Алжиро-турецкое газовое сотрудничество угрожает Европе

В рамках реализации алжирской стратегии диверсификации поставок за рубеж энергоресурсов руководство страны ослабляет свою прежнюю ставку на Европу и расширяет соответствующие связи с другими партнерами. Все более важным из партнеров АНДР становится Турция.

Доказательством тому служит заключенное 9 октября текущего года в рамках трех контрактов соглашение между Анкарой и Алжиром по реализации масштабного нефтехимического проекта по производству полипропилена в Турции (город Джейхан в провинции Адана на юге страны).

С турецкой стороны в партнерстве участвует компания Rönesans Holding, причем доля его алжирского партнера государственной энергетической компании Sonatrach составляет лишь 34%.

Планируемая производственная мощность комплекса, в который Анкара намеревается вложить инвестиций на 1.2 млрд долларов, составляет 450 тысяч тонн полипропилена в год.

По алжирским данным, проект этот считается выигрышным ввиду его «близости к турецкому рынку, который характеризуется высоким спросом на нефтехимическую продукцию и позволит алжирской стороне на выгодных условиях долгосрочно поставлять туда свой газ».

И действительно, в рамках этого проекта Sonatrach обеспечит поставки сырья, а именно пропана на условиях долгосрочного контракта.

Между тем, обращает на себя внимание тот факт, что Алжир будет поставлять для него ежегодно 550 тысяч тонн сырья. То есть в будущем не исключается наращивание дополнительных объемов производства (ранее стороны обсуждали возможность поставок из Алжира до 750 тысяч тонн пропана ежегодно).

Представители алжирского энергогиганта в связи с этим заявили: «Подписание этих контрактов – результат непрерывных переговоров. Это важный шаг в процессе поиска международного финансирования этого стратегического проекта».

О его значимости данного проекта наглядно говорит присутствие на церемонии подписания президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, тогда как с алжирской стороны столь важный акт пдписал лишь генеральный директор Sonatrach Group Туфик Хаккар.

Первый контракт данного соглашения предусматривает реализацию проекта EPCC (проектирование, оборудование, строительство, ввод в эксплуатацию) на всех его этапах. Второй касается регулярных работ по техническому обслуживанию нефтехимического оборудования, третий – маркетинга и продаж.

Заметим, что сейчас это единственный запущенный алжирский энергетический проект за пределами территории АНДР.

После провала соответствующего эксперимента с приобретением в 2018 году устаревшего нефтеперегонного завода компании Augusta в Италии, компания  Sonatrach, тем не менее, приступила к реализации своего запланированного нефтехимического проекта в турецком Джейхане.

И подписание данного соглашения явно свидетельствует о намерении энергогиганта Sonatrach возродить и запустить его зарубежные проекты.

Заметим, что переговоры между Алжиром и Турцией о возможном партнерстве начались еще в августе 2017 года, когда алжирская сторона заключила предварительные соглашения с турецкими компаниями – Rönesans Endüstri и Bayegan, которые в ноябре 2018 г. привели к заключению уже более конкретного соглашения компаний Sonatrach и Rönesans Holding.

Это рамочное соглашение с алжирской стороны подписал бывший генеральный директор Sonatrach Абдельмумен ульд Кадур.

Однако реальному запуску проекта предшествовали непростые переговоры: представители АНДР пытались затянуть представителей турецкой стороны на свою территорию, где по алжирским законам турецкая сторона могла бы иметь в таком проекте долю не более 49%.

На затягивание заключения соглашения повлияло и то, что с турецким проектом конкурировал аналогичный полипропиленовый комплекс в алжирском Арзеве, который Sonatrach планировала запустить с французской компанией Total. Однако по последним по времени данным, там до сих пор еще не завершились инженерно-изыскательские работы, и проект задерживается в том числе из-за несогласия сторон по цене на газ, который Sonatrach должна поставлять этому совместному предприятию.

Во многом развитие данного проекта упиралось в спор относительно того, сколько французская сторона должна потратить на сырье. Поскольку ее алжирский партнер стремился навязать максимально высокую его стоимость на основе спотовых контрактов, представители Total тянули время с его подписанием, рассчитывая, что в итоге Алжир предложит им более привилегированные условия.

Также на ход переговоров негативно влияла и политическая составляющая, а именно – регулярно возобновляющиеся «исторические» споры между Алжиром и Францией.

Что же касается проекта в Джейхане, то его реализация стала частью новой стратегии А. ульд Каддура по выходу АНДР на международные энергетические и нефтехимические рынки.

Причем, несмотря на его уголовное преследование алжирскими властями по обвинению в приобретении устаревшего итальянского нефтеперерабатывающего завода Augusta, нанесшей алжирскому государству ущерб на сотни миллионов евро, они похоже, намереваются развивать его турецкие достижения, по которым не нашли нарушений, на практике.

Напомним, что Абдельмумен ульд Кадур заявлял, что проект в Джейхане «является частью стратегии интернационализации и диверсификации бизнеса Sonatrach». По его словам, это «позволит лучше использовать наши ресурсы, обезопасить наши традиционные рынки и выгодно войти в Турцию, чей нефтехимический сектор по объемам производства занимает 14-е место в мире».

Заметим, что реализация данного соглашения подразумевает направление Алжиром, третьим по значимости поставщиком голубого топлива Европе, серьезных газовых объемов, в ином направлении. И это на фоне продолжающегося там энергетического кризиса.

Напомним, что в последние годы алжирский газовый экспорт в страны Европы постепенно и неуклонно снижается (для сравнения: 46 млрд куб. м в 2017 году и 45 млрд куб. м в 2020 году) и пропиленовая сделка с Турцией должно дополнительно сократить его.

Так, на производство предназначенных для Анкары 550 тысяч тонн сжиженного пропана по разным данным уйдет от 0.78 до 1.03 млрд куб. м природного газа. А это более 2.2% алжирских зарубежных поставок голубого топлива.

В условиях нынешнего газового кризиса в Европе – это очень серьезный объем.

Соответственно, заметно проявившаяся в 2020 году тенденция по переориентации алжирского газового экспорта на другие страны получает дополнительный импульс, что с высокой долей вероятности отразится на европейских партнерах АНДР.

Что же касается промедлений в реализации проекта в турецком Джейхане, то во многом его реализации помешали внутриалжирские потрясения весны 2019 года, приведшие в том числе и к смене руководства Sonatrach и в том числе  отставке А. ульд Каддура. Еще один серьезный удар по реализации данной сделки нанесло начатое против него уголовное преследование по коррупционным делам.

Заметим, что данная новость представляет серьезный интерес, поскольку эти инвестиции позволят Алжиру компенсировать импорт пропиленовых продуктов, особенно из Китая, и отражает мысли нового руководства Sonatrach относительно способности частично компенсировать падение доходов страны международными вложениями.

Подобная стратегия Sonatrach относительно импорта определенных продуктов, которые будут производиться на ее предприятиях за рубежом, и одновременного завоевания внешних рынков нефтепереработки, кажется выигрышной.

И подобное запоздалое решение в пользу получения продуктов переработки природного газа свидетельствует о желании алжирского руководства хотя бы частично повторить соответствующий катарский успех и оказывать на мировую экономику более серьезное влияние, причем не только в топливной энергетике, но и нефтехимическом секторе.

Проблема состоит лишь в неуклонном снижении алжирских производства и экспорта, для развития которых потребуются серьезные инвестиции, а для этого, в свою очередь, необходим решительный пересмотр законодательства АНДР в сторону поощрения их прихода в страну.

На практике это может привести к повышению статуса Алжира в турецких внешнеторговых отношениях – до сих пор на него приходилось 8% газовых поставок в Турцию.

В свою очередь, Анкара должна в результате реализации данного соглашения прочно закрепиться в пятерке важнейших торговых партнеров АНДР. Последняя же в итоге закрепится в Top-20 в списке важнейших турецких контрактеров.

Напомним, что на августовской встрече 2021 года турецкий президент Р.Т.Эрдоган на встрече с алжирским министром иностранных дел Рамтаном Ламамрой выразил убеждение, что в ближайшее время объем двусторонней торговли увеличится до 5 млрд долларов и благодаря контракту в Джейхане, видимо, эти пожелания и будут воплощены в жизнь.

Важно отметить и возможные политические последствия данной сделки. Так, она должна укрепить энергетические позиции Турции и диверсифицировать поставки газа, снижая зависимость от других поставщиков, включая Россию.

Соответственно, в случае успешного запуска данного проекта в будущем алжиро-турецкое взаимодействие может дополнительно углубиться, чему способствует развитие не только экономического, но и политического сотрудничества сторон.

А этому, в свою очередь, способствует многовековое военное сотрудничество против европейских стран и наличие среди представителей алжирского руководства влиятельной прослойки этнических турок и их потомков.

Причем эта историческая основа используется сторонами для развития доверительных связей и в сегодняшней международной повестке, особенно по Ливии, где обе страны поддерживают триполитанское правительство и активно взаимодействуют по Сахелю, что способствует вытеснению из Африки Франции.

Между тем, развитие нефтехимического алжиро-турецкого взаимодействия имеет позитивное влияние и на российские интересы, поскольку чем меньше алжирских объемов газа пойдет в Европу, тем больше она станет зависимой от соответствующего российского сырья.

55.57MB | MySQL:108 | 0,617sec