между тем, правительство САР, не добившись успеха на турецком направлении, пытается компенсировать эту неудачу восстановлением отношений с арабскими государствами. Ряд ливанских СМИ опубликовали сообщения о переговорах министра иностранных дел Сирии Фейсала аль-Микдада с его египетским коллегой Самехом Шукри на полях 76-й сессии Генассамблеи ООН в Нью-Йорке, проходившей 14-21 сентября. Эти сообщения были подтверждены МИД Египта. Это первая встреча подобного уровня с осени 2011 года. При этом министр иностранных дел АРЕ решительно заявил о необходимости вывода всех иностранных, прежде всего, турецких войск с территории Сирии. Он также отметил, что Египет поддерживает участие сирийской стороны в форуме ЛАГ, который должен состояться в ближайшее время в Алжире.

Представляется, что на новую дипломатическую позицию Египта повлиял ряд факторов.

Во-первых, учитывая тесные отношения между Каиром и Вашингтоном такая встреча не могла произойти без прямого или косвенного одобрения со стороны нынешней американской администрации.

Во-вторых, поддержка Каиром Сирии в восстановлении территориальной целостности государства отражает продолжающиеся противоречия между АРЕ и Турцией. Несмотря на несколько раундов переговоров, состоявшихся между дипломатами двух стран, конфликт между ними далеко не устранен. В Каире по-прежнему рассматривают Турцию в качестве стратегического противника.

В-третьих, в Египте понимают, что уход американских войск из Афганистана и будущий их вывод из Сирии и Ирака означают начало нового периода постамериканского Ближнего Востока. Исходя из этого, Каир будет выстраивать многовекторную политику сотрудничества со всеми заметными игроками в регионе.

В-четвертых, на решения руководства АРЕ повлиял фактический прорыв блокады Сирии, состоявшийся в сентябре с.г. Напомним, что 8 сентября в Аммане состоялась встреча между министрами энергетики Иордании, Египта, Сирии и Ливана. Она был посвящена транзиту египетского газа и иорданской электроэнергии в Ливан через сирийскую территорию. Естественно, Сирия будет получать за это транзитные сборы. Такой поворот событий означает фактический срыв американского плана по экономическому удушению САР. Дальнейшие события показали значительный прогресс в улучшении отношений между САР и Иорданией. 19 сентября в Аммане побывал с визитом сирийский  министр обороны  Али Айюб. Он провел переговоры с начальником Генштаба Вооруженных сил Иордании генерал-лейтенантом Юсефом Хунейти. В ходе встречи были обсуждены вопросы безопасности на сирийско-иорданской границе установления правительством САР окончательного контроля над провинцией Дераа. Отметим, что такой контроль выгоден для Иордании, так как теперь придется иметь дело с одним правительством в Дамаске, а не с несколькими полевыми командирами. Это создает предпосылки для открытия КПП Насиф и возобновления товаропотоков от Средиземного моря в страны Персидского залива через иорданскую территорию. Наконец, 10 октября состоялся первый за десять лет телефонный разговор между президентом САР Башаром Асадом и королем Иордании Абдаллой II. Египет, выстраивающий в настоящее время коалицию «умеренных» арабских государств с Иорданией и Ираком, следует примеру Аммана для последующей интеграции Сирии в общеарабскую систему.

55.54MB | MySQL:105 | 0,449sec